Гусеница⁠⁠

-Михалыч!
Охотнки сидели у спасительного костра, укутавшись в тёплые шубы. Огонь давно уже расплавил снег вокруг себя и погас бы, не будь охотники охотниками Сибирской Тайги, знающими, что пространство для костра надо вычистить от снега.
-Михаааалыыыч!
-Да чаво тебе, чаво? - отозвался мелодичный басой голос дожёвывающего домашний окорок, Николай, - не видешь, ем я? А когда я ем, я глух и нем.
С этими словами он вновь впился зубами в то, что некогда было цыплёнком.
-Михалыч, ну ты послушой меня, правда ведь чортовщина кокая-то.
-Андрей, ну пойми, пожалуйста, я ем! - негодующе воскликнул Николай. Рассвет скоро.
-Ну Никола, ну послушой ты меня, правду ведь люди молвят о местах здешних. Мол ходит тут чорт. Чёоооорный, словно уголь, а по ночам людей, что находит, забирает с собой в хижину лесную и мучает там до той поры, пока бедолага дух не испустит.
-Брешут они! Не забирает он никого и, уж тем более, не ест. Рассвет скоро
-А как ты тогда объяснишь исчезновение двух человек из деревни?
-Да заплутали они по глупости, и всё тут. Уехали они в двоём в лес на снегоходе, да так и не вернулись. Четвёртый день уже ищут. Авось снегоход поломался, а охотнички и заплутали по дороге домой. Отстань, рассвет скоро.
-Да быть того не может! Наверняка это всё Сатана или Леший! Ну не могли запутать, ну никак не могли сами.
-Вполне могли, Андрей, вполне могли. Надо было тем охотникам зарубки ставить на деревьях, тогда и не пропали бы. Эх, опять курицу не доем. Светает, Андрюш. Бывай.
Солнце встало из-за горизонта, просветив насквозь собеседников. Оба молча посмотрели сначала друг на друга, потом под себя. Поморщились, крякнули и исчезли в лучах света. А между четырьмя соснами, под метровым слоем снега, лежали давно остывшие поленья от костра. Им было дня четыре, не больше. Чуть дальше зарылся снегоход с разорванной гусеницей, а рядом, в совсем не естественных положениях, буквально в метре друг от друга, лежали два закадычных друга, отправившихся на зимнюю рыбалку и не знавших тогда, что будет метель, и что гусеницу снегохода давно была пора обслужить.