Эрлик и Умай

Среднеазиатская южная готика. Имена персонажей не вымышлены, взяты из истории поездок такси. Все совпадения случайны.

Эрлик и Умай Темное фэнтези, Магия, Авторский рассказ, Рассказ, Длинное, Фантастический рассказ, Городское фэнтези, Фэнтези, Казахстан, Средняя Азия, Мифология, Длиннопост

Полупрозрачная, золотоволосая дева с белом одеянии снова приснилась в эту ночь.

А в районном городке Хухры-Хурма, открытом всем среднеазиатским ветрам, прорвало трубу прямо напротив акимата.

Драгоценный в засушливых местах минерал хлестал небольшим фонтаном под грустным взглядом следователя, товарища капитана Актилека Нурдинова, наблюдавшего из окна местного отделения полиции, примостившегося напротив.

— Третий пропавший без вести в городе, — пробормотал он. — За неделю. Никаких зацепок. Никаких. А уже пятница.

— Может… цыгане? — предположил его верный помощник, старший сержанта Сманалы уулу Сабырбеков, приходившийся ему двоюродным племянником.

— Что?! — Актилек резко развернулся, с пренебрежением глядя на своего товарища. — В каком смысле? Что за бред?

— Ну… Читал. Что крадут людей. И заставляют выступать в этих… в бродячих цирках.

— Меньше читай фейсбук. Эти вон… правильно сделали, что запретили. Тоже пора бы. Был бы я полковником… Эх!

— Что бы сделал? Фейсбук запретил?

— А то! И толку от него. Никаких зацепок.

Товарищ капитан вернулся к столу — он до сих пор, в 202? году не привык сидеть на работе за компьютером, потому просил всё распечатывать на принтере, и документы по всем трём делам валялись неровными стопками.

— Вот. Смотри. Булатбек Бексултонов. Тридцать шесть лет. Безработный. Привлекался за марихуану Вышел на улицу из дома по улице Восстания. За кефиром. Кефир купил в итоге. Последний раз…

Старший сержант Сманалы уулу Сабырбеков подошёл к столу.

— Видели на перекрёстке у «АлтынКума». Я же знаю. Я же вместе с тобой допрашивал.

— До дома пройти нужно было два квартала. Два квартала, брат! Нету. Пропал. Нигде не видели, телефон не обнаруживается. Запрашивали, симка не ловится! Как испарился.

— Тебе выговориться надо, да? Я же это всё знаю.

Товарищ капитан кивнул, но на реплику никак не ответил.

— Дальше. Хамракулов Жамшит Алижанович. Пятьдесят шесть лет. Ведущий специалист «Лукойла». Не абы кто! Агашка у него в столице сидит. Уже всю плешь проели. Коттеджный посёлок «Рахмет». Каждое воскресенье ездит кататься на велосипеде до центра и обратно. Велосипед нашли, его нет. Последний выход в соцсетях с мобильника — через час. Не, ну нормально?

— Знаешь, во всех полицейских детективах персонажи вначале сюжета рассказывают друг другу… — Сманалы уулу Сабырбеков начал было описывать какую-то длинную аналогию, но его опять проигнорировали.

— Ну и, наконец, Турсунбаев Азизжан Юсупович, девяносто восьмого года рождения, таксист… Та же петрушка. Как сквозь землю провалились, в общем. Если ещё и у этого телефон не найдут. Родственники ещё не опрошены. Надо...

— Я это всё видел! Мы же уже всё запланировали. Ты как будто кому-то другому это рассказываешь, да? Кому рассказываешь? Никогда не понимал, зачем рассказывать то, что я и так знаю. Воображаемые зрители чтобы поняли, да? Тебе бы выступать!

За такую наглость уже последовал тычок подчинённому родственнику в бок.

— А ну, заткнись, задолбал. Хочу и рассказываю. Ладно! Сейчас к сестре съездим, может, чего узнаем.

На улице загремело, зашумело. Нурдинов выглянул в окно — вокруг фонтанчика развернулся полевой лагерь водоканала. Поставили оранжевые конусы, натянули лентой заборчик.

