Великий мудрец не дремлет
Продолжение. Начало https://pikabu.ru/edit/319714?m=schedule
Дома ему попало от мамы за позднее возвращение и захотелось расслабиться. Он включил заброшенный в последние дни компьютер и запустил любимые «танки». Однако стоило зайти в бой и затаиться в кустах, как тело пронзила зудящая судорога.
— Эй, пацан! Зачем мы сидим и смотрим в стекло?! — яростно взвыл Укун в его голове. — Вставай! Почему мы не прыгаем?! Ты что, медитируешь в таком шуме?
— Да тише ты, я играю! Нас сейчас убьют! — сквозь зубы огрызнулся Ваня, пытаясь прицелиться.
От грохота взрывов и Ваниного упрямства Великий Мудрец потерял терпение. В следующую секунду Ваня с ужасом увидел, как его рука сама собой яростно взметнулась и разнесла новенькую колонку.
— Слишком много шума от этих глупых ящиков! — гордо пропищал голос. — Великому Мудрецу нужен покой!
В комнату испуганно заглянула мама, вытирая руки полотенцем:
— Ванечка, что тут грохнуло?! Господи, колонка... Ты как умудрился?
Ваня уставился на обломки. На глаза навернулись слёзы — на эту акустику он горбатился половину каникул.
Глава 6. Переполох в Додо
На следующий день было воскресенье. В университете проводили День открытых дверей, и Ваня собирался туда пойти. Но, когда девятиклассник с трудом разлепил глаза, то с ужасом понял, что сильно проспал, и мероприятия уже начались.
Ваня кое-как умылся и впопыхах оделся. У самой двери его догнала мама, держа в руках шапку:
— Вань, октябрь на дворе, а ты все без шапки ходишь. Надень, простудишься ведь!
Стоило Ване бросить взгляд на спортивную шапочку, как Укун внутри него взвился от дикого ужаса. Перед глазами Обезьяны вспыхнули воспоминания о проклятом венце, который его когда-то заставили надеть под видом красивой шапки.
— Назад, глупая женщина! — яростно заверещал Ваня. — Опять хотите лишить Великого Мудреца свободы?! Не дамся! Не надену!
— Ваня, ты чего?! — ахнула мама, отступая на шаг.
Парень с трудом унял Укуна.
— Извини, мам... Я... мне некогда, опаздываю! — крикнул Ваня и пулей выскочил за дверь.
Он собирался идти на день открытых дверей вместе со Славкой, но тот, конечно, не стал его ждать. Даже не позвонил.
Ваня добрался до университета в самый разгар мероприятия. Стоило ему сесть в переполненном зале, как проклятый зуд вернулся. Ваня ерзал, соседи шикали на него, а Царь Обезьян без умолку комментировал:
— Здесь учат бессмертию? Нет? А летать на облаках? Тоже нет?! Пацан, да тебя обманывают! Эти смертные в скучных пиджаках только зря сотрясают воздух! Давай устроим переполох, тут сразу будет веселее! Запусти в того, красномордого, ботинком! Нет? Ну хоть на колонну заберись!
Чувствуя, что теряет контроль, Ваня выскочил в коридор. И тут его сердце ушло в пятки. Возле расписания стояла Даша из параллельного класса — девочка, которая уже полгода безумно ему нравилась. Заметив парня, она приветливо улыбнулась:
— О, Вань, привет! Тоже думаешь сюда поступать? Я с утра на встречах двух факультетов побывала, устала ужасно. Может, пойдём перекусим?
Ваня закивал, на миг забыв обо всём. А дальше начался кошмар. Стоило им зайти в «Додо», как подросток почувствовал, что жутко голоден, и чуть с не сошел ума от запаха пиццы. Сам того не желая, он запрыгнул с ногами на высокий барный стул, уселся на корточки и начал озираться. Увидев лежащую на стойке горячую «Маргариту», он беспардонно схватил её, сожрал начинку, а лепешку с визгом швырнул в открытое окно — и угодил прямо в лобовое стекло проезжавшей машины.
