Вот уж точно—место более странное, чем Бутан, надо на Земле поискать и не факт еще, что найдешь. Оно совершенно закрытое—иностранец сюда может попасть только на самолете местной компании «Друк-эйр», если купит за пару месяцев до приезда тур и запросит визу. Правило это только индийцев и непальцев не касается: остальные—через аэропорт Паро, с въедливым пограничным и таможенным контролем, чтоб не больше двух пачек сигарет при себе и ничего сомнительного, а тем паче—революционного.
Самое яркое впечатление за пять дней оставила по себе тибетская баня: Бутан—он тоже исторический Тибет. Домик в горах—это, конечно, декоративная первобытность, лакированная. Водка самогонная—но не хлебное вино, а картофельное. Называется «раки»--это словечко разошлось широкой полосой от Индонезии до Балкан: знать, истинные арийцы были не дураки заложить за несуществующий воротник сари и дхоти. Хотя, честно говоря, может, и дураки: Бутан—он почти в историческом центре индоевропейщины, и если тутошняя водка—такая же, как первозданная, значит, хлебали косорыловку, низкоградусную мутную сивуху, чуть крепче кефира и сногсшибательно вонючую. А тибетская баня—это лохань, разделенная продырявленной заслонкой, сквозь которую вода циркулирует туда-сюда: оранжевый от жара камень бросают в один отсек, а кипяток растекается по всей ванне. Ночами здесь, впрочем, всегда стыло и студено, а потому и такие простецкие купания в кайф. Умением готовить Авалокитешвара бутанцев обделил, да им, по правде говоря, особенно экспериментировать не с чем. Одно оригинальное блюдо запомнилось: вареная картошка, добавляют туда мягкий сыр и мелкорубленный свежий стручковый перец чили, затем на малом огне, помешивая, томят минут 10. Вот если кто пробовал ядреный том-ям, то это тоже самое, только со вкусом простым и ясным, как мычание—со вкусом богоблагословенного капсаицина. Есть тут курятина—но она хуже, чем у полковника Саммерса, есть капуста-бобы-рис: но все это тоскливо, как манная каша и молоко с пенкой.
Заранее оплаченный тур предполагает, что вас постоянно будут сопровождать гид и водитель, а жить вы будете в отеле далеко-далеко за городом: то есть, без присмотра и контроля можно только нырнуть в ночную тьму и попытаться сломать ноги на горных склонах не сразу, а чуть погодя, не в первом обрыве черепушку размозжить, а во втором-третьем. Вроде, его величество Джигме Вангчук, вернее, последний из Джигме Вангчуков, даровал народу конституцию, хотя не похоже, чтобы благодарные бутанцы подарком пользовались—зачем? Страна называется Королевством громового дракона, а цель и смысл существования государства—счастье граждан. Это не просто факт, так оно и есть на самом деле: здесь буквально замеряют и оценивают ежегодно валовое национальное счастье. Министерство счастья есть. И, по статистике, уровень наслаждения бытием растет, хотя уровень жизни—как сейчас на Украине.
Присмотр-присмотром, но тут он какой-то ненавязчивый и жесткий: ни шагу в сторону с туристских тропок. И отыскать некитайский сувенир в путешествии давно уже проблема, а в Бутане с этим и вовсе катастрофа—вот только и сыскался дротик: пластиковое оперение, деревянный стабилизатор, стержень из гвоздя-стодвадцатки.
Стрельба из лука и метание дротиков—это всеобщая бутанская страсть. Тут по деревне или городу не пройти, чтобы стрельбище не встретить: на нем—очередные полсотни мужиков в юбках, которые проводят спартакиаду колхоза имени его величества Вангчука. Человеку подслеповатому такое кажется магией: тибетский вильгельм телль стреляет куда-то в толпу судей, а попадает почему-то в мишень, которую, в отличие от судей, вовсе и не видать даже. Ну, карты, курево и алкоголь Громовым драконом запрещены, а телека здесь почитай что и нет—то есть, оно точно не для тебя, если ищешь скверны и порока, а не попеть хором «Ом мани падме хум». Короче, веселие на Тибете есть стреляти. Хотя храмы здесь затейливые, конечно: лингамы, понимаешь—точно как
https://www.youtube.com/watch?v=ljjn5gqqqss
