Пилюгин Николай Алексеевич
18 мая 1908 года, родился Пилюгин Николай Алексеевич.
Выдающийся ученый и конструктор в области систем управления ракетно-космической техники, академик, член президиума АН СССР, Директор и Главный конструктор Научно-исследовательского института автоматики и приборостроения (1946- 1982 годы), академик, член первого состава Совета главных конструкторов РКТ, дважды Герой Социалистического Труда, депутат Верховного Совета СССР, лауреат Ленинской и Государственной премий.
После окончания 9 классов школы в 1926 году, начал работать слесарем, а затем файнмехаником, в ЦАГИ. В 1930 году по направлению А. Н. Туполева, поступает в МВТУ им. Баумана. Дипломным проектом стал прибор «Жирограф», предназначенный для записи результатов измерений угловых скоростей самолета. Окончил МВТУ им. Баумана в 1935 году, работал в ЦАГИ, Лётно-испытательном институте.В 1943 году защитил кандидатскую диссертацию. В 1944 году работает в отделе управления НИИ-1 по ракетной технике. В 1944—1946 года изучал по обломкам немецкую баллистическую ракету Фау-2.
По предложению С. П. Королёва Пилюгин в 1946 году становится главным конструктором автономных систем управления в НИИ-885 и членом Совета главных конструкторов. Вёл разработку автоматизированной системы управления баллистической ракеты Р-1.
Разрабатывал системы управления ракет Р-1, Р-7 (выводившей на орбиту Спутник-1 и первого космонавта), руководил разработкой систем управления многих межпланетных станций, ракет «Протон», советского космического челнока «Буран». Был депутатом Верховного Совета СССР 7—10-го созывов.
Основоположник отечественных систем автономного управления ракетными и ракетно-космическими комплексами — академик Н. А. Пилюгин, член легендарного Совета главных конструкторов ракетной и ракетно-космической техники, который возглавлял С. П. Королев.
Трудовой путь Николая Алексеевича начался в 1926 г., когда он после окончания 9 классов школы начал работать слесарем в Центральном аэрогазодинамическом институте (ЦАГИ), быстро освоил свое ремесло и, достигнув в нем высокого профессионализма, стал особо квалифицированным мастером своего дела — файнмехаником. Молодого рабочего заметил А. Н. Туполев, и Николая Алексеевича направили учиться. В 1930 г. он поступил в МВТУ им. Н. Э. Баумана, которое окончил в 1935 г., получив диплом инженерамеханика. Его дипломный проект — чертежи, пояснительная записка — был посвящен разработке прибора «Жирограф», предназначенного для записи результатов измерений угловых скоростей самолета относительно трех его главных осей как функции времени. Своим появлением этот прибор обязан инициативе студента Пилюгина, который и воплотил его в металле, вернувшись работать в ЦАГИ. Приборсамописец, прикрепленный к самолету, регистрировал на бумаге малейшие изменения углового положения самолета по углам крена, курса и тангажа. Расшифровка записи на земле давала картину поведения самолета в воздухе. Более полувека пилюгинский «Жирограф» использовался при летных испытаниях и доводке самолетов.
По предложению С. П. Королева Н. А. Пилюгин с 1946 г.— главный конструктор автономных систем управления в НИИ и член Совета главных конструкторов, учрежденного С. П. Королевым. Решения совета, говорят, были обязательны для всех министров.
В начале 1947 г. коллектив, возглавляемый Н. А. Пилюгиным, с энтузиазмом продолжил разработку автоматизированной системы управления отечественной баллистической ракеты Р-1. Хоть ее прототипом была немецкая Фау-2, Р-1 надо было проектировать и изготавливать, ориентируясь на отечественную элементную базу и материалы. Во многом пришлось идти непроторенным путем, большинство агрегатов системы управления пришлось разрабатывать, изготавливать и испытывать впервые. Николай Алексеевич сумел успешно справиться с этой задачей, и отечественные баллистические ракеты Р-1 летали устойчиво, имея более высокие летно-технические характеристики и точность попаданий, чем Фау-2.
Отечественная ракетная техника стремительно совершенствовалась. Баллистические ракеты в короткие сроки стали приобретать качественно новые функции, их летные и эксплуатационные характеристики улучшались во многом за счет систем управления, в которых всегда отражались прогрессивные решения научно-технических и стратегических проблем создания ракетного оружия, что стимулировало развитие его новых качеств.
Особыми вехами на творческом пути главного конструктора Н. А. Пилюгина явились разработка и совершенствование автономной системы управления отечественной стратегической ракеты средней дальности Р-5. Успехи в проектировании, отработке и модернизации этой ракеты стали основой тех достижений, которые вывели отечественную ракетную технику на мировой уровень и привели не только к паритету ядерных сил США и СССР, но и к научно-техническому и производственному паритету ракетно-космических отраслей промышленности обеих стран и даже к опережающему развитию отечественных ракетно-ядерных сил в отношении способа их базирования.
