Радиосигналы. Дело №3. Культ У'о. (Глава 7 из 11)⁠⁠

Буквально через несколько дней я уже был готов к проникновению со взломом в квартиру Вирсавии. И даже дело не в том, что мне следовало собраться с мыслями или с силами, или быть может, вы подумали, что мне требовалось преодолеть страх. Нет. После всех событий, что произошли со мной в жизни после приезда в Ахтубинск, мне уже было плевать на большинство вещей в этой жизни. Следовало подготовиться.

Несколько дней я наблюдал за тем, во сколько Вирсавия уходит из дома и возвращается обратно вечерами. Именно вечером по той причине, что можно было смело, и без лишних глаз пробраться к ней в квартиру. Ведь это что-то вроде двора-колодца с огромным количеством соседей и мимо снующих людей.

Благо Вирсавия оказалось пунктуальной, и уходила из дома в одно и тоже время. Около пяти вечера она покидала свою квартиру, а возвращалась аж ближе к полуночи. Единственным исключением оказался первый день - понедельник. В тот день у неё в гостях была прямо толпа сектантов. Они не развлекались так, как они делали это в загородном доме, а всего лишь пили чай и говорили о Боге. Именно о христианском Боге. В другие несколько дней всё было без изменений, и она уходила и приходила практически в одно и то же время.

Таким образом, я знал, что у меня будет около трех часов, чтобы в ночи исследовать её квартиру. Плюс конечно туман был помощником, в этом плане и в его густоте можно было легко скрыться от оставшихся лишних глаз.

Оставалось ещё несколько моментов: нужно было отключить свет, найти небольшую складную лестницу и договориться с одним из прошлых коллег, чтобы он смог мне помочь, последив за тем, чтобы никто не приближался к двери квартиры, пока я нахожусь внутри. С коллегой я договорился довольно быстро, он же мне помог и с лестницей. А вот, чтобы отключить свет пришлось обратиться к знакомому из энергетической организации. Он мне сразу сказал, где находится щиток и дал пару советов.

Всё было готово. Это был вечер четверга, когда мы с бывшим коллегой, наконец, двинулись к намеченной цели. Для начала я повредил автомат, что отвечал за уличное освещение. Таким образом, у меня было около двух часов, пока приедет бригада, пока они получат разрешения и заменят автомат. Этого было более чем достаточно.

Следом я перебрался цчерез забор двора, коллега же сразу забрал после меня лестницу. Тогда я оказался в тупике двора с небольшими сарайчиками, как раз рядом с коммунальными квартирами и с входом в общий коридор.

Двор был в абсолютной тьме, так при этом сдобренной густым непроницаемым туманом. Со спокойно душой и на цыпочках я пробрался ко второй входной двери квартиры Вирсавии. Мне потребовалось не более минуты, чтобы вскрыть пластиковую входную дверь с простейшим замком. И я оказался внутри.

Фонарик своим лучом начал освещать мне путь. Первое, что я заметил и через что при этом чуть и не свалился валяющиеся везде вещи. Вирсавия определённо прибиралась перед моим приходом в прошлый раз, а сейчас она, конечно же, не ожидала, что у неё будут нежданные гости, пока её не будет дома. Луч фонарика падал уже на знакомые мне вещи, как например христианские плакаты на стенах, прихожую, и огромный шкаф, со множеством вещей на стене. Одна, из которых, была статуэткой. Всё равно я ощущал в ней нечто такое, что будоражило мою душу и мне хотелось изучить её, но я решил отложить на потом.

Более в первой комнате не было ничего интересного, ни внутри различных шкафов, выдвижных и стационарных пластмассовых ящиков, так и снаружи на различных полочках и нескольких столах. И я перешёл ко второй комнате - можно считать, что кухне. На кухне точек моего интереса было гораздо меньше чем в спальне. Поэтому закончив буквально за минут десять, я вернулся обратно, в спальню. Оставалась только лишь статуэтка.

