Лечение мороженым3
Будучи в третьем классе, я на тренировке разбил (прокусил) нижнюю губу. Не бес помощи старших «товарищей», но речь сейчас не об этом.
Приехали мы с папой в детскую травму. Дежурил в тот день пожилой седой хирург, с ним была небольшая группа студентов – практикантов. Усадив меня в кресло и осмотрев губу, врач обратился с вопросом к студентам: «Вот пациент с травмой. Какие будут ваши действия». Один, видимо самый шустрый, вышел вперёд и, показывая пальцем, уверенно предложил наложить на губу три шва. Я вжался в кресло от ужаса, представляя всю эту экзекуцию с уколами, зашиванием губы и прочими гестаповскими радостями. Вышел второй студент с идеей сделать вместо трёх, два шва. Ну, мне, что в лоб, что полбу. Три шва или два. Боль то одинаковая. Третий, видимо отличник, доказывал, что можно обойтись одним швом, и показал пальцем, где и как он должен располагаться. Из всего этого, я понял, что при любом раскладе картина для меня вырисовывается безрадостная, и приготовился мучительно умирать истыканный иголками с зашитой грубыми нитками отвисающей губой.
Доктор, молча выслушав мнения студентов, попросил пригласить в кабинет моего отца, к которому и обратился с вопросом:
- Вы далеко живёте, сколько вам до дома ехать?
- Минут двадцать на троллейбусе.
- Хорошо. Когда выйдите на улицу, купите ребёнку мороженое. И по дороге домой пусть ест его маленькими кусочками. Но не глотает сразу, а держит на губе, пока оно не растает. И в дальнейшем пусть меньше болтает и поджимает губу, что бы пока заживает, не отвисала. А через три дня приходите ко мне.
Опа! Я гордо выпрямился в кресле. Ну, ради такого дела, я готов был пожертвовать собой и съесть хоть два мороженых. Метод лечения доктора звучал для меня, как фантастика. Я не верил своим ушам. Вместо зашивать губу… есть мороженое…. Студенты тоже смотрели на доктора в недоумении. В их учебниках (и головах) подобный вариант точно не рассматривался. А доктор просто и доходчиво разъяснил причину такого своего решения: «Зачем причинять пациенту лишнюю боль, если можно обойтись щадящими методами».
Да! Это позиция настоящего доктора, умудренного опытом и заботящегося о пациенте. В дальнейшем по такому критерию, отношения к больному я и рассматривал всех врачей, с которыми приходилось сталкиваться.
Однажды мне пришлось сделать тонзиллэктомию, то есть вырезать гланды, короче. Я в тот момент работала врачом в той же больнице, где мне и предполагалось делать операцию. Естественно, резал меня мой коллега, хороший знакомый. Он, зная мой беспокойный нрав сказал: "Ирэн, не смей убегать с койки после операции - никаких "скучно", "домой" и прочего такого. Вот, чтоб сутки провела в ЛОР-отделении и не возгудала. Я согласилась.
Операция прошла быстро, болезненно и кроваво. Я заняла свою койку, где в состоянии мутной головы от пережитого пролежала несколько часов. Потом я заскучала. А когда заскучала, вспомнила, что после подобных операций не возбраняется сожрать стаканчик мороженого. На территории больницы магазинов не было, но был один недалеко, туда можно было попасть через дырку в заборе. Я задалась целью и пошла.
Вышла из палаты, огляделась: докторов не было. Выскользнула из здания, через дырку в заборе вылезла на дорожку, окружающую больничный комплекс, дотопала до магазина, где купила заветный стаканчик и с наслаждением впилась в него. Потом купила второй. Решила, что назад в ЛОР-отделение мороженое не потащу и с чувством, толком, расстановкой вточила и второй тоже прямо возле дырки в заборе. Затем вернулась в отделение с ощущением, что "шалость удалась". И знаете что? Мне все равно попало от лечащего врача, поскольку пока я замышляла побег, он пришел к коллегам в хирургический корпус, где на последнем этаже у окна стоял стол для настольного тенниса и проводились матчи. Оттуда он прекрасно видел всю мою тайную операцию.