«Дед мороз» и Барбариска.⁠⁠

«Дед мороз» и Барбариска.

Вечер выдался морозный, поэтому Светлана, укутавшись в старую бабушкину шаль, вела свое ночное дежурство в качестве продавца в круглосуточном магазине. Настроение было приподнятым в свете грядущих новогодних праздников, поэтому никакие холода не моги испортить настроение. Рядом с ней уютно бормотал телевизор, холодильник, с мороженым деловито урчал и слегка дрожал. Ночных посетителей особо ожидать не приходилось. Ведь кто придёт сюда в такой мороз, да ещё и ночью? Темно же! Но уличные фонари всегда горели исправно. По крайней мере, до сегодняшней ночи.

Света, уткнувшись в смартфон, увлеченно искала подарок к новому году для своего ненаглядного мужа. Вдруг краем глаза заметила, казалось бы, вполне повседневную, но не очень приятную вещь. В дали за окном внезапно потух фонарный столб.

– Хм, лампочка, наверное, перегорела – Бормоча себе под нос, женщина прибавила громкость телевизора. Положив пульт перед собой, продолжила выбор подарка, как очередной фонарь внезапно погас.

– Да, что же это творится то? – Зрение у неё было плохое, поэтому подойдя к окну вплотную, она смогла лишь увидеть, как очередной столб исчез в темноте.

– Кто-то хулиганит что ли? – Она прищурилась и увидела, того кто портит уличное освещение. Это был невысокого роста мужчина, он что-то бросал в лампы фонарей, да так метко, что казалось, будто, он занимается этим всю жизнь. Бросок, отскок, рукой махнет, будто кого-то подзывает, бросок, отскок. И двигался он явно к магазину «Выключая» по дороге свет.

Светлана, испугавшись такого поведения незнакомца, отскочила от окна и вернулась к прилавку, попытавшись сделать непринужденный вид, поправила фартук, в руке сжала перцовый баллончик, который мгновение назад находился под прилавком. Нарушитель спокойствия, оставил последний фонарь целым, который стоял у магазина, и направился к входу.

Мужчина приоткрыл дверь, запуская крупные снежные хлопья внутрь небольшого магазинчика.

–Добрый вечер! – Послышался молодой и приятный голос. Посетитель был хорошо

укутан в теплую одежду. Уши меховой шапки треух были опущены и туго завязаны под подбородком, сверху прикрывая рот и нос, был плотно намотан шарф. На ногах у него красовались Якутские унты, на которых предательски скопился снег, большими комьями он свисал с некогда белоснежной овечьей шерсти, придавая им потрепанный вид. На глазах восседали громоздкие горнолыжные очки. В таком обмундировании перцовый баллончик вряд ли поможет. В руках мужчина держал большой советский фонарь, в котором вместо уже привычного светодиода, тускло светила лампа накаливания, было ясно одно – батарейки вот-вот сядут.

– Добрый вечер! – Попыталась весело отозваться продавец – Проходите не стесняйтесь, и меня не морозьте, уверена, вам не нужно объяснять, какой мороз нынче ударил! – Она обняла себя за плечи и поежилась – Б-р-р.

Выключив звук у телевизора, женщина внимательно взглянула на покупателя.

– Вам что-нибудь подсказать?

– Не беспокойтесь, я ненадолго, у вас батарейки есть? – Он приподнял свой огромный, размером с буханку хлеба фонарь, извлек из него старые элементы питания и выбросил в стоявшую неподалеку урну.

– Да, конечно, вам какие нужны? – Света почувствовала облегчение, ведь незнакомец выглядел вполне адекватным – У нас есть: «Пальчиковые», «Мезинчиковые», «таблеточки» вот имеются.

– Мне все нужны! – Неожиданно перебил её мужчина – Все до единой и фонарики мне все нужны.

Женщина округлила глаза от удивления.

– Прям все, все? У нас штук тридцать, не меньше.

– Прям все, все! – Нервно отозвался гость.

Светлана, невольно пожала плечами, молча стала складывать товар, нависла тишина, которую изредка нарушало шуршание пакетов.

– Скажите, а вы верите в то, что это последний новый год для всего человечества? – Внезапно прервал тишину незнакомец.

Женщина нервно проглотила слюну.

– Неужели? – Несколько удивившись данной новостью, поинтересовалась она.

– Да, так все говорят, предсказатели всякие, знаете ли – Он пожал плечами – Но для вас точно…

– Точно, что? – Настороженно спросила она.

– Я говорю, но для вас точно от меня подарок останется.

