Торт, который слушает
Вот представьте, перед вами огромный манящий шоколадно-клубничный торт, созданный, казалось бы, самой природой, до того он совершенен. Пахнет тонко и изумительно, от него не веет на всю улицу. Чтоб прочувствовать надо вплотную к нему приблизится и вдохнуть весь аромат удовольствия. Тогда можно осознать всю глубину его совершенства. При этом и на вид он не подкачал. Он аккуратен, ровен даже в разрезе, с плавными клубнично-шоколадными переходами. Посыпан кокосовой стружкой, где каждая струженция равноудалена от другой, этакий торт перфекциониста. И довершает картину выложенные по центру в окружность восемь вишенок, без косточек и налитого жгучего красного цвета. На этот торт можно просто смотреть и вдыхать его аромат, и уже получать эстетическое удовольствие.
Но ради этого ли мы здесь собрались? Кто не хочет скушать это превосходство? Одна загвоздка. Чтоб увидеть и почувствовать данное угощение, надо прежде снять упаковку. Ведь торт не будет каждому встречному показывать себя, себя настоящего. Упаковка же не простая пленка с бантиком наверху. Нет, бантик тоже присутствует, а еще в наличии сантиметровые стенки из сплава палладия и серебра. Благородные металлы вобрали в себя всю защиту данного уникального произведения природы. Ведь такой торт не может достаться каждому, к такому торту надо найти подход. Взломать сейф и получить несказанное удовольствие. И от этого он становится вдвойне слаще. Потратив месяца для взлома и наконец вскрыв замок, открываешь дверь и видишь его. То, ради чего старался, ради чего не спал и не ел никаких других тортов. Готовил себя к наслаждению. Протягиваешь руки, дабы вкусить его, медленно насладиться каждым кусочком. И тут получаешь по рукам, от торта. «Но-но, не трожь» слышишь ты, от торта слышишь! Да ты вообще разговаривать не должен. У тебя две функции: ты приносишь эстетическое и вкусовое удовольствие. И тут торт протягивает ручки и захлопывает дверку сейфа. Ладно, я еще с тобой поговорю. И сам не веря себе, разговариваешь с тортом. «Ну, тортик, миленький, посмотри сколько я для тебя сделал, как я старался тебя освободить из этого плена, теперь ты только мой, я заслужил тебя.» И торт тает и открывает дверку. И вот уже его хватают и выдергивают из места, ставшего ему милым родным домом. Выдергивают из защитных стенок на улицу, чтоб потоки воздуха сушили и раздирали частички торта. «Положи меня обратно, пожалуйста, я не хочу на воздухе». Но кто уже слушает то? Все, теперь ты в моей власти! Сверкает нож, как длительно ожидание, и с некой яростью отрезается первый кусок. Неаккуратно, разрушив всю идиллию, даже одна из вишенок попадает под раздачу, и на торте остается шесть и половинка. Можно было бы заварить чаю к торту, но ожидание было слишком невыносимым, и кусок жадно отправляется в рот. Казалось бы, рот не может быть настолько большим, чтоб сразу вместить целый кусок, но жадность делает свое и удовольствие запихивается с трудом и прожевывается. «О мой бог, как же вкусно!» При этом осознание того, что можно использовать столовый прибор и наслаждаться по чуть-чуть не приходит. «Нет!!! Что ты делаешь?! Зачем так грубо?! Не надо меня так есть, надо аккуратно, не спеша!!» Нож заносится второй раз, снова вишенка страдает, стружка осыпается и торт в конец теряет свою элегантность. «Что ты делаешь?! Остановись, прошу, не надо так грубо и быстро!» Пфф, теперь торт уже в полной власти едока, второй раз медленнее, и пока рот занят лихорадочной деятельностью, торт видит шанс на спасение и удирает обратно в родной дом, придерживая ручкой дверку изнутри. И едок справившись со вторым куском обнаруживает пропажу, дергает за дверку, та не открывается. «А ну открой! Живо! Я хочу тебя сожрать всего!» Агрессия бурлит, вкусовые рецепторы получили так долгожданное наслаждение и хочется продолжения, очень хочется.
-- Нет, не открою, отвали!
-- Открой, кому сказал, хуже будет!
-- Да что ты сделаешь то?
-- Открой! Пожалуйста, открой! – Гнев сменяется на милость, надо попробовать другой способ, - Я был не прав, я не хотел, просто ты так хорош, я не удержался. Прости! Я тебя прошу, открой, поговорим.
-- Нет, отстань, поговори с кем-нибудь другим.
-- Но я хочу только тебя, пожалуйста, я всё для тебя сделаю. Посмотри сколько уже я для тебя сделал, кто-то разве еще так старался ради тебя, тратил месяцы чтоб лишь взглянуть на тебя? Пожалуйста, дай мне шанс, прошу!
-- И что будет, если я открою?
-- Я буду с тобой нежен и внимателен. Я буду есть по маленькому кусочку и только тогда, когда ты разрешишь. А если тебе что-то не понравится в моем поведении, то я сразу уйду и больше не буду тебя тревожить. Я буду ухаживать за тобой и доставлять тебе радость.
-- Ладно, открою.
И дверка открывается. Зря. Ведь кто слушает торт? Торт можно съесть, но слушать? Можно торту наговорить всё, что угодно, чтоб заполучить его и сожрать подчистую. Так и происходит.