БЕСЕДА
Старый приятель закончил рассказывать о себе, принял чашку кофе у бариста, сделал первый глоток, и улыбнулся:
— Так, а ты чем занимаешься в свободное от работы время?
— Пишу романы.
— Ого. Прям, настоящие книги, с размахом?
— Да, фантастику. Иногда и трилогии выходят.
— М-м-м… — С одобрением покачал головой приятель и сделал второй глоток. – Очень круто. Большая форма, только… мне кажется, что рассказы писать сложнее. В романе смысл можно на пятьсот страниц разлить, искать замучаешься через дебри всяких описаний. А рассказ от автора требует подлинного мастерства, чтобы и интересно, и емко, и суть донести на трёх-пяти страницах.
— Доля правды в этом есть, согласен с тобой. Я и рассказы пишу, это совершенно другой вызов, знаю.
— Да-да… — Тот быстро кивнул и взял паузу на третий глоток. Кажется, кофе на середине чашки начал излишне горчить, что он дрогнул губами с досадой. — А вот вершиной литературы, на мой взгляд, является поэзия. Проза в любой форме ей уступает. Мало самого содержания, она еще крепче, требовательней – чувствовать ритм, рифму, сравнения должны быть такими, чтобы сразу в сердце как ножом! И строчкой в конце по этой ране самой солью сыпануть!
— Прекрасно сказано. У меня есть два поэтических сборника, и ты первый, от кого я слышу такой точный отзыв о сути создания стихов. Тонко чувствуешь.
Что-то не то с напитком. Я даже покосился на бариста, который за неимением других посетителей, натирал стойку с левого края и явно грел уши, косясь в свою очередь на нас. Что ж он такого сварил, что приятель еле разлепил губы после четвёртого глотка?
— Афоризм… квинтэссенция, и сродни чему-то божественному из-за лёгкости, краткости. Той истине, что уходит в народ. И могут даже не помнить человека, сказавшего её, автор обретает подлинное бессмертие. Сгорят любые книги, хоть какие толстые или тонкие, афоризм высекается нетленной памятью в сознании поколений.
Тут уже я с одобрением покачал головой, выражая полную солидарность. И улыбнулся:
— Твои слова, да богу в уши. Мне за жизнь не узнать, слишком мало времени пройдёт, но, признаюсь, таю надежду, что хоть один из моих афоризмов станет таким – нетленным. Некоторые я слышу иногда, завирусились и гуляют… попадались, нет? Например, про лягушку в гудроне…
— Ну и тварь же ты! Пошёл на х…
Чашка с дребезгом опустилась на блюдечко, колыхнув остатками кофейной жижи на дне, и приятель ушёл на улицу. Меня вдруг послал, да ещё и дверь едва с петель не снял, с таким психом её захлопнув.
Бариста подошёл забрать чашку:
— А вы, правда, и писатель, и поэт, и афоризм… атель? Извините, афорист!
— Нет. Зато я мастер интересных бесед. Повторите мне чай, пожалуйста.