При разработке системы управления ракетного комплекса Р-5 и его модификаций были решены задачи, которые в дальнейшем обеспечили преимущества автономных систем управления перед радиосистемами по точностным характеристикам, наиболее значимым для ракетного оружия. К числу наиболее важных решений в этой области следует отнести обеспечение: — угловой стабилизации статически неустойчивых баллистических ракет в условиях внешних (атмосферных) и внутренних (зашумленность электрических управляющих сигналов) возмущений, парирование которых связано с синтезом многоуровневой системы автоматического регулирования объекта с существенно переменными параметрами. Практическое значение решения этой задачи выходит далеко за пределы только достижения устойчивости угловых положений корпуса ракеты в пространстве. Попутно разработчикам собственно ракеты были обеспечены возможности существенного снижения массы конструкции ее блоков в пользу отделяющейся головной части н досягаемой дальности стрельбы; — стабилизации движения центра масс (ЦМ) ракеты в пространстве н во времени. В состав функций СУ были введены и приборно реализованы стабилизация движения ЦМ в нормальном (система НС) и боковом (система БС) направлениях, регулирование скоростных параметров во времени с помощью системы регулирования кажущейся скорости (РКС). Тем самым удалось существенно снизить возмущения параметров траектории ракеты, заставить ее двигаться по траектории, близкой к расчетной, и добиться точности попаданий ракеты в цель с помощью аналоговых и электромеханических счетнорешающих устройств, имевших ограниченные точностные характеристики.
Наиболее сложной, с большим количеством регулируемых параметров и источников возмущений, оказалась ракета Р-7, знаменитая «семерка», ставшая базой для создания космических ракет «Спутник», «Восток», «Восход», «Луна», «Молния», «Союз» и других.
Под руководством Н. А. Пилюгина разработаны системы управления многих ракетных и ракетно-космических комплексов и автоматических межпланетных станций; создана теория проектирования прецизионных СУ летательных аппаратов; разработаны методы анализа и синтеза сложных надежно функционирующих даже при единичных отказах ряда элементов сложных динамических систем, получившие широкое распространение в практике проектирования СУ; созданы научная методология экспериментальной наземной отработки приборов, подсистем и СУ в целом и испытательные комплексы для этой цели. На научной основе получила развитие методология сбора, обработки и анализа измерительной информации при испытаниях систем управления в обеспечение оценок правильности функционирования СУ, соответствия режимов ее работы заданным документацией, опытно-теоретических оценок точностных характеристик СУ, полученных с использованием моделей инструментальных погрешностей комплекса командных приборов исходя из априорных оценок ошибок управления и характеристик ее надежности.
С 1958 г. Н. А. Пилюгин—член-корреспондент, а с 1966—действительный член Академии наук СССР. В 1967 г. он избирается в президиум академии. В 1956 г. Николай Алексеевич удостоен звания Героя Социалистического Труда, в 1961 г., после триумфального полета вокруг Земли Юрия Алексеевича Гагарина, это высшее звание присваивается ученому второй раз. Бронзовый бюст героя установлен в Санкт-Петербурге. В Южном округе Москвы одна из улиц носит имя академика Н. А. Пилюгина.
Николай Алексеевич обладал чувством личной ответственности. При разборе причин аварийной ситуации заставлял сотрудников искать их прежде всего у себя. Вне предприятия Пилюгин никому не позволял в своем присутствии делать взыскания своим сотрудникам: все брал на себя, а, как говорится, «дома» разбирался по справедливости или по информации, которой располагал для оценки проступка или деятельности сотрудника.
Говоря о роли Пилюгина как ученого-организатора, внесшего большой вклад в развитие ракетной техники и систем управления, надо прежде всего подчеркнуть, что он стремился к комплексности технических решений и организации производства, расширению роли системы управления в составе ракетного комплекса как целого, а не как набора подсистем. Эту линию Николай Алексеевич проводил последовательно, и она дала результат.Пилюгин создал уникальное научнопроизводственное объединение. Уникальность его состоит в том, что проектирование и изготовление приборов и подсистем вычислительного комплекса, инерциальной системы и необходимого бортового интерфейса ведутся в рамках одною предприятия. Это создало важные предпосылки обеспечения оперативности, качества и приемлемой стоимости разработок систем управления ракетных комплексов, что явилось решающим фактором выживания пилюгинской фирмы в период общего кризиса промышленности и финансов, который страна в настоящий момент переживает.
