Самурай⁠⁠

Самурай 侍

Он совершил харакири рядом с автобазой, расположенной в одной из деревень калужской области. Его тело лежало в россыпи осенних красных кленовых листьев около колеса самосвала «Зил -130», также среди листьев была записка с цитатой Набэсимы Наосигэ - «К важным делам следует относиться легко». Немногие тогда догадались, что он был самураем.

Буквально через несколько часов я уже осматривал его дом. Внутри было все как у средней семьи того времени, деревянный телевизор на тумбочке, накрытый белой салфеткой, со стоящей на ней вазой с цветами, конфеты «Красная шапочка» в хрустальной пиале на обеденном столе в большой комнате и т.п. При этом над ковром висящем на стене была прикреплена маленькая выцветшая японская открытка, на которой расцветала сакура… Я был молодым, подающим надежды, следователем КГБ. Молодым, но, тем не менее, уже обладающим персональной волгой с встроенным телефоном и личным водителем. Расследование этого инцидента поручили мне. Как оказалось это стало моим последним расследованием.

В той деревне я провел несколько недель, в течении которых собирал все факты о нем. Дело заняло порядка 320 страниц, которые начинались с его детства, а заканчивались последними событиями в его жизни. Я знал о нем все. Более того, во мне возникло чувство, что мы были с ним очень близкими людьми..

В юности на уроках труда он вытачивал яри - японский тип древкового оружия, представляющий собой копьё и имеющий множество модификаций, а будучи слесарем, изготовил на токарном станке свою первую Нагинату. Мне довелось тогда пообщаться с человеком, пострадавшим от этого холодного оружия. После того разговора я мысленно согласился с действием самурая по отношению к тому человеку.

Мое расследование подходило к концу, и я понял, что в тех обстоятельствах, в которых он оказался, у него не было другого выбора кроме харакири. Но я также знал, что если эти обстоятельства выйдут наружу, то тем самым я запятнаю честь воина. Мне нужно было сделать выбор.

Перечитывая на закате его хокку и хайку, я сжигал страницу за страницей из его дела, а утром написал заявление об отставке.

Лет 20 спустя, в лихие 90е годы удача улыбалась мне, и я мог позволить себе многое, поэтому я купил ту самую автобазу в калужской области. Все, что было внутри нее, было выброшено и сожжено, после этого территория бывшей автобазы была обнесена 5 метровым забором. Вскоре на этой земле я построил пагоду, в которой были размещены все его вещи. Вещи, которые мне удалось собрать после его смерти, и которые я всегда хранил при себе. Это был мой долг воину. Сидя в этой пагоде ночью в бледном свете луны и слушая ветер, ко мне приходило понимание жизни, о которой я задумался впервые той далекой осенью.

После моей смерти в 2004 году, мы встретились с ним в Японии в XIII веке, где он был Сегуном, а я одним из его вассалов. Я подарил ему те нунчаки, которые он еще сделал в школе, в ответ он преподнес мне свиток с каллиграфией изречения Мацуо Басё «Жизнь - странствие по пути познания себя» Именно тогда я и решил записать эту историю.

Киото 1218 год.