Loom. Часть 2⁠⁠

Назад к части 1

Теперь Навой хорошо видел в темноте, а потому решил вернуться в деревню и заглянуть в один из неосвещённых шатров. Здесь стояла старая скрипучая прялка, а рядом с ней лежали кипа соломы и куча золотых монет. Прялка звучала специфическим узором, который позволял превращать солому в золото. С тех пор, как Ткачи открыли его, они никогда не нуждались в деньгах.

Навой попробовал и этот узор, и у него опять получилось. Он стал практиковаться, превращая солому в золото и золото в солому, и сам заметил, что у него выходит всё лучше. Теперь уже некому было застигнуть его за этим запрещённым занятием, и он мог свободно плести любые известные узоры. Одурманенный обретённой силой, Навой стал выдумывать новые волшебные шалости, и вдруг вспомнил слова с могилы матери: "в день, когда разверзнется небо". А что, если заставить небо разверзнуться прямо сейчас?

Взобравшись на вершину утёса, Навой сотворил открывающий узор и указал концом прялки на небо. Какое-то время ничего не происходило, но затем стало слышно далёкий рокот, который быстро превратился в оглушительный раскат грома. Молния ударила прямо в одинокое дерево, что росло на вершине утёса. Оно раскололось у основания и рухнуло вниз, скатившись в морской прибой.

Когда всё стихло, Навой выглянул из своего укрытия в расщелине и поспешил спуститься с утёса. Сломанное дерево прибило к причалу, и оно покачивалось на волнах, время от времени ударяясь о деревянные опоры. Удивительным образом, оно напоминало какую-то древнюю лодку. "В день, когда разверзнется небо" и "расколется дерево", "ударит молния" и мама будет "ждать его за морем" - Навой вертел в голове эпитафию с надгробия. "Твоя судьба лежит за морем!" - вторили ей слова Мыканицы. Наконец, юноша принял решение: войдя в воду, он взобрался на дерево-лодку, убедился в том, что она устойчиво держится на воде, а затем, отталкиваясь прялкой от воды, поплыл прочь от берега.

В предрассветном сумраке Навой, который скользил по водной глади на дереве-лодке в своей робе с капюшоном и с посохом-прялкой, напоминал Харона, перевозившего души людей из мира живых в мир загробный. Только здесь было наоборот: он покидал свой мёртвый остров и направлялся к Берегу Чудес, где будет ждать его мама. Теперь на острове Станка не осталось людей, и даже чайки взлетели с причала, чтобы вслед за лодкой Навоя отправиться в неведомую даль.

***

В море Навой столкнулся с опасным природным явлением: средь бела дня над водой кружился огромный смерч. Как ни странно, шторма не было, иначе импровизированная лодка не удержалась бы на волнах. Присмотревшись к водяному смерчу, юноша услышал специфический узор, означавший закручивание по спирали. Тогда он поднял свою прялку и сплёл обратный узор, после чего смерч перестал вращаться и рассеялся. Через минуту ветер стих, и можно было продолжить путь.

Большая земля была совсем не похожа на туманный остров Ткачей. Берег покрывал

золотистый песок, в долине между скал виднелся пышный лес, но самое удивительное, что увидел Навой - это изумрудный город, целиком построенный из зелёного стекла.

Конкретно вот этот пейзаж называется "Морской берег". Он создан художником Марком Феррари на начальном этапе разработки игры. И если напрячь память (или браузер), то мы вспомним, что уже видели его на складе картин в нацистском замке в игре "Indiana Jones and the Last Crusade".

"Зелёный! Ну почему именно зелёный?" - подумал юноша, издалека глядя на город. Этот цвет его отталкивал, и идти туда совсем не хотелось. Вместо этого он направился в лес.

Навой уже шагал по лесной тропинке, как вдруг прямо из воздуха рядом с ним появились несколько мужчин. Это были члены гильдии Пастухов.

- Стой!

- Кто идёт?

- Этот коротышка хотел прокрасться в наши земли!

- Ты это называешь "красться"?

- Да его ещё за теми холмами было слышно!

- Итак, что тебе нужно в землях Пастухов?

- Я ищу стаю лебедей.

- Лебедей...

- Да уж.

- Парень, лебеди не живут в лесах.

- Слушай, как думаешь, это ведь не тот колдун, о котором нам говорила Руно?

- Хмм... Вообще-то он одет, как колдун.

- По мне так он не очень крутой.

