Жертва⁠⁠

Глава восьмая. Заключительная.

Глава первая - Жертва

Глава вторая - Жертва

Глава третья - Жертва

Глава четвертая - Жертва

Глава пятая - Жертва

Глава шестая - Жертва

Глава седьмая - Жертва

Я проснулась от боли в руке. Еще мои глаза были закрыты, а я ощущала присутствие и суету людей в помещении. Чувствовался запах хлорки, от холода я не могла шевелиться. Буквально продрав глаза, мне пришло осознание, что я в палате. Лучи осеннего солнца пробивались через окно, в них танцевали крупицы пыли. Я опустила взгляд на руку, которая так долго мучила меня. Она лежала под одеялом, точнее то что от нее осталось. Болела та часть руки, которой уже у меня не было.

- Здравствуйте, проснулись? - звонким голосом отвлекла меня от моих размышлений девушка в белом халате. Она была достаточно высокой, у нее было стройное и изящное тело. Меня уколола зависть.

-Давайте померим температуру, - девушка протянула мне градусник, - а позже вас осмотрит врач, на обходе.

Я втиснула градусник подмышку, и проследила за ее удаляющимся виляющим задом. В палате кроме меня были еще три женщины. Было видно, что они старше меня. Тишина. Никто из них не произносил ни слова, только украдкой поглядывали на меня. "Думают, что я сумасшедшая", - промелькнуло в моей голове. Я не стала  развивать эту мысль. Боль в руке не унималась, но была какой-то щадящей. Запах гнили пропал, данный факт меня обрадовал. Вернулась стройная медсестра. Посмотрев на градусник, что-то записала в карточку и так же эффектно ушла, как и появилась.

Минуты тянулись бесконечно, и визит врача оказался неожиданно приятным. Но по его лицу стало понятно, что из нас двоих рада этой встрече только я. На вид зрелый мужчина, лет сорока, с правильными чертами лица и худощавого телосложения. Он молча открыл записи в карточке, просмотрел их. "Покажите руку" - его голос не выражал совершенно никаких эмоций. Я достала из под одеяла свою культю, и протянула ему. Он осмотрел повязку, кожу около повязки, и кивнул. Так и не встретившись со мной глазами, врач вышел из палаты. И здесь я поняла, что теперь я никто. Я невидимка. Существо без разума, с которым нет смысла разговаривать. Слезы покатились по моим щекам. "Почему никто у меня не спросил что случилось? Почему мне никто тогда не помог в этой больнице?" - горестные мысли заполняли мое сознание, вызывая все новые приступы слез.

Я проснулась уже поздним вечером, веки зудели и казались очень тяжелыми. Осмотрев палату, стало понятно, что все ушли в ванную комнату готовиться ко сну. Я решила умыться, заставила сползти себя с кровати и подошла к раковине с зеркалом. То что я увидела вызвало у меня шок. Лицо было неузнаваемым от отеков. Глаза превратились в две щелочки. Красные огромные мешки под глазами и огромные веки, пронизанные венками, украшали мое лицо. Всклокоченные волосы были усеяны колтунами. Вид напоминал пациентку психушки. Глубоко вздохнув, я открыла кран с холодной водой и начала умывать лицо. Становилось легче, но я постоянно пыталась зачерпывать воду отсутствующей рукой, и спрятала ее за спину. "Как ты?" - прозвучал мужской голос. Обернувшись, я увидела, что в палате стоит Андрей. Его взгляд выражал сожаление и озабоченность. "Вроде ничего", - ответила я, вытираясь полотенцем. "Врач сказал, что твоя рука в норме, и я могу тебя забрать. Мы должны поехать в больницу, ты это понимаешь?" - его голос звучал словно в нем была стальная струна. Я кивнула, мне хотелось уехать, а с Андреем тем более. Он улыбнулся, словно от облегчения.

Весь путь до психушки мы молчали, я рассматривала город. Он казался незнакомым. Дождь омрачал вечерние улицы. Фонари тоскливо освещали мокрые дорожки. Горожане практически не попадались, как и встречные автомобили. Складывалось ощущение, что мы с Андреем вдвоем во всем этом городе, а может быть и мире. Боковым зрением я видела, что он посматривает в мою сторону, но мне не хотелось с ним столкнуться взглядом. Еще больше меня удручала мысль, что он смотрит на мою руку, которой больше нет. Я спрятала ее под куртку, не хотелось выставлять ее напоказ.