— Смотри. Оперативно, — сказал Сманалы уулу Сабырбеков. — Видимо, не зря их у акима дрючили на прошлой неделе.

— Да уж. Они и то лучше нас работают.

В следующий миг заговорил отбойный молоток. Товарищ капитан произнёс несколько фраз, процитировать в столь приличном произведений не представляется возможным, и закрыл окно, открытое на микропроветривание.

— Кондей так и не поставили. Долбить весь день будут. Работать невозможно! Задохнёмся совсем!

— Поехали к сестре последнего, прогуляемся! Её вчера допросить не успели.

Заткнув уши, прошмыгнули к служебной тачке, врубили мигалку, поехали с ветерком.

Опрос, в котором присутствовали трое родственников и девушка Турсунбаева Азизжана Юсуповича, оказался скучным — все те же обычные в такой ситуации тревожные лица, всхлипы «да где же он», рассказы про то, как брат записывал рэп и мечтал стать стендапером. Всё те же фоточки из инсты (* соцсеть, официально запрещённая в Российской Федерации). Ближе к концу раздался звонок — звонила младший сержант Жаныс, отвечавшая за коммуникации.

— Прислали выгрузки маршрутов из Гугла. У всех трёх сигнал мобилы пропадал прямо посреди улицы.

— Во как! В смысле — посреди улицы?

— Ну, там непонятно. Вот точка, вот другая, а последняя — просто на улице, или во дворе.

— Слушай, вышли скрин. По последнему.

— Окей, товарищ капитан.

Поворчав по поводу плохого качества фото, Нурдинов махнул рукой Сманалы уулу Сабырбекову, который уже подсел на диване к сестре потерпевшего настолько близко, насколько позволяла толщина костюма и особо старательно гладил по спине.

— Собирайся. Посмотрим точку.

Стоит ли говорить, что ничего путного они не нашли. Точка оказалась совсем непримечательной — простая дорога в середине квартала, тротуар со сломанными поребриками (или бордюрами? Кто их разберёт, как их в Хухры-Хурме называют по-русски).

Увидели одинокую старушку в окне хрущёвки напротив, поднялись, тыкнули ксивой и опросили, было ли чего странного. Разумеется, ничего странного старушка не заметила, и пропавшего парня не видела. Как не видела и двух других пропавших.

Когда вышли из подъезда, Нурдинов присел на корточки, собрал щепотку пыли на асфальте и понюхал, медленно просыпая из кулака. Прищурился, посмотрел вдаль, не вставая. Сманалы уулу Сабырбеков присел рядом, тоже собрал пыль, тоже задумчиво посмотрел вдаль, пародируя шефа. Тот исподлобья взглянул на подчинённого и вдруг захохотал.

— Чего? Ну что такого!

— Вот зачем так делать? -— старший сержант изобразил пальцами. — Ты что узнать хотел? Что у нас климат засушливый?

— Молодой ещё. Не понимаешь, — Нурдинов поднялся, отряхнул пыль с брюк и направился к машине. — Важна каждая деталь. Вот мы всё не там ищем. И не то. Есть какая-то система в этом всём. Что-то объединяет. Мужчины. Так?

— Так.

Нурдинов замялся, подыскивая следующее объединяющее свойство:

— Вышли куда-то?

— Вышли. Слушай, может, закладку искали? Может, они все наркоманы? Один-то привлекался.

— Это пятидесятишестилетний специалист Лукойла, отец четырёх детей наркоман, да? На велосипеде за две сотни тысяч который ездит!

— И то верно, — Сманалы уулу Сабырбеков поник. — Хочешь сказать, это один и тот же человек? Маньяк?

— Ты тише такие слова-то говори! Сейчас областные приедут и всё заберут у нас. Не маньяк. Может, они все знакомы были?

Сманалы уулу Сабырбеков кивнул.

— Может. А может, по пицце? Обеденное время.

— Да. У нас же под окнами долбят… Не хочу обратно. Вот тут — верно говоришь. Отметим пятницу. Неделька тяжёлая была.

