Царь всея Руси Иван Васильевич Четвертый показывает рептилоиду кол на котором он будет сидеть за введение народу ереси и показу игры регби. 1562 год

После смерти своей первой жены Анастасии Романовны, Иван Грозный, что называется, "покатился по наклонной". Впал "во блуд", отмечали современники. И при всем при этом ни одна из следующих женщин царя и близко не могла сравниться с Анастасией, по которой Грозный тосковал всю жизнь.

Мария Темрюковна

Избавившись от безродной Анастасии, уже через восемь дней бояре предложили царю найти себе новую царицу. Таковую нашли на Кавказе. Кабардинская княжна Кучене, дочь князя Темрюка, приехала в Москву в 15-летнем возрасте. Черноглазая красотка очаровала царя. Ее быстренько окрестили, дав новое имя, и 21 августа 1561 года состоялось венчание. В 1563 году царица Мария родила мужу сына Василия. Однако ребенок умер, не прожив и двух месяцев. Новая жена не оправдала ожиданий царя, так как не могла заменить ему Анастасию. Более того, многие полагают, что горячая кровь горянки только разжигала гнев царя. Мария Темрюковна умерла 6 сентября 1569 года после возвращения из Вологды, где посещала монастыри. Царь заподозрил в этой смерти бояр, хотя оснований утверждать, что ее отравили нет.

Марфа Собакина

После кончины Марии монарх решил подойти к третьему браку со всей "серьёзностью". В 1571 году был объявлен смотр невест. На этот раз в конкурсе приняло участие более 1000 девушек. Каждую представляли жениху лично. Помимо собеседования, кандидаток подвергали и медосмотру. 16 - летняя Марфа сразу очаровала царя. Однако после обручения невеста тяжело заболела. Но Иван Васильевич так торопился, что отменять свадьбу не стал. 28 октября 1571 года государь вновь женился. Однако царица так и не отошла от болезни и через две недели умерла. Грозный, разумеется, вновь заподозрил козни бояр. Назначенные виновные были найдены и казнены.

Анна Колтовская

Четвёртый брак церковь разрешить никак не могла. Но упрямый Иван Васильевич просто объявил, что с Марфой он не спал, а поэтому брак недействительный. Новая невеста, 16-летняя Анна, занявшая второе место на прошлых выборах, очень понравилась царю, как, впрочем, и предыдущие девушки. Так, в 1572 году 41-летний монарх вновь стал женатым. Однако Анна уже через несколько месяцев надоела Грозному. Царица была удалена, а позже сослана в монастырь под именем Дарья. Чем не угодила юная жена царя, до сих пор неясно.

Мария Нагая

В 1580 году уже немолодой царь вновь женится на 27-летней дочери окольничего Фёдора Фёдоровича Нагого-Федца Марии. Брак, конечно, не был освящён, однако свадьба состоялась вполне официально, хотя на ней и не присутствовали представители церкви. Празднование состояло исключительно из "ближнего круга". Царица Мария попасть в опалу к мужу не успела. Царь, по мнению многих иностранных послов, к своим 50 годам был уже дряхлым стариком, страдавшим кучей болезней. И все таки, несмотря на это, Мария в октябре 1582 года родила мужу сына, которого назвали Дмитрием. Судьба его сложилась, как известно, очень трагично. Марию, пережившую мужа, участь пострижения в монахини не миновала. Такое наказание ей было вынесено "за недосмотр" за погибшим сыном. Запутавшаяся в интригах женщина, лишившаяся единственного сына, умерла в 1611 году на излёте Смутного времени.
***

Мой канал в ДЗЕН

Само слово «опричнина», «опришнина» происходит от древнерусского «опричь», что означает — особый, кроме.

3 декабря 1564 г., помолившись в Успенском соборе и картинно простившись с митрополитом Афанасием, членами Боярской думы, служилыми людьми, царь с семьёй и ближними людьми «погрузился» в санный поезд и под охраной нескольких сот вооружённых людей отправился на богомолье, увозя к удивлению провожающих, государственную казну и наиболее почитаемые иконы. Миновав Коломенское и Троицкий монастырь, он обосновался в Александровой слободе, которая по сути была естественной крепостью.

