Часть 4. Скальные Призраки
Прошло три месяца, как Лора со своими спутниками жила у костяных певцов. Дело в том, что для перевозки Рога нужна была ладья, а она сильно пострадала в пожаре и бою. Местные вместе с ладьярами чинили корабль, пока Лора всё больше и больше погружалась в быт и обычаи местных.
Лир учил её охоте и стрельбе из лука. Они много времени проводили вместе. Парень даже заставил её вываривать кости для будущей одежды — ведь костяные певцы носили на себе только кости дичи и врагов, убитых своими руками.
А вот с Элесом отношения Лоры как будто охладели. Как бы она ни пыталась поговорить с мужчиной, он отстранялся и много времени проводил один в пустыне.
Ребельга же наблюдала за всем со стороны.
Перед суровой женщиной Лора терялась. Но всё же как‑то у костра решилась задать вопрос:
— Ребельга, ты же сестра Асхи? Так чего не старейшина? А блуждаешь, как странница, между племенами, налаживая связи?
Та рассмеялась.
— А ты, верно, думала, я принцесса? Что вместо отсиживания зада на мягких подушках добровольно занимаюсь всем этим? — Ребельга дымящейся трубкой обвела окружающий их лагерь. — Если бы. Настоящая принцесса, мать Асхи, выкупила меня у рабовладельцев, когда я была совсем мелкой. И удочерила. Не мне судить её мотивы, но моя судьба — всю жизнь возвращать этот долг, служа Асхе.
— Ты… Злишься из‑за этого? — осторожно подобрала слова Лора.
— Нет. Всегда в пути, как пустынный ветер… Мне это подходит. Иногда только скучаю по мягкой постели.
Мимо них прошёл Элес, даже не повернув головы.
— Упрямец и гордец, — хмыкнула Ребельга. — Как и его сестра.
— Он обижен на меня? — с тревогой спросила Лора, которую это мучило.
— Не думаю. Скорее, на себя, — женщина выпустила седой дым кольцами. — Открой глаза, девочка, и всё поймёшь.
— Я пытаюсь. Но после храма всё так изменилось…
— Потому что мы видели своими глазами, как Рух защищает тебя. Вот Элес и потерял надежду.
— Какую? — удивилась Лора.
— Что сможет приударить за тобой, как за простой девчонкой, — улыбнулась Ребельга. — Эх, молодёжь! Лора, ты наивна, как новорождённое дитя. Хотя местами так и есть.
Лора замерла, переваривая слова Ребельги. «Приударить за тобой, как за простой девчонкой…» — эхом отозвалось в голове. Она посмотрела вслед Элесу, чья фигура уже растворялась среди песчаных дюн. В груди защемило: она и не подозревала, что он мог видеть в ней нечто большее чем просто, ну, Лору.
— И что теперь? — тихо спросила Лора, переводя взгляд на Ребельгу.
Та пожала плечами, стряхнула пепел с трубки:
— Теперь ты знаешь. Дальше — решать тебе. Но учти: Элес упрям как канора в период засухи - не захочет поговорить сам- не жди.
Лора вздохнула, обхватила колени руками. Рядом раздалось ритмичное постукивание — Лир точил наконечник копья о плоский камень. Он поднял глаза, поймал её взгляд и улыбнулся:
— Готова сегодня поохотится?
— Готова, — Лора встала, отряхивая песок с одежды. — Только… можно сначала кое‑что спросить?
— Спрашивай, — Лир отложил копье.
— Почему ты так добр ко мне? После всего, что случилось… после храма…
Парень задумался, провёл пальцем по зазубринам наконечника.
— Ты не такая, как я ожидал, — наконец сказал он. — я думал, что избранница Рух будет… не знаю… величественной, что ли. С ореолом над головой. А ты — просто девушка, которая учится жить в пустыне. И когда ты спотыкаешься о корень, ругаешься, плачешь, или обжигаешься о кипящий котёл — это делает тебя настоящей. Я верю не в легенду, а в живого человека.
Ребельга хмыкнула, но ничего не сказала. Лора почувствовала, как к горлу подступает комок. Впервые за долгое время она не ощущала себя «избранницей» или «Аман Рух» — просто Лорой, которой можно ошибаться.
Охота закончилась успешно. Лора подстрелила крупного ящера, Лир помог разделать его и взвалил тушу на широкие плечи.
На обратном пути они наткнулись на Элеса. Он сидел на вершине бархана, глядя на закат. Багряное солнце окрашивало его силуэт в алый, а тень растягивалась на десятки метров по песку. Лора замерла, но Лир подтолкнул её локтем:
— Иди. Я догоню.
