Это же Дип Пёрпл! (с)1
Осенью 2008 года славный город Новосибирск второй раз посетили легендарные ветераны рока Deep Purple. Состоялось это в рамках тура, приуроченного к сорокалетию группы и колесили музыканты по РФ где-то с месяц или около того.
Два студента НГУ — Саша и Сережа — приобрели пару билетов по космическим на тот момент ценам в 3600 рублей, а дата 23 октября была жирно отмечена в настенном календаре. Вообще, местный ледовый дворец спорта — последнее место в городе, предназначенное для концертов. Я убедился в этом, посетив несколько разножанровых коллективов, таких как «Scorpions», «A-Ha» и череды российских исполнителей вроде «БИ-2 или Басты с «Ленинградом» — к сожалению, все они звучали одинаково хреново. После того, как в городе появились и другие куда более приспособленные для проведения крупных выступлений площадки, с этим фактом согласились даже самые ярые скептики.
За пару часов до начала концерта мы прибыли на место, посмотрели, что к чему и пришли к выводу, что трезвыми на «DP» идти нельзя. В ларьке через дорогу были приобретены бутылки «Балтики №9» по две на человека и несколько пакетиков сухариков «Кириешки», после чего приняли решение отойти за небольшой, но уютный лесок позади ледового дворца спорта, где и от души угоститься.
Оказавшись на месте, мы с удивлением обнаруживаем группу мужчин в возрасте выше среднего, которые разложили хорошую такую поляну на двух раскладных столах, где по уровню 2008 года было всё, что только было необходимо для качественной подготовки и радости души перед концертом легендарной рок-группы.
— О-о-о, а вот и внучата подтянулись, — с радостным возгласом встретили нас мужчины. — Давайте к нам, не стесняйтесь!
Мы вежливо отказались, мол, у нас свое — но далеко не отходили и в целом присоединились к импровизированному торжеству и, употребив, направились ко входу в здание, где очередь уже слегка подрассосалась.
Концерт был убойным. Не без минусов, но разве могут перевесить те факты, что под конец выступления музыканты выглядели весьма уставшими (до конца бодро дотянул только гитарист Стив Морс), а Яна Гиллана можно узнать лишь по босым ногам и некоторым тональностям голоса — все началось с какого-то лютневого соло Морса, а потом понеслось как из пулемета: Space truckin, Black night, Strange kind of woman, Smoke on the water… В общем, на хреновый звук Ледового дворца спорта в какой-то момент было откровенно насрать — было и так очень хорошо.
Но история, собственно, писалась ради эпичного финала.
Выйдя после концерта на улицу, мы направились в так называемый «бэкстейдж», где стояли фуры, на которых привезли технику музыканты. Нас таких бесстрашных и отмороженных набралось порядка десяти человек, и мы культурно и терпеливо ожидали — наверняка же кто-нибудь из музыкантов появится, а мы тут как тут с просьбой попросить автограф. Самый бесстрашный из десяти ожидающих прямым шагом проследовал в оказавшуюся не запертой и совершенно не охраняемую дверь «черного входа», но уже через пару минут его вежливо вывела под руки пара крупногабаритных мужчин в черных костюмах.
— А чё, ну чё, я ж просто поговорить, пообщаться, — беззлобно и негромко сетовал незадачливый авантюрист. К слову, нас никто не выгонял, а один из охранников сказал:
— Ребят, ну погодите вы немного. Сейчас они выйдут.
И правда — спустя минут двадцать из дверей появляется Стив Морс, с хитрецой смотрящий на нас. За ним выходит клавишник Донни Эйри, а спустя секунду — и сам Ян Гиллан. Они о чем-то перешептывались, а мы всей толпой осторожно приблизились к легендарным дедам даже не зная, что, собственно, хотели от них.
— Thanks for the concert (спасибо за концерт), — выдавил я из себя. В ногах я чувствовал дрожь, а сердце бухало, грозясь вырваться наружу.
Музыканты с добродушными улыбками кивали, разрешили пофотаться с ними и если бы по прошествии лет у меня не сдохла пара жестких дисков, этот пост наверняка бы был снабжен хотя бы одной-двумя фотографиями.
— Would you like to get our autographs? (Не хотели бы вы взять у нас автографы) — усмехнувшись спросил Ян Гиллан. В буре эмоций, которые мы старательно сдерживали, дабы музыканты не сочли нас сумасшедшими, из головы как-то вылетела сама идея о том, что у музыкантов можно взять автограф. А когда до нас дошло, то было обнаружено — не у меня, ни у Сани не оказалось ни ручки, ни чего-то, похожего на бумагу.
И тут происходит, собственно, то, ради чего и писался этот пост.
Саня протягивает Гиллану… свой студенческий билет.
Гиллан смотрит на протянутые ему «корочки» и его глаза (я вам клянусь) делаются шире, чем обычно.
— Um... This is a document? (это же документ?) — вежливо уточняет он, глядя на Саню.
Саня задумывается на секунду, после чего с радостной лыбой махнул рукой и выдал:
— Да похуй! Это же «Дип Пёрпл»!
— You here in Russia really are all crazy (вы тут в России и правда все ебанутые), — с усмешкой отзывается Гиллан, расписывается в студенческом и передает по кругу не менее удивленным Морсу и Эйри.
Домой мы уезжали крайне воодушевленные.
На следующий день Саня на проходной предъявляет студенческий, а охранник интересуется, мол, а чего он у тебя почирканный-то?
— Да братик маленький порисовал, — отвечает Саня, после чего деканате заказывает дубликат.
Если я правильно помню, Саня подарил украшенный автографами студенческий папе, который в молодости был весьма увлечен «DP», а мне на память осталась эта история и пережитые эмоции.