Из Александровой слободы царь отправил письмо митрополиту, в котором предъявлял обвинения в адрес боярства и духовенства, говорил о том, что налагает на обидчиков опалу и отказывается от трона, поскольку не может править (казнить и миловать) по своему уразумению. Отречение от царства и одновременно опала — в этом есть определённое противоречие: налагать опалу на высшие чины может только царь, а он-то как раз и отказывается от этой «функции».

В то же время царские гонцы распространили в столице письма (по сути- прокламации), в которых от имени царя говорилось, что опалы налагаются только на бояр, и что на посадский люд гнева нет. Таким образом, царь натравливал посадский люд на бояр, используя, выражаясь марксистским языком, классовые противоречия и, находясь, используя уже другой язык, в режиме активного выжидания. Выжидание это далось царю нелегко: он знал, что играет ва-банк и что может проиграть — всего за один месяц, за декабрь 34-летний царь постарел на несколько лет, ссутулился, облысел. Но паузу выдержал, не сморгнул. Сморгнула противоположная сторона, хорошо помнившая июньский бунт 1547 г. (когда толпа рвала боярина Глинского) и справедливо опасавшаяся народного бунта.

5 января 1565 г. депутация, состоявшая из «высокопоставленных лиц», била Ивану челом сменить гнев на милость, возвратиться на царство и править страной, как ему хочется. Условием возвращения Иван выдвинул признание государевой воли единственным источником власти и закона. Царь становился над верхушкой господствующего класса и её институтами, и бояре согласились. По сути это была революция внутри господствующего класса, ломавшая двухсотлетние княжебоярские устои. Однако царь не был наивным человеком, он прекрасно понимал то, что в начале ХХ в. сформулирует Ленин: «грош цена революции, не способной себя защитить». Ну а лучшая защита — нападение. Средство социального защито-нападения Иван Грозный изобрёл сам — то была опричнина.

Объявив о возвращении, царь в то же время поставил депутацию в известность, что частью страны будет управлять сам, с помощью своих людей; в этой части не будет Боярской думы, приказов и т.п. Царь решил «учинить на своём государстве себе опришнину», т.е. выделить особый удел, в котором заводились новые порядки, новая администрация, новая господствующая группа, а точнее, господствующая группа нового типа — опричники.
В начале ХХ в. Ленин сказал: дайте мне организацию профессиональных революционеров, и я переверну Россию — и перевернул, создав новую властную, а затем и социальную систему. Перевернул, правда, с помощью исторических обстоятельств, этой организацией не только не созданных, но и непредвиденных. Перефразируя Ленина, Иван IV мог бы сказать: дайте мне организацию особого типа, и я переверну Русь — и перевернул, создав новую властную, а затем социальную систему (самодержавие) на базе достижений отца и матери, создавших их. Но сделал это без иностранной помощи. Более того Грозный защитил страну от экономической экспансии Запада, удавшейся лишь в начале XVIII века, после Смутного времени.

Иван Грозный разделил страну на две части: опричнину и земщину. В земщине продолжали править Боярская дума и приказы — но это на бумаге, по сути и её контролировали опричники, лишь формально ограниченные опричной зоной. В последней же опричники хозяйничали и по сути, и по форме. Опричный корпус в разное время достигал численности от 1 тыс. до 5 тыс. человек; отбирал в него сам царь. В корпусе служили представители всех слоёв господствующего класса — князья, бояре, дети боярские (дворяне). Вступление в опричники снимало «ранговые» различия. Это усиливалось тем фактом, что вступая в опричнину, человек должен был отречься от родных и друзей, обязывался служить царю и искоренять крамолу, кусая врагов царя, подобно псам, и выметая измену из страны (отсюда знак опричника — собачья голова и метла).

