Ovitalook

После выхода в астрал священник почувствовал рядом присутствие двух каких-то прекрасных световых существ, которые, естественно, вызвали в нём ассоциации с ангелами. Те «подхватили» его и стали поднимать куда-то вверх. Внезапно священник услышал нарастающие со стремительной быстротой рёв и гул. Множество безобразных сущностей налетело на него, чтобы отбить из рук ангелов. Каждая сущность кричала: «Он наш!», пытаясь осквернить и опорочить его. В священных писаниях говорится о том, что «бесы» имеют свойство вести себя таким способом. Память священника выдала ему эту информацию. Бесы кричали: «Он отступник! Он предал веру!» И фразы эти образами отозвались в воспоминаниях человека о событии, которое произошло с ним когда-то. Как-то раз его друг попытался призвать его к откровению, задав провокационный вопрос: «Как ты думаешь, Бог есть?» Священник не захотел вступать в дискуссию и ответил просто: «Да кто ж его знает?» Тёмные сущности ловко извлекли из этой фразы свою выгоду, трактуя её как сомнение в вере героя.

Мне не хочется вспоминать, чем закончилась эта история для рассказчика. Я лишь хочу использовать её как основу для своих воспоминаний, поскольку мои переживания были очень близки к данному трансцендентному состоянию. Слушая чужую исповедь, я приняла её для себя очень близко, как бы изнутри. А вскоре и вовсе поняла, что это была и моя история. Тогда, будучи открытой ко всему информационно-энергетическому пространству, я так же пережила встречу с «демонами», включая восприятие мерзкого шума, с которым они ко мне приближались, страха и отвращения. В голове раскрылся, «распаковался» тот факт, что меня тоже пытались подловить на «грехе», представляя конкретные ситуации из моей жизни, которые можно было трактовать двусмысленно. Я отлично вспоминала, о чём идёт речь, пытаясь разобраться в чувствах, намерениях, побудивших меня когда-то к тому или иному поступку. Вначале был жуткий страх, что я действительно могла оказаться из числа демонического окружения, но избавиться от тревожных сомнений мне помогла «память сердца». Это такое удивительное ощущение истины, которое можно уловить только из чувства любви. Твоя душа как бы открывает перед тобой понимание мотивов твоих действий. Так каждое порочащее меня утверждение было отражено атакой света, идущего из духовного сердца, а именно: ощущением любви к миру, своему окружению, в частности, и личным отвержением провокационных налётов путём духовного анализа.

Бесы исчезли. Но в душе сохранился тот ужас, который они принесли с собой, и который так не хотелось бы переживать когда-либо снова.

Именно тогда пришло чёткое понимание личной ответственности не только за каждый поступок, но и за каждую мысль, чувство, намерение. Поймала себя на огромном интересе к другим своим поступкам в разных жизненных ситуациях. Стала разбирать их со своим Наставником. Просила вновь и вновь указывать мне те моменты, в нравственной чистоте которых я вдруг засомневалась. Захотелось понять истинные свойства своей души и освободиться от возможно налипшей к ней грязи. Один за другим я стала вспоминать фрагменты своего общения с окружающими, мысленно дискредитируя себя перед Совестью. Мой Наставник (и он же – Психолог) был рядом и участвовал в обсуждении. Он находил нужные слова и всегда успокаивал меня, что я чиста, и мне не о чем беспокоиться. «Но так не бывает! – воскликнула я, - Каждый человек в чём-то грешен». И с новым упорством продолжала искать свои ошибки и человеческие изъяны, моля о помощи в содействии.

Передо мной мелькали образы моих близких, которые могли, как мне казалось, предъявить мне обиды или претензии. Но вот что оказалось странным. Я не нашла своей вины в причинении осознанного вреда своему окружению. И неосознанное поведение тоже не выявляло черт моей испорченности или глупости. Кроме одного случая с моей подругой. Как мне казалось, мы были с ней настолько близки, что обидеть друг друга просто не представлялось возможным. И вдруг из вороха воспоминаний мне пришёл один давно забытый и явно недооценённый случай. Я правда никогда бы не смогла сама определить его как повод для обиды подруги. Но тот, кто представился мне в образе её Души, оказалось, чувствует себя очень несчастным из-за слов, когда-то произнесённых мной в её адрес. Я помню, что говорила их из позиции любви, принятия и абсолютного доверия к той девушке.