* * *

Кружок по городу, небольшая очередь, ароматно-пахнущая серая картонная коробка, жирные пальцы сжимают тёплый кусок теста с начинкой — и вот жизнь постепенно начинает налаживаться.

— Вот ты говорил про систему, дядь Актилек, -— сказал Сманалы уулу Сабырбеков, когда они уже подъезжали к хухрыхурминскому отделению местной полиции.

Дядь Актилек его тут же поправил.

— Товарищ капитан я. Рабочий день ещё не закончен — рано меня тут дядькать!

— Окей-окей. Трьщ капитан. В общем, вот ты говоришь — есть система. А у нас, раз мы никак не можем найти то, что их всех объединяет — есть какая-то системная ошибка.

— Что за ошибка? Никаких ошибок. Всё проверено, — нахмурился Нурдинов.

— Самолёты.

— Что самолёты?

— Во вторую мировую, я тут ролик на ютьюбе смотрел. Улетали на задание, прилетают — а в крыле дырка!

— Не дырка, а отверстие, — привычно поправил Нурдинов.

Сманалы уулу Сабырбеков поморщился от неудачной шутки и продолжил:

— Они на эту дырку — раз! И брони налепили. Другой раз прилетают — раз, в хвосте дырка. Они на хвост брони в три пальца. А какие-то не прилетали. И их как сбивали, так и продолжали сбивать. Не меньше.

— Ну и что? Как это связано?

— А то, что они только выживших проверяли. А те, которых сбили — не проверяли. А броню надо в другом месте лепить! Вот мы с тобой, тврщ капитан, выжившие, по себе и судим. А их, считай, уже всё, нету…

— Сплюнь! Умный нашёлся. Трупы не найдены. Найдём ещё.

Грохот строительной техники всё приближался — к отбойному молотку теперь прибавился нудный гул экскаватора и компрессоров, откачивающих воду.

Прямо перед капотом автомобиля пробежал товарищ майор, начальник городской полиции — без фуражки, с приспущенным от жары галстуком. Отыскал среди рабочих командира и принялся что-то гневно объяснять, размахивая руками. Затем вернулся и пробормотал, проходя мимо выходящих из машины Нурдинова и Сабырбекова:

— Пятый прорыв у них… А у меня четвёртый пропавший без вести за неделю! А они долбят! Нельзя быстрее, что ли?

— Как четвёртый? — опешил Нурдинов.

— Вы где, мать, прохлаждаетесь, задолбал! Летучка!

На летучке собрали всех следаков, которые были. На этот раз пропала девушка — Токтанбаева Фатима Машрабовна, две тысяча первого года рождения, замужняя, продавщица в супермаркете.

Никаких зацепок. И — точно также замолчавший телефон.

— Никаких идей, я так полагаю? Нурдинов? Если ничего не придумаете за неделю — уйдёт в область.

Остаток пятницы тянулся вечностью. Опросы родных, осмотр места работы, дома и прочего. Запрос координат телефона.

— Ну его нахрен, — резюмировал Нурдинов. — В область — так в область.

Капитан твёрдо решил не работать в выходные.

Но разговор про системную ошибку не выходил из головы все выходные. Сороколетний бобыль-холостяк, он пытался отвлечься — съездил к племяннице, заехал на дачу к отцу. Посидел в соцсеточках, разгоняя за политику в чате однокашников, посмотрел половину четвёртого сезона «Твин Пикс», ещё больше нагнав жути и напомнив себе о работе.

Возникла идея позвонить Сабырбекову, спросить, как дела, и удалось ли чего накопать — был сделан резонный вывод, что подчинённый последовал примеру и активно отдыхает, занимаясь загородным туризмом, потому звонок был отложен до понедельника.

А когда лёг спать в ночь на понедельник, отдохнувший и крепко поевший перед сном, ему снова приснилась дева в синем одеянии. С лебедиными крыльями за спиной, невесомая, идущая по тротуару безлюдной улицы, не касаясь босыми пальцами грешной земли.

— Эгис Шындар, — произнесла она. — Пики-близнецы.