Пропустив его слова, мимо ушей, Света упаковала всё то, что попросил её клиент и, протянула два пакета покупателю. Один с фонариками, второй с батарейками. По большому счёту ей было все равно, для чего ему столько товара, главное это выручка, но любопытство взяло верх.

– Хм, на новый год подарками закупаетесь? – Продавец попыталась искренне улыбнуться, вышло у нее, честно говоря, скверно.

– Не задавайте глупых вопросов Светочка! – Он резко выдернул оба пакета из её рук – Вам от этого всё равно легче не станет.

– Откуда вы…?

– Я про тебя всё знаю милая – он внезапно перешел на «Ты» – Знаю то, что ты подворовываешь продукты в этом славном магазине, и про твоего нового ухажера, о котором не знает твой любящий муж. А самое главное, я знаю про твоего сына Вадима, которого ты по прихоти мужа, сплавила бабушке, он уже двенадцатый год у неё гостит! И слава морозу, то, что я могу вести правосудие пару раз в год.

– Вы что шутите? – Светлана почувствовала, как её лицо краснеет, от стыда и от страха.

– Я такими вещами не шучу – внезапно голос его изменился, от молодого тона не осталась и следа, казалось, с ней разговаривает глубокий старик.

– Во всей вселенной существует баланс, делаешь добро, оно тебе добром вернется, а делаешь плохо… – Внезапно прервав речь, он посмотрел сквозь очки на побледневшую Свету – Хотя на кой черт я тебе это всё рассказываю? Ты сама всё прекрасно знаешь.

– Была бы обстановка более веселая, я бы подумала, что вы дед мороз – еле сдерживая слёзы, прошептала женщина.

– А я и есть, дед мороз – серьезным тоном ответил незнакомец – не в привычном понимании этого слова, но всё же дед, и всё же мороз – Было слышно, как он ухмыльнулся – и внучка у меня есть, только не Снегурочка вовсе, а Барбариска.

– Б-Барбариска? – Света вновь округлила глаза.

– Так, я всё поняла! Вы больны! Выметайтесь прочь или я… – Зажмурившись, она направила на посетителя перцовый баллончик и нажала на кнопку. Но вместо привычного «Пшик» не раздалось ни звука, затем баллончик стал невыносимо холодным, вскрикнув от неожиданности, она отбросила его в сторону. Открыв глаза, она увидела, как изо рта не прошеного гостя вылетают клубы густого холодного пара, покрывая витрины красивыми снежными узорами. Помещение вмиг стало холодным, будто окон и нет вовсе.

– Это что? Фокус какой-то? – женщина была готова в любой момент закричать.

Дед мороз властным голосом рассмеялся:

– Она боится тьмы, и ненавидит свет! Она придет к тебе и, не спросив ответ – убьет тебя!

– Уходите! Убирайтесь! Прочь! Прочь! – Светлана открыла холодильник с мороженым и стала бросаться им в незнакомца.

Старик, будто бы его и не замечал, было слышно как различные «Эскимо на палочке» гулко отбиваются от его тела. Казалось, что он и сам состоит из огромного куска льда, он продолжал:

– Я уйду, она придёт, я её уже позвал, тебе пощады нет! Я так сказал! – Он поднял руки и стал хлопать в ладоши – Раз! Два! Три! Свет везде гори!

Едва раздался последний хлопок, как внезапно, все фонарики, которые лежали в пакете - включились. А все лампы в помещении начали светить в несколько раз сильнее.

– Чудо новогоднее твою мать! – Не прекращая громко хохотать, воскликнул дед мороз – Теперь тебя отовсюду будет видно, Барбариска обязательно к тебе придет.

– Видеть вас больше не хочу! Я сказала прочь! – Слезы текли рекой по её раскрасневшимся от холода щекам.

– Ты права, я пожалуй пойду – непрошеный гость развернулся и направился к выходу, бурча себе под нос:

– И мужу твоему подарок обязательно сделаю, жаль летом только, кресло инвалидное подарю…

– Слышите вы! Не смейте трогать моего мужа! Не смейте лезть в нашу семью!

– Обещаю, пальцем не трону – Голос незнакомца вновь стал молодым – У меня ведь есть дети.

– У меня тоже есть ребенок! – Дрожащим голосом ответила продавец.

– Да, но у него другая теперь судьба, которая отличается от вашей – отозвался мужчина и вышел на улицу.

Света, оцепенев от ужаса и холода, стояла и наблюдала за тем, что же произойдет дальше? Смелости ей хватило только прошептать:

– А как же, деньги?