Мы сидели тогда на кухне за дружеской беседой в присутствии мужа этой подруги. Я выдала следующие «слова поддержки»:

- Даже если Т. кого-то убьёт, я её пойму.

И всё. Казалось бы, невинная фраза, скорее, метафоричная, чем реальным образом отображающая мою позицию. А эффект был следующий.

Сама подруга приняла мою поддержку с видимым чувством удовлетворения, что подтвердила после в одной из наших встреч. Почему же её Душа вынесла мне свой выговор? Она (Душа) объяснила это так. Соглашаясь на оправдание человека априори, я дала ему разрешение и поддержку в совершении не только подобных поступков, но и допущении «греховных» мыслей. А мысли и поступки – это одно и то же по понятиям Духовного мира. Теперь Душа подруги испытывает тяжесть от такой ноши ответственности, к которой она, возможно, не была готова.

Кратко, ёмко, но так пронзительно, что я ударилась в новую крайность – самобичевание, причинение себе невероятной чувственной боли, описать которую не представляется возможным. На Земле нет восприятия, способного сопоставить эту боль с каким-то более или менее понятным чувством. Это как то, если бы мы смогли представить себя лежащими под пятитонным грузовиком, пытающимся, к тому же, развернуться на нас. Переносить это ужасно. Тело моё корёжило и выкручивало так,  как будто я и самом деле оказалась «под танком».

Так я поняла, что значит – ад. Его муки – это приговор, вынесенный самому себе и осознание того, что ничего нельзя исправить. Такое же описание Чистилища часто встречается в рассказах «околосмертников». Мы едины в этом понимании. И, надеюсь, со многими из них оказались бы в числе единомышленников по поводу того, как вырвать себя из этого страшного места.

Ответ на поверхности. Он прост, как дважды два, и соответствует нашим известным постулатам:

1. Нужно признать свою ошибку.

2. Просить прощения. Но не у того, кому причинил вред вольно или невольно. Это, быть может, не лишнее действие, но не совсем эффективное, как мне представляется. Нам нужно вновь обратиться к высшим силам с молитвой, искренней просьбой о помощи тому, кто пострадал по твоей вине. И тому, кто ошибся. То есть, себе, своей человеческой личности.

3. Принять ситуацию, или, как говорят, «отпустить» её.

Принять, я думаю, будет легче через понимание своего истинного «Я», т.е. высшей субстанции, которой мы все являемся. Простить себя тоже представляется возможным не через самоуничижение, что, на мой взгляд, напротив, крайне вредно, а сквозь призму любви к Первоисточнику. К тому, кто сделал нас такими, какие мы есть, и дал способность так же любить, как Он. В том числе, любить себя. Но речь здесь не идёт об эгоизме в мирском понятии. Это, скорее, чувство, связанное с пожеланием всем счастья, любви, процветания, здоровья, успехов. Да, успехов. Успехов в прохождении уроков, которые мы проходим через жизни в плотном теле. Не обязательно на планете Земля.

Продолжение в следующем посте.

Мысль о том, что я близка к грани, из-за которой вернуться удаётся не каждому, наводила на меня всеохватывающий ужас. Потерять себя, раствориться в огромном пространстве беспорядочной информации, стать беспомощным куском материи, утратив приобретённые с рождения механизмы адаптации – вполне реальная перспектива для человека, не сумевшего совладать с Потоком. Так я называю бездну знаний, разверзшуюся надо мной в период первого восхождения по ступеням открытий. Нужны дюжие силы, чтобы устоять против Потока, не слиться с ним воедино, иначе тот начисто промоет твой земной ум, предварительно дав тебе утолить духовную жажду. Да, быть вблизи от Источника, черпать из него всей настрадавшейся душой – есть великое чудо и удовольствие. Не так легко сказать себе «хватит», когда обрёл долгожданную свободу. Но риск, на мой взгляд, велик, и нужно понимать, чем ты рискуешь.

Резюмируя откровения людей, запечатлевшие их околосмертные переживания, я на практике убедилась, что жизнь за завесой плотного мира не прекращается. Более того, многие очевидцы транслируют  нам фактически идентичные случаи их выхода из физического тела в связи с состояниями, приближенными к смерти. Я и раньше слыхала о таких явлениях, но, не имея полноценной информационной базы для обобщений, принимала подобные разрозненные послания с изрядной долей скепсиса. В надежде разрешения внутренних сомнений я сделала во Вселенную запрос, согласно которому мне пришлось бы испытать ощущения человека, наблюдающего за собой со стороны. Мне не поступило отказа, было лишь предложено взвесить все «за» и «против», ведь «выход» означал тогда для меня абсолютно новый способ познания, к которому я, по-видимому, не была готова. Мной овладел страх неизвестности и непредсказуемости последствий, во многом объясняющийся чувством материнской ответственности: я проживала вдвоём с девятилетним сыном, и моё новое состояние уже само по себе вызывало в нём тревогу.