По сути опричнина была первой в русской истории чрезвычайной комиссией (ЧК), организацией, поставившей чрезвычайный принцип над институциональным. Они потом не раз ещё явятся в русской истории. Гвардия Петра I, ЧК большевиков: «быль царей и явь большевиков», «бред разведок, ужас чрезвычаек» — так об этом напишет Максимилиан Волошин в стихотворении «Северовосток». Но первой стала опричнина, а изобретателем и генеральным конструктором был Иван Грозный, крупнейший из авторов русских властных инновационных проектов.

По форме организации опричнина отчасти копировала церковную, точнее — монастырскую. Опричную «братию» возглавлял игумен (сам царь), были в ней пономарь, келарь, рядовые монахи. Была общая трапеза. Верхние одежды были грубыми — нищенскими или монашескими, в руках опричника — посох. Но трапеза была не аскетической, а обильной, изысканной, под грубой верхней одеждой скрывалась одежда из тонкого сукна на собольем или как минимум куньем меху и шитая золотом; на поясе под одеждой висел длинный нож. Перед нами эдакий светский орден мече(ноже)носцев, имитирующий церковный; полтора века спустя в виде «всепьянейшего и всешутейшего собора» Пётр I доведёт до конца эту имитационную, «опускающую» церковь как институт, логику.

Иван Грозный дал чёткое название придуманному им чрезвычайному органу — «опричнина». Обычно упоминают только одно значение этого слова: «опричь», значит — кроме. Однако есть ещё три значения, и все они работают на новую форму, т.е. адекватно характеризует её содержание. Второе значение «опричнины» — так называли крестьян одной социальной категории, вместе записавшиеся в монастырь (опричнина как — по форме — монастырская братия). Третье значение — вдовья доля: когда погибал или умирал боярин (дворянин) и некому было служить (нет ни детей, ни племянников или есть только дочери), большая часть владений отписывалась в казну, а часть — «опричнина» — оставлялась вдове (у Пушкина вдова во втором смыслом ряду символ государственности?). Большой любитель поюродствовать царь со смаком применил «вдовью» интерпретацию к своему новому уделу. Наконец, четвёртое значение — «опричниной» называли изысканное, самое вкусное блюдо, которое подавалось для лакомства после того, как основная часть гостей отбывала и за столом оставались хозяин и самые дорогие гости — «лутчие люди». Это значение опричнины как нельзя лучше характеризует несоответствие скромной формы и разгульного содержания опричнины.

ЧК под названием «опричнина», по мысли царя, должна была сломить сопротивление знати. Но сопротивление чему? Какое сопротивление стремился упредить царь? Сопротивление тому, что составляет главное по сути в опричнине — так называемый «земельный террор». Именно он был «основной операцией», которую должен был обеспечить и прикрыть физический террор, творимый опричниками. Последний был важен, особенно в самом начале, чтобы запугать, как говаривал Вилли Старк, «чтобы их внуки в этот день описались, сами не зная почему». Но физический террор, масштабы которого сильно преувеличены, не был ни единственным, ни тем более главным в опричнине. Главным было «перебрать людишек» и их земли; иными словами, осуществить обещанный пересмотр княжеских сделок по земле, совершённых после 1533 г., т.е. после того, как со смертью Василия III ослабла государева узда на шее боярства. Конкретно речь шла о том, чтобы снять князя или боярина с насиженных мест, даже если это его вотчина, и переселить в другое место, выделив ему там землю — практика вполне ордынская. Но дело было не столько в собственности, в подрыве экономических позиций, хотя и в этом тоже, а во власти: «земельный террор» рвал связь князей с их детьми боярскими, у них «переменялся двор», и их позиции слабели. Недаром одной из любимых фраз Ивана Грозного была «перебрать людишек». О том, к каким результатам привёл «перебор» — чуть позже, а сейчас — кратко — об основных событиях опричнины.

