Радиосигналы. Дело №3. Культ У'о. (Глава 10 из 11)⁠⁠

X.

Вот и закончился ритуал. А синих пиджаков всё так и не было. Мне было неведомо, почему они отсутствовали. Почему они не послушали наводку своего бывшего сотрудника, так ещё и по невероятно интересной для них теме Культа Уо.

Всё закончилось. Культисты начали включать свет по фабрике и тушить свечи. Они начали снимать свои балахоны и вновь представать перед моими глазами в своих обычных одеждах. Они начинали двигать мебель в центр, как раз где проходил ритуал. Им не пришлось ничего убирать, они просто смели все остатки плоти в углубление окружности и прикрыли всё большой деревянной крышкой. Теперь это вновь был лишь обычный пол.

Культисты только притронулись к камням для казни, как снаружи фабрики послышался грохот, послышался топот множество армейских ботинок. В тот момент я подумал, что Синие Пиджаки, наконец, прибыли и был совершенно прав, так как отправленный человек из культистов, чтобы проверить, что происходит на улице, пулей бежал назад к пастору с ошарашенным лицом.

Культисты встали в большую толпу. Часть из них попряталась за мебелью на фабрике, другая часть стояла недалеко от желоба и камней, что так и не успели убрать. Другие, что проверяли оставшиеся пути отхода из фабрики, возвращались обратно в основное здание и старались разбрестись по большому залу, попрятавшись, кто куда. Они понимали, что им не спастись, и только чудо может спасти их.

Синие Пиджаки постепенно начинали заполонять зал мебельной фабрики. Все в армейской форме, что конечно было удивительно бы для кого-нибудь другого, кто подумал бы, что это подразделение армии, но нет, я знал, что это группа захвата Синих Пиджаков. Они образовали чёткую линию, закрыв собой вход. Может показаться, что это глупо стоять открытыми, но они совсем уж не были глупы и прятались за щитами, таким образом, было нечто похожее на древнее римское построение со скутумами.

В воздухе повисла тишина. Слышались только редкие протяжные вздохи кого-нибудь из культистов. Пока не послышались тяжелые шаги, а после показался он - Голиаф.

Массивный, высокий, под два с половиной метра ростом, а то и больше. Он шёл, как гигант среди простых людишек, и чуть ли не сотрясал своими шагами землю под собой. Он был всё таким же, как и раньше, бронированный в непробиваемую любыми способами корку после несчастного случая в лаборатории. С одной простой рукой, не защищённой коркой, и по совместительству его слабостью. При этом и его слабость - простая рука, была защищена металлическим экзоскелетом и энергетическим щитом, так же похожим на армейский щит, как и у других оперативников из Синих Пиджаков.

Мне довелось однажды с ним вместе работать, когда я был ещё полноценно в рядах Синих Пиджаков, когда мы вместе с ещё парочкой ребят расследовали исчезновение молодого парня из их обсерватории на краю мира. Такого человека не забыть никогда в жизни. Можно было бы сказать, а является ли он ещё человеком, но да, он всё ещё человек, пускай внешне и не выглядит как человек из-за своей бронированной корки и защищенной экзоскелетом руки. Но он думает и чувствует как человек.

Голиаф перебросился парой слов с пастором на расстоянии и попросил его и всех его последователей сдаться, чтобы предотвратить кровопролитие. Пастор согласился, но, то лишь было притворство, так как в следующее мгновение из-за одного из собранных шкафов выбежал с криком культист. Он, конечно же, тут же получил пулю в лоб, но при этом прекрасно справился со своей задачей и отвлек взор шеренги щитов полностью на себя. Пока с обратной стороны тихой поступью вышел другой и прогремел взрыв.

Несколько тел оперативников разлетелись в разные стороны. Понятное дело, что они уже были мертвы. Некоторых просто откинуло, а иных даже и не зацепило, как впрочем, и Голиафа, хотя он и стоял в непосредственной близости к смертнику. Но, на, то он и Голиаф.

И началась вакханалия из крови, мертвых, выстрелов, взрывов и криков. Оперативники практически не имели потерь. Они так же стояли шеренгой из щитов, прикрывая стрелков за собой, пока те в свою очередь один за другим отнимали жизни у культистов. Последние же пытались отстреливаться и как раз таки применяли гранаты и зажигательные снаряды, чтобы хоть как то избавиться от бронированной шеренги. Да даже, если бы они и смогли избавиться от шеренги, у них ещё оставался Голиаф.

Голиаф, недолго думая направился в самое пекло и просто сокрушал, кого видел голыми руками и своим щитом. Ему более и не требовалось ничего, это и понятно с такой-то силой в руках и броней по всему телу.

Так бы всё и продолжалось и это совершенно явно выглядело, как полное поражение и истребление культистов, пока не случилось одно но. Совершенно неожиданное но. Я уверен для любого обычного не причастного к культу человека.

Пастор что-то бросил прямо на деревянную крышку, что прикрывала место проведения ритуала. Следом достал фолиант и произнёс несколько протяжных гласных слов своим резонирующим голосом.

А дальше... Дальше случилось то, что перевернуло мою жизнь. Из-под крышки начали выбираться потоки крови и плоти. Они образовывали неясный силуэт бордового цвета. Оперативники пытались что-то с этим сделать, но у них ничего не получалось, кровь продолжала образовывать силуэт своими потоками, а плоть продолжала крепиться к бесформенной массе. Одна из пуль, которой они пытались остановить неизвестный для них процесс, пролетела сквозь кровь силуэта, оставив дыру в нём буквально на пару секунд, вылетела навылет и попала прямиком в голову одному из культистов.

Когда же бесформенный силуэт полностью собрался... Тогда уж извините, но я не могу сказать, что произошло. И я не могу этого сказать, не по той причине, что я скрываю того, что я видел, или потому что я не помню. Вся причина в том, что у меня было ощущение в тот момент времени, когда последняя капелька крови закончила силуэт, что моя душа покидает тело. Было ощущение, что я хочу умереть. Я хотел просто скинуться с перекрытия крыши, чтобы закончить все эти страдания. Мне это напоминало ощущения, что я испытал в квартире Вирсавии, когда раздавил личинку.

Впервые в жизни меня накрыла истерия. Я никому и никогда не пожелаю испытать этого чувства в жизни.

Я начал рвать на себе одежду. Меня выкручивало во все стороны, все мои конечности и в том числе шею. А в конце прямо на перекрытии потолка я образовал из себя некое подобие дуги, опершись на пятки и на голову, и выгнувшись в спине, устремил живот вверх. А дальше я просто свалился на перекрытие и отключился.

Последнее, что я видел перед тем как потерять сознание, весь в слезах и соплях - я видел, как неведомый бордовый отросток, состоящий только из плоти и крови, ударил по оперативнику с такой силой, что тот разбился в лепёшку о стену. Более я не помнил ничего, абсолютно ничего.