Охрана⁠⁠7

Вчера пришлось мне в одно очень важное учреждение смотаться. По своим личным делам.

Перед этим, конечно, позавтракал поплотней для укрепления духа. И пошел.

Прихожу в это самое учреждение. Отворяю дверь. Вытираю ноги. Вхожу по лестнице. Вдруг сзади какой-то гражданин в тужурке назад кличет. Велит обратно слушаться.

Спустился обратно.

– Куда, говорит, идешь, козлиная твоя голова?

– Так что, говорю, по делам иду.

– А ежли, говорит, по делам, то прежде, может быть, пропуск надо взять. Потом наверх соваться. Это, говорит, тут тебе не Андреевский рынок. Пора бы на одиннадцатый год понимать. Несознательность какая.

– Я, говорю, может быть, не знал. Где, говорю, пропуска берутся?

– Эвон, говорит, направо в окне.

Подхожу до этого маленького окна. Стучу пальцем. Голос, значит, раздается:

– Чего надо?

– Так что, говорю, пропуск.

– Сейчас.

В другом каком-нибудь заграничном учреждении на этой почве развели бы форменную волокиту, потребовали бы документы, засняли бы морду на фотографическую карточку. А тут даже в личность не посмотрели. Просто голая рука высунулась, помахала и подает пропуск.

Господи, думаю, как у нас легко и свободно жить и дела обделывать! А говорят: волокита. Многие беспочвенные интеллигенты на этом даже упадочные теории строят. Черт их побери! Ничего подобного.

Выдали мне пропуск.

Который в тужурке, говорит:

– Вот теперича проходи. А то прет без пропуска. Этак может лишний элемент пройти. Учреждение опять же могут взорвать на воздух. Не Андреевский рынок. Проходи теперича.

Смотался я с этим пропуском наверх.

– Где бы, говорю, мне товарища Щукина увидеть?

Который за столом, подозрительно говорит:

– А пропуск у вас имеется?

– Пожалуйста, говорю, вот пропуск. Я законно вошел. Не в окно влез.

Поглядел он на пропуск и говорит более вежливо:

– Так что, товарищ Щукин сейчас на заседании. Зайдите лучше всего на той неделе. А то он всю эту неделю заседает.

– Можно, говорю. Дело не волк – в лес не убежит. До приятного свидания.

– Обождите, говорит, дайте сюда пропуск, я вам на ем закорючку поставлю для обратного прохода.

Спущаюсь обратно по лестнице. Который в тужурке, говорит:

– Куда идешь? Стой!

Я говорю:

– Братишка, я домой иду. На улицу хочу пройти из этого учреждения.

– Предъяви пропуск.

– Пожалуйста, говорю, вот он.

– А закорючка на ем имеется?

– Определенно, говорю, имеется.

– Вот, говорит, теперича проходи.

Вышел на улицу, съел французскую булку для подкрепления расшатанного организма и пошел в другое учреждение по своим личным делам.

(с) Михаил Зощенко, "Закорючка", написано где-то лет 100 назад

И как всегда, куча теорий)) Обосрали всех и вся. Вот только истина немножко в стороне стоит, курит.

А дело, скорее всего, было так (да-да, тоже теория, но основанная на личном опыте и практике). Этот самый

мужичок (М) в спецовке с засохшими пятнами краски на ней

буквально 15 минут назад так же в сопровождении двух собригадников выехал на этой же самой Газельке на склад за стройматериалом. И при выезде предупредил: "вот мы, такой-то такой-тович, сякой-то сякойтович и пердой-то пердойтович, поехали за материалом, через 15 минут вернёмся. Ваше начальство в курсе". Охранник уточнил у начальства, действительно ли эти трое собираются выехать с территории на склад за материалом, и там ему подтвердили, и более того, сказали, запускать побыстрее, так как работа стоит, сроки горят.

А вообще эта бригада уже второй месяц трудится, все их знают, как облупленных, и всё равно каждое утро по прибытии на объект, проверяют пропуска.

Но ТС всего этого не видел, естественно, и поэтому свои умозаключения строит лишь на основании последнего акта действа.

Вопрос в том, что вы, не зная всей ситуации, строите какие-то выводы. Имея некоторое представление, как это всё происходит, я предполагаю, что начальство позвонило и сказало: "Гриша, газельку с работягами пропусти, не досматривая". Т.е., таким звонком начальник взял на себя всю ответственность за возможные эксцессы.

Понятно, что охраннику надо было проявить принципиальность, и всё равно пойти досмотреть машину, но мы ведь все "так любим" работать, а тут ещё и начальство разрешает лишний раз не напрягаться.