И вот вновь я стоял в том же месте перед той же статуэткой, что в свое время захлестнула моё сознание. Старец так же был обращён ликом к небесам, так же, как и его руки были направлены в небо. Только обстоятельства уже были иными. Случилось множество событий за прошедшее время. Да и я сам был уже другим, ведь каждый день, просыпаясь утром, человек уже не тот, кем он был до отхода ко сну.

Недолго думая, я схватил её, дав статуэтке захлестнуть моё сознание, и пытался понять её секрет. Я пытался понять что же, что же меня так манит в ней. Вращая во все стороны, я пытался найти в ней хоть что-нибудь. Но всё было тщетно. Я не мог найти ничего. Забрать статуэтку я так же не мог, потому что тогда на мой след могла упасть полиция и тогда дело бы слишком сильно осложнилось.

Нет, в ней точно есть какой-то секрет, как сейчас помню, я рассуждал в тот момент. Тогда меня осенило, а быть может, будет что-нибудь под слоем зелёной окиси на бронзе. Быть может, окисление заделало собой отверстия, о которых знает хозяин статуэтки, но о которых никогда не узнает иной человек, пока не почистит бронзу от зелёного налёта.

В наборе медвежатника у меня как раз имелась небольшая щётка с металлическими щетинками на такие случаи. Спустя некоторое время чистки, после снятия очередного слоя окиси я обратил внимание на странно падающую тень на статуэтку. Будто бы свет похищался отверстием за которое мой глаз не успел зацепиться в момент чистки. Немного покрутив, я заметил его. Совсем не большое, буквально в пол миллиметра в диаметре. Так оно ещё и находилось в небольшом углублении и под подолом накидки старца. Оно было точно целенаправленно спрятано.

Меня радовало то, что у меня было чем проверить отверстие. Самый маленький инструмент из моего набора прекрасно подошёл под диаметр, но в конце упёрся. Я понимал, что это ещё не конец, что что-то мешает ему пройти дальше. Вероятно, был нужен специальный фигурный ключ, но я справился и при помощи отмычки. Тогда послышался щелчок откуда-то изнутри статуэтки.

Мне вновь пришлось осмотреть всю статуэтку, чтобы найти, что же щёлкнуло. А точнее найти перемены в статуэтке. И что я заметил ещё, так это то, что внутри послышалось легчайшее шебуршание.

Наконец, благодаря тени я вновь заметил прекрасно спрятанное место. Это была небольшая пластина, которую можно было двигать. Здесь же начинается момент моей гигантской оплошности, что я не проверил заранее, быть может, двигающаяся пластина выдвигает что-то ещё. Пластина как раз таки и выдвигала собой небольшую область в статуэтке. Спрашивается, чего переживать, что я не проверил, главное я нашёл секрет статуэтки.

Только пока я двигал пластину и крутил статуэтку из открывшейся полости что-то выпало.

В тот момент, когда я почувствовал, как что-то раздавил туфлей своего ботинка, пока крутился и искал, что же выпало из статуэтки, в тот момент я отключился. Только прежде услышал пронзительный визг, который меня оглушил. Следом я ощутил, как всё тело обсыпало мурашками, а на душе стало столь тяжело, что хотелось закончить всё здесь и сейчас. И только после я потерял сознание и рухнул на пол.

Возвращение в сознание, было ничуть не лучше, чем уход из него. Я ощущал жидкость в ушах, коей как впоследствии, оказалось, была моя кровь, и слышал, как орут по ощущениям тысячи котов и кошек в округе. После того, как мой коллега связался со мной по рации и тем самым привёл меня в чувства своим голосом, мною было принято решение бежать, как можно быстрее из этого места. Меня не покидало ощущение, что ещё что-то будет. И это ощущение было столь зловещим, что поглощало все положительные эмоции, что ещё оставались во мне.