Она подошла несмело, опустилась рядом. Молчание длилось долго. Ветер шевелил края её плаща, приносил запах остывающего песка.
— Элес… — наконец решилась Лора. — Ребельга сказала…
— Я уверен что не хочу этого знать - он отвернулся, и они некоторое время промолчали. Наконец он заговорил
- Знаешь, у древних людей был обычай. Когда звезда падает - загадать желание.
- И что бы ты загадал? - Лора смотрела на россыпь звезд, что уже появлялись одна за одной над пламенеющим закатом
Он повернулся, и Лора увидела в его глазах боль, которую раньше не замечала.
— Научиться видеть в тебе не девушку, которую хочу защитить, а лидера, которому суждено объединить племена.
— А если я не хочу быть «лидером»? — прошептала Лора. — Если я хочу просто быть рядом с тобой?
Элес замер. В глазах его, освещённых последними лучами заката, отразилась целая буря эмоций — боль, надежда, страх и что‑то ещё, глубокое и невысказанное. Он медленно протянул руку и коснулся её лица. Пальцы, грубые от многолетних тренировок и сражений, скользнули по щеке с поразительной нежностью, будто боялись повредить что‑то невероятно хрупкое.
— Это не так просто, — произнёс он тихо, почти беззвучно. — Тебе суждено править, решать судьбы империй. А мне… мне — следить за тобой издалека. Наблюдать, как ты выберешь какого‑нибудь Лира или знатного иностранца. Судьба не из лучших, — в его голосе прозвучала горечь.
— Лир не знатной крови, — улыбнулась Лора, пусть и не напрямую, получив ответ на свой невысказанный вопрос. Её сердце забилось быстрее, а где‑то внутри разливалась теплая волна.
— Что, уже думаешь как королева? — уголки губ Элеса приподнялись, но в глазах читалась неподдельная нежность и немного ревности. — Он сын вождя племени, неплохая партия.
— Думаю, это только мне решать, Элес, — Лора подняла взгляд, и их глаза встретились. В этот миг весь мир сузился до расстояния между ними — до нескольких сантиметров.
Ветер стих, словно затаил дыхание. Солнце зашло. Лора почувствовала, как ледяная стена , что появилась между ними после храма, наконец оттаяла.
Элес медленно наклонился над ней. Лора, не раздумывая, потянулась к нему и положила голову на его плечо. Его рука непроизвольно обняла её, прижимая ближе, и в этом объятии было столько тепла, столько молчаливой заботы, что на глазах у девушки выступили слёзы.
— Я просто Лора, — она сжала его пальцы, чувствуя, как успокаивается её собственное сердце. — Попавшая в переплёт. И мне было так одиноко без тебя…
Элес улыбнулся — впервые за эти месяцы так открыто, без тени горечи. В его глазах больше не было той отчуждённости, только чистая, искренняя радость и облегчение.
— Тогда научи меня снова видеть в тебе просто Лору, — прошептал он, и его дыхание коснулось её лба. — Но помни: когда придёт время, Рух позовёт. И ты ответишь.
Он наклонился, и их губы встретились. Поцелуй был лёгким, но в нём было столько чувств — нежности, тоски, надежды, — что у Лоры перехватило дыхание. И она ответила.
В лагере их уже ждали. Старейшина костяных певцов, тот самый с длинной русой бородой, стоял у входа в главный шатёр, окружённый воинами. Рядом переминался с ноги на ногу молодой ладьяр.
— Время пришло, — произнёс старейшина, когда Лора подошла. — Корабль готов. Завтра на рассвете вы отправитесь к скальным призракам. Я пошлю с вами своих лучших воинов. Будьте осторожны, скальники хитры и жестоки. Не верь никому из них, особенно принцу. И будь с тобой сила Рух - старейшина надел на шею девушки костяной амулет.
Лора сжала его в ладони. В груди нарастало чувство — не страх, а предвкушение. Она посмотрела на Элеса, тот кивнул, и в этом кивке было больше слов, чем в любом разговоре.
Ночь прошла быстро — Лора почти не спала, ворочаясь на жёсткой циновке. Перед глазами то и дело всплывал образ Элеса: его улыбка, прикосновение, слова о том, что он снова видит в ней просто Лору. Но вместе с теплом в груди нарастало и тревожное предчувствие — предупреждение старейшины о скальных призраках не шло из головы.
На рассвете лагерь ожил. Воины костяных певцов проверяли оружие, ладьяры в последний раз осматривали ладью. Ребельга, уже в походном, подошла к Лоре:
— Готова, девочка?
— Готова, — Лора расправила плечи. — Хотя, если честно, немного страшно.
