Криптид⁠⁠

Часть 3

Тираннозавр Алик

Бармен в «Хромой собаке», увидев его спутницу, откровенно засиял щербатой улыбкой, Александра он лишь коснулся пренебрежительным взглядом.

— Гош, нам по двойной текиле и светлому нефильтрованному, — по-деловому распорядилась она, даже не справляясь о его алкогольных предпочтениях, — Это лучшее проверенное сочетание в этом заведении, уже поверь, — тут же добавила она, прочитав его мысли, затем протянула для руку, — Аглая!

— Александр, — он осторожно принял девичью ладонь, которая неожиданно крепко сдавила его кисть.

— Ну ты тоже жми, Сань, — подбодрила она его, ненавижу вялые мужские рукопожатия, да и все, что вялое у мужчин тоже.

Александр осторожно стал сдавливать её пальцы, однако вскоре убедился, что женская рука, хоть и значительно меньше, несколько не желает уступать ему в силе.

— Хорош! — она со звонко поставил на столик опустошённую рюмку текилы и сбросила в который раз звонок с постоянно жужжащего виброзвонком айфона, — Гош повтори!

Саша жестом отказался от повтора, попросту напиваться с разухабистой русской девицей вовсе не всходило в его планы.

— Аглая — довольно редкое имя, кажись, греческое, но больше я про вас… Э… тебя ничего не знаю. Кажись, в отличие от большинства присутствующих здесь.

— Да меня каждая собака в этой дыре знает, — подтвердила она, — я пару лет работала на региональном тв-канале, светилась каждый вечер не голубых экранах города и области, рассказывала о борьбе за урожай, ремонте теплотрасс и криминальной хронике. Затем с развитием интернета ушла с соцсети и веду блог о жизни нашей провинциальной элитки, типа кто с кем переспал, кто кого кинул, куда в этом году наши богатеи в отпуска собираются и прочее тому подобное, это для денег и реклам. А второй канал — для души. Городские легенды, заброшки с подземельями, привидения и всякие прочие чупакабры.

— Понятно, — улыбнулся Александр, — сам люблю такие вещи, с меня заранее лайк и подписка.

— Думаешь, я так новых подписчиков собираю? – она снова махнула бармену и в очередной раз утихомирила зажужжавший айфон, — Так бы уже давно спилась, мотаясь по барам.

— Так чем же обязан?

— Я же сказала тебе, что он существует. Есть надёжный сигнал.

— То же самое мне скажет любой участник конференции, с которой мы только что сбежали.

— Ок, поставим вопрос ребром — сколько денег можно получить за доказательство существования реликтового гуманоида?

— Вот как!  — он удивился наивной прямоте вопроса, — признаюсь в чисто монетарной плоскости я еще не размышлял над этим вопросом.

— Ну так давай, господин доцент, опустимся теперь с тобой на чисто монетарную плоскость.

— Ну насколько мне известно есть всякие фонды, организации, особенно в Северной Америке, которые готовы выплатить вознаграждение. Секундочку! –— он достал смартфон с полминуты, поерзал пальцем по экрану, — Вот, например, чтобы не быть голословным, американское общество криптозоологии штата Оклахома с ходу обещает миллион долларов.

— Миллион — это ныне не такая уж большая сумма, тут же с тобой делиться надо, — разочарованно вздохнула Аглая.

— Зависит еще от того, какое доказательство ты представишь, нечеткие размытые видосы и фотки, пучки непонятной шерсти, не говоря уже о гипсовых слепках отпечатков ступни уже никого не удивляют, ежегодно появляются сотни и тысячи фейков, и уже у большинства серьезных исследователей пропало всякое желания разбираться во всей этой любительской чуши от поклонников криптозверья. Хуже, пожалуй, только у нло-шников со свидетелями контактов и летающими тарелками.

— Поэтому ты мне и нужен. Чёткое неоднозначное фото с фотоловушки, поставленной и верифицированной под руководством ученого с европейским именем. И скорее всего не одно, а много в нескольких перспективах с гарантировано научным подходом и протоколом сьемки.

