Выйду я в заспанный город.
Дождь умывает лицо мне и плечи.
Холодный октябрьский вечер
Печали тягучей придумает повод.
Хитрое солнце таится за тучей,
Как дворник поддатый за мусорной кучей,
Сидит и тихонько смеётся лучами —
Скоро разрежет пространство мечами
Света. Ночи слепой бросая куски
Тенью на землю, траву и пески.
Трубы заводов забиты как гвозди,
Дымом скрывают кварталов коробки.
Парк городской, как юноша робкий...
Деревья в бетоне — незваные гости.
Реки ремнями стянули мосты,
Дождь поливает ульи камней.
Улицы мокрые утром пусты,
Готовы встречать кипящих людей.
Окна бликуют в мерцаньи утра,
Кого-то на скорой везут доктора.
Заполнят машины и люди проспекты.
Готовится к смене пузатый инспектор,
Глядя на жертв за кофе в бистро.
Трясётся земля, раскинуло ветви,
Металлом колотят серые черви —
Почву прорвало большое метро.
Люди в вагонах — как корнишоны,
Позже бегут по земле тараканами,
Сбросив небрежно с голов капюшоны.
Офисы ждут их с приманкой-капканами.
Блекнет с минутами трафик,
Стынет асфальт, белеет разметка,
И отдыхает тоннельная ветка.
Девять утра — как базовый график.
Как будто один не спешу никуда:
Во вторник я вышел, сегодня — среда.
Ночью бродил под руку с дождём,
С ним же гуляю исправно и днём.
Зеленая возле бордюра река
Тащит упрямо, как чья-то рука,
Желтые яхты, зеленые лодки
Из листьев — в щели сточной решетки.
Капли текут по лицу и плечам...
Грусть и печаль, катитесь к чертям!
