Три богатыря⁠⁠

Голова планетарного принца в изгнании лежала на коленях пророчицы народного восстания. Принц улыбался, а пророчица расчёсывала пальцами его волосы. Дверь с шипением отъехала в сторону, и в кают-компанию дорогой яхты вошли три генерала восстания.

Вернее, вошли только двое. Первым был Агроном. Сейчас он носил тело, напоминающее одновременно насекомое и динозавра, а одно бедро его было раздуто, и сквозь полупрозрачную кожу виднелась полость с вызревающим внутри организмом. Вторым шёл Авторитет — по виду обычный человек. Он был уполномоченным представителем первой волны колонистов, тех, кому пожизненное заключение или смертную казнь заменили на участие в освоении новых, неисследованных планет. Третий генерал — Рой Дронов — влетел тихо жужжащим роем мелких роботов. Между ними проецировалось изображение лица, напоминающего манекен.

Увидев вошедших, пророчица дёрнулась, чтобы встать, но принц так и остался лежать у неё на коленях. Только чуть сжал рукой её ладонь.
— Юнец, зачем твоя советница хотела нас видеть? ‒ пророкотал Агроном. Его тело не было приспособлено для человеческой мебели, и он медленно, поочерёдно сгибая все ноги, улёгся посреди кают-компании.

Принц пожал плечами.
— Мне она тоже не сказала. Сейчас придёт, и все узнаем.
— Вообще могла бы уже быть здесь, раз оторвала нас от дел, ‒ Авторитет упал в мягкие объятия дивана и подал знак автоматическому бару. Тот тут же заурчал, создавая в своём нутре любимое пойло этого человека.
— Она редко делает то, что могла бы по мнению кого-то, ‒ снова пожал плечами принц. ‒ Её ценят не за это.

Авторитет хотел сказать что-то ещё, но тут дверь вновь зашипела, отъезжая в сторону, и в кают-компанию быстрой походкой вплыла советница принца.
— О, явилась, ‒ Авторитет отсалютовал ей гранёным стаканом. Советница ответила на жест открытой улыбкой.
— Друзья, спасибо, что пришли, ‒ начала она энергичным тоном. ‒ Знаю, что вы персоны крайне занятые, поэтому позвольте обойтись без предисловий. Начать я хотела бы с вопроса о том, когда вы намерены исполнить свою часть уговора?

Повисла пауза. Агроном прочистил горло и зарокотал клёкочущим голосом ящера:
— Любезная, что именно вы подразумеваете…
— У нас был уговор, ‒ прервала его советница, ‒ что мы присоединяемся к вашему маленькому восстанию, помогаем вам своими ресурсами, а также позволяем воспользоваться личным брендом его высочества для продвижения вашего бунта в прессе. Всё это было сделано. Собственно, вы прямо сейчас устроили свой штаб на нашей яхте. В обмен же нам было обещано, что как только вы захватите достойную внимания колонию, его высочество займёт на ней руководящий пост.
— Так и что тебе не нравится? ‒ хмыкнул Авторитет. ‒ Выбирай любой из миров. У нас их уже полторы дюжины.
— Шахтёры на астероидах, фермеры в купольных городах и ледяной шар без атмосферы? ‒ советница презрительно хмыкнула. ‒ Вот уж спасибо.
— То, что ты назвала ледяным шаром, кстати, очень перспективный мир. Под его поверхностью океан, ‒ включился Агроном, но советница опять его перебила.
— Мы не дышим под водой. И я рассчитывала на одну из нормальных планет. Хотя бы аграрную. А лучше луну-курорт.


В кают-компании повисла тишина. И казалось, с каждой секундой она густела, будто начинили звучать натянутые струнами нервы.
— Так, — включился в разговор Рой Дронов. Проекция его лица в облаке крохотных роботов исчезла, сменившись картой «Далёкой галактики», размеченной в зависимости от военных успехов восстания. ‒ По моим данным, у тебя есть доступ к сводкам с передовых. Поэтому ты должна понимать, что все планеты и луны, подходящие под твоё описание, сейчас находятся в разгаре сражений. И вряд ли ты хочешь потребовать, чтобы мы завоевали тебе твой курорт немедленно, верно? Так к чему эта эскапада?

