Чемоданная ария⁠⁠

Олухом быть удобно, который раз убеждаюсь! В моём отделе, да что там — нос в нос, сидит один такой. На той же зарплате, в той же должности, но — особенный, пупсик.. Миляга-простофиля в красочной пацанской футболке и с детским ёршиком, оттопыренными ушками, смайлом до затылка. Глазки поднимет от стола ангельские и сразу опустит, потому что напротив я, демон, как гляну, так и сверкну на него. И сижу вроде бурундука надутого, ибо в галстуке и пиджаке парюсь. Мы ещё ровесники, поэтому выбешивает он меня даже чисто внешне вдвойне. И он в курсе, поверьте!

Реванш надо мной берёт на любом совещании. Там что ни скажет тёткам нашим, те в унисон: ах, как эксцентрично! Увы, неприменимо к реалиям, нерентабельно, но насколько же креативно! Браво, чего там. (Если б я такое выдал всерьёз, они бы психушку вызвали, наверное.) А ты пыжишься, готовишься заранее, мониторишь гипотезу. И что услышишь: слишком рыночно, чересчур на продажу, как-то очень уж в лоб. Как будто мы не за прибыль дерёмся, не за маржу, а в песочнице домики строим. Маразм!!

Долго я внутри кипел от непонимания правил игры, пока наша секретутка не разъяснила. (Она тоже его не любит, сама прожжённая деваха с какого-то дна мира, привыкла выживать.) Сказала, как в мозги мне ток пустила: этот идиотик нужен для благотворительных целей. Он нашим тёткам напоминает, что они вот какие хорошие, благородные, не только доходы считают, но и стремятся к чему-то ещё... И я после немного стравил давление, а то уж думал — рвану!

Не зря я отпустил ситуацию. Перевели его в личные ассистенты к шефине нашей. Я даже на работу стал приходить с меньшим отвращением. И тут, месяца три уже прошло, направили с договором в командировку. Прилёг я в плацкарте на верхнюю коечку и сплю себе. Просыпаюсь чего-то, ага — мерзкий голос знакомый! Но одновременно и не такой какой-то... Уверенный голос, поставленный, как у певца. Соседу снизу про магические аватары рассказывает. Не лопочет нежно, как дитятя-переросток, а прям вдалбливает свои мысли. Как, мол, важно выбрать в жизни другое лицо. Оно и судьбу меняет, и защитит от завистников, и правду о тебе скроет, и другое поведение подарит. Это он у самого Алистера Кроули вычитал, величайшего мага прошлого века, чернокнижника и вроде сатаниста. А Кроули идею у жрецов древних перенял. Те всё время прятались: в обычной жизни чтоб в богохульстве не обвинили, на мессах маски надевали по статусу и по обряду. Даже сами члены культа друг друга не знали лично, так тайну хранили!

Вот и себя перворождённого надо хранить, словно великую тайну. Выбрать маску и закрыться ей, но оживить — наделить аватар энергией. Выдуманной личности придумать историю и биографию: образ, взгляд, голос, принципы, настроение. Собеседник моего коллеги-чародея в осадок выпадал от этой речи, а уж я... Заслушался, как песни. Он увлёкся, остановиться не может! Ну и в одну паузу я вклинился: "Э, аватар-то не урони, дай людям поспать!". Он аж подскочил, недомерок! Узнал, конечно. Вот и отлично. Я тоже узнал. Всё, нету больше масок, красавчик!

Видеть он меня теперь не захочет, ясно, но мы же жрецы одного культа — нам и нельзя встречаться. Я вперёд из купе выходил, подножку ему подставил на перроне. Годами мечтал!! И пошёл легко, как волчонок-подросток, галстук в кармане в клубок скатал.

Мой-то аватар простой: в колонии тянул по малолетке, потом одинокий дядька-ветеран усыновил, аннулировав моё прошлое своим влиянием. Такого же точно ссыкуна, как этот жрец трусливый, я с горки скинул, чтоб не ябедничал за спиной. Этого голыми руками надвое б переломил, но уже не требуется.

Я в колонии ещё пением занимался, в хоре солировал, отдельно тоже номера были. Эх, неплохо у меня получалось, сердчишко и щас щемит, как вспомню.. Особо жалостливо у меня "Поговори со мною, мама" Толкуновой выходила. Вот куда поедем с гастролью — везде её исполняю, да со слезой. И на бис её с этой, из мультика, "Пусть мама услышит...", называлось "публику добить". И наш хормейстер, инвалид всех тюрем, раз сказал: о, у тебя, Ковалёв, две "чемоданные арии" нарисовались.

Это у старых певцов были лучше всего получавшиеся арии, и они их как бы всегда с собой возили. Так что и песен, и масок у нас у каждого свой чемодан. Не закроешь иногда, столько их там! И глупо, опасно, непроницательно думать иначе. Прикрываясь одним бесячим олухом, рассчитывать, что покоришь и обманешь всех одинаково.