- Эй, колдун! Покажи нам чё-нить.

- Да! Докажи, что ты колдун, или дальше не пропустим.

Навой, не привыкший быть в центре внимания, растерялся и не смог припомнить какой-нибудь стоящий узор, который мог бы впечатлить пастухов. Вместо этого он попятился назад и свернул на тропинку, ведущую в город. Мужчины проводили его насмешливыми взглядами, а затем вновь стали невидимыми. Однако, на этот раз Навой сумел уловить особый узор, который они использовали - чары Невидимости.

Пройдя через ущелье меж скал, он спустился по каменным ступеням и вошёл в сказочный город.

Здесь всё было сделано из зелёного стекла: не только стены зданий, но и внутреннее убранство помещений. Навой вошёл в одно из зданий, и здесь его встретил краснокожий человек в синей одежде.

- Приветствую тебя, незнакомец! Добро пожаловать в Хрустальград. Я - мастер Стеклоблок, тридцать первый в Благородной Гильдии Стекольщиков. С кем имею честь?

- Меня зовут Навой. Навой Потёртый из... ээ... Благородной Гильдии Ткачей.

- Ткачей? Не припомню, чтобы один из вас когда-либо нас навещал. Теперь я вижу, почему вашу ткань так высоко ценят. Мантия, которую ты носишь, не похожа ни на что из того, что я видел. Замечательное качество! - с восхищением произнёс Стеклоблок.

Он сделал паузу, а затем продолжил:

- Хрустальград хранит много мудрости, в том числе и легенды о вашей гильдии. Одна из них особенно необычная и занятная: говорят, что того, кто дерзнёт заглянуть под капюшон Ткача, ждёт смерть. Неужели это правда?

- Не знаю, - пожал плечами Навой. - На моей памяти никто не пробовал этого сделать.

- Ха! Ответ довольно мутный. Здесь мы ценим ясность превыше всего. Но не волнуйся: мы сохраним твою легенду.

- Рад это слышать. Кстати, вы случайно не видели тут стаю лебедей, пролетавшую мимо?

- Лебедей? Если кто-то и видел лебедей, то я ничего не слышал б этом. В последнее время весь город был так занят, что я не думаю, что у кого-то было время смотреть на птиц. Однако, в каталоге наших изделий есть бинокли, телескопы и другая точная оптика, которая может пригодиться тебе для поиска лебедей.

- Спасибо, я полистаю позже.

- Уверен, что тебе понравится! Ну а сейчас - можешь гулять здесь, сколько хочешь, Потёртый из Ткачей. Но помни: если что-то разобьёшь, тебе придётся это купить!

Навой решил, что надо ответить любезностью, и перевёл взгляд на постамент, где стоял пустой кубок:

- Вот это да! Никогда не видел, чтобы стекло так сверкало!

- Это не стекло, Потёртый из Ткачей! Этот кубок был вырезан целиком из алмаза.

- Впечатляет! Но я думал, что вы, Стекольщики, работаете только со стеклом.

- Это так. Перед тобой Хромаксовая Загадка. Этот кубок был изготовлен одним из основателей нашей гильдии, Стеклодувом Прозрачным, чьим творениям когда-то был посвящён целый музей. Три столетия назад наш прекрасный город подвергся нападению дракона. Жадное чудовище опустошило наш музей и сокровищницу. Был утрачен даже главный шедевр Стеклодува, Первая Сфера Гадания. К счастью, Загадка в это время находилась в Гильдии Виноделов. Это наш единственный сохранившийся образец необычайного гения Стеклодува.

- Но почему он был сделан из алмаза, а не из стекла?

- Мы не знаем. Это Загадка.

Стеклоблок удалился, очевидно избегая дальнейших расспросов, и Навой оказался предоставлен сам себе. Его внимание привлекла небольшая комнатка с колокольчиком. Навой позвонил в него, увидел вспышку жёлтого света и оказался в точно такой же комнатке, но уже в другом месте. Мгновенное перемещение в пространстве! Воистину, в стенах Хрустальграда было заключено много мудрости.

Оказавшись в новом помещении, Навой случайно подслушал разговор двух людей этажом выше - очевидно, один из мастеров показывал изделие заказчику:

- Ваше Превосходительство, надеюсь, вы довольны нашими успехами?

- Это зависит от ваших успехов. Как далеко вперёд я смогу заглянуть?

- Как минимум, на четыре часа. Ели повезёт, то может, даже на шесть.

