Беспородный⁠⁠

Глава 1

Глава 78. Торговая ярмарка.

Утро нас встретило небольшим проливным дождём, который принёс долгожданную прохладу и прибил пыль, но за то время, что мы завтракали, ветер успел разогнать облака, и выглянуло солнце.

Пир был назначен на сегодняшний вечер, и, чтобы как-то убить время, мастер Тьодарр повёл нас с Владой на ярмарку, которая уже вовсю работала несмотря на то, что официального открытия ещё не было. Беллер, со слов слуг, проснулся ещё до рассвета и, наскоро перекусив, отправился в город один. Скорее всего, старший ученик решил потратить время до пира с пользой и в очередной раз заняться решением проблем местных беспризорников.

Пока мы дошли до праздничного поля, солнце уже успело высушить следы скоротечного дождя, и торговая ярмарка встретила нас во всей красе.

Больше всего мне в глаза бросилось то, насколько сильно тут всё отличалось от Яромильской ярмарки, на которой мне посчастливилось побывать. Здесь практически не было никаких развлечений для публики. Никто даже не заикался о проведении рыцарского турнира, а всё окружающее нас было посвящено единственному, официально непризнанному, божеству этого королевства — деньгам. Колоссальный ассортимент товаров и технологий, представленных тут, просто поражал воображение.

Наставника в первую очередь заинтересовала площадка, отведённая для гильдии пивоваров, где не только демонстрировали различное оборудование, состоящее из каких-то котлов, чанов, дробилок и ещё множества непонятных мне устройств, но и продавали продукцию со всех концов королевства.

Мы же с Владой решили отправиться в небольшой уличный театр, который относился к тем немногим развлечениям, которые тут всё же присутствовали.

Стоимость билета на представления равнялась пятидесяти медным монетам, что было довольно дорого, как по мне, но мастер Тьодарр щедро выдал нам на двоих сотню серебряных монет, чтобы мы могли как следует отдохнуть и заодно прикупить себе каких-нибудь безделушек.

В Гвендском филиале гильдии Эгил передал на хранение только те две тысячи золотых, которыми нас одарил король Ричард, а весь наш заработок, полученный за первый заказ, наставник оставил себе, как он выразился: «На оперативные расходы».

Постановка уличного театра была посвящена сражению армии Альтвинда и Регренда, свидетелями которого мы стали. Вот только изображалось произошедшее не совсем так, как оно было на самом деле. Актёры, игравшие правителей Альтвинда и Бальдемии, смешно кривлялись, изображая всякие зверства, которые те, якобы, проделывали перед битвой. Тут было всё, что только был способен сочинить человеческий мозг: нам показали человеческие жертвоприношения, сцены каннибализма и много ещё чего, о чём даже упоминать было неприлично. После этого актёры разыграли саму битву, в процессе которой принц Эдуард в белоснежных, сияющих доспехах вместе с парой сотен солдат трое суток отбивался от десятков тысяч злобных альтвиндцев, которые больше походили на диких зверей. Представление окончилось тем, что благородный принц сразил двух мерзких королей, напавших на Регренд, после чего произнёс пафосную речь о вечной битве добра и зла.

Я даже не знал, как на такое реагировать. И единственное, что меня интересовало: самостоятельно ли уличные артисты всё это придумали, или же им за это кто-то хорошо заплатил. Влада, сидящая рядом, только многозначительно хмыкнула по окончании всего этого действа.

После театра, мы отправились гулять по торговым площадкам. Первая, попавшаяся нам, принадлежала гильдии искусств, тут было представлено множество великолепных картин и скульптур, а несколько художников рисовали портреты за соответствующую плату. Я ничего не понимал в искусстве, а моя спутница, прожившая всю жизнь в замках, наоборот, слишком хорошо в этом понимала. В итоге мы оба не особо заинтересовались этой гильдией.

Следующая площадка, которая нам попалась, принадлежала гильдии стеклодувов. Тут мы уже задержались подольше. Различные изделия из разноцветного стекла притягивали взгляды собравшихся, а старенький мастер, который прямо тут, используя небольшую печь, называемую «гутой», изготавливал маленьких стеклянных рыбок, и вовсе вызвал небывалый фурор.