Даша от ужаса округлила глаза, а посетители начали испуганно шептаться и снимать неадеквата на телефоны. Ваня пришел в себя, густо покраснел, пробормотал что-то невнятное и в панике выбежал на улицу.
Он был вне себя от ярости. Со слезами на глазах подросток выхватил из-за уха металлический штырь.
— Хватит! Убирайся! — закричал Ваня и со всей силы швырнул его в урну.
Железка исчезла среди мусора. Ваня с облегчением выдохнул, но не успел даже развернуться, как что-то звякнуло. Он запустил руку за ухо — посох лежал на прежнем месте. Ваня его снова выбросил. Потом попробовал закопать в землю, сломать... Но посох тут же возвращался за ухо, а в голове раздавался издевательский хохот:
— От меня не избавишься, пацан! Теперь мы с тобой одно целое, хе-хе!
Глава 7. Смог и выбор на мелькомбинате
Пытаясь избавиться от Укуна, Ваня забрел в городской парк. Как назло, там было много народа. Стояло начало октября, выходной выдался на редкость тёплым, поэтому на аллеях шла бойкая торговля и вовсю работали аттракционы. Ваня было направился в сторону лесного массива, подальше от шумной толпы, но дорогу ему преградил молодой человек азиатской наружности в ярко-красной куртке. Незнакомец выглядел спокойным, но его пронзительный взгляд буквально пригвоздил Ваню к месту.
— Отдай мне Цзиньгубан, — негромко, но властно произнёс он. — Он не должен находиться у тебя.
Ваня почувствовал, как Укун впал в истерику. Парень даже не успел ничего сообразить, как чужая воля заставила его тело сорваться с места и побежать. На пути выросло колесо обозрения. Ваня легко перемахнул через ограждение и на ходу запрыгнул в открытую кабинку. Снизу что-то гневно закричал билетёр, но кабинка уже стремительно уносила подростка ввысь.
Поглядев вниз, Ваня затаил дыхание. Человек в красной куртке спокойно стоял у забора аттракциона, дожидаясь, пока колесо сделает оборот и опустит беглеца на землю.
В голове Вани яростно завопил Царь Обезьян, призывая на помощь волшебное облако. На его зов со стороны металлургического комбината подтянулся густой промышленный смог. Парень даже не успел испугаться, как его ноги сами собой оттолкнулись от кабинки, и он прыгнул в жёлто-серое месиво, чудом удержавшее его вес. Ваня полетел на нем несколько сотен метров и рухнул на крышу заброшенного элеватора, надсадно кашляя от едкого дыма.
Непостижимым образом парень в красной куртке оказался там же.
— Ну же! — повторил он. — Отдай посох!
В этот момент из тени вентиляционного дефлектора вышла красивая женщина. Её лицо показалось Ване смутно знакомым.
— Не слушай мальчика в красном! — сказала она. — Я богиня Гуаньинь. Быстрее отдай мне посох! Или Красный Мальчик погубит тебя и весь твой город!
— Не отдавай им посох! — дико заорал Укун. — Сбрось обоих вниз! Я научу тебя драться и летать на облаках!
— Отдай мне посох, — уговаривала Гуаньинь. — Ему не место у смертного!
— Этот артефакт разрушает твою душу. Ты уже теряешь себя. Отдай его мне, пока не поздно, — тихо, но твердо говорил молодой человек.
Ваня чувствовал, что у него раскалывается голова. Мысли путались, но сквозь вопли Обезьяны он вдруг понял: это существо уничтожает его жизнь. Он поссорился со Славкой, довел до слез маму, опозорился перед Дашей. Дядя Паша, мастера в сервисе и даже участковый теперь смотрят на него косо. Неужели самый опасный монстр — не чудовище из ужастика, а то, что сидит внутри тебя? Ваня всегда был непоседой, но никогда — эгоистом с дикими повадками. В какой момент он не заметил, как пересек черту?