- Шесть часов? Мне казалось, мы договорились о восьми!

- Каждая Сфера уникальна, Епископ. Нельзя предугадать, насколько далеко в будущее сможет смотреть именно эта.

- Мне нужно видеть по крайней мере на восемь часов вперёд. ВОСЕМЬ часов. Позаботьтесь об этом, мастер Тигель!

- Клиент всегда прав...

Когда говорившие ушли, Навой решил взглянуть на стеклянную сферу, о которой шла речь. Он ещё не слишком хорошо ориентировался в особенностях планировки стеклянного города, поэтому, когда он вновь воспользовался комнаткой с колокольчиком, она перенесла его вовсе не к сфере, а на вершину башни, где двое стекольщиков работали с гигантской косой. Увидев его, они бросили свою работу:

- Эй, смотри!

- Ты кто такой? -

- Ну... Понимаете, я позвонил в колокольчик, и...

- Прости, парень. Сюда посторонним вход запрещён.

- И это значит, никаких посетителей. Отправляй его, Фужер!

Стекольщик быстро затолкал юношу обратно в комнатку-телепорт и дёрнул колокольчик. Однако, такая секретность лишь подогрела интерес молодого ткача. Сотворив узор Невидимости, он вернулся в запретную зону.

- Ты вообще видел этого Епископа Мандибулу? Рассекает тут, как хозяин! - говорил один стекольщик другому.

- И кстати, зачем вообще Клирикам Сфера Гадания? Я думал, они не верят в будущее.

- Мы можем только догадываться. Но Тигель думает, что они опять замышляют недоброе.

- Так почему он имеет с ними дело?

- Ты же знаешь Тигля. За наличку он даже очки своей матушки продаст.

- За наличку? Ничего себе! Сферы дешёвыми никак не назовёшь.

- И всё-таки, Тигель рисковать не собирается. Он считает, что нам надо быть начеку на случай, если Клирики ищут неприятностей. Вот почему мы с тобой тут работаем сверхурочно.

- Ай! - стекольщик порезался, пробуя пальцем остроту стеклянного лезвия. - Я понял, о чём ты. Да как только Клирики увидят ЭТУ КРОШКУ, они лишний раз подумают, прежде чем лезть к нам.

Похоже, что стеклянная коса была бритвенно острой. Навой присмотрелся к стеклянному лезвию и понял, как выглядит узор Заострения. Прокравшись мимо стекольщиков, он зашёл в другую комнату-телепорт и переместился к Сфере Гадания, предназначенной для Епископа Мандибулы. Заглянув в неё, он увидел своё ближайшее будущее: вот юный ткач стоит, окружённый пастухами, и создаёт узор, от которого те разбегаются в ужасе. Вот это да! Навой запомнил этот узор, покинул зелёный город и направился в лес, чтобы поскорее его испробовать.

Пастухи встретили его на прежнем месте.

- Гляди-ка, вернулся!

- И мы тоже.

- Куда идёшь?

Ничего не отвечая, Навой сотворил узор Ужаса, и когда мужчины в панике разбежались, направился дальше. Конечно, это был парадокс: выходит, что он узнал узор Ужаса от самого себя. Ну что же, мир полон странных вещей.

Лесная тропа вывела юношу к большому зелёному лугу. Судя по всему, это были благословенные пастбища гильдии Пастухов. На опушке леса был устроен небольшой загон с овцами. Одинокий пастушок дремал, прислонившись к ограде.

Навой направился к группе овец, чтобы их потрогать, но те испугались, увидев незнакомую фигуру в сером балахоне, и стали прыгать через ограду, разбудив пастуха.

- Эй! В чём дело? Ты перепугал моих овец! Теперь мне придётся снова их собирать. Эй, вы! Шевелитесь!

Пока пастух был занят делом, Навой направился дальше через пастбища, перебирая в уме нити нового узора - Пробуждения...

На противоположном краю зелёного луга разместилась небольшая деревня.

Юноша зашёл в один из деревянных домиков, который показался ему самым большим. В каменном очаге горел огонь, а напротив стояли ясли с ягнёнком. Пока Навой разглядывал его, в окне возник прозрачный и едва различимый женский силуэт.

- Привет!

- Кто это сказал? - испугался юный ткач.

- Я, - женщина стала видимой.

- О. А вы кто?

- Я - та, что посылала за вами.

- А?