Так я отмела от себя задачу идти в своих исследованиях до конца и ограничила собственной волей рамки эксперимента. «Выхода» не  состоялось. Но других впечатлений оказалось настолько много, что глупо было бы требовать ещё каких-то «доказательств». Моя сущность, словно, расщепилась меж двух миров. Владея, как и прежде, физическим телом, я одновременно «вонзилась» сознанием в другую, неизведанную мне реальность, которая охотно общалась со мной образами и голосами. Я чувствовала присутствие какого-то единомышленника, который вёл со мной долгие беседы. У него не было определённого имени или названия. Он сам предложил мне решить, кем мне было бы удобно его представлять: ангелом, Учителем, святым Духом или просто другом. Я не видела, как он выглядит, но ясно слышала его голос в своей голове. В том, как искусно он ставит вопросы, даёт пояснения и направляет течение моих мыслей, угадывалась невероятно тонкая личность, контакт с которой равносилен общению с опытным психологом, который не просто в идеале владеет тактиками межличностного взаимодействия, а давно знаком со мной и искренне заинтересован в моём благополучии. Такого доверительного контакта и абсолютного чувства близости я не испытывала ни с кем из людей, живущих на земле. Даже мама, безусловно желающая мне счастья, не могла бы справиться с этой ролью наравне с тем, кто был рядом со мной в те дни и ночи. Он был добр и строг одновременно, заботлив и предусмотрителен. Он уделял мне столько внимания и проявлял столько участия, сколько мне было необходимо, чтобы чувствовать себя в безопасности под покровительством высокого друга. Он ни разу не упрекнул и не устыдил меня, хотя разум мой периодически зависал, притормаживал и делал всё, чтобы скомпрометировать меня как ученицу или ассистентку. Любовью и благодарностью отвечало моё сердце, в ответ заливаясь ещё большей любовью и благодарностью с его стороны.

Вначале этот голос обладал мужскими тембрами, но по мере нашего общения он стал терять характерные признаки половой принадлежности, постепенно становясь моим внутренним голосом. Трансформация происходила медленно, наверное, в течение нескольких дней или даже недель и вначале вызвала моё сожаление о возможной утрате эмоциональной яркости, связанной, как я думала, с реакцией на взаимодействие с представителем противоположного пола. Я даже обратилась с тревогой к своему собеседнику, представив ему опасения потерять вовлечённость в диалог. Мне было обещано, что этого не случится: контакт уже налажен, и помощь может быть оказана любым путём. Немного успокоившись, я обрела решимость действовать независимо от меняющихся условий, и помню своё высочайшее удивление, когда перешагнув свой прежний травматический опыт брачных отношений, слилась в новом единстве с Хранителем знаний, не утеряв с ним ни смыслового, ни сенсорного качества связи.

Подобные контакты описываются очевидцами как встречи с «существами света», и все они свидетельствуют о фактах уникальной природы человека, его таинственной связью с высшей духовной субстанцией. Я не видела свет физическим зрением, но он как бы наполнял меня изнутри так же, как и голос, который был во мне и был частью меня. Но эта часть находилась не совсем в мозге, и не совсем во мне. Мне даже казалось, что в этом акте мозг служит просто проводником, своеобразным «приёмником», улавливающим сигналы, недоступные для физического слуха. С моей точки зрения, он был занят запоминанием, анализом, обработкой информации и контролем ситуации. Не исключено, что его стараниями были сформулированы все критические выводы и предложены альтернативные суждения. Но допускаю и вероятность, что личность, то есть, я, использовала свой головной орган как инструмент самопознания, как флешку с закачанными в неё данными. Ведь именно к тем ресурсам я постоянно обращалась в надежде «сопоставить файлы» или обогатить хранящиеся в «системе» представления об устройстве мира новыми подробностями.

