Бетельгейзе во всем виновата⁠⁠

Листая пеструю ленту  в бесконечных социальных сетях, натыкаюсь на  какой-то паблик с сообщением о новой угрозе человечеству , а  для любого блогера — это настоящий кусок хлеба. «В любой момент может произойти взрыв сверхновой!». И бесконечный поток комментариев, лайков тебе обеспечен: «здравствуй, обожаемая реклама и донаты!»

А в это время  Бетельгейзе висит себе на другом конце вселенной, страшно представить по человеческим, да и космическим  меркам в какой дали от нас, и не думает взрываться в ближайшие пару миллионов лет.
Миллион лет…
Да у человечества тут на земле и в любой момент есть миллион способов покончить с собой. Это самое слабое во всех отношениях живое существо, живущее кое как около 50 лет,  Природа щедро наделила этот кожаный мешок костей разумом. И что?

Вся мощь интеллекта человечества направлена только на одно: на разрушение. Человек, это капризное существо сначала строит замки из песка, а потом сам же их рушит, плачет, строит снова, ломает и плачет, обвиняя кого угодно во всех своих бедах, но только не себя. Вот вам вся история человека разумного.

И я такая, как все: во всех своих бедах и переживаниях виню кого угодно, кого удобно, но только не себя!

Когда умерла мама, я тоже не могла ей этого простить. Всю жизнь я была недовольна своей матерью : не так ходит, говорит, одевается, думает, не так сильно любит меня, как мою сестру. А теперь , стоя у могильного креста, я опять: зачем ты умерла! Мне больно, и я осталась одна.  Не сожалею о том, сколько боли и страдания я принесла человеку, который единственный во всем мире любил меня больше себя самой, потому что дети — это вечный страх пережить их.

Надо бы сожалеть о том, что у мамы, рожденной в войну на линии фронта, выросшей в тяжелое, голодное время, у этой красавицы не осталось  никакого следа после ее жизни, кроме нас — ее детей. Мы — ее наследие, вклад в развитие человечества, след на Земле.  А мы ее совсем не знали, и мне нечего вспомнить чего-то ее личного, уникального, потому что всегда я была занята только собой, своим миром, переживаниями, а мама была рядом, что бы быть «девочкой для битья» в моих обидах и претензиях к этому миру, «подушкой для слез», когда мне было больно, и последним человеком, когда я была счастлива. Мама исчезла даже из моих воспоминаний.

И я сейчас сильна в своих размышлениях. Прости меня, мама! Я не виновата...но это уже никому не интересно.  За меня никому больше не больно.

А когда сама лежу  и жду смерти. Нет, мне не страшно. Я подвожу итоги, потому что это логично в конце: подводить итоги. Только чего? Я ничего не достигла и не добилась. Успела только выйти замуж и родить детей. Как та бактерия в чашке Петри потрудилась на благо колонии: размножилась. Дети еще маленькие, запомнят ли они меня, как личность? Какой там, хорошо, что сейчас есть фотографии, будут с удивлением смотреть и говорить: какая мама была красивая! Вспоминать с любовью? Они будут вспоминать с обидой, что покинула и не защитила их в трудном мире ото всех ужасов, жалеть себя. Но у них все таки есть еще отец.

Муж это вообще последний человек, о котором думать на смертном одре. Он, как и дети, не простит тебе твоей смерти, потому что этим сотворила ему кучу проблем: ребятишки, дом, теперь еще искать новую жену.

Слава богу, мамы уже нет...хоть ее не огорчу по-настоящему…

Что еще подвести под итог?
Единственно, что я накопила из наследия: моя одежда, которую скорее выкинут, потому что так принято, раздавать или выбрасывать. Все то, что я  когда-то покупала, копила деньги, отказывала себе в чем-то, что бы  приобрести. Мои платья, пальто по фигуре, под цвет моих глаз, пропитанные моим запахом, аккуратно развешанные в шкафу: по сезонам, шубки в чехлах… все это вывалят на пол, подружки, завистливые соседки будут их топтать, копаться, а потом натягивать на свои потные тела.  Правильно делали древние люди, что все его хоронили с покойником.
Я вспоминаю , что у меня есть туфельки, очень красивые, дорогие, которые я купила год назад и ни разу не надела. То погода не та, то дороги не ровные, то повода не было. А теперь и не будет. Я их так жалела, берегла. Умру, а они останутся.  И оказалось, что туфли важнее меня.

Говорят, что бог каждого наделяет талантом, а если еще ты человек разумный, то это и есть твоя сила. Даже в последние минуты человек не перестает думать. Наверное, надо оставлять после себя мысли, воплощенные в любую форму. Не бояться быть смешным и непризнанным здесь и сейчас.  Твоя маленькая капля разума вольется в общий мощный поток бытия, и хоть на маленький миллиметр, но поднимет его уровень, и сольются  миллионы и миллиарды в генетическую память поколений. Но пусть она будет, эта капля, со своим цветом и силой взаимодействия, а не просто бесцветная инертная жидкость.

Два миллиона лет... За это время все изменяться, и люди, в том числе,  да будут ли они на Земле вообще потом, не помнящие предков и не заботящиеся о потомках в своих бесконечных войнах.  Но все это такая ерунда, главное, что сегодня мы узнали то, о чем невозможно молчать: Бетельгейзе взорвется через пару миллионов лет, и мы все умрем!