Ответ iconics в «Психанула»⁠⁠22

Во славу Императора! Слушай же хронику о том, как карающая длань Империума настигла одну нечестивую душу в госпиталь-секторе нашего улья, и какую цену я заплатил за проявленную к ней милость.

Была в моем подчинении одна порченая сестра-госпитальер. Врачеватель плоти, но сущая фурия, одержимая гордыней. Вечно сеяла смуту среди благочестивых граждан и братьев по ордену. Наш Администратум терпел её богопротивный нрав исключительно из-за страшной нехватки медицинского персонала в секторе. И выработала эта ведьма хитрую уловку: стоило ей совершить серьезный проступок, угрожающий жизням слуг Императора, как она бежала к лорду-главврачу с прошением об отставке. Тот, скованный нуждой, рвал пергамент. Так она раз за разом получала фальшивое искупление.

Но власть сменилась, и во главе госпиталя встал я — верный слуга Трона.

После очередного громкого скандала и саботажа мадам ворвалась в мой кабинет. Швырнула на стол свиток с прошением и закричала: «Скрепляй печатью!». Я без колебаний припечатал свиток своей инсигнией.

Надо было видеть её лицо — этот миг заслуживал запечатления на пикт-картах. Осознав, что лишилась неприкосновенности, она попыталась вырвать пергамент обратно. Я остановил её руку и предупредил: если она совершит еще одно резкое движение, я оформлю её увольнение по статье за ересь и халатность перед лицом Администратума. С таким клеймом её не взяли бы даже чистить реакторы на кораблях Вольных Торговцев.

Ослепленная яростью, глупица бросилась прямиком в цитадель Ордо Еретикус — жаловаться на мой «произвол». Вскоре со мной связался следователь Инквизиции через вокс-связь:
— Брат, к нам явилась эта безумная. Она излила нам душу, и мы, изучив её деяния, возбуждаем против неё дело сразу по двумя статьям Лекс Империалис: «Преступное неоказание помощи слугам Трона» и «Саботаж во вред Империуму». Готовим костер.

И тут я решил проявить непростительную, абсолютно чуждую Империуму мягкотелость. Я выдал Инквизиции такой лютый, вдохновенный пиздёж, какого Око Ужаса не видывало:
— Братья, оставьте несчастную. У меня на столе лежит её добровольное отречение. Она стара, её разум тронул хаос старости, ей пора на покой. Жители улья вообще не пострадали, ибо мы мгновенно благословили на её место нового техномедика. Всё под контролем, хаоса нет, она уже наказана потерей сана.

В Инквизиции тогда попались на удивление понимающие люди. Отрезав вокс-канал, они сухо бросили:
— Раз так, пусть катится на все четыре стороны. Но чтобы её оскверненная нога больше здесь не появлялась.

На этом история могла бы и закончиться. Но Инквизиция не была бы Инквизицией, если бы не перепроверяла отчёты.

Уже через неделю к моему сектору подошёл отряд Серых Рыцарей и дознавателей Ордо Еретикус. Оказалось, мой благословенный пиздёж вскрылся при первой же сверке логов Администратума. Пациенты всё-таки пострадали, замену мы искали в панике целые сутки, а сама бабка перед уходом успела проклясть половину лазарета. Инквизиторы логично рассудили, что покрывать такое богопротивное кумовство и так нагло врать Священной Канцелярии может только скрытый культист Нургла.

В общем, бабку они ловить не стали — слишком много чести. А вот меня за этот лютый обман и укрывательство еретиков оперативно привязали к столбу на главной площади улья и сожгли к чертям праведным прометием под пение псалмов.

Мораль: в сороковом тысячелетии жалость к кадровому голоду карается очищающим пламенем.