Выйдя за дверь, незнакомец, будто услышав её шепот, обернулся, приветливо помахал ей рукой и забросил «светящийся» пакет на крышу магазина. Затем хлопнув ладонью себе по лбу поправив огромные очки, направился обратно внутрь.

Он вновь вошел в магазин и, не сказав ни слова, вынул из урны одну увесистую батарейку, вышел прочь, хлопнув за собой дверью. Светлана вздрогнула, когда услышала, как этот сумасшедший с кем-то заговорил:

– Барбариска?! Ты уже близко? Я тебя чую хорошая моя! Сейчас, сейчас, последний штрих и ты увидишь! – И с мальчишечьим озорством, метнул батарейку в последний тусклый фонарь. Спустя мгновение незнакомец исчез во тьме. Женщина была готова поклясться о том, что видела, как он растворился в воздухе, превращаясь в снежную пыль.

– Ну и что это твою мать такое было? И почему везде лампочки так ярко светят? Сегодня, что? Вечер фокусов? – Света спросила пустоту, не получив ответа, дрожащими пальцами включила обогреватель и чайник.

Дождавшись, когда закипит вода, и нервы немного успокоятся, она решила позвонить мужу, пускай на часах было три часа ночи. Она совсем забыла про фонарики, которые, по сути, никуда не делись, лежали на крыше (а вот за батарейки незнакомец все-таки не заплатил). Она желала услышать голос мужа больше всего на свете, набрала номер телефона:

– Ты что дура? Охренела? Три часа ночи! – послышался недовольный заспанный голос супруга – К-какая Барбариска? Какой дед мороз? Ты пьяная что ли? Не реви. Успокойся. Всё, пока. Боже мой, как же ты меня достала.

Выслушав слова своего ненаглядного, она расплылась в блаженной улыбке, ведь так приятно когда о тебе заботятся – успокоиться посоветовал.

Окончательно придя в себя, женщина решила заварить себе чаю.

Сама себе кивнув Светлана взяла кружку, налила в неё кипятка, следом в воду окунула одноразовый пакетик с чаем. Добавив ложечку сахара, обняв горячую кружку обеими ладонями, прикрыв глаза, она поднесла кружку к лицу, чтобы насладиться ароматом свежего чая.

– М-м-м, барбарис… – От одной этой мысли, она резко замерла и вытаращила свои зеленые глаза – С барбарисом? Не может быть! Брала же с бергамотом! Ну вот же написано – Она взяла в руку коробку из под чая и прочитала этикетку: «Черный чай с ароматом Бергамота»

Поднеся кружку к носу ещё и раз и принюхавшись, до женщины дошло – запал был явно не из кружки. Тонкий, приятный аромат ягод тянулся откуда-то снаружи. Поставив чай на стол, она осторожно приподнялась и подошла к окну магазина, сквозь которое было не видно не зги. Зато запах заметно усилился. Всматриваясь в темноту, женщина заметила слабое отражение на снегу, которое исходило от заброшенных на крышу магазина фонариков.

– Про фонарики то я совсем забыла, меня же Петрович убьёт! – отодвинув поиски источника аромата на второй план, она схватила стремянку и мигом выскочила на улицу.

Жгучий мороз ударил ей в лицо, порывистый ветер не желал выпускать женщину из магазина, со всей силы пытался затолкнуть её обратно. От сильного ветра в помещении посыпался с полок товар и различный хлам, который плохо лежал. Но она не сдавалась и прикрывая лицо рукой, практически на ощупь, водрузила лестницу перед крышей магазина.

– Да пропади ты пропадом бабкино старье! – Женщина с остервенением отбросила от себя сбившуюся с пояса бабушкину шаль. Ветер тут же подхватил некогда любимый подарок, с силой швырнул его на ветки деревьев, оставив одиноко трепыхаться, словно птица в клетке.

– Ага! Вот ты где! – Света победоносно протянула озябшую руку за пакетом, но ветер словно играя, отшвырнул его ближе к центру крыши, рассыпав тем самим часть фонариков. Запах барбариса стал заметно ярче.

– Вот зараза, сегодня всё против меня, ещё этот не весть откуда сладкий запах…

Не успела она закончить мысль, как услышала громкий смех, доносящийся из магазина.

Не на шутку испугавшись, она стала судорожно собирать товар, пальцы не слушались, внизу кто-то истошно хохотал.