Андрей припарковался у самого входа, заглушил двигатель. Он протянул мне руку и я положила в нее свою ладонь. "Ну что? Пошли?" - его глаза были наполнены теплотой, что вызвало у меня улыбку. Мы шли по коридору, я держалась за его руку. Меня наполняло двоякое чувство. С одной стороны, мне было страшно от того что меня ждет, с другой стороны, приятное ощущение влюбленности и легкого волнения успокаивало меня. Идя по этому коридору, я предполагала, что мне предстоит лечение, и его будет осуществлять Андрей. Он наверняка мне поможет. Спасет меня, и мы будем вместе. Я буду рассказывать моим родственникам о том, как полюбила своего лечащего врача, а он будет рассказывать о том, как беспокоился за меня. Я представляла все эти беседы, пока мы шли в его кабинет. Поравнявшись с дверью, я увидела табличку, на которой было указано его фамилия и инициалы, но мы пошли дальше. И вот уже темный конец коридора. Перед нами появился лифт. Никогда не знала, что в этом здании вообще есть лифт. Двери распахнулись. Я посмотрела в глаза Андрея. Он мягко улыбнулся и указал мне рукой пройти вовнутрь. Я шагнула в кабину. Кнопок с цифрами было 4, и одна была просто красного цвета. Андрей нажал на нее. Лифт планомерно начал опускаться. Холодок пробежал по моей спине, беспокойство стало вытеснять мои романтические чувства. Андрей смотрел в пол, приподнимаясь на цыпочки и опускаясь на пятки. Я вытащила свою руку из под его руки и отошла в угол кабины лифта. Он посмотрел на меня и сказал: "Ты чего? Не волнуйся, я же с тобой. Сейчас выпишу тебе лечение. И ты сможешь отдохнуть". Двери лифта распахнулись. Перед нами появился темный коридор, до меня донесся запах: резкий и неприятный. Я поняла, что это запах мочи и хлорки. Не спеша мы начали идти вдоль комнат, и я поняла, что это не просто комнаты, а палаты. Из-за дверей слышались всхлипы и стоны. Проходя мимо одной двери, из-за нее послышался стук. Он был очень громкий. Явно тот, кто был за этой дверью, хотел ее выбить, но на наше счастье не смог. Мы подошли к крайней двери, Андрей толкнул ее, она оказалась не заперта. Обстановка палаты состояла из одной кровати, небольшой тумбочки и стула. Андрей подвел меня к койке и усадил на нее, а сам развернул стул и уселся напротив.

- Насть, ты будешь здесь лечиться, - начал он, открывая карточку, такую же как те, которые я разбирала в архиве.

- Я надолго здесь?

- Ну… смотря как пойдет. Но те, что были до тебя, пока еще не выписались, - он пристально посмотрел на меня.

- Как понять? Что ты имеешь в виду?

- Здесь ситуация неоднозначная. Ты хочешь, чтобы я все тебе рассказал?

- Конечно, я ничего не понимаю, - с беспокойством в голосе сказала я.

- Насть, ну вот честно ты мне очень сначала понравилась, но она тебя выбрала, даже до того как я с тобой познакомился. Здесь уже ничего не поделаешь, - он украдкой посмотрел на дверь палаты.

- Кто она? Ты про кого?