— Отдай посох, — повторила Гуаньинь. — Не слушай прохиндея в красном! Я решу все твои проблемы. Дам миллион долларов. Куплю любой компьютер, квартиру, машины.
Ваня поглядел на женщину. Он так и не досмотрел видео про китайский эпос, но его знаний хватило, чтобы почувствовать фальшь. Настоящая богиня милосердия ни за что бы не стала кого-то оговаривать и предлагать деньги.
Ваня принял решение. Пересиливая зуд во всём теле, он достал штырь и протянул его парню в красном:
— Забирай! Мне это не нужно!
Эпилог. Ошибка доставки
Как только металл коснулся ладони молодого человека, красная куртка осыпалась искрами. Он предстал перед Ваней в красном буддийском монашеском одеянии, гармонично дополнявшем его чистое и мудрое лицо. Обезьяний писк в голове наконец-то затих.
В ту же секунду крыша заброшенного элеватора озарилась мягким золотым сиянием. На белоснежном, лучащемся облаке спустилась настоящая богиня Гуаньинь. Её величие невозможно было спутать ни с чем.
— Ты сделал правильный выбор, Иван, — прозвучал её голос, похожий на звон хрустальных колокольчиков. — Высшие силы не могли вмешаться, пока человек сам не примет решение. Свобода духа священна.
Богиня повернулась к лже-Гуаньинь. Лицо обманщицы исказилось бессильной злобой, кожа на глазах начала сереть и осыпаться прахом. Под ней заблестели кости.
— Это Дух Белых Костей, — объяснила Гуаньинь Ване. — Давняя и коварная противница Укуна. Она долгие века искала тёмную, бунтарскую сторону Царя Обезьян. Ту самую грязь и эгоизм, которые отвалились от него, когда он очистился и стал Буддой Победоносной Борьбы.
Богиня взмахнула рукой, и её посох засиял чистым светом.
— Злодеи много веков тайно проводили раскопки, маскируя их под строительство. Недавно они обнаружили тёмный Цзиньгубан. Сюаньцзан, — Гуаньинь указала на мужчину в буддийском одеянии, — выследил их, но они успели увезти посох. Мы двигались по их следу и почти настигли. Понимая, что проигрывают, они спрятали посох среди посылок в службе доставки, наклеив на него первую попавшуюся этикетку. Но, сбив нас со следа, они и сами потеряли коробку.
Дух Белых Костей зашипела, пытаясь броситься на монаха, но одним коротким движением руки Гуаньинь обратила её в кучку серого пепла.
Гуаньинь протянула руку, увлекая Ваню и танского монаха на облако. Мир внизу превратился в размытые огни. Ваня даже не успел испугаться, как оказался на детской площадке в родном дворе.
Рядом на скамеечке сидела все та же троица хулиганов. Стоило им заметить Ваню, как двое парней трусливо полезли под лавку, звучно столкнувшись лбами. Их главарь, держась за ушибленный бок, замер и изо всех сил попытался прикинуться невинной пенсионеркой.
Ваня не смотрел на них. Он заметил подкатившую к дому машину дяди и со всех ног кинулся к ней.
— Ванька! Живой! Ты где пропадал, сорванец?! — дядя Паша крепко схватил его за плечи, тревожно всматриваясь в лицо. — Мне мамка твоя позвонила. Говорит, утром вел себя странно. Потом Славик звонил, рассказал, что ты в пиццерии едой швырялся, а после удрал куда-то! Мы тебе обзвонились, а ты трубку не берешь! Всё нормально? Глаза вроде обычные... Не дуришь больше?
Ваня искренне улыбнулся дяде и шмыгнул носом:
— Всё хорошо, дядь. Пойдём домой. Попросим маму пельмени сварить. Я так по ним соскучился, ты не представляешь.
Дядя облегчённо выдохнул, приобнял племянника за плечи, и они вместе пошли к подъезду.