Уже в 1565 г. состоялись первые казни. В 1566 г. возник конфликт 300 земцев — участников Собора 1566 г. с царём (челобитная об отмене опричнины). В 1567 г. — новые репрессии. В 1568 г. вспыхнул конфликт царя с митрополитом Филиппом. В следующем году был уничтожен последний удельный князь Владимир Старицкий с семьёй. В 1570 г. был разгромлен Новгород и проведено дело «о новгородской измене» в Москве. За этим последовал второй тур «московского дела» — арест, казни и уничтожение полутора десятка опричников, включая Вяземского, Черкасского, Басмановых.

За время опричнины было пролито немало крови — особенно по сравнению с правлением Василия III. Однако по сравнению с тем, что творили современники Грозного царя в Западной Европе — Карл IX во Франции во время религиозных войн (Варфоломеевская ночь и другие погромы), Генрих VIII и Елизавета I в Англии, герцог Альба по приказам испанского Филиппа II в Нидерландах — действия Ивана IV выглядят весьма и весьма умеренно.

О злодействах западных королей и королев критики Ивана IV, как западные, так и отечественные, почему-то не вспоминают, а ведь всё познаётся в сравнении. Позиция западных пропагандистов разных веков понятна: им нужно очернить Россию, русских и их царя и обелить себя — одним из качеств западной цивилизации является фантастическая самоопология, изощрённое самооправдание, умение табуизировать неприятные темы. Менее понятна позиция местных автофобов, раздувающих до вселенских масштабов то, что не идёт ни в какое сравнение с социальными преступлениями западных верхов и не выходит за рамки статистической нормы. Уже не говорим о том, что становление центральной власти повсюду в Европе во время кризиса «длинного XVI века» (1453—1648 гг.) протекало с кровью, и русские «потоки» были, пожалуй, одними из самых малых. Тем более, что длилась опричнина всего семь лет, а затем, в 1572 г. была отменена.

РАЗВЕ? 1572 год — куда подевалась «опричнина Грозного»?

Впервые предположение об отмене опричнины высказал — без каких-либо доказательств — большой выдумщик по части русской истории Карамзин в 1825 г. Тезис был принят. В 1925 г. были опубликованы мемуары Штадена — немца, жившего в России во времена опричнины. Штаден, представивший себя в мемуарах опричником, заявлял, что опричнина была отменена в 1572 г.

Однако опричником Штаден не был, жил в земщине и сбывал награбленное опричниками. Барыга, враль, не имевший доступа к серьёзной информации. Действительно, за упоминание слова «опричнина» с 1572 г. били кнутом — и что?

Какие ещё аргументы приводятся в пользу того, что царь разочаровался в опричнине и потому отменил её? Таких аргументов два:

Первый аргумент — «битва на Молодех» 1572 г., когда русские, правда, дорогой ценой, нанесли сокрушительное поражение крымцам в 45 км от Москвы. Эта битва, значение которой историки, прежде всего либеральные, преуменьшают (а то и вовсе не упоминают эту битву), как минимум, не менее важна, чем Куликовская — потерпи русские поражение, и пришлось бы платить дань крымскому ханству.

Некоторые историки, не приводя конкретных аргументов, утверждают по поводу битвы «на Молодех»: опричники-де показали, что могут мордовать только мирное население, что они «молодца против овца, а супротив молодца — сами овца»; поэтому якобы не надеясь на своих «кромешников», царь перед битвой «разбавил» войско земскими полками, они-то, под командованием Воротынского, и выиграли сражение. Всё это, однако, досужие домыслы.

Во-первых, представление о низкой боеспособности опричного войска ни на чём не основано.

Во-вторых, в битве опричные полки под командованием Хворостинина показали себя, как минимум, не хуже земцев. В-третьих, что касается объединённого земско-опричного войска, то оно было создано не потому, что царь сомневался в боеспособности опричников, а по совсем другой причине — именно потому, что полагался, прежде всего, на опричников. Дело в том, что в 1568 г. был раскрыт заговор под руководством боярина Фёдорова. Заговорщики планировали силами земских полков перебить опричные, захватить Ивана Грозного и выдать его полякам. Вот после раскрытия заговора и было решено создать общее опрично-земское войско, в котором опричный сегмент выполнял функцию коллективного «политкомиссара», подобно этому некоторые войска НКВД, стойко принявшие на себя удар немцев в 1941 году и не дрогнувшие перед врагом, были растворены в обычных частях для повышения боеспособности последних.