- Ладно. Наверное, имеет смысл тебе рассказать, - после непродолжительной паузы проговорил Андрей, - я о ней узнал, когда устроился сюда на работу психиатром. Ольга Владимировна курировала меня, помогла освоиться. И вверила мне данную подопечную. Я сразу понял, что этот случай выбивается из общего представления о заболеваниях. Тем не менее, проводил лечение как подобает. Я пытался поставить ей диагноз, но не выходило. Ольга Владимировна уклончиво отвечала на мои вопросы, я даже не мог узнать ни дату рождения пациентки, ни ее данных о месте рождения, жительства, родственниках и даже фамилии. Известно только имя. Ее зовут Жилда. Как оказалось это итальянское имя значение которого жертва. Жилда не разговаривала со мной, она ни с кем не разговаривала. Только нечленораздельное мычание, но этому имелась причина. У нее не было языка. Я у Ольги Владимировны пытался выяснить причину отсутствия органа, но по ее словам она этого не знала. Единственное, что Жилда смогла ей о себе написать - это свое имя. Откуда она взялась в больнице мне неизвестно до сих пор. Такое сложилось впечатление, что Жилда здесь была еще задолго до появления Ольги Владимировны. У меня было очень много вопросов к данной пациентке, но ответов не было. А потом я начал замечать странности. Я понял, что она может ходить по больнице без ограничений. Я сразу сообщил об этом главврачу, но она никак не отреагировала, а лишь сказала, что лучше об этом не переживать. Я начал наблюдать за тем, как Жилда перемещается по больнице. Это будет звучат безумно, но она может проходить сквозь преграды. Я видел своими глазами, как сначала ее рука, а потом и все тело словно нырнуло в стену. Вот так она и разгуливает, где ей захочется. И я смирился, но потом случилось ужасное, - Андрей остановился и набрал воздуха в грудь, чтобы продолжить, - помнишь ты разбирала архив, и тебе попалось дело Акимовой, которая подавилась инородным телом и задохнулась. Так вот Жилда заставила ее откусить себе язык, и та им подавилась. Я видел это своими глазами, я видел как Жилда ее выбрала и начала сводить с ума. Анна Акимова жила в двух домах от этой больницы. А эта каждый вечер прогуливалась по улицам и наблюдала за окружающими, она так выбирает жертву. Ее никто не видит, об этом мне рассказала Ольга Владимировна, после случившегося с Акимовой. Так вот выбор был сделан. Анна поступила к нам на лечение, с анамнезом "чувствует запах и вкус гнили, тухлятины, хочет избавиться от своего языка". Родители Анны обратили внимания, что дочь перестала питаться и практически пить. Отправили её в больницу на обследование. Анализы оказались в норме, а состояние ухудшалось. В больнице сделали заключение, что не в порядке у пациентки с психикой и отправили ее к нам. А здесь уже Жилда Анну и достала. А потом забрала ее язык себе. Ты же видела, - я не могла поверить всему тому, что я слышу, а Андрей продолжал, - честно признаться я был в шоке от случившегося, но Ольга Владимировна сказала, что мы не можем ничего сделать, что Жилда пусть делает то что хочет, иначе она за нас возьмется. После этого я хотел уволиться. Но понял, что она меня не отпустит. Как только я подумал об увольнении, Жилда этим же вечером явилась ко мне домой ночью. И я в голове услышал голос, это был ее голос. Говорила она ужасные вещи, о том что меня ждет, если ее брошу. И я остался здесь. А потом появилась ты. Я сначала так тебе обрадовался. Ты мне очень понравилась, но уже на следующий день понял, что Жилда выбрала тебя. И не только я это понял, помнишь одна из пациенток бежала к тебе с криками, о том что за тобой ходит "она". Ну, а дальше, она вынудила тебя отдать ей свою руку, - Андрей облокотился на спинку стула.

- А как же та рука в моем кабинете? - я не узнала свой голос, произнеся эту фразу.

- Ну, это тоже Жилда. Она бывает так приносит части тел, тем кого выбрала в качестве донора.

- Но почему я? - слезы уже капали с моего подбородка.

- Я не знаю. Мы сами здесь все заложники. Пойми, что тебе просто повезло меньше, чем, например, мне. Конечно, лечение тебе не нужно. Ведь ты не сумасшедшая, - он улыбнулся и погладил меня по голове.Я молча проследила за тем, как он встал со стула и пошел к выходу из палаты. "Завтра приду. Отдыхай". Послышался звук запирающегося замка. Я вскрикнула и бросилась к двери. Начала барабанить по ней, но силы оставили меня, и я опустилась на пол. Вой вырвался из моей груди от бессилия, обиды и страха. Подняв глаза наверх, я увидела торчащую голову сквозь дверь. Язык, который вываливался из улыбающегося рта, и руку, на которой узнала лак для ногтей. Такой же лак был на моей оставшейся руке, точнее на руке, которую мне оставила Жилда.

Конец.