Пока я выходил из квартиры и после бежал в сторону забора, через который я и попал во двор, я слышал, как открывается множество дверей, а следом слышал кошачье мурчание. С каждой секундой мурчание становилось сильнее и ощущение, что я бегу по брюху огромного кота не покидало меня, а становилось только сильнее. Мне никогда не доводилось слышать столь громкое кошачье мурчание, что порой казалось, что оно исходит изнутри меня. На столько, сильным и проникающим был этот звук.

Возле забора я обратил внимание на березу. Нет, конечно же, я видел её, когда только забрался во двор, но видел её с другой стороны. С этой же стороны и в свете уже появившегося уличного освещения она казалась устрашающей. Её могучий ветвящийся ствол казался телом неведомого монстра, а зарубки от веток на теле, казались десятками неподвижных глаз. Не знаю, почему на меня произвело такое сильное впечатление это дерево, быть может, его образ срезанировал с моим душевным состоянием в тот момент, а быть может, оно действительно было зловещим.

Я, наконец, перебрался через забор. Только не совсем успешно. Потерял координацию на верхушке и свалился прямо перед машиной. При этом сильно ушибся спиной о лежащий камень, как раз таки на него я и свалился всем весом с высоты забора. Я понимал, чем это грозит для меня в дальнейшем, но даже и не хотел об этом думать. Мой напарник быстро выбежал из машины и помог мне встать, а следом мы вместе сели в машину.

Коллега рассказал мне, что в какой-то момент ему стало не по себе на душе, и он слышал такой противный писк, похожий на комариный. А следом в округе начали кричать коты, и уже после даже он внутри машины начал слышать кошачье мурчание. Он и решил выйти со мной на связь только потому, что на душе было не по себе и было ощущение случившейся беды. Меня же всё ещё не покидало чувство надвигающейся опасности, хотя оно и стало меньше, после того, как я покинул квартиру Вирсавии.

Пока я вытирал кровь с ушей и пытался осознать, что же произошло со мной в последние пол часа, мы начали замечать идущих к воротам людей. Вначале прошла пара мужчин. Следом группа из четырёх человек. Начали появляться и машины. А людей шло всё больше и больше во двор. Среди них так же была и Вирсавия. Только прежде, ещё до её появления я включил камеру из её квартиры на смартфоне и стал следить за тем, что происходит внутри.

Квартира была полна людей, некоторых из которых я уже знал. Кого-то видел в церкви, а кого-то видел в загородном доме во время операции. Я мог легко различить их лица и слышать то о чём они говорят, ведь они не мучились как я в свете фонарика, а сидели с включенным светом.

Последними, кто вошёл в квартиру, была Вирсавия, пастор и ещё несколько мужчин из приближённых пастора. Следом за ними закрыли жалюзи окна и входной двери и тогда они заговорили.

Тут уж мне было совсем не до записи на диктофон, поэтому меня придётся обойтись только пересказом того, что я услышал, ведь это действительно важно.

Они говорили о личинке, они говорили о потере и о том, что теперь одной может не хватить для ритуала. Я так понимаю, что как раз таки той вещью, что я и раздавил, была как личинка. Жаль мне не удалось её осмотреть, только почувствовать. Но что это была за личинка, я не понимал, и для чего она была нужна так же. Только мог доверять словам уже почившего Александра, но всё-таки, что будет в конце, после того, как её проглотить, мне ещё не было известно. Так же, напоследок, они обсудили, что ритуал будет отложен и проведен в воскресенье вечером на фабрике, в день после службы в церкви.

Тогда они погасили свет и взяли каждый по свече в руки. Если прежде они стояли кто где, но, ни в коем случае не рядом с местом, где я раздавил личинку, то после они обступили это место, образовав круг, и тем самым закрыв мне обзор. А следом заговорили речи на ином языке, состоящем только лишь из гласных звуков и гласных заглушённых звуков. Спустя пару минут, у меня полностью пропала связь с камерой и я более ничего не видел.

Пускай я ничего не нашёл в квартире Вирсавии, но узнал важную информацию о предстоящем воскресном ритуале.