Николай Алексеевич руководил всеми разработками систем управления для обеспечившей приоритет СССР в исследовании космического пространства и обороноспособности страны ракетной техники Сергея Павловича Королева, сам участвуя в этих работах. Очень плодотворно сотрудничал Пилюгин и с другими создателями ракетных систем:
Михаилом Кузьмичём Янгелем, Владимиром Николаевичем Челомеем, Александром Давыдовичем Надирадзе и т. д. Смена поколений систем управления ракетных комплексов оборонного назначения происходила особенно быстро: стремительно улучшались их характеристики и качества. Однако широкой общественности Николай Алексеевич стал известен не по оборонным разработкам, а как «штурман космических трасс», как ученый, при ведущей роли которого созданы системы управления космическими ракетами-носителями, а также самими космическими аппаратами первого и последующих поколений для мягкой посадки на Луну и Венеру, для облета Луны, спутников Марса и т. д.
При активном личном участии Пилюгина и под его руководством созданы системы управления (с пилюгинскнми гироскопами) трехступенчатой ракеты-носителя «Протон-1», предназначенной для выведения космических станций «Салют», и четырехступенчатой «Протон-2» с ракетным блоком Д, обеспечивающей облет Луны аппаратами «Зонд» с посадкой спускаемых аппаратов на ее поверхность.
В то время когда рассматривался вопрос о расширении кооперации при разработке гигантского проекта «Энергия»—«Буран», Николай Алексеевич выбрал новую для себя задачу — создать систему управления возвращаемого корабля «Буран», уступив работы над традиционной для себя системой управления ракеты-носителя «Энергия» своему воспитаннику—академику Украины Владимиру Григорьевичу Сергееву. Николаю Алексеевичу не привелось увидеть полета космического корабля «Буран» и его изящную точную первую в мире автоматическую посадку, причем в неблагоприятных условиях сильного бокового ветра. Кораблем управляла инерциальная СУ путем координации работы почти пятидесяти смежных его систем, обеспечивающих полет корабля и его посадку на аэродром назначения.
Последним стратегическим замыслом, лебединой песней Николая Алексеевича, было решение задачи автономного определения азимутальной ориентации чувствительного элемента гироскопического прибора, задающего направление полета ракеты-носителя, т. е. бортового автономного ее прицеливания на стартовой позиции. Это позволило отказаться от «деликатной» системы прицеливания с ее оптическими, геодезическими и гироскопическими устройствами, контрольными платиками на корпусе гиростабилизатора и от специальной конструкции самого стартового сооружения. До самых последних дней Николай Алексеевич ежедневно непосредственно занимался данной проблемой. Он проводил совещания у себя в кабинете, ежедневно бывал на стендовых испытаниях, участвуя в них. Пришлось делать «развязанные» с окружающими объектами фундаменты стендов, шлифовать методологию проведения экспериментов и добиваться точности определения угловых направлений измерительных осей приборов, не худшей долей угловых секунд. Приемлемые решения этой сложнейшей проблемы получены его учениками, и созданные системы находятся в эксплуатации.
Многим приходилось прерывать свой отпуск и появляться на работе по вызову Николая Алексеевича. Без роптания! Главный так сумел организовать работу, так интересно и содержательно поставить все проблемы, и научные, и технические, так доверять людям н укрепить их уверенность в работе, чтобы она стала потребностью и основным содержанием жизни без лозунгов и призывов. Возникали особый, как бы интуитивный, патриотизм и чувство личной причастности к большому делу, во главе которого стоит очень значительный и вызывающий доверие человек.
Пилюгин не любил публичного внимания. На заседаниях комиссий или совещаниях, где не он был председателем, Николай Алексеевич старался уйти в тень, пристроиться как-то в стороне. Однако взгляды присутствующих сами собой фокусировались на его персоне: очень был маститым и внушительным, хотя физическими параметрами обладал средними. В Пилюгине всегда чувствовалась какая-то внутренняя неторопливая снисходительная сила, способствующая воспитанию кадров в духе интереса к работе, в духе какой-то спортивной злости в борьбе за результат. И был Николай Алексеевич суров и крут, если кто-то заранее начинал подстраховываться, принимаясь за новую работу.
Умер в 2 августа 1982 г. Похоронен на Новодевичьем кладбище.
Награды:
- Дважды Герой Социалистического Труда (1956 и 1961).
- Награждён 5 орденами Ленина (1956,1958,1968,1975,1978),
- орденом Октябрьской Революции (1971)
и медалями.
Лауреат Ленинской премии (1957).
Лауреат Государственной премии СССР (1967).
Член-корреспондент АН СССР с 1958 года, академик с 1966 года.
В 1969 году стал заведующим кафедрой Московского института радиотехники, электроники и автоматики.