Советница подошла ближе к карте, в глазу у неё блеснула линза дополненной реальности.
— Спасибо, Рой. Этих данных я раньше не видела. И да, ты прав, немедленно расплатиться я от вас требовать не собираюсь. Но очень хочу, чтобы вы задумались, сможете ли сделать это вообще когда-нибудь.
— А чё нет-то? — Авторитет возмущённо повернулся к советнице. От резкого движения часть его пойла брызнуло из стакана, и теперь образовало на ковре пятно, напоминающее страдающий ожирением знак вопроса. К загрязнению тут же деловито направились бионические уборщики, напоминающие трилобитов на воздушных подушках. — Если б за нас были терраформеры, когда я ещё служил имперцам, я, может, и не отъехал бы за дезертирство. Ты видела, как мы их по всем фронтам валим? Нам бы ещё людей чуть побольше, так мы б и в центральные сектора ломанулись.

Советница медленно обошла диван, на котором сидел Авторитет, и встала прямо перед ним.
— Дорогой мой… — начала она, но Авторитет тут же перебил её.
— Дорогим ты меня в постели называть будешь, — гоготнул он.
— Я бы могла сейчас устроить тебе лекцию про отличие тактики от стратегии, — советница никак не отреагировала на попытку её прервать. — Но, кажется, тебе нужно что-то более наглядное.

Она толкнула носком обутой в обманчиво простую туфлю ноги одного из уборщиков, который сейчас покрывал ворсинки ковра чистящим ферментом и тут же слизывал его. Уборщик посторонился от туфли и продолжил заниматься своим делом.
— Знаешь, зачем аристократы всегда держат этих уродцев? Не потому, что так уж любят чистоту. И даже не из-за статуса, хотя по стоимости штат уборщиков на эту яхту будет дороже, чем дыра, давшая тебе жизнь. Уборщики маркируют проблемы и тем оживляют саму жизнь. Небольшие войны полезны империи. Империя постоянно поддерживает у себя на границах несколько тлеющих конфликтов. Они стимулируют экономику, служат мусоросжигателем для всякого сброда, поставляют темы для бесед. Но для этого война должна продолжаться. Пока вы будете умеренно успешны — против вас не пошлют ни терминаторов, ни чумные корабли. Вам даже могут сдать не очень ценные окраины. Всё это до тех пор, пока вы укладываетесь в прогнозы. Но когда полезная вещь выходит из строя…

Квантовая материя туфли советницы вдруг пошла мерцающей волной изменений, и носок вытянулся в острое жало. Коротко, без замаха она пнула маленького уборщика в бок. Из раны искусственного существа потекла густая фиолетовая слизь. Напарники уборщика тут же сгрудились вокруг него, и выделяющие фермент хоботки впились в судорожно подёргивающееся тело. Панцирь уборщика вдруг провалился, будто за мгновение проржавел: внутри него уже была пустота, оставленная разъедающими энзимами. Уборщики накинулись на труп своего собрата. Поглощая его, они не позволяли ни капле исторгаемых умирающим телом жидкостей запачкать пространство обитания своих господ.
— …Её или исправляют, или утилизируют, — закончила советница, вместе во всеми глядя на крохотную трагедию.
— Очень наглядно, — внутри Роя Дронов снова проецировалось его лицо. — А теперь можно пояснение для тех, кто привык мыслить менее метафорично? Ты хочешь сказать, что у нас нет шанса выиграть?
— Только в том случае, если вы продолжите действовать таким же образом, как и до этого. Войны всегда заканчиваются за столом переговоров, даже если одна из сторон там только для того, чтобы подписать безоговорочную капитуляцию. Но с вами сейчас не будут разговаривать, так же, как вы сами не стали бы разговаривать с ними, — советница снова указала взглядом на уборщиков.

