Трёхлетний говномаг⁠⁠

За гавно – зеленка, говорите? Ага, блять. Только если это не малой племяш, который обосрался у тебя дома. Трижды за двадцать минут. Ща вам опишу событие, по горячим следам.

Короче, забираю я малого из садика. Идем, за жизнь с ним пиздим, о погоде рассуждаем. Ну, на столько, на сколько можно на такие темы с 3-летним пацаном разговаривать. Снежок с неба, хлопьями такими красивыми падает.

– Снех лисо папаль.

– Ну так вытирай, руки ж есть.

– Ага...

Тянется лапками, по лицу елозит.

– Ща, говорю, придем домой, будешь мультики смотреть, пока мама не заберет.

– Халасо.

И как-то это "халасо" флегматично произносится. Мне б тогда уже напрячься. Но нет, идём, я ему че-то рассказываю, он в ответ, в цвет лопочет. Красота!

А, надо один существенный нюанс отметить, чтобы дальнейшее понятно стало. Мама у него строгих нравов и мультики малой круглые сутки дома не смотрит. Полчаса и хорош. Оно-то, с одной стороны, правильно, однако, кто ж знал, что по итогу к таким последствиям приведет. Он так радуется бесконечным мультам у меня дома, и так боится, что не дадут лишнюю серию посмотреть, что ему ни кушать, ни спать не нужно. Лишь бы мультики не кончались.

Ну и по традиции сел он какого-то "грузовичка Лёву" смотреть.

И пока я по дому суечусь – лафа у малого.

В какой-то момент я подхожу к нему, и чувствую вонь характерную. Я бы мог сказать, что подозрительную, но у говна вонь ХА-РАК-ТЕР-НА-Я.

Оп-па, думаю, внезапный поворот. А сам, надеясь на лучшее, спрашиваю:

– Племяш, ты что, обкакался?

Малой не отрывая взгляда от экрана мотает головой. И как-то невесело это делает. Депрессивно. А я-то уже все понимаю. Если слышишь такое амбре – невозможно ошибиться.

Заглядываю в штаны малому сзади – так и есть.

Сука.

– Дружище, ну ты же обкакался, – говорю. А сам думаю: сварил супчика, блять, как и планировал...

Малой в слезы – спалили за непристойным поведением; я в панику – чо с обосраным рыдающим пацаном делать?

Короче, снимаю его со стула, стягиваю с него штаны, вытираю ему жопу, попутно чайник грею, чтоб помыть, а он в слезах, вот-вот на ультрвзвук перейдет. Ну и объясняю ж ему, спокойно и поучительно, что плакать не надо, что, мол, бывают в жизни и не такие огорчения. Что, мол, просто нужно не стесняться и сразу сказать, что какать хочется и быстренько порешаем. А потом мультики смотри себе дальше.

Не работают увещевания. Продолжает выть. Стыдно ему. Ну да любому мужику стыдно было бы, если б в такой ситуации спалили.

А я ж, как старожил интернет-площадок, не нахожу ничего умнее, чем сказать:

– Да хорош завывать! Ничего страшного. Забудем как страшный сон. И палить контору даже перед мамкой не будем. В конце концов, за говно всегда зеленка!

Вот, зря я это сказал. Не думаю, что он понял мой поток сознания, но совпало именно так как совпало. Как раз на фразе "за говно зеленка" полуголый трехлетний пиздюк замолчал и ебанул вторую порцию прямо на месте.

Первый раз он приоритеты неправильно расставил и выбрал мультики вместо посрать. Второй – то ли заслушался, то ли разволновался из-за того, что накосячил, то ли пытался мне жестами донести, а я не понял. Короче, начинай сначала.

Вытираю жопу ему, волоку в таз с водой, отмываю малого, закутываю в полотенце, матерясь себе под нос, возвращаю к мультикам, а сам иду отскабливать говно отовсюду, куда оно успело попасть: с ковра, с пола, из труселей егоных, из колготок. Ну не с говном же их в стиралку совать! И слышу из комнаты подозрительно-испуганное:

– Витая... Аааа… Витая. (Витая – это Виталя, типа)

Захожу и спрашиваю:

– Чо, – мол, – голосишь?

А малой протягивает мне чупа-чупс и горько-горько так:

– Аааааа....

И чует мое сердце что-то недоброе. Носом чует. И глазами видит.

И сам чупа-чупс и рука малого почти по локоть в говне. Он третью порцию, видимо, выдавил из себя и сам не поверил, что столько в нем субстанции этой может быть. Ну и чтобы убедиться, чупа-чупсом проверять полез. Ну, думаю, астрологи объявили неделю фекалий и концентрация говна увеличилась втрое.

Обреченно говорю:

– Блядь!

Иду опять мыть малому жопу и отдирать еще граммов триста говна от полотенца, чтоб его тоже в стирку закинуть.

И вот вытирая его новым свежим полотенцем, спрашиваю:

– Чо, племяш, накосячил?

– Не, – говорит. И голову отворачивает. Стыдно ему, видать.

– Ну как это не накосячил? – спрашиваю. – А кто уже третий раз подряд мозг не включает и на горшок не просится?

– Войнуюсь, – говорит. И голос такой виноватый-виноватый.

А я вот думаю, надо у мамки егоной, по совместительству, моей сестры, поинтересоваться, какие такие методы воспитания она к нему применяет, что он, ребетёнок трехлетний, в моменты волнения, вероломно, без объявления войны до килограмма говна сбросить может? Это ж говномагия какая-то!

(с)VampiRUS