Собачья жизнь. Часть вторая⁠⁠

Собачья жизнь. Часть первая.

Щенок рос. Со временем Гресси успокоилась, стала нас подпускать к щенку, а затем и вовсе прогнала его от себя. За полгода щенок из круглого пушистого комочка вырос в нескладного подростка с висящими ушами.

Конец августа 1993 года. Природа, словно опытный художник, начала наносить первые осенние штрихи на полотно лета. Золотистые листья берез уже кое-где пробивались сквозь зелень. Солнце светило еще тепло, но по утрам уже чувствовалась легкая прохлада – природе предстояло перестроиться.

Дом мы строили на участке в поселке, который только начинал строиться. В одном доме уже жили, мы строились, а остальные участки были в разной степени запустения, где-то был фундамент, где-то котлован, а где-то и просто пустырь.

На нашем участке, где еще не был установлен забор, сидел на цепи герой моего повествования молодой пес Дикарь. Ему было восемь месяцев, и на наш взгляд он был еще несмышленым щенком, уже подросшим, но по юношески нескладным – рослый и худой. Его привязали цепью к столбу возле дома, чтобы он охранял территорию. Участок пока начинали осваивать: забор только планировали ставить. За еще не установленным забором сразу начинался сосновый лес, густой и манящий своей загадочностью.

В нескольких сотнях метров от нашего участка располагалась воинская часть. В ближайшем к нам углу воинского земельного участка был свинарник, где содержались свиньи для обеспечения продовольствием гарнизона.

Но сегодня что-то пошло не так. Где-то в глубине свинарника кто-то или что-то испугал животных, и из загона вырвалось около двадцати свиней разных размеров и возрастов, от совсем маленьких поросят до туш, весом в 70-80 (а может и больше) килограммов. Они бросились к забору, и найдя дыру, рванули через нее прямо в лес. Через несколько минут их восторженные визги разносились по всему лесу и долетали до нашего дома.

Командование части среагировало быстро. На поимку беглецов отправили человек двадцать солдат, вооруженных палками и лопатами. Их задача была ясна – вернуть свиней обратно. Однако, как показала практика, это оказалось не так просто. Свиньи разбегались кто куда, прячась за деревьями. Солдаты, в большинстве своем городские жители, вместо того чтобы методично ловить животных, начали просто гонять их по лесу, создавая хаос и панику. Ситуация вышла из-под контроля.

Дикарь, все это время наблюдал за происходящим со своего места и прямо просился в гущу событий, скуля и повизгивая. Он подпрыгивал, всячески привлекал наше внимание, пытаясь хоть как-то объяснить нам, что его надо отпустить. Но мы боялись, вдруг свинью загрызет или, того хуже, кого-нибудь из людей покусает.

Его мамой была кавказская овчарка – прирожденная защитница стада. Она ничему его не учила – они сидели на цепях на разных концах участка.

Но она передала ему вместе со своими генами и многовековые инстинкты пастуха стад и отар. Теперь эти инстинкты требовали действий. Цепь, которой он был привязан, казалась ему теперь невыносимым препятствием. Молодой пес начал тянуть изо всех сил, рычать, а затем... произошло то, чего никто не ожидал. Дикарь резко рванул, и старая ржавая цепь не выдержала – она лопнула, освободив пса.

Он без колебаний бросился в лес, волоча за собой обрывок цепи. Солдаты заметили его и попытались отогнать. Мне выпала задача, как я ее видел, поймать Дикаря и посадить обратно на цепь.

Но он так рьяно взялся за свиней, что я попросил солдат не мешать. Я, конечно, еще не понимал, что в этом еще неокрепшем теле скрывается нечто большее – инстинкт, который может решить проблему, с которой не справилась целая команда людей.

И мы все остановились и наблюдали филигранную работу прирожденного пастуха.

Дикарь двигался быстро и уверенно. Он сразу же начал отслеживать свиней. Его движения были точными и расчетливыми. Он кинулся на первую группу животных, которые пытались спрятаться за деревьями. Но Дикарь не дал им такой возможности. Он осторожно обошел их, стараясь не пугать слишком сильно, а затем начал аккуратно "собирать" их в одну группу. Покусывая свиней за уши или за окорока, он заставлял их двигаться в нужном направлении. Каждое движение его было продуманным – он не позволял никому убежать и одновременно поддерживал порядок в стаде.

Постепенно к основной группе он стал присоединять остальных свиней, которых находил в разных уголках леска. Через некоторое время он сформировал (по-другому не скажешь) длинную колонну свиней, которая послушно двигалась в заданном Дикарем направлении. Он направил их точно к дыре в заборе, через которую они убежали. Прошло может двадцать минут, а может и час (про время все забыли) как все свиньи уже были возвращены в свой загон.

Солдаты, наблюдавшие за этой ювелирной работой, стояли в изумлении. Они, как и я, не могли поверить, что простой щенок смог сделать то, что не удалось им всем вместе.

А Дикарь, словно ничего особенного не совершив, вернулся и снова лег на свое место. А я восстановил цепь, скрутив ее болтом.

Я еще не знал, что мне предстоит ремонтировать его цепи еще десятки раз. И многие порывы станут темами следующих постов.