— Тогда, пожалуй, весь миллион твой, со мной делиться не надо, я получу куда более интересную для меня вещь — имя в мировой науке, а вместе с этим исследовательские гранты, интервью, лекции и напишу кучу статей и книг, полученных денег и работы мне хватит до самого склона жизни.

— Ну я наконец-то свалю от этих всех рыл и опостылевшей провинции в собственный домик в Испании или Черногории на берегу Средиземного Моря. На первый время миллиона мне вполне хватит. Видишь, как принято говорить в маркетинге, ситуация win-win —  обе стороны сделки выигрывают от заключения контракта.

— Я не против, если бы я еще во все это верил, — засмеялся Александр, но тут же осёкся, встретившись с серьезным взглядом рыжеволосой.

— Ты пойми я не настаиваю и не упрашиваю, в предложенной схеме твоя личность вполне заменяема. Ну не ты, так какой-нибудь другой доцент сразу согласится, да и в Оклахому написать через гугл-транслейтор нынче не трудно. И вообще, дивлюсь такому народу — ему в руки прёт удача, а он косорылится! Может, ты кабинетный учёный и ссышь вообще?

На привлекательном лице девице отразилась полная гамма презрения.

— Не ссу, просто я по давнишней традиции и опыту полностью скептичен в этом вопросе.

— Бляяааа, — она откровенно страдающе посмотрела в окно, — Что ж ты душный такой мне попался.

Сане самому стало стыдно за себя. На самом деле небольшая исследовательская вылазка ничем ему не помешает, дня три-четыре он вполне мог себе позволить, к тому же будет потом что рассказать. А отношения с его подругой Кристиной явно в той стадии, когда его отсутствие только на пользу, да и вообще в целом Аглая права, размеренная жизнь в Германии, гасит любую спутанность и энтузиазм.

— Короче, херр Урбах, или как тебя там? — Аглая решительно вклинилась в ход его размышлений, — Чего нам титьки мять? Вот передо мной наполненный на две трети стакан пива, я его сейчас допиваю и ухожу, понятно? — в подтверждении своих слов она схватила кружку и добрым глотком ополовинила её содержание.

— Ich bin dabei! — неожиданно для себя по-немецки, сказал он, поднимая свою кружку.

— Das ist fantastisch!  — передразнила его Аглая известной немецкой фразой.

— Согласен, — негромко сказал он, все еще опасаясь, что с этого момента начинается какая-то глупая история, о которой он возможно пожалеет.

— Не слышу! — она приготовились добить оставшееся на донышке пиво.

— Договор!

—Deal? – переспросила она и по-ковбойски сплюнула себе на ладонь и протянула ему для скрепления условий, — За сим заключаем устную, но нерушимую сделку, миллион премиальных — мне, славу первооткрывателя — тебе. Ну а мелкие оргвопросы по ходу дела.

Он, всё еще не веря в серьезность начинания, сымитировал сухой плевок на свою ладонь.

— Нормально плюй, без жеманства!

Он послушно выполнил приказ, и их руки сомкнулись во влажном рукопожатии. Она моментально сжала его руку, не давая выпустить сразу:

— Покупка камер-ловушек и прочие экспедиционные расходы ложатся на тебя. Я беру транспортную часть.

— Окей, — кивнул он.

— И за выпивку сегодня тоже ты платишь! — радостно подытожила Аглая, — Гоша повторим нам обоим!

— Гоша не повторяй! – раздался властный низкий голос у входа в бар.

— Чёрт, таки вычислил, — скрипнув зубами в полголоса пробубнила Аглая.

К их столику криволапой борцовской походкой приближался крупный лысый дядя лет тридцати пяти в кожаной куртке и с толстенной золотой цепурой на шее. Сане он сразу показался классическим персонажем, вышедшим из какой-то чернушечной балабановской киноэпопеи — типичный кавказский криминальный авторитет с непременным горбатым носом, плотной жесткой щетиной и ежиком редких волос на лысеющей голове со смятыми в бесформенные пельмени борцовскими ушами.

