Сон первый. Импортный⁠⁠

Снились Денису Анна в образе роковой невесты и благодарные ему за что-то норвежцы. Было не вполне ясно, за какие такие подвиги норвежская компартия так боготворит скромного советского паренька, но воздух Тромсё был буквально пропитан любовью. Дары викингов-пролетариев вполне соответствовали высокому статусу гостя.

Анна «Эротичная» пригласила Дениса на борт его новой шхуны, а папа Гюннар предложил принять на ход ноги. Зять не преминул.

Каюта для новобрачных на рыбацкой шхуне была меблирована скромно, но стильно. Пока невеста готовилась к таинству, Денис элегантно распределил по карманам пиджака несколько цветастых пачек норвежских крон и прочих свободно конвертируемых валют. Как только новоиспечённый любимец Норвежской компартии повесил на спинку стула свой потяжелевший лапсердак и собрался тряхнуть стариной, так его срочно вызвали на капитанский мостик. Какой мерзкий звонок!

Телефон? У соседей, наверное. А может, послать всё к чёрту и написать Анне Гюннаровне? Вызов сделают по категории: «воссоединение семьи». В Норвегии побываю. А не зажжётся по-новой, так хоть на палтуса схожу и спиннинг куплю, какой в каталоге видел.

Денис определённо не хотел отпускать от себя этот во всех отношениях выгодный сон.

– С другой стороны, моя переписка с капстраной может дедуле боком выйти. А, вот теперь точно наш телефон звонит, ишь как из последних сил дребезжит.

Чертыхнувшись, Денчик подорвался с кресла, зацепив ногой одно из удилищ. И без того нервный Борька рыжей ртутью взлетел на прибрежную ольху. Бельчонок проводил взглядом бегущего к дому рыбака, но не выпустил из зубов, несомненно, лучший за эту заготовительную кампанию кусок жмыха.