Второй аргумент: в 1571 г. царь начал казни опричников, это якобы означает, что он разочаровался в опричнине и на следующий год отменил её. Начнём с того, что опричников казнили не за то, что они опричники, а в каждом случае была своя конкретная причина. Это первое. Второе заключается в том, что казни решали проблемы отношений внутри опричного корпуса, были, если пользоваться терминологией Мао Цзэдуна, «исправлением стиля»: репрессии проводили не земцы, а сами же опричники — Малюта Скуратов и Василий Грязной, т.е. одна часть ЧК с одобрения царя устранила другую часть. Также было и в 1938 году, когда под репрессии попали особо рьяные«деятели» 1937 и более ранних лет.

И, наконец, самое главное: после так называемой «отмены опричнины» опричники заполнили Государев двор, опричное правительство стало называться «дворовым», функционировало оно до самой смерти царя, а точнее, не просто функционировало, а проводило прежнюю политику; правда, физического террора поубавилось (в нём уже не было нужды — воля противников была сломлена, к тому же Борис Годунов усовершенствовал унаследованный от своего тестя Малюты Скуратова «политический сыск», и во многих случаях достаточно было профилактических акций в режиме активного противодействия), а вот механизм земельных перераспределений опричного типа продолжал действовать. Государев двор, «накачанный» опричниной, стал главным органом власти, изменив своё положение по отношению к Боярской думе. Без опричнины такого изменения в положении и роли «президентской администрации» XVI в. и помыслить себе нельзя.

Так что же изменилось? Лишь «знаки и возглавья» (М. Волошин), т.е. изменилось — исчезло — слово. Но не дело по своей сути. Дело изменилось по форме: опричнина из ЧК превратилась в регулярную организацию, в — худо-бедно — институт. Рискнёт ли кто-нибудь сказать, что когда в начале 1920-х годов ЧК переименовали в ГПУ, её отменили? Конечно же нет, она стала постоянно действующим институтом.

К 1572 г. опричнина выполнила свою чрезвычайную функцию «страха и ужаса», подмяла существовавшие до неё органы власти, во многом обесценила их, «укатала-уездила» опричную территорию, подготовив её к новой жизни. Посмотрите на карту опричных земель — это в основном северные земли.

В этом смысле — «следствие окончено: забудьте» — опричнина была отменена, но не она растворилась в окружающем мире, а в значительной степени растворила его в себе. Как показали события правления Фёдора Иоанновича и Смуты, растворили недостаточно, чтобы превратить шествие новой власти в триумфальное, поскольку боярство смогло взять реванш, которым не преминули воспользоваться недруги России. Опричнина исчерпала себя не в том смысле, что разочаровала царя, а в том, что за семилетку решила поставленные чрезвычайные задачи и была институциализирована в виде старого по форме, но совершенно нового Государева двора — «чрезвычайки» по определению не вечны.

Можно сказать, что и царь, и боярство (правда, последнее не по своей воле) нырнули в котёл с кипящей водой, только царь, в отличие от героя ершовского «Конька-горбунка», в котле не сварился, а вынырнул «добрым молодцем» (не в прямом смысле слова, в прямом он вынырнул облезшим стариком, разве что не Хоттабычем; впрочем, некоторые властно-магические качества благодаря новой технологии власти приобрёл), а вот коллективный боярин — «бух в котёл и там сварился».

©Дутов Андрей

25 августа в 1530 году в селе Коломенском родился Иван Грозный.

Вокруг его имени и сегодня идут споры и совершаются глупости. Прекрасноликий губернатор Потомский ставил ему памятник (при этом Грозный с больным сыном ехал у него из Москвы в Петербург), «православная общественность» требует вынести из Третьяковки картину «Иван Грозный и сын его Иван 16 ноября 1581 года», так как они свечу держали и точно знают, что царь никого не убивал. Требуют канонизации. И т.д.