— Я ж сказала тебе, Алик, что буду занята по работе! — попыталась оправдаться Аглая, и по тому, как откровенно занервничала эта бойкая девица, Саша понял, что персонаж отнюдь не косплеит опасного бандита из девяностых.

Поцокивая языком, Алик приблизился к их столу и сграбастал мобильник Аглаи.

— Тцэ, тцэ, тцэ, семнадцать пропущенных звонков, всё ж обидно, а? Ладно, пошли, — он схватил её за локоть и стянул девицу с барного стула.

— Вам, кажется, не ясно, что дама не хочет идти с Вами? – услышал свой голос Александр и внутренне подивился неожиданной храбрости.

Алик впервые удостоил его равнодушным взглядом.

• Это кто? Он бессмертный чтоль?

• Он не местный, Алик, доцент из Германии, у нас может научно-просветительский проект намечается.

• Доцент? Уважуха! Сиди доцент, не рыпайся! — толстые волосатые пальцы тыкнули в диафрагму, пытающегося привстать Александра. Он хотел было возмутиться, за годы жизни в Европе он решительным образом отвык от таких манер.

• Lass sie los, du Arsch! – снова сбившись на немецкий, Саша заметил, что выходящий от тычка воздух дал в голос писклявого петуха.

Алик опять не обратил на него внимания, лишь дернул девушку в сторону выхода так, что она жалобно охнула. Трое других посетителей бара также поспешно, ссутулившись и пригнув головы, направились к двери.

— Так погоди ж, постой, — Александр глубоко вдохнув, постучал по круглому кожаному плечу. Бычара стал медленно, с грацией ящера разворачиваться к нему. Действительно, какой-то тираннозавр, подумал он, злая рожа и толстая борцовская жопа на бройлерных ляжках. Нельзя мешкать, иначе он откусит мне голову.  Биолог выстрелил правым джебом, который у него был легкий, даже ласковый, он едва ли смог подмять густую щетину на квадратном подбородке, от удивления у контрагента только округлились большие, как яичница, белки глаз над сросшейся густой монобровью. В левый боковой Саня вложил всю массу и душу, именно из-за этого коронного удара, его тренер и физрук в нюрнбергской гимназии, многоопытный Ханс Потошник, звал его чемпионом и предрекал мировую славу.  Возможно, и в самом деле Александра фон Урбаха и ждала великая боксерская карьера, но он тогда безвозвратно увлекся биологией.

Заплывшая борцовская туша от удара слега подлетела вверх, злобное лицо на какой-то момент словно гелевая маска волной сдвинулась в сторону, затем приняв умиротворенные черты, медленно полетело вниз вслед за массивной тушей. Падал Алик красиво и долго, практически также, как ложатся в фильмах поверженные тираннозавры.

— Ну ты бля и дурррак!  —  восхищённо выругала его Аглая, — Гош, повтори!

Он быстренько наклонилась к лежащей туше и ловкими движениями выудила из его куртки и протянула Александру тяжелый пистолет Беретта. «Для твоей же безопасности!» Затем вытянула толстый лопатник и ключ от авто. Вынув из кошелька пятитысячную купюру, сунула Гоше, пусть выспится, не буди его сам, ладно? Чуть подумав, сунула бармену еще одну такую же бумажку: «за моральный ущерб».  Затем чокнулась рюмкой с принесенной Александру:

— Пей и полетели, или посидеть еще хочешь?

Тот только успел помотать головой, и опрокинув в себя рюмку, поспешил за ней. Та уже забралась в черный припаркованный у бара Гелендваген и открыла ему пассажирскую дверь. Проскочив несколько красных и оранжевых светофоров, они подъехали к мосту через реку, под ним Аглая припарковала джип, освободив бумажник от его денежного содержимого, швырнула его вместе с ключом от машины в реку. У моста джи-пи-эс традиционно не ловит, Алик, как проснется, захочет профилактически отпиздить Гошу, затем примется тачку искать, а затем нас, уловил?