— Страх — это нормально, — Ребельга хлопнула её по плечу. — Бесстрашных обычно кто-нибудь сжирает в пустыне.
Ладья, отремонтированная с любовью и мастерством ладьяр, величественно возвышалась на песке. Её нос, украшенный резным изображением Рух, указывал путь к горизонту. Лора поднялась на борт первой, за ней последовали Элес, и Ребельга. Их догнал Лир, он нес мешок с вещами.
- А что? Я с вами. - он забрался в ладью
- Отец то знает? - ехидно спросила Ребельга
- Конечно же... Нет. Вы скоро там? - парень поторопил ладьяр. Лора рассмеялась.
Путешествие началось спокойно. Пустыня расстилалась вокруг бескрайним золотистым морем, солнце грело спину, а ветер напевал древнюю песню. Лора стояла у носа ладьи, вдыхая запах песков, и чувствовала, как сердце наполняется надеждой. Ее время тикало с каждым днем, не давая забыть о сроке в два года. Но сейчас тревога отошла на второй план. Рядом с ней стоял Элес, его рука едва заметно касалась её локтя.
— Нравится? — улыбнулся он.
— Очень, — Лора улыбнулась в ответ. — Как будто всё только начинается.
Но спокойствие длилось недолго. К полудню небо затянули тучи, ветер усилился, а песок поднимался над ладьей колючей завесой, царапая кожу.
— Песчаная буря! — крикнул один из ладьяр.
Элес встал за штурвал. Паруса натянулись до предела, снасти скрипели. Подгоняемая бурей ладья летела вперед. Элес рулил уверенно.
Ладья мчалась по пескам, словно хищная птица, вырвавшаяся из ловушки. Ветер свистел в снастях, песок хлестал по бортам, а за кормой клубилась тьма песчаной бури — огромная, зловещая, пожирающая всё на своём пути.
— Держитесь крепче! — крикнул Элес, вцепившись в штурвал. Его лицо было покрыто пылью, но глаза решительно горели.
Лора вцепилась в борт, чувствуя, как ладья подпрыгивает на дюнах, скользит, почти теряет управление — и снова устремляется вперёд. Рядом с ней Ребельга перекрикивала вой ветра:
— Если буря догонит — мы похоронены заживо!
Ладья, словно живое существо, рвалась вперёд — и в этот миг из клубящейся тьмы вырвалась стая песчаных виверн.
Они летели низко, распластав кожистые крылья, их чешуя отливала бронзой в последних лучах солнца. Длинные хвосты хлестали воздух, когтистые лапы были готовы вцепиться в добычу. Одна из виверн, самая крупная, взревела — звук был низким, утробным.
— Они бегут от бури! — прокричал Лир, хватая лук. Его пальцы дрогнули лишь на мгновение, но тут же уверенно легли на тетиву. — Но если заметят нас…
Не успел он договорить, как вожак стаи резко развернулся и устремился к ладье. За ним последовали остальные — десятки теней на фоне бушующей тьмы.
— Луки к бою! — рявкнул Лир. Костяные певцы мгновенно отреагировали: натянули тетивы, замерли на долю секунды — и выпустили залп. Сухо засвистели стрелы, рассекая воздух.
Лир выпустил первую стрелу — она вонзилась в крыло ближайшего ящера. Тварь завизжала, захлопала крыльями и кувыркнулась в песок, тут же скрывшись в буре.
— Лора, справа! — крикнул Элес, в суматошной гонке не отпуская штурвал.
Лора сглотнула, чувствуя, как сердце колотится где‑то в горле. Руки дрожали, но она заставила себя сосредоточиться. Пальцы нащупали стрелу в колчане, привычно легли на тетиву. Вдох — выдох. Она вспомнила уроки Лира: «Плечо ровно, локоть выше, взгляд — только на цель».
Тетива натянулась до предела. Лора прицелилась в ящера, который уже почти достиг борта — его пасть была разинута, в глазах горела жадная ярость. Выстрел! Стрела угодила точно в бок твари. Виверна издала хриплый клёкот и рухнула вниз, подхваченная вихрем бури.
— Молодец! — выкрикнул Лир, выпуская очередную стрелу.
Ребельга, стоя у борта, метнула короткий нож — он вонзился в глаз другому ящеру.
Справа раздался лязг металла: Элес взмахнул мечом, отбивая атаку ящера, попытавшегося вцепиться в борт. Лезвие сверкнуло в полумраке, отсекая когтистую лапу. Тварь взвизгнула и отлетела назад, уносясь прочь в бурю.