Собрав всё до последнего светящегося фонарика, она быстро развернулась и поспешила вниз, как вдруг послышался детский хриплый голосок:

– Здесь так светло, можно я свет выключу?

Сердце Светланы бешено забилось в груди, мысли путались, возвращаться ей теперь категорически не хотелось, голосок повторил:

– Можно я свет выключу?

– Нет, нельзя! – Не веря происходящему, девушка ответила тому, кто был внизу. Превозмогая страх и холод, она решилась спуститься.

Вопреки всем ожиданиям, внутри никого не было.

– Ах, вот кто это был – Она расплылась в улыбке, когда увидела на экране телевизора смешную девочку замотанную шарфом с ног до головы. Это была какая-то новогодняя комедия, где, по всей видимости, главная роль досталась этой милой девочке, которая, стоя спиной к зрителю, смешно переминалась с ноги на ногу.

– Звук, наверное, включился, когда пульт упал – Женщина подошла к телевизору и выдернула его из розетки. Но изображение исчезло, лишь после того как на экране мелькнул короткий эпизод, в котором девочка рассыпает горсть красных карамелек…

Запах барбариса вновь усилился, до такой степени, что его можно было едва терпеть. Закашлявшись, продавец поспешила к входной двери, с целью проветрить помещение.

– Тут слишком светло, можно я выключу? – Вновь раздался хриплый голос. После чего, свет во всем помещении внезапно погас. Света в страхе попятилась назад пока не уперлась спиной к двери, прижав к груди «Светящийся» пакет, дрожащим голосом произнесла :

– Кто здесь?

– Теперь слишком темно, и мне страшно, можно я спрячусь?

– Н-не подходи, кто бы ты ни была! – Размахивая пакетом, Светлана заведя руку за спину не отводя взгляда с места откуда звучал голос, вслепую нащупала дверную ручку, с силой её дернула. Но дверь оказалась заперта. Тогда женщина развернулась и моля о помощи, начала стучать ладонями по холодному стеклу. Снаружи всё выглядело так, будто она мим и пытается рассмешить детей, пришедших на новогодний утренник. Вот она беззвучно открывает рот и весело трясёт пакетом с ярко светящимися фонариками, было видно, как от её дыхания стекло изнутри покрывается красивыми ледяными узорами.

– Мне нужен свет, мне страшно – Прошептала невидимая девочка.

–На вот, подавись! – Женщина вынула один фонарик из пакета и швырнула его в темноту. Фонарь с глухим стуком упал на пол выхватив из темноты маленькую тень. Нависла гнетущая тишина. Тень не двигалась.

– Хи-хи, какой яркий, мне не нравится...

Фонарь как по волшебству поднялся в воздух, покрутился вокруг своей оси и внезапно погас. Наблюдая за всей этой жуткой картиной, Светлана ничего другого не придумала, как подбросить ещё света. Быть может, ей удастся таким образом дождаться утра? Ведь по закону жанра, утром, все чудища исчезают. Но следующий фонарик погас гораздо раньше.

– Опять темно, Светка мне страшно...

Света бросала ещё и ещё, но с каждым разом фонари гасли всё быстрее, а запах барбариса становился более приторным.

– Тебе не угодишь тварь! – Отчаявшись, женщина разорвала пакет и горстями начала швырять остатки товара во тьму.

– Такая большая, а такая глупая, я же сейчас их все потушу, и мне будет не с чем играть, станет вновь темно и мне станет страшно...

После её слов, все оставшиеся фонарики погасли, раздался хриплый детский плач. Светлана в панике вновь ринулась к выходу, схватила деревянный стул и изо всех сил ударила им по стеклу, но вместо звона разбитого стекла, послышался треск дерева.

–Как же здорово, что тебе не удастся сбежать, ты дрожишь, тебе страшно и мне страшно, я боюсь темноты. Можно я спрячусь?

«Ну конечно же! Если она спрячется, то мне нечего будет бояться! Как же все просто» Подумала Света и ответила :

–Конечно прячься дитя! – Ласково произнесла она.

– Хи-хи, теперь повеселимся...

Послышалось довольное, но совершенно неприятное хихиканье, переходящее в шипение. Запах барбариса превратился в сладкую, тошнотворную вонь. Женщина почувствовала, как её начало мутить, закашлявшись, она упала на колени, все содержимое желудка вышло наружу, рвотные позывы ещё долго оставались пустыми и болезненными. Светлану вырвало чем-то невыносимо приторно сладким, казалось, сопли и слёзы были со вкусом ненавистных карамелек, в горле противно першило.