— Кажись, да, — согласился он.

— Не совсем, кажись, уловил. Просто мне в самом страшном случае грозит легкая степень инвалидности, а вот тебе… Боюсь, что твой славный университет в вашей фашистляндии, расположит на доске объявлений твою фотку черной рамочке. Или как у вас там принято?

— Мне не очень нравится такой прогноз.

— Да и мне не совсем подходит. Значит, такое предложение, рысью несемся до моей тачки и рулим прочь из города. Там на выезде новый торговый центра открыли с хорошим магазом «рыбалка-охота», скупаем камеры-ловушки на дикое зверье, затем бежим в продуктовый и берем два ящика водки, мешок муки и сахара, ну сотню банок тушенки.

• — Зачем нам столько?

• — Егерь Палыч не верит в мировую денежную систему. К тому же Алик неожиданно выступил спонсором нашей экспедиции, — она победно потрясла стопкой пятитысячных купюр.

• — Значит, едем в экспедицию? На моей жизни еще не было столь краткого перехода между планированием и реализацией.

• — У нас нет альтернативы. Следующие дни в лесу намного безопасней, чем в городе. А потом лучше, минуя областной центр, добраться до одного из столичных аэропортов. Документы с собой?

• Да, — Саша похлопал себя по карману куртки, — Почему-то не решился оставлять в гостинице.

• Я тоже положила загранпаспорт в сумочку, в гороскопе на неделю стояло что-то про новые знакомства и нежданный путь или дорогу. Даже и не думала раньше, что гороскопы так полезны бывают.

Путь в ночь

От крика Аглая у Саши застыла кровь в жилах. Вместо того чтобы ринуться на помощь, он на какое-то время окаменел, затем проверил висящий на поясе нож, стянул с джинсов ремень и отправился краю обрыва. Рука егеря перехватила его на полпути:

— Не спеши, там уше Олешенька!

В самом деле, пока биолог боролся с оцепенением, Олежек гигантскими кенгуровыми прыжками самоотверженно кинулся к обрыву и исчез в глубине.

• Олешка, помогай, но не палуй! — наставительно закричал Палыч, медленно снимая с плеча карабин, и снова приостанавливая порыв Саши.

• Чего там ж твориться, Палыч?

• Не суетись, а то сфалишься сам! Фон и они!

Над краем обрыва появилась взлохмаченная, красная от напряжения голова Олеженьки, на плечах он нес такую же взъерошенную Аглаю, глаза ее испуганно и тревожно бегали, как у человека, пережившего реальный шок. Олежек легонько снял с плеч девушку и опустил к ногам егеря, не отрывая от него взгляда, как пёс, ожидающий похвалы. Александр плеснул в кружку горячий чай из термоса и поднес ко рту девушки. Её губы шевелились, не издавая не звука, зрачки теперь застыли на месте. После пары глотков она начала приходить в себя.

— Нога подвернулась. Больно! Затем тянуло вниз. Страшно! — сумбурно попыталась объясниться она.

На левой ноге отсутствовал кроссовок и носок, обнажённая лодыжка оплыла красно-фиолетовым подтёком.

— Да не хоток! — покачал головой егерь, и достав из своего рюкзака эластичный бинт, принялся обматывать голеностоп, повизгивавшей от боли девушки.

Александр беспомощно топтался на месте, упрекая себя вслух:

— Уж лучше б я полез! Что за чертовая падь здесь такая!

В расстройстве мыслей он зачем-то подобрал ссохшуюся древесную палку и треснул ей о ствол дерева, раздавшийся тупой звук удара и тут же завяз в ватной тишине. Акустика как в стеклянной банке! Он еще дважды стукнул по дереву.

Откуда-то снизу из балки также раздалось три глухих удара.

— Зашем будорашишь? Хорош! — егерь нахмурил брови, — Нас и так отсюта просят. Нато ухотить и шустро!

— Я только за! Меня долго звать и поторапливать не надо! — согласилась слегка отошедшая от шока Аглая.