- Меня зовут Руно. Я - Первая Избранная из Гильдии Пастухов.

Женщина вошла в хижину и продолжила:

- А вы, должно быть, могущественный колдун, которого я наняла в Гильдии Магов.

- Здесь какая-то ошибка, - попытался возразить Навой.

- Твоя скромность очень мила, - перебила его Руно, - но ошибки быть не может. Моих пограничников чрезвычайно впечатлила демонстрация твоих магических способностей. Правда, они не сказали мне, что к тому же ты молод и очень хорошо воспитан. Если бы наше положение не было столь отчаянным, я бы могла часами беседовать с тобой.

- Вы в отчаянном положении?

- Один из наших клиентов разместил заказ на десять тысяч откормленных овец.

- Да этого хватит, чтобы прокормить целую армию!

- Боюсь, это именно то, что нужно Клирикам. Но то, как заказчики используют нашу продукцию, это не наше дело. Да и в любом случае, они скорее всего не получат этих овец.

- Почему?

- У нас тут живёт дракон, и похоже, что ему нравится свежая баранина. Наши овцы имеют шерсть идеальной белизны, так что дракон видит их с очень большого расстояния. Только маг может спасти нас от этого крылатого бедствия. И я благодарю тебя за то, что ты так быстро ответил на мой призыв.

Навой погладил ягнёнка в яслях.

- О, тебе нравится мой маленький пациент?

- Пациент? Он что, болен?

- Очень. Не думаю, что он выживет. Дракон утащил его мать на следующий день после родов, и мои песни Лечения не помогают ему.

- Песни?

- Известно, что мы, Пастухи, поём песни. По крайней мере, я думала, что известно. Мой предок научил меня волшебным нотам. По его словам, они достались нам от какой-то другой гильдии в обмен на секрет невидимости.

Руно пропела лечебную мелодию, и Навой постарался её запомнить.

- Думаю, у меня пока не очень хорошо получается, - сказала она, глядя на ягнёнка.

- Кажется, он немного приоткрыл глаза, - попытался подбодрить её Навой.

- Ты прав! Попробую ещё раз, - ответила Руно и продолжила петь.

- Опять закрыл глаза.

- Может, если я спою помедленней... - Руно попробовала спеть мелодию иначе. - Нет, и так не выходит. Ну вот...

"Надеюсь, ему станет лучше", - произнёс Навой, видя безрезультатность попыток Руно. Лечебная мелодия была действительно сложна, Навой и сам не мог подобрать нужную нить для такого узора. Возможно, потом, когда у него будет больше опыта... С этими мыслями юноша покинул хижину и вернулся на пастбище. "Стадо как раз вывели на выпас. Удачи тебе с драконом, колдун!" - прокричала Руно ему вслед.

На самом деле, Навой уже придумал, как помочь Пастухам. Поморщившись, он сотворил столь нелюбимый узор окрашивания в зелёный и обвёл всё стадо концом своей прялки. Задумка удалась, и вскоре все овцы были издалека неотличимы от травы, которую едят. Единственным светлым пятном на лугу оставался сам юный ткач. Его-то и схватил дракон, который как раз хотел покушать.

Гнездо дракона было устроено в пещере в жерле большого вулкана. Точнее, это был не дракон, а дракониха. Взгромоздившись на свою гору золота и других сокровищ, она обратилась к нему женским голосом:

- Ну и ну. Вот я дура! Поспешишь - людей насмешишь. А ведь ещё когда летела, подумала, что ты какой-то тощий!

Навой растерянно уставился на дракона.

- Ну что за манеры? Хватит меня разглядывать! Серьёзно!

- Ой, я разглядывал? Извините.

- Ай, забудь. Не обращай на меня внимания. На пустой желудок я становлюсь раздражительной.

- А... Скажите, вы собираетесь меня испепелить?

- Испепелить тебя? Боже! А ты хитренький! Нет, если ты ЭТОГО ждёшь, то ты выбрал не то гнездо. Слушай, дорогуша, у меня не было огня со времён моего последнего спаривания. И ты не представляешь даже, как давно это было! Или ты об этих язычках пламени, что иногда видны в моих ноздрях? О, я тебя умоляю! Это было бы слишком для старой рептилии.

- Вы хотите сказать, что не можете дышать огнём?

- НЕ ХОЧУ, милый. Мне это не идёт. И скажу тебе по секрету, эта фигня с огнём меня саму пугает.