Почему происходит это упрощение и даже опошление? Формально Грозный очень далек от нас, но, тем не менее, очевидно, близок кому-то своими опричными идеями (которых никто на самом деле не понимает). Хотя, если разобраться, он гораздо ближе нам своим внутренним трагизмом и раздвоенностью, которую ощущают многие, живущие в России, и сегодня.

Историк С.Платонов писал, что при изучении личности Грозного создается ощущение, что Иванов было много и все они были разные. Это действительно так. В.О.Ключевский нарисовал очень точный образ царя. «Он от природы получил бойкий и гибкий ум, вдумчивый и немного насмешливый, настоящий великорусский, московский ум. Иван рано осиротел … и поэтому с детства он видел себя среди чужих людей. Именно поэтому в его душу рано и глубоко врезалось и сохранилось на всю жизнь чувство сиротства, заброшенности, одиночества… Живя среди чужих, без отцовского надзора и материнского утешения, Иван рано усвоил себе привычку ходить оглядываясь и прислушиваясь, что впоследствии развило в нем подозрительность, которая с летами превратилась в глубокое недоверие к людям вообще. В детстве ему часто приходилось испытывать равнодушие или пренебрежение со стороны окружающих, и это запомнилось на всю жизнь».

Эти детские обиды, память о том, как его обидно и несправедливо унижали в детстве, сохранялись в нем очень долго. Среди огромного количества людей, окружавших его, он был очень одинок и это внутреннее душевное одиночество воспитало в нем болезненную, глубокую и теплую привязанность сердца к некоторым людям, которых он горячо любил и которые отрывались «с мясом». Среди них была его первая жена Анастасия, которую он любил до душевного изнеможения, митрополит Макарий, Федор Колычев, ставший затем митрополитом Филиппом, Андрей Курбский, Малюта Скуратов.

Он рано повзрослел, поскольку надеялся только на себя. Будучи одиноким, он подолгу в уединении размышлял о многих вещах, его окружавших, и это воспитало в нем привычку принимать самостоятельные и обдуманные решения без советов с кем бы то ни было. Он воспитал в себе недоверие и осторожное отношение к людям. Не случайно в своей духовной грамоте он учит детей «как людей любить и жаловать и как их беречься». Все его правление делится на две неравные части – до начала 1560-х годов и после, когда началась опричнина – явление, не понятое до конца и сегодня.

Имея острый и независимый ум, он, очевидно, рано и быстро научился грамоте и много читал. Из его переписки можно видеть, что он был очень начитан в Священном Писании, знал наизусть и легко цитировал Псалтырь, Евангелия, Апостол, некоторые пророческие книги. Он имел острый, яркий и очень характерный литературный язык, много писал – Курбскому, английской королеве, опричникам. Сочинял музыку, (https://youtu.be/od9l7wGf-HU?si=lc1kWVX-SernH5wz) которая донесла до нас строй его души.

Трагическая смерть царевича Ивана показывает царя человеком чрезвычайно привязанным к своему сыну, израненным собственной совестью и осознанием непоправимого, глубоко верующим и кающимся. Именно гибель царевича, (https://youtu.be/copxaZWXcxU?si=oio0WYBKMSRbVmj0) очевидно, ускорила смерть царя, которая произошла в 54 года – по нынешним меркам, в возрасте цветущей зрелости человека. Он оставил множество загадок - где его автографы, библиотека, кто сделал приписки к Лицевому своду, что он хотел сказать иконой «Благословенно воинство небесного царя», откуда шатровый стиль и идея Покровского собора… И, даже, почему его руки в гробу лежат не в традиционном скрещённом положении - одна под подбородком, словно он продолжает над чем - то думать.

Грозный так же необычен, парадоксален и труднообъясним, как многое в России. Он наш и оттого понимается сердцем, а не разумом.

https://t.me/yakemenko/12196