Самая большая площадка была занята гильдией суконщиков. Тут были представлены всевозможные виды тканей и полотен. Крупные торговцы, съехавшиеся со всех концов континента, важно расхаживали в сопровождении охраны, прицениваясь к тому или иному товару. Но наше внимание привлекла собравшаяся в центре площадки гигантская толпа. Не без труда пробившись в первый ряд, мы обнаружили, что все эти люди собрались вокруг какого-то механизма. На мой взгляд, это был обыкновенный ткацкий станок с отвесами, только расположенный не вертикально, а горизонтально, но опытные мастеровые вокруг только охали и ахали, глядя на него. «Это ж можно будет теперь ткать полотно любой ширины, хоть два, хоть три метра», — услышал я обрывок разговора. Не найдя во всём этом ничего интересного, мы с Владой отправились дальше.

Мы оказались словно в калейдоскопе различных товаров: чего тут только не было! Ювелирные украшения, заморские специи, изящные кружева, ремесленные инструменты, одежда, обувь, ковры, оружие. И повсюду были тысячи людей, которые всё это продавали и покупали, нахваливали свой товар и ругались, сбивая цену.

У меня уже начала кружиться голова от этого всего, и я, было, хотел предложить Владиславе пойти перекусить, как у моей спутницы загорелись глаза, и она потащила меня к отдалённой площадке, где было не так людно. Мне показалось, что она тоже устала от бесконечных толп вокруг, но девчонка просто заметила площадку, целиком посвящённую главному предмету её страсти, а именно книгам.

Тут были настоящие развалы для любителей чтения. В каждой лавке было представлено множество различных редких экземпляров старинных книг. Я тоже с удовольствием полистал пару оружейных энциклопедий, но лишь с сожалением обнаружил, что их ассортимент тут был куда более скудным, чем в библиотеке нашего ордена. Так что довольно скоро я начал скучать, но моя спутница была неутомима: она переходила от одного прилавка к другому, жадно копаясь в стопках старинных томов. И я уже начал сочинять различные изощрённые планы, как увести маленькую герцогиню отсюда так, чтобы не получить от неё серьёзных побоев, как девочка выудила из очередной стопки том, источающий мрачную, тёмную ауру.

— Турин, смотри, что я нашла! — девочка задыхалась от восторга.

Переплёт из серой, потёртой и потрескавшейся кожи был окован тёмной, местами проржавевшей, сталью, а на переднем обрезе красовался изящный замок без замочной скважины, не дававший открыть книгу. На обложке с трудом можно было прочесть кусок названия. В остатках осыпавшихся серебристых букв угадывались первые три слова: «Продвинутая магия тьмы». Два последних слова совершенно не читались.

— Может, не стоит её брать? — с опаской, всматриваясь в мрачное свечение, исходившее из книги, спросил я. — Да и наверняка она стоит безумных денег.

— Хозяин, сколько вы хотите за эту книгу?! — проигнорировав мои слова, спросила девочка у долговязого старичка, сидевшего за прилавком.

Торговец на секунду оторвался от книги, которую читал, и, мельком взглянув на находку моей спутницы, поморщился.

— Столь юной особе, как вы, не стоит интересоваться такими мрачными книгами, — послышался скрипучий старческий голос. — Эта книга проклята,  и ваше любопытство может быть чревато.

Обычный человек после таких слов с ужасом выбросил бы злополучную книгу и бежал без оглядки в ближайший храм богини, но Влада, явно, была не такой.

— Ученикам Ордена охотников не престало бежать от проклятья, мы ему противостоим! — вздёрнув носик, напыщенно заявила маленькая герцогиня.

— Два золотых, — озвучил продавец цену, чтобы избавиться от назойливой покупательницы.

Я внутренне выдохнул с облегчением: нам не хватало денег.

— Так она ж старая, потёртая и вообще не открывается, — не моргнув и глазом, заявила Влада. — Даю двадцать пять серебряных.

