Я застала своего парня врасплох. Его лицо было отключено⁠⁠

Это перевод истории с Reddit

На месте черт лица торчали одни розетки.

Вместо высоких скул, карих глаз и симпатично поджатых губ — совершенно плоская металлическая поверхность, изрешечённая отверстиями.

Лицо моего парня походило на настенную электрическую панель или заднюю крышку телевизора.

Я закричала и, пошатнувшись, ударилась о полотенцедержатель в ванной.

— О, Бет! Господи! — донёсся голос Тима из крошечного динамика на его лице-розетке.

Он схватил мясистый овал, который сушил в раковине, и прижал его к голове. Послышались щелчки — он защёлкнул щёки на место.

Через секунды лицо снова было там, где положено. По крайней мере выглядело настолько нормально, насколько это возможно после подобного ужаса.

— Прости, что тебе пришлось видеть меня таким.

Я развернулась и бросилась прочь.

Инстинктивно кинулась на кухню и схватила нож: холодная рукоять прилипла к ладони.

— Бет, Бет, пожалуйста, успокойся… — Тим вышел ко мне с поднятыми руками. — Не нужно так реагировать.

Он держался подальше от блеска лезвия.

— Где Тим? — спросила я, глядя ему прямо в глаза. — Что ты сделал с Тимом?

— Бет, успокойся. Я — Тим. Я… всегда был таким, — он указал на линию челюсти. Я заметила крошечные углубления, где ещё мгновение назад крепилось лицо, — те самые ямочки, что принимала за старые шрамы от акне…

— Мне очень жаль. Я должен был рассказать раньше, сразу, как только понял.

Что, чёрт возьми, он несёт?

— Понял что?

— Что я не совсем… ну, не полностью органический.

Эти слова парализовали меня. Из всех возможных фраз «не полностью органический» звучала хуже всего.

Он молча кивнул.

— Знаю, звучит неловко. Но, как понимаешь, поделиться таким непросто.

Я долго смотрела на этого сутулого, извиняющегося человека, утверждавшего, что он мой парень, и нацелила на него нож.

— Объясняй.

— Объясню, только давай уберём нож. Дышим, садимся.

— Садись сам.

Хотя он явно боялся клинка, выглядел и вёл себя по-тимовски: те же блестящие глаза, тот же привычный изгиб губ. Не увидь я его лицо без кожи минуту назад — не усомнилась бы в его искренности.

Но я увидела. И инстинкт шептал: доверять нельзя.

Лицо-розетка.

— Я сяду, — послушно сказал Тим и поднял руки.

Он поставил складной стул в другом конце гостиной и сел на самый край.

— Вот. Сижу. Держу дистанцию.

Я отперла дверь и встала у выхода, не опуская нож.

— Реакция закономерная, — сказал Тим. — Но нам не обязательно так напрягаться. Я не монстр, я всё тот же. Я не причиню тебе вреда.

— Просто… объясняй.

Он глубоко вдохнул, медленно выдохнул.

— Хорошо. Начнём с основ. Во-первых: мы ненастоящие.

Я фыркнула.

— Мы?

— Не до конца уверен насчёт тебя, но подозреваю, что тоже. А я точно. Я подтвердил: я фальшивка.

По позвоночнику пробежал холод. Свободной рукой я ощупала место за челюстью: никаких вмятин.

— Фальшивка?

— Фальшивка. «Null». Я не настоящий человек. Во мне достаточно чужих воспоминаний, чтобы я верил, будто я плотник за тридцать, но на деле я фон — синтетический биороид.

Каждое его слово затягивало внутри тугую проволоку.

— Нашёл ещё нескольких таких, — Тим достал телефон. — Сценарий один: молодая пара в новой квартире, которую им не по карману…

Он дал словам повиснуть.

— О чём ты? Мы можем платить за квартиру.

— Бет. Я ни дня в жизни не работал.

— Что за бред?

Тим прижал ладони к лицу.

— Я прятал GoPro в одежде и писал всё. Прощаюсь с тобой утром, еду на лифте к паркингу. Но вместо уровня P1, где стоит машина, спускаюсь на P4 и запираюсь… в шкафу.

— Что?

— Что-то выключает моё сознание, и я стою там восемь часов, плюс «пробки». Потом память стирают.

— Что?

— Стирают и заменяют ложными воспоминаниями рабочего дня. Их-то я и пересказываю тебе вечером.

Мурашки по коже не проходили.

— Так не бывает.

— Не бывает? — вскочил он и ткнул виски. — Моё лицо снимается, Бет!

Я зажмурилась и прикусила язык, надеясь проснуться, но будить было неоткуда.

— Показать ещё раз?