Агроном вытянул в сторону уборщиков конечность, сейчас более всего напоминающую хобот. У плеча возникло утолщение и с неспешностью перистальтики оно двинулось к концу полого отростка. Когда движение достигло конца конечности, из неё, раздвинув ткани, выбрался точно такой же уборщик, как тот, что только что был убит советницей.
— Насчёт того, что говорить с нами не станут, ты ошибаешься. К нам приходил цензор, — голос Агронома сменился с клёкочущего рёва ящера на глубокий бас крупного млекопитающего. Созданный ради биологического терраформирования планет, он пребывал в состоянии непрерывной стремительной эволюции, постоянно перестраивая своё тело.
— И это очень хорошо, — в голосе советницы снова зазвучал энтузиазм. — Цензоры — не те, кто ведут переговоры. Они составляют прогнозы. Но то, что нами заинтересовались — хороший знак. Теперь нам надо продолжать подогревать интерес.

Советница замолчала, обводя собравшихся взглядом.
— Ну давай, не тяни кадык на яйца, — раздражённо рявкнул Авторитет, опять расплескав немного пойла уже из новой порции.
— Да. Что ты предлагаешь? — поддержал его приятным тоном голосового помощника Рой.

Советница улыбнулась и указала раскрытой ладонью на Сороквторую.
— Воспользоваться вашим недооценённым потенциалом. Как вы её зовёте?
— Пророчица, — впервые с момента появления советницы вступил в разговор принц.
— Всё верно. То есть изначально вы заявляете себя как культ. Как религию. А религия — это идея. Это то, что привлекает внимание. Вызывает интерес.
— Мы это всё знаем, — проворчал Агроном. — Потому мы и выбрали именно такой формат. У нас даже учение есть.
— И в чём же оно состоит? — советница сложила руки на груди.
— Все наделённые самосознанием равны в своих естественных правах, но различаются способностями и возможностями. Взаимопомощь — это наилучшая эволюционная стратегия, и потому каждый должен по мере сил использовать свои возможности на благо сообщества, потому что так он максимально эффективно действует во благо себя, — Рой начал зачитывать «манифест Сорок второй».
— Это не учение культа. Это политическая программа, — прервала его советница. — Вы пытаетесь достучаться до мозгов людей. А религия действует через эмоции. Через душу. Вам нужна мифология.
— В смысле, истории о том, как кто-то из нас стал быком и обрюхатил заморскую принцессу? — гоготнул Авторитет. — На такое у нас только Арг способен.
— Я говорил тебе, не называй меня так, — прогудел Агроном.
— Можно я продолжу? — советница пощёлкала пальцами. — Нет, мифология — это не истории. Мифология — это то, во что верят не задумываясь. Мифологией империи стала экономика и долги. У первых колонистов мифология основывается на понятиях криминала Первой планеты. Мифология синтов — это эволюция. Мифологии не нужны истории, ей нужны детали, из которых истории можно собирать. И у нас сейчас нет самых главных деталей: у нас нет героев.
— Как? А мы? — Авторитет выпятил грудь. — Чем я тебе не герой?

Советница помотала головой.
— Мы не подходим. Мы скорее титаны — странные твари из начала мира. Герои должны быть молодыми. Как они, — она указала в сторону принца и пророчицы. — Вернее, Сороквторая уже героиня. Но героиня мифологии пассивна, она с самого начала находится там, куда прочие герои стремятся. Её дело — осознать, проявить мудрость, а не совершать подвиги. А вот как раз подвиги нам и нужны. Поэтому нам нужны ещё герои.

Она стукнула пальцем по браслету и тряхнула им в сторону Роя.
— Отобразишь?