Они подобрали рюкзаки, девушка обхватила Сашу за шею, а тот приобнял её за талию и слегка смутился, ощутив от нежданной близости разгоряченное тело и запах девичьего тела.

— Придется тебе немного потерпеть, буду прыгать с тобой на правой, на левую могу слегка наступать, но кажись перелома нет, — сказала она ему на ухо, затем почувствовал его смущение, уже шутливо простонала, — Не бросай, командир!

Первый минуты шагали вполне бодро, Аглая довольно ловко продвигалась, опираясь на Сашино плечо и шею. Палыч шел впереди, прокладывая наиболее удобный путь сквозь валежник и пьяные косые стволы деревьев, Олеженька, как обычно, петлял вокруг да около. Спустя четверть часа спутница Александра начала уставать, порою уже не сдерживала постанываний, наступая на левую ногу, несколько раз просила остановится. Егеря такая потеря темпа не очень радовала.

— Са нами итут, — уверенно проговорил он и снял с плеча карабин.

— Чушь какая, тихо же вокруг, — возразил Александр, невольно оглядываясь назад.

— Не софсем ссади, ходит скорее сбоку, там или там, — егерь указал направо или налево, в густые перелески протягивающиеся параллельно их маршруты, затем добавил полушёпотом, — Итём дальше, по моей команде стелать дфа шага и замереть: рас-дфа!

Группа, включая Олешеньку, послушно остановилась, справа на небольшом удалении послушался два лёгких потрескивания сухого валежника под тяжестью чьих-то ног.

— Понятно теперь? Они фсегда тах хотят, под тфои шаги, рас-дфа, рас-два! И ты их не слышишь!

— Так что делать-то? Он нападет? —  Александр внезапно подумал о пятнадцатиразрядной Беретте, давеча конфискованной у Алика, и с тех пор отягчающей отдел для лап-топа его рюкзака. Захотелось переместить пистолет куда-то в более доступное место, например в карман куртки, так должно быть понадежней и поспокойнее, хоть и стрелок из него наверняка неважнецкий.

— Скорее он нас до границы мертвой пати в лес провашает, до сумерек уйти нато….

— Так бросьте меня и идите! Чего уж там, — Аглая тяжело дыша, присела, — Сил скакать не осталось.

— Тогда и я сильно не спешу, — Александр поставил рюкзак и в то время, как егерь склонился для осмотра над стопой девушки, незаметно переложил пистолет в куртку. Холодная сталь оружия добавила уверенности.

—Вообще странно, мы шли сюда, чтобы увидеть его, а как появилось ощущение, что можем увидеть, то уходим, — философски сказал его.

— Уфидеть его вшифую мошно, но как правило, один рас, лучше на фото, с камеры и бесопасном месте. Айта, будем вешливы — нас просят уйти, так ухотим! Олешенька, понеси бетняшку!

Не сдерживая косой умылки, парняга поднял Аглаю на руки и завалил себе на загривок, так как мужики на стройке носят мешки с цементом. Группа вновь тронулась в путь, в этот раз совсем в другом темпе, Олежек шагал бодро, чуть даже на подпрыгивая от избытка энергии. Александр вновь подивился природной силушке парня, Аглая была рослой, хорошо физически развитой девицей, не лишенной привлекательных округлостей и соответвенно по весу должно быть далеко не балерина. Сам бы он вряд ли сдюжил бы с такой ношей и сотню метров, а вот паренёк даже и не заморачивался.

— Как ты там? — поинтересовался Саша у закрытой свисающими волосами головы Аглаи.

— Чувствую себя украденной пленницей, наверное, раньше так переносили ворованных женщин, ограниченный обзор, не самая комфортабельная поза. Однако лучше, чем ступать на вывернутую стопу.

— Я думаю, он рад своему заданию!

— Я тоже не самом деле просто горю желанием выскочить из этого проклятого места. И еще очень хочется подарить потом Олеженьке дезодорант.

— Зодерадант! — радостно повторил Олеженька незнакомое слово.