— Нет. Пожалуйста.

— Понимаю. Это отвратительно. Я бездушный механизм.

Когда я открыла глаза, Тим сидел, уткнувшись лбом в ладони.

— И знаешь, зачем нас создали? — его голос стал пронзительным.

Во рту разлился медный вкус — я действительно прокусила язык.

— Для декора! Мы поднимаем стоимость квартир. Делаем всё популярным, нормальным, безопасным. Мы — живые объявления.

Я положила нож у двери, надела куртку.

— Неважно, кто ты, но я не декорация. Моё лицо не снимается.

Тим криво улыбнулся.

— Ты хоть раз снимала себя, когда выходишь из дома?

— Я постоянно выхожу.

— Так кажется. Но ты хоть раз записывала?

— Мы гуляли сегодня утром.

— И это единственный раз. Выходим только погулять по району… и знаешь, зачем?

Я накинула шарф.

— Чтобы поддерживать атмосферу этой джентрифицированной дыры. Мы анимированные манекены на фальшивой памяти, глянцевый скринсейвер.

— Неправда, — сказала я, открывая дверь. — Я гуляю для колена — врач сказал ходить.

— Оправдывайся как хочешь, но, скорее всего, каждый визит к врачу, каждая тусовка — имплант.

— Ты ошибаешься.

Он стоял с опущенными руками.

— Уверена?

— Да, — я провела пальцами за ушами.

— Щупай сколько угодно. Ты можешь быть другой моделью.

— Другой моделью?

— Дай взглянуть на затылок.

— Что?

— У некоторых швы лучше скрыты, но сзади всегда есть выемка.

Он медленно двинулся ко мне.

— Стой! — я подняла нож. — Не приближайся.

Он застыл, подняв ладони.

— Могу показать зеркалом или сфотографировать.

— Я тебе не верю.

Его лицо потяжелело.

— Клянусь, это правда. Хотел бы, чтобы было иначе.

Я не верила. Или не хотела. А может, после того как человек снял собственное лицо, верить невозможно.

— Я ухожу. Переночую в другом месте.

— Отель не спасёт. Им выгодно, чтобы ты сделала их место красивее.

— Я не скажу, где буду.

Он нервно рассмеялся.

— Ты когда-нибудь всматривалась в зеркало? Мы идеальная, банальная пара, роботы управляющей компании, созданные поддерживать «вайб». Подумай: чем ты занимаешься дома целыми днями?

Думать не хотелось.

Я вышла, держа нож наготове.

Он не последовал.

Я спустилась по пожарной лестнице.

Разрыв был тяжёлым.

Я забирала вещи только в его «рабочие» часы, чтобы не пересечься.

Он слал фото швов, уверял, что наши друзья «вечно в отпуске», что вся социальная жизнь — экраны, а мы роботы, созданные ходить и выглядеть мило.

Я называла его сумасшедшим. Убедила себя, что «лицо-розетка» — галлюцинация. Его паранойя исказила мои воспоминания, вот и всё.

Он пытался утянуть меня за собой, но я не позволила. После множества перепалок послала его к чёрту и заблокировала во всех мессенджерах.

Пять месяцев спустя он нашёл новый номер и прислал последнюю серию сообщений.

Управляющая компания, мол, собиралась «вывести его из эксплуатации»: нашу квартиру продадут настоящей паре.

«Моя симуляция отработана. Скоро меня уберут в шкаф на P4».

Я ответила: «Чувак, прекрати. Ты не робот. Обратись за помощью».

Скинула ссылки на службы психологической поддержки и снова заблокировала.

Сейчас мне гораздо лучше.

Я нашла нового мужчину и переехала в другой район. Мы живём в одном из новеньких небоскрёбов в центре.

Квартира просторная, всё рядом. Такую мы бы с Тимом не потянули.

Тайлер — сантехник со своей фирмой. Он даёт мне время освоиться.

Я рассылаю резюме и болтаю с Кирой и Стейси — они в Барселоне. Когда вернутся, устроим эпичную девичью ночь.

Жизнь здесь намного лучше. Куда спокойнее.

Тайлер держит меня за руку, когда мы совершаем вечерние прогулки. Больше всего мне нравится проходить под длинным водопадом у главного входа.

Под струями мир становится сияющим, мерцающим силуэтом, будто готовым раскрыть своё волшебство.

Так красиво.

Больше страшных историй читай в нашем ТГ канале https://t.me/bayki_reddit

Можешь следить за историями в Дзене https://dzen.ru/id/675d4fa7c41d463742f224a6

Или даже во ВКонтакте https://vk.com/bayki_reddit

Можешь поддержать нас донатом https://www.donationalerts.com/r/bayki_reddit