Всего лишь 18. Глава 11
В лагере царила сонная атмосфера — до конца практики оставалось всего ничего, и студенты уже мыслями были в городе. Настасья сидела на бревне у костра, поближе к угасающему теплу, и что-то методично записывала в полевой блокнот.
Послышался тихий хруст веток, и на бревно рядом с ней спокойно опустился Сергей Степанович. В руках он держал походный термос и две чистые кружки.
— Могу я угостить вас чаем, Настасья? — спросил он, неторопливо отвинчивая крышку. — Это особенный чай, я привёз его из прошлого похода, в нём...
— Приворотное зелье? — вдруг прервала его Настасья, даже не подняв головы, с привычной отрешённостью в голосе.
Сергей Степанович заметно опешил и замер с термосом в руках. Её неожиданные выпады не в первый раз сбивали его с толку.
— Э... нет. А оно нужно?
— А у вас есть?
В этот момент они посмотрели друг на друга в упор и оба не смогли сдержать коротких, понимающих улыбок. Плотное облако субординации между ними на секунду рассеялось.
— Простите, я вас перебила, — смягчилась Настасья, закрывая блокнот. — Так что там у вас в чае?
— Здесь горные травы, я сам собирал их в прошлом году, — Сергей Степанович наполнил кружки, и над костром поплыл густой, терпкий аромат дикого чабреца и мяты. — Они хорошо тонизируют и снимают усталость. А вы выглядите утомлённой, Настасья. Именно поэтому я решил вас им напоить.
— Спасибо, Сергей Степанович, не стоило беспокоиться, — ответила она, принимая кружку. Горячий напиток приятно обжёг пальцы. — Скоро уже уезжаем. Пара дней осталась, дома буду отдыхать.
Какое-то время они пили чай молча, слушая, как трещат прогорающие угли. Вокруг них постепенно сгущалась лесная темнота, от озера тянуло прохладой. Когда Сергей Степанович снова заговорил, его голос стал гораздо тише, потеряв привычные профессорские интонации. В нем прорезалась глухая, тяжелая серьезность мужчины, который помнил ночные предупреждения Петра Алексеевича, знал про её страх, но больше не мог молчать. Ему непременно нужно было знать, сходит ли он с ума в одиночку или его чувства не безответны:
— Настасья, могу я задать вам один вопрос? И получить на него честный ответ?
Настя медленно повернула голову. Несколько секунд она пристально вглядывалась в его лицо в неверном свете костра, пытаясь угадать, что скрывается за этой внезапной переменой. Наконец она коротко качнула головой в знак согласия.
Прежде чем спросить, Сергей Степанович сделал глубокий глоток из своей кружки, словно собираясь с силами. Весь его хваленый самоконтроль и выверенные мысленные чертежи сейчас окончательно летели к чертям.
— Настасья... вы бы стали со мной встречаться, если бы я не был женат?
Настасья замерла. Качнулись сосновые ветви над головой, где-то у палаток стихли последние голоса. Этот вопрос застал её врасплох, попав точно в цель, и прятаться за привычным хладнокровием смысла больше не было. Но нужно было отвечать.
Она немного поерзала на бревне, заглянула в свою кружку и одним резким глотком допила остатки остывающего чая. Затем с силой воткнула кружку в свободную руку Сергея Степановича, тут же поднялась, выпрямившись во весь рост, и посмотрела на него сверху вниз. Она коротко и очень тихо бросила прямо ему в лицо:
— Да.
Развернувшись, она сделала два быстрых шага в сторону тропинки, на ходу бросив через плечо:
— Спокойной ночи.
Через несколько секунд её силуэт окончательно скрылся за брезентовым пологом палатки.
Сергей Степанович так и остался сидеть у затухающего костра, держа в руках две пустые алюминиевые кружки. Он долго смотрел вслед ушедшей девчонке, понимая, что его выверенная, правильная и донельзя предсказуемая жизнь только что перевернулась навсегда.
Уважаемая ТС!
Вы в самом деле считаете, что ЭТО интересно читать?)