Лора наложила новую стрелу. Руки уже не дрожали — теперь в жилах бурлила горячая волна азарта. Она целилась быстрее, стреляла увереннее. Одна за другой стрелы находили свои цели: вонзались в чешую, сбивали тварей с курса, заставляли кувыркаться в воздухе.
— Вижу последнюю! — Лир прищурился, натянул тетиву до уха. — Раз… два… Три!
Свист — и стрела пронзила вожака стаи прямо в грудь. Огромный ящер издал последний, протяжный рёв, взмахнул крыльями и рухнул в бурю, исчезая в клубящейся тьме.
На мгновение воцарилась тишина — лишь ветер свистел в снастях да скрипели вёсла. Ладья продолжала мчаться вперёд, вырываясь из бури.
— Все целы? — Элес обернулся к спутникам, убирая меч в ножны. Его лицо было покрыто пылью, но в глазах светилось облегчение.
Лора выдохнула, опуская костяной лук. Руки дрожали уже не от страха, а от напряжения. Она подняла взгляд на Лира — тот широко улыбался, хлопая её по плечу.
— Не зря я тебя учил
Ребельга хмыкнула, вытирая нож о плащ:
— Не расслабляйтесь. Буря ещё не кончилась.
Ладья рванула вперёд с новой силой.
Спустя несколько часов ладья вынырнула из последних клочьев бури и медленно остановилась на краю плато. Перед героями открылся вид, от которого перехватывало дух.
Высокие вертикальные скалы, похожие на гигантские каменные столбы, взмывали в небо. Они стояли хаотично, создавая иллюзию древнего мегаполиса. Между столбами были натянуты верёвки и канаты. Деревянные платформы соединяли скалы на разной высоте, а кое‑где виднелись вырубленные в камне лестницы и балконы.
— Это… это невероятно, — прошептала Лора, задрав голову. Её глаза расширились от изумления, пальцы непроизвольно вцепились в борт ладьи. — Как они вообще смогли такое построить?
— Вереск - город скальных призраков, — произнёс Элес негромко, и в его голосе прозвучала напряженность. Он провёл рукой по подбородку, хмурясь. — Они живут здесь уже сорок лет, прячась от любых опасностнй наверху. Многое о них говорит
На верхних уровнях мелькали фигуры — тёмные силуэты на фоне закатного неба. Где‑то вдали зазвучали барабаны: низкий, ритмичный бой, напоминающий биение огромного сердца. Гудение рога. И группа людей направилась к ним.
- Как же мы поднимемся наверх? - удивилась Лора
- Увидишь - хмыкнула Ребельга. Лир рассматривал окружение с таким же интересом. Ему тоже все было в новинку.
Скальники и выглядели необычно - расшитая одежда, много крюков и карабинов на поясе и у каждого за спиной большая катушка с веревкой. Их поприветствовали и повели к ближайшей скале, где и были подъемники - небольшие деревянные, с противовесами.
- Воины останутся внизу - скомандовал глава группы скальников. Лир разочарованно фыркнул и ушел к своим .
- а трем гостям добро пожаловать. - он кивнул Ребельге как старой знакомой. Лора с восторженным вздохом полетела вверх на подъемнике, разглядывая все вокруг.
Город скальников раскрывался перед ней во всей своей красе. Теперь она видела всё: хитроумную сеть верёвочных мостов, галереи, вырубленные в скалах ниши, дым, поднимающийся из скрытых очагов. Где‑то высоко над головой перекликались голоса, стучали молотки, скрипели блоки подъёмников.
— Как они вообще это построили? — спросила Лора, когда все трое снова оказались вместе
— Секрет скальников, — отозвался Элес. — Говорят, они когда‑то были строителями дворцов, но после войны ушли в горы. Теперь прячутся здесь и редко пускают чужаков.
— И как они ходят по этим верёвкам? - Лора наблюдала как скальники легко ходят по натянутым тросам, еще и с грузами за спиной.
— Тренировка, — коротко бросила Ребельга. — И привычка. Для них это как для нас песок под ногами. — их привели на просторную площадку. Под голубым небом и палящим солнцем располагался трон. И на нем восседал принц Лелуш. Невероятно толстый, бесформенный старик лет шестидесяти, в оранжевых с синим, дворянских одеждах и в золотой короне. Его босые ноги были вспухшими и красными, на толстой шее - капельки пота. Борода разделена надвое и заплетена в две косы. Трон окружали молоденькие прислужницы. Лелуш шутил и хохотал над собственными шутками, пока они подливали вино.