Старичок улыбнулся, видя такую неприкрытую наглость, а в его глазах загорелась искра азарта. После чего торги продолжились. К моему неудовольствию, у Влады всё же получилось сторговаться на восемьдесят пять серебряных монет, и, спустив почти все наши деньги, она завладела проклятым томом.

Поблагодарив продавца, мы наконец-то отправились за едой. Пара больших круглых паровых булочек с курицей, грибами и луком обошлись нам ещё в два серебряка. Цены тут были существенно выше, чем на Яромильской ярмарке. Зато мы досыта наелись и, взяв на десерт, пару пирожных со сливочным кремом, обмотанных расплавленной сахарной нитью, мы направились дальше. До начала пира оставалось ещё пара часов.

Наше внимание привлёк крытый шатёр, где зазывала громко рекламировал начинающийся аукцион, на котором можно приобрести настоящие изделия дварфов. Влада не особо горела желанием туда идти, ей не терпелось поскорее уединиться со своим проклятым приобретением и постараться открыть книгу, которая пока никак не поддавалась. Но напомнив ей, что она и так потратила все наши деньги, я всё-таки убедил её заглянуть на аукцион.

К нашему неприятному удивлению, вход на торги стоил пять серебряных монет, и это отняло у нас остатки выделенных нам мастером средств. Так что мы могли только любоваться представленными тут лотами. Хотя, оказавшись внутри, я понял, что даже всех имевшихся у нашей группы денег не хватило бы на самый захудалый из представленных предметов.

Павильон был наполнен знатными купцами и главами гильдий, которые с недоумением поглядывали на двух детей, непонятно каким образом просочившихся на аукцион. Судя по всему, он не предназначался для простых горожан, и лоты, продаваемые на нём, использовались богатейшими ремесленными или торговыми союзами в качестве выгодного вложения средств. Тут были представлены королевские регалии разорившихся правителей, восхитительные ювелирные изделия; главными же лотами было оружие из ангелена, изготовленное лучшими кузнецами человеческого рода. Торги начинались с сотни золотых за лот и заканчивались суммой, превышающей несколько тысяч. Мы с Владой могли только с удивлением хлопать глазами, глядя на всё происходящее.

Время пролетело незаметно. Нам уже пора было отправляться на встречу с наставником и Беллером. Мы договорились встретиться за десять минут до начала пира у подножия холма, но, судя по всему, организаторы это учитывали. Большинство присутствующих тоже должны были быть на пиру дожа. Поэтому был объявлен последний лот на сегодня. И им оказался небольшой метательный кинжал из ангелена, изготовленный кузнецом-дварфом. В зале воцарилась гробовая тишина. Даже простое оружие, изготовленное дварфами, ценилось на вес золота, а уж изготовленное из звёздного железа, практически не встречалось и считалось легендарным. Вокруг него слагали целые мифы.

Слуги распорядителя аукциона аккуратно вынесли на сцену маленький клинок из так хорошо знакомой мне пепельной стали с волнистыми чёрными прожилками, в которых сверкали крошечные кристаллы. У меня перехватило дыхание: это была почти точная копия клинка, который был спрятан у меня под рубахой. Распорядитель объявил начальную цену в тысячу золотых, и в зале поднялся невероятный шум. Я же продолжал пристально вглядываться в лежащий на бархатной подушке клинок, и чем дольше я всматривался, тем отчётливее понимал, что это была всего-навсего искусная подделка. Чёрные прожилки на стали были чуть светлее, чем на моём клинке, а крошечные камешки в них не обладали тем глубоким, притягательным блеском, а главное, я совершенно не ощущал какой-то скрытой внутри клинка силы, как это было в тот раз, когда мастер Ангренфайр протянул мне Элсигил. Да и клеймо на клинке было совсем другим. Оно, как объяснил распорядитель, принадлежало одному из знатных родов дварфов, хорошо известному людям.

Грустно вздохнув, я потянул Владу к выходу под громкие крики собравшихся, которые всё повышали и повышали ставки. Уже, покидая шатёр, я услышал заветное слово «продано» и умопомрачительную ставку в пять тысяч золотых, которую объявил глава гильдии суконщиков.