Однако, если продолжать попытки разделить сознание и мозг, то можно признать, что последнему принадлежит заслуга трансформации телесной материи под новые условия реальности: наращивание нейронной сети, регулировки работы внутренних систем в «аварийном» режиме. И тут ему досталось по полной. Мозг гудел, стонал, возмущался и снова писал, переживал перезагрузки, стирал из системы отжившие стереотипы, создавал новые файлы, разрабатывал непривычные сложные программы.

Да, работа велась сутками напролёт. Мне казалось, что я не сплю, ведь даже тогда, когда я проваливалась в сноподобные состояния, канал общения с Духом не закрывался. Я понимала это по мыслям, обнаруживающимся у меня в голове после «просыпания». Это были новые мысли, и возникали они не «сами по себе». Они формировались в процессе беспрестанной психической деятельности, которая была настолько активной ночью, что сопоставить её с обычным сном не представляется возможным. То, что сознание получало в часы, отведённые для отдыха, закачивалось, как ни странно, днём в  физическую память, осознавалось, прокручиваясь в голове диалогами с собственным Голосом, являвшим мне картины, сюжеты, откровения. На фоне этого «подспудного течения» порой яркими вспышками озарения разворачивались внутри меня настоящие шедевры мысли, подталкивающие к новым поискам. И снова вопросы. И опять видения, логические цепочки, загадочные знаки, призрачные угадывания. Сознание продолжало пластами срезать питательную почву для мыслей, которые, подобно бактериям, размножались с необыкновенным проворством, подчас лишая разум присущей ему бдительности, прорываясь наружу в форме странных поведенческих устремлений.

Если учесть, что во всём этом не последняя роль досталась эмоциям, то можно представить себе состояние «огня». Горело всё от головы до пят. Нет, это не то состояние, которое бывает при повышении температуры от простуды или гриппа. Это другой огонь. Он течёт по венам и ощущается жжением в конечностях и области сердца. Я даже жалела об отсутствии измерительных приборов для снятия показателей сердечного ритма и мозговой активности. Мне казалось, что эти и другие исследования могли бы явиться полезными артефактами для научного изучения удивительных состояний, подобных пережитому мной.

Продолжение следует.

Испытать внетелесные путешествия, как выяснилось уже недавно, удаётся многим в течение жизни (А.Щербаков «Феномен сознания вне тела», 2021г.). Трудно изложить свои переживания об этом, поскольку существенны отличия в восприятии жизни из двух (или больше) разных состояний. На испытателя ложится большой груз ответственности за точность воспроизведения впечатлений и доступность понимания излагаемого. Последнее не всегда зависит от автора. Во многом играет роль начитанность, общая осведомлённость аудитории в теме. Считаю, что важным фактором в передаче смыслов и содержания является терминологическая база, а также свод выводов в процессе описания субъективного опыта.

Мои выводы основаны на эмпирическом познании тонкого мира. Они не претендуют на исключительную корректность. Это лишь попытка отрефлексировать на некий комплекс раздражителей, вызвавших, безусловно, самые сильные переживания в моей жизни.

Хочу отметить также, что ранее мною предпринимались попытки изложения необычного опыта. Я признаю их не слишком удачными, поскольку эмоциональный контент превалировал в них над рациональным.

На текущий момент мои чувства и мысли приблизительно уравновешены, многие непонятные ранее аспекты проработаны, постепенно формируются новые понятийные основы для анализа событий, принадлежащих более к сфере психизма, чем материального реализма.

Вторая причина, наложившая на меня «печать молчания» на долгое время – весьма деликатное поле деятельности и отсутствие подготовленной аудитории, способной не только принять на веру достоверность излагаемой информации биографического характера, но и дать корректную оценку моего психического здоровья. И здесь пусть для читателя будет веским аргументом в пользу моего психического благополучия тот факт, что мне ни разу не потребовалась медикаментозная поддержка или помощь специалистов. Только личное намерение, молитва и воля выполнили на тот момент роль защитного механизма, не дав мне сделаться жертвой непрофессионального врачебного вмешательства. «Канал» прикрылся так же спонтанно, как и был отворён. Все последующие годы я жила обычной жизнью. Вышла замуж за близкого по духу человека, посвятила часть жизни природе и туризму, благополучно решала бытовые задачи и успешно продвинулась в профессиональной сфере. И только изредка улавливала в себе «отголоски» той истории, проявляющиеся в удивительных и доселе необъяснимых способностях.

Итак, начинаю повествование из исходной точки времени. 2024-й год.

Продолжение в следующем посте.