— Кто ты? — беззвучно спросил Нурдинов.

— Умай, — сказала она, развернулась и ушла, растворившись в сумраке ночных фонарей.

Тенгрианская богиня плодородия, смутно вспомнил Нурдинов. Он побежал за ней, сверкая неожиданно босыми пятками, больно царапая ступни об асфальт.

Улица закончилась тупиком. Он уже хотел было развернуться и уйти, но в конце улицы сверкнуло в темноте что-то. Подойдя ближе, он увидел штыковую лопату, воткнутую в землю. На куске металла виднелась проржавевшая, гнилая цифра «пять».

— Пять, — проборомотал он. — Пять… чего? Прорывов за неделю?

Пять прорывов за неделю. А пропавших без вести только четверо. Руки дёрнули деревянный черенок, и струя воды фонтаном вонзилась в лицо.

Нурдинов рывком проснулся. На часах четыре ночи, за окном темно. Набрал номер Сманалы уулу Сабырбекова.

Телефон был недоступен. Кое-как накинув одежду, он принялся рыться в чулане и откопал в итоге совковую лопату, старую, советскую, оставшуюся от отца. Прыгнул в машину, кинув инструмент в багажник, и на последних литрах домчал до центральной площади.

Припарковавшись чуть ли не поперёк пустой ночной улицы, достал лопату, перешагнул полосатую ленту, отделившую мир мёртвых от мира живых, и принялся копать свежепритоптанную рыхлую землю над позавчерашним прорывом трубы. Сначала истошно, быстро, но потом одумался и стал действовать аккуратнее. Спустя пару минут земля замычала, заныла, лопата упёрлась в что-то твёрдое, что зашевелилось, разогнулось и оказалось ногой в полицейских брюках.

— Сманалы… племяш, — захрипел Нурдинов, бросил лопату, принялся грести комья земли руками.

— Не трогай его, — послышался властный голос за спиной.

Рука тут же влетела в кобуру, ствол табельного уткнулся в фигуру в тёмном капюшоне, стоящим наверху, на краю полузакопанной ямы.

Вихри закрутились за спиной незнакомца, песок и грязь ударили в лицо, резкий порыв ветра вырвал ствол из ладони капитана. К фигуре незнакомца присоединились ещё четверо — все они оформили пентаграмму, в середине которого стоял он, капитан местной полиции и его похороненный заживо сослуживец.

— Кто ты?! — заорал Нурдинов, закрывая лицо одной рукой, а второй тщетно пытаясь вырвать Сабырбекова из подземного племя.

Главарь скинул капюшон. Это был Аттокуров Акжол Кутманович, директор городского водоканала; его верные приспешники, тёмные адепты неведомого культа сомкнули руки, и песок с землёй устремились в яму.

— Оставь его и уходи, — произнёс бесцветный голос. — Эрлик просит. Эрлику нужна жертва. Силу воды может побороть только сила земли. Один всегда должен быть принесён в жертву — без того система не будет работать. Не совершай ошибку!

— Ошибка — это ты! — воскликнул Нурдинов, разогнулся в полный рост, и столб красного пламени, вырвавшись из его ладони, в клочья разметал землистую мглу.

Именно так родился воин Света — первый среднеазиатский супергерой.


(другие рассказы и романы автора - https://author.today/u/avssilvester/works )

Авторские истории

31.8K постов26.7K подписчиков

Добавить пост

Правила сообщества

Авторские тексты с тегом моё. Только тексты, ничего лишнего

Рассказы 18+ в сообществе https://pikabu.ru/community/amour_stories



1. Мы публикуем реальные или выдуманные истории с художественной или литературной обработкой. В основе поста должен быть текст. Рассказы в формате видео и аудио будут вынесены в общую ленту.

2. Вы можете описать рассказанную вам историю, но текст должны писать сами. Тег "мое" обязателен.
3. Комментарии не по теме будут скрываться из сообщества, комментарии с неконструктивной критикой будут скрыты, а их авторы добавлены в игнор-лист.

4. Сообщество - не место для выражения ваших политических взглядов.