Облако дронов чуть расширилось, и лицо Роя сменилось на плоскую картину. Впрочем, Рой воспроизвёл её голографически, поэтому каждый видел её со своей стороны так, словно она висела лицом к нему. На картине три всадника в доспехах стояли перед зрителем.
— Это кто? — Авторитет брезгливо вздёрнул губу.
— Это картина, сохранившаяся в архивах с Первой планеты. Называется «Три богатыря».
— И что значит это слово? — Агроном разглядывал картину несколькими только что отрощенными глазами.
— Богатыря? — казалось, советница чуть смутилась. — Честно говоря, никогда не задавалась этим вопросом. Звучит как деепричастие. Тогда, наверное, «три» — это не числительное, а глагол в повелительном наклонении. И судя по корню, «богатырить» должно быть как-то связано с богатством или богами. Думаю, что это икона, и название говорит, какие действия надо совершать перед ней.
— Ясно, — в тоне Агронома слышалось ворчание. — Ладно, мы не ради лингвистики здесь собрались, и вряд ли ты хотела, чтобы мы побогатырили перед иконой. Зачем мы на это смотрим?
— Да, так вот, — к советнице вернулся уверенный тон. — Тут изображено как раз три типа героев, обычно встречающихся в мифах. Первый — тут он по центру — воплощение хаоса. Он нарушает запреты и устои и совершает эпические подвиги.
— О! Мне нравится, — принц поднялся с колен пророчицы и теперь сидел рядом с ней. — Я мог бы таким стать. Побеждать всех. Ты же говорила, что герои должны быть молоды, как мы, верно?
— Верно, — советница улыбнулась и кивнула. — Но это для тебя плохой вариант. Он в конце обязан умереть.
— А… Тогда да…
— В конце все умрут, — назидательно проворчал Агроном. — Это оптимально.
— Но я предпочитаю это делать на своих условиях. Или как отец, который обновил тело…
— К этому ещё вернёмся, — мягко остановила зарождающийся спор советница. — Второй герой, тут он справа, — трикстер: хитрец и обманщик.
— Этот мне тоже нравится, — принц хлопнул в ладоши. — Ему-то умирать не надо?
— Ему не надо. Но, боюсь, это тоже роль не совсем для тебя, — в этот раз советница поморщилась. — Видишь ли, трикстер — это совершенно особый тип личности. Им можно только быть. Казаться не получится. А тебя растили всё-таки для другого.

Принц недовольно надулся и скрестил руки на груди. Советница выдержала небольшую паузу и продолжила:
— Третий тип — он на белой лошади — воплощение устоев. Идеальный герой, — она уставилась на принца. — Ну? Где фраза про то, что и этот тебе подходит?
— Этого не хочу, — недовольно пробубнил принц. И продолжил чуть менее недовольным тоном. — Традиции, устои, законы — это всё скучно. Какие там подвиги…

Советница едва заметно вздохнула, но улыбнулась своему подопечному.
— Подвиги у него ничуть не хуже, чем у прочих двоих. Он тоже побеждает врагов. Просто не из-за дикого буйства или озорства, а потому, что должен. Он чувствует ответственность за свой народ. А ты — наследник престола. Что бы ты ни делал, ты из благородного рода. И мы решились на всё это именно для того, чтобы ты однажды стал правителем планеты, помнишь?
— Так, ладно, — вмешался Авторитет. — Мы поняли уже, что одно место ты своему молокососу пригрела. Полагаю, себе ты тоже завидную роль выбрала. Ну а где мы остальных двух возьмём?
— Насчёт остальных — тут как раз уместно вспомнить про приходившего к вам цензора. Ну а я… Есть в мифологии ещё одна архетипическая роль. Мать чудовищ. — И советница с загадочной улыбкой посмотрела на бедро Агронома, под прозрачной кожей которого виднелся резервуар с новым телом.
***

Цензор стоял в круге соратников. Они были почти неотличимы друг от друга. Лишь едва заметные черты лиц, оставшиеся от их жизни до преображения, показывали, что это не клоны.
— Итак, брат, совет согласен с тем, что ты должен отправиться с посольством к этим революционерам, — в полутьме зала, звуки в котором отдавались эхом, разобрать, кто именно говорит, было сложно.
— Я часть совета и согласен с нашим решением, — цензор кивнул братьям. — Меня смущает только идея о компаньоне.
— Эта часть не обсуждается. На прошлой миссии ты и так излишне подверг себя риску. Тебе нужен телохранитель.

Из глубокой тени вышла огромная фигура, облачённая в силовую броню. Технорыцарь молча встал позади цензора, выбранного эмиссаром.

Автор: Игорь Лосев
Оригинальная публикация ВК