Принц Лелуш окинул гостей взглядом, расплылся в самодовольной улыбке и хлопнул в ладоши:
— А‑а‑а, гости пожаловали! — его голос звучал гулко и властно, но в нём слышалась нотка фальшивой приветливости. — Наконец‑то я вижу ту самую избранницу Рух, о которой столько болтают! Подойдите ближе, не стесняйтесь.
Лора невольно замедлила шаг, чувствуя, как по спине пробежал неприятный холодок. Элес, идущий рядом, едва заметно напрягся, положил руку на рукоять меча. Ребельга, напротив, сохраняла невозмутимость, и мило улыбалась. Но взгляд ее был серьёзен.
Лелуш поднялся с трона, сделал несколько шагов вперёд — его массивная фигура покачивалась, а пот струился по лицу. Он остановился перед Лорой, разглядывая её с видом знатока, оценивающего товар.
— М‑да, — протянул он, постукивая пальцем по подбородку. — Молоденькая, это хорошо. Хоть и не самая красивая, что уж тут скрывать. Но молодость — это тоже своего рода красота, верно? — Лора растерянно посмотрела на Элеса, не зная как реагировать. Она очень не хотела рисковать миссией, но поведение принца было откровенно странным.
— Достаточно, принц Лелуш, — голос Элеса прозвучал твёрдо и холодно. — Мы пришли за доступом к скале призыва. Не меньше. Не больше
Лелуш обернулся к нему, на мгновение нахмурившись, но тут же снова растянул губы в улыбке:
— О, у сладкой птички есть защитник! — он хохотнул, вытирая пот со лба. — Но разве не положено сначала оказать гостям гостеприимство? У нас будет пир в вашу честь! И, поверь мне, у скальных призраков умеют устраивать настоящие праздники. Мы не ладьяры, что как крысы забились в свои подземные норы и доедают последнюю корку хлеба на всех - принц рассмеялся. Элес сжал пальцы на изголовье клинка, побледнев.
Он хлопнул в ладоши, и тут же появились слуги с блюдами, кувшинами, украшениями. Зазвучала музыка — звонкие флейты и ритмичные барабаны.
Пир начался.
Столы ломились от еды жареное мясо, фрукты, пряные соусы, сладкие вина. Лелуш восседал во главе, то и дело подливая Лоре вина и делая всё новые и новые замечания:
— Знаешь, в моём дворце служат самые искусные повара. Я лично отбираю их. И слуг тоже. И танцовщиц. О, ты бы видела моих танцовщиц! Какие у них формы! Не всем конечно так везет - он взглянул на не особо выдающуюся фигуру Лоры - но и не любой владелице прекрасной груди подчиняется Рух, правда? - он ухмыльнулся. Лора мысленно порадовалась тому что Элеса отсадили подальше и он этого не слышал. По бледному мужчине итак было видно - он еле еле сдерживается, чтобы не вспороть принцу глотку. Она неловко улыбнулась с отвратительным чувством внутри.
- Скромная улыбка на юных устах! Это так приятно, — Лелуш наклонился ближе, и Лора почувствовала запах вина и пряностей. — Но знаешь, что ещё лучше? Когда молодая девушка становится женой мудрого правителя. Я предлагаю тебе это, избранница Рух. Стань моей женой, и я дам вам доступ к скале призыва. Что скажешь, милая? - Лола нервно сглотнула. Хоть принц Лелуш и выглядел недалеким, в его глазах был холодный и жесткий расчет
- Пожалуй... Я откажусь от этого щедрого предложения - Лора медленно отодвинулась, ища глазами Элеса в толпе слуг и местных дворян.
В глазах Лелуша мелькнуло хищное, злобное выражение, но всего на долю секунды
- Хаха, да это же шутка! Конечно же я пущу вас на скалу призыва. Все мы, пустынники, преданы Рух и только рады послужить великому делу. Только сначала выпейте со мной.
Он хлопнул в ладоши, музыка зазвучала громче, слуги бросились наполнять кубки. Но Лора заметила, как принц бросил короткий взгляд на одного из слуг и едва заметно кивнул. Тот склонился и что‑то прошептал другому.
Спустя несколько минут Лоре, Элесу и Ребельге поднесли новые чаши с вином — «особое вино скального народа», как объявил Лелуш.
— Выпейте, — настаивал он. — Это вино делают только здесь, в горах.
Элес поколебался, но взял чашу. Ребельга тоже не стала отказываться — слишком уж пристально за ними наблюдал принц. Лора, чувствуя неладное, сделала лишь маленький глоток.
И его хватило, чтобы через минуту закружилась голова. Лора попыталась встать но снова упала. Последнее, что она успела увидеть - как Элес рванулся в ее сторону но его поймали стражи, и как отшвыривает кубок Ребельга.