Дракониха прикрыла глаза, а Навой стал разглядывать гору золота, на которой она лежала.

- Ух тыы...

- Небось интересно, кто всё это собирал? - отозвалась польщённая хозяйка. - Ну что ж, это всё я сама. Эта куча - ерунда по сравнению с той, на которой я лежала когда-то! В своё время я набрала столько хрусталя, что сдохнуть можно! Правда! А потом знаешь, что? Один второсортный колдунишка попытался взорвать мой вулкан! В результате произошло БОЛЬШОЕ землетрясение, и вся моя красивая посуда разбилась! Ты представляешь? Ну, скажу я тебе, этого парня я заставила ОЧЕНЬ СИЛЬНО пожалеть о содеянном.

Навой знал, о чём идёт речь. В 7331-м году, как гласили Длинный гобелен и Книга Узоров, произошло Великое Землетрясение, в результате которого погибла легендарная Гильдия Шахтёров, а заклинание и узор Землетрясения были навеки запрещены во всём цивилизованном мире.

- Одну вещичку мне удалось сохранить, - продолжала дракониха. - Прелестный стеклянный шарик. Он был такоой красивый! И знаешь, что я сделала? Ха! Уронила его, и прежде, чем успела схватить, он укатился и потерялся где-то в пещерах под горой. Так и не нашла его потом. Се ля ви...

Похоже, что, несмотря на неутолённый голод, дама была рада собеседнику и пребывала в приподнятом расположении духа. Навой отошёл подальше, набрался смелости... и превратил гору драконьего золота в солому.

- О боженьки! А кто-то сегодня шалун! Только потом верни всё, как было, - сказала огромная рептилия и улеглась поудобнее.

Можно было расслабиться. Судя по всему, дракониха не видела в юноше ни еды, ни угрозы, и относилась к нему то ли как к шаловливому ребёнку, то ли как к милой зверушке. И была совсем не против для разнообразия подремать на мягкой соломке. Навой решил ей помочь, и сплёл усыпляющий узор, обратный узору Пробуждения. Дракониха мирно засопела, разглядывая свои драконьи сны. Она была расслаблена, и из её ноздрей вырывались язычки пламени. Вот один такой язычок лизнул сухую солому, и она почернела и стала тлеть... затем другой... Вдруг куча соломы вспыхнула ярким пламенем. Дракониха проснулась и закричала от ужаса, ведь она очень боялась огня. Судорожно захлопав крыльями, она поднялась в воздух и улетела из гнезда, оставляя за собой дымный след от подпаленного кончика хвоста.

Проводив её взглядом, Навой спустился в пещеры внизу. Нужно было найти выход из этого места.

В пещерах было темно. Навой сплёл узор Ночного зрения, но даже после так ориентироваться здесь было довольно сложно. Впрочем, изрядно побродив по тёмным залам со свисавшими с потолка сталактитами, Навой разобрался в хитросплетении каменных переходов и даже нашёл утерянную драконихой Первую Сферу Гадания. Нужно было лишь осушить небольшое пещерное озеро, на дне которого лежал артефакт. Заодно юный ткач изучил узор Отражения, увидев себя в озере.

Отыскав выход наружу, Навой покинул пещеру и оказался на рукотворном уступе, который примыкал к отвесной скале. Отсюда через пропасть был перекинут каменный мостик к спиральной лестнице, но вот незадача - следующий пролёт моста, тот, что после лестницы, был разрушен.

Навою пришлось крепко подумать над тем, как пройти дальше. Наконец, он решил поступить радикально: взял да и сотворил тот же узор, с помощью которого ранее остановил вращение смерча. Лестница распрямилась, образовала мостик в один пролёт, и юный ткач спокойно прошёл по нему через пропасть.

Когда Навой спустился к небольшому плато у подножия горы, солнце уже клонилось к закату. Здесь было устроено что-то вроде кладбища. Воздух был сухой и горячий. Вдруг Навой заметил мальчика, который лежал прямо на камнях и, похоже, дремал.

Недолго думая, Юный ткач сотворил узор Пробуждения.

- Откуда эта музыка? О... Ты меня разбудил, - сказал парень, зевая. - Я никогда раньше не видел кого-то, одетого как ты. Как тебя зовут?

- Навой Потёртый, из Ткачей.

- Ах, из Ткачей! Тогда понятно, откуда у тебя такой крутой балахон. Моё настоящее имя - Выкован, но все зовут меня Ржавчик. Ржавчик Гвоздодёр. Я тут вроде как дрова собираю. Но на этом плато уже нет ни щепочки.