– Пить... – Корчась от боли, Света поднялась на ноги и направилась к витрине с напитками. Схватив бутылку минеральной воды, она быстро открутила крышку и начала жадно пить. Но вместо желанной, прохладной, пресной воды в желудок ей стал проникать сладчайший сироп со вкусом того же барбариса. Женщина вновь и вновь блевала сладкой кровью, силы начали покидать её, придерживаясь за край стола, она осела на пол, в аккурат напротив телевизора.

Светлана уже не удивилась тому, что он включился. На экране появилась та же маленькая девочка, так же стоявшая спиной к зрителю, но вместо шарфа её укутывала та самая бабушкина шаль, которую Света сбросила с себя на улице. Подобрав конфетки с пола, девочка начала медленно оборачиваться. У измученной и напуганной женщины не было ни какого желания смотреть на её лицо, она чувствовала лишь панический страх, все попытки подняться, оказались тщетными, какая-то то неведомая сила сковала движения, глаза невозможно было сомкнуть. Девочка произнесла:

  – Внутри тебя, одна гниль, она так воняет, но внутри тебя тепло, я так замёрзла... – И она обернулась.

Животный ужас, который испытала женщина невозможно описать словами. От одного вида девочки волосы стояли дыбом. На вид малышке было лет семь, она была практически лысая, с огромными проплешинами и язвами по всю голову. На бледном лице, было подобие улыбки, бледные, потрескавшиеся губы плотно сжаты. Пустые глазницы были залеплены кровавым снегом, из разодранных ноздрей вытекала мутная розовая жидкость.

–Боже мой... – выдавила из себя женщина. Девочка в ответ разлепила рукой рот и обнажила обломки красных зубов:

–Внутри тебя темно и воняет, но ничего, я с собой конфетки возьму и фонарик, ты любишь конфетки? Я очень их люблю особенно барбариски, гляди!

Девочка с экрана подняла руку и разжала ладонь, на которой красовались розовые прозрачные карамельки:

  – Спасибо, что разрешила мне спрятаться... Теперь я буду играть, прятаться и дрожать в липкой тёплой и сладкой, сладкой крови...

Когда экран телевизора погас, Светлана почувствовала, как холодные и твердые, будто стальные пальцы разрывают ей рот, почувствовала что-то холодное и металлическое разрывает ей горло. Глаза ужасно болят, сопротивляться не было сил... «Вадимочка прости...»

***

– И так, что тут произошло? – Сладко зевая и держа в руках стаканчик с кофе, старший следователь подошёл к месту преступления. Утро выдалось на удивление тёплым и солнечным, трудно было поверить, что ночью градусник опустился ниже тридцати градусов.

– Вероятнее всего убийство, товарищ капитан – бодро отозвался лейтенант Крюков – Причём очень жестокое, я бы сказал - зверское.

–Свидетели есть? – Всё так же лениво отозвался капитан Ложкин.

–Да какие тут свидетели? – Крюков почесал затылок –Убийство произошло примерно пол четвёртого ночи, нормальные люди дома в это время спят.

–Логично.

– Так вот – затараторил лейтенант – Я такого никогда не видел. Я когда сюда приехал, чуть в обморок не упал. Дверь магазина нараспашку открыта, окно выбито, снаружи стул валяется. Напротив стремянка стоит непонятно зачем, но это всё ерунда. Внутри всё раскурочено, мороженое всюду валяется, фонариков тридцать валяется, и все включены представляете? Телевизор орёт, а самое страшное это, конечно же, труп женщины.

– Кто она? – Капитан вновь зевнул и с удовольствием сделал глоток кофе.

– Владелец магазина сообщил, что она тут работает, то есть работала.

– Родным сообщили?

– Пытались её мужу сообщить, но абонент не абонент – Лейтенант развёл руками.

– Так, а что с трупом? – Оживился Ложкин.

– Это просто какая-то дичь, скажу я вам. Вокруг трупа рассыпаны карамельки, в глазах у неё вдавлены карамельки, весь рот ими набит, видимо фонарём проталкивали, так как он тоже там.

– Там это где?

Крюков потёр свою шею – там, это в горле, вероятно, он тоже включён...

– Твою же мать... А кто полицию вызвал?

– Да, пенсионер какой-то, говорит, за батарейками пришёл, а тут такое. Сейчас его опрашивают – Ответил лейтенант и указал на седого, но с виду всё ещё бойкого старика, с большим советским фонарём в руках.

Заранее извиняюсь, если присутствуют грубые ошибки, торопился)))