Сухая лесная почва внезапно сменилась зеленой травой, порхали поздние осенние бабочки, трещали сойки. Александр с облегчением подумал, что вот начался живой и приветливый лес, оставалось еще с час пути до егерской Нивы. Солнце уже наполовину спряталось в елях.

Саша даже и не представлял, что банальное размещение камер наблюдения будет стоить сил и эмоций. Малодушно подумал, что за ними потом можно будет послать шустрого Олеженьку.

— Сколько дней дадим на сбор фотодокументации? По идее, чем больше, тем лучше, — решил посоветоваться он с Аглаей, — а про себя подумал, что при нормальных обстоятельствах, он бы уехал и попросил дослать добытый материал. Но вот только, что, если в самом деле это было вовсе не пустышкой, и камеры зафиксирует сенсационный улов. В прямоте и честности его компаньонши у него оставались сомнения.

Этот вопрос по все видимости также занимал и Аглаю. Она попросила Олеженьку опустить ее на земля. Отряхиваясь и похлопала рукой по заднему карману джансов, выругалась она не сдерживая досады — Бляяяя, айфон вылетел, наверняка на откосе в этой гребаной балки… Полжизни там!

Выдержав траурную паузу по утерянному айфону, продолжила:

— Девайсы современные, были б там сим-карты слали бы фотки сами, а так можно только приближаться, считывая с блютуса, или же…. Есть и единственное исключение — камера у Палыча, а него же вай-фай в сторожке, вот уж я диву далась.

Александр достал свой телефон и запустил приложение для камер, шесть окошек были ожидаемо пусты, лишь седьмая, расположенная у егерской сторожки, уже накопила с добрую дюжину картинок паркующегося Гелендвагена  и крупного человекообразного существа в кожаной курке, очень напоминающего Алика.

• Сука, как он здесь то меня нашел? — раздражено выругалась Аглая.

• Наверное, у него хорошие отношения с твои оператором связи…. Так что потеря айфона наверняка к лучшему, — предположил Саня.

Аглая лишь отчаянно махнула рукой:

–  Ну и пропади он тогда пропадом! — Затем чуток поразмыслив, — Палыч, к тебе не возвращаемся! Ночуем здесь у костра.

— И не уетем мы никуда. Покрышки нивы в клошья потраны, — развел руками егерь.

Свет от костра клочьями вырывал картинки ночного леса, ветерок разносил искры, потрескивал хворост. Аглая ушла спать в машину, Палыч, вытащив из авто несколько банок тушёнки и водку, щедро плеснул в два стакана. «Из удобств для ночлега у нас одна лишь водка. Пей!». Саша послушно залил в себя мерзкую жгучую влагу, сразу почувствовав, как тепло расслабило мышцы, растворило в себе тревогу и переживания. Олешенька сидел, у костра покачивался по сторонам, всполохи огня отражались в расширенных бегающих зрачках.

— Ма, Мамк, Мамка придет! Ма.. Мамк, Мы здесь, знает она, мамк  — бессвязно бормотал он, неожиданно возбуждаясь, радуюсь и кому-то грозя, уже более отчетливо проговорил, — Уже идет мамка! Рада нам мамка! Мамка, мамка, мамка! Любит меня, а кого нет — затопчет, кто меня не любит, в землю затопчет!

Одновременно с эти он гримасничал лицом, мгновенно меняя выражения от радости, до обнажающего желтые резцы оскала с гневной морщиной по середине лба. Александру стало не по себе, непостижимыми образом, бормотанье умственно неполноценного индивида наводило гораздо больше ужасу, нежели все страшные рассказы мира. Ни оставалось никакого сомнения, что он действительно кого-то ждет, кого-то очень могущественного, свирепого и одновременно доброго к нему. Земля стала снова содрогаться словно от тяжелых шагов, Александр почувствовал на себе чей-то взгляд со стороны леса, но уже был не силах повернуться, страх парализовал его, даже бьющееся сердце стало замирать, делая все более длинные промежутки между ударами, пока не сознание не погасло вовсе.