- Вот, это мы. Гильдия Кузнецов.

- Ни за что бы не догадался, - съязвил Навой.

- Наш город был здесь ещё до Теней. Мы зовём его Кузня. Итак... Что привело ткача в эти края?

- Я ищу стаю лебедей. Ты не видел, чтобы они тут пролетали?

- Нет, прости. Лебедей здесь не водится. Зато есть стервятники! - Расти зевнул. - От всех этих разговоров хочется спать. Разбуди меня, если найдёшь своих лебедей. Никогда их не видел.

Расти улёгся обратно на землю и быстро уснул, а Навой отправился к вратам Кузни. Жар здесь стоял почти невыносимый, но к счастью, одежда ткача не только грела в холодную погоду, но и сохраняла прохладу в жару. Мост через огненную реку был опущен, но железная решётка надёжно закрывала вход в Кузню от незваных гостей. Когда Навой подошёл ближе, из окна в сторожевой башне высунулся полуголый мужик в кожаном фартуке.

- Стой! Кто идёт?

- Я, просто дружелюбный незнакомец.

- "Дружелюбный незнакомец"! Ха! Это закрытая гильдия, мой странный юный друг. И ворота открываются только для её членов. А теперь уходи и поиграй где-нибудь ещё.

Навой ещё пару раз попытался попасть в Кузню, но все его попытки были безуспешны. Тогда он решил поступить иначе: вернувшись к спящему мальчику, юноша использовал узор Отражения таким образом, что они с Ржавчиком поменялись внешностью. Навой теперь стал золотоволосым пацаном в кожаном фартуке, а тип в сером балахоне остался дремать на земле.

- Приветствую, юный Гвоздодёр! - махнул рукой страж, увидев внизу знакомое лицо.

- Приветствую! - ответил Навой.

- Тебя ищет Кочегар. И он уже бесится! Так что лучше тебе поспешить. Давай я подниму решётку.

Так Навой сумел попасть в Кузню. Здесь все были заняты работой - члены гильдии ковали мечи. Побродив по городу, юноша отыскал Кочегара, который был занят тем, что подбрасывал дрова в здоровенное горнило.

- Так, так, так! - воскликнул Кочегар, заметив парня. - Уж не мой ли это верный, НЕУТОМИМЫЙ подмастерье, Ржавчик Гвоздодёр?!

- Здравствуйте, эм... господин Кочегар.

- И смотрите-ка! Он принёс мне палку. ОДНУ кривую старую палку для моей бедненькой голодной печки.

- Палку?

- Ты, ленивый придурок! ЧЕТЫРЕ ЧАСА назад я послал тебя за дровами, и ты ПОСМЕЛ вернуться с ОДНОЙ ПАРШИВОЙ ПАЛКОЙ? Да если бы твоим отцом не был сам Мастер, я бы ТЕБЯ швырнул в печь! Твоё счастье, что он сейчас внизу с Епископом. Если огонь в горниле погаснет, мечи для Клириков не будут готовы к сроку. Может, ты тогда лично у Епископа попросишь прощения? Я могу это устроить!

Деваться было некуда. Без своей прялки Навой был беспомощен. Он присел на соломенную "постель", и тотчас его сморил сон. Видимо, сюда не поленились наложить сонный узор, как это обычно делали с кроватями и детскими люльками.

Пока он спал, произошло нечто ужасное: на плато у подножия гор чёрная дракониха обнаружила спящего парня в сером балахоне. "Так-так, - произнесла она. - Вы только представьте себе: напугать бедное, беззащитное старое существо вроде меня! Ну серьёзно! Что ж... Может, я и не дышу огнём, дорогуша, но я с удовольствием готова вонзить свои зубки в твоё молодое и упругое мясо!" И увы, она не шутила.

Навой проснулся, когда к нему внезапно вернулся прежний облик. Он понял, что со Ржавчиком что-то случилось. Он подошёл к двери своей темницы и выглянул в небольшое окошко. Дрова у Кочегара все закончились, и теперь кузнец держал его прялку.

- Нужно выковать десять тысяч мечей, а горнило почти остыло! - вздохнул кузнец. - Придётся ломать на дрова мою новую мебель.

Задумчиво повертев чудодейственный посох в своей могучей руке, Кочегар швырнул его в печь.