Детство Анечки (продолжение 2)
А потом она забеременела и обрадовалась, что у них родится сын. После первого УЗИ она обрадовала мужа, и тот на некоторое время подобрел. Месяца два в семье не было слышно ни криков, ни ругани. Аня даже поверила, что с рождением братика в их доме всё изменится.
Но мечтам не суждено было сбыться…
Братик у Анечки не родился. В один из дней отец пришёл выпивший с работы и потребовал у супружницы денег на продолжение банкета. Получил отказ по одной простой причине: последние деньги потрачены на продукты, а зарплата — через два дня.
Как же он бушевал и бил мать! Аня даже выскочила в коридор, хотя обычно пряталась. Каким‑то чисто женским умом она понимала, что ребёнок в животике у мамы сейчас подвергается опасности. А она его уже полюбила, уже мечтала, как будет общаться с братишкой, как будет с ним играть и заботиться о малыше. И никогда не даст его в обиду отцу.
Но братик не родился. После побоев мать попала в больницу и вернулась совершенно поникшая, без животика. Аня плакала и не могла понять: почему так? Почему нет другой жизни, где мама бы улыбалась, где папа хороший, где ей было бы хорошо?
Она смотрела на своих одноклассников и не понимала, как они могут улыбаться, если вокруг такой жестокий мир. Ей и в голову не приходило, что у других всё совсем не так, как у неё.
Жизнь после возвращения из больницы мамы немного притихла. Отец даже почти перестал бить свою жену, так как та превратилась в привидение. Ходила, делала дела, но замкнулась и молча сносила всё. Она не плакала, когда муж привычно поднимал руку, она просто стояла и смотрела будто мимо. Аня стала её бояться: было ощущение, что это не человек рядом, не живой человек.
Только спустя полгода, когда отец пришёл домой злой и накинулся на дочь просто потому, что… у него плохое настроение (на работе проверка, у него нашли нарушения), а прежняя груша для битья сломалась.
Аня вжалась в угол, куда отлетела от смачной пощёчины, совершенно не понимая: «За что?» Она просто вышла из туалета и попала под руку отцу. Он что‑то кричал про то, что она — тварь неблагодарная, не встречает отца, не помогает раздеться.
— Руки от лица убери! — орал отец. — Я сейчас разукрашу твою смазливую мордаху. Парням‑то глазки не забываешь строить, поди?
От этих слов девочка опешила и машинально опустила руки, недоумённо уставившись на отца. Она вообще не понимала, что такое — строить парням глазки.
— Что? — спросила она и получила смачную оплеуху, сильнее прежней.
Тут в коридор вылетела мать и, закрыв собой дочь, прокричала:
— Не тронь.
И он больше дочь не тронул, избив жену и успокоившись. Мать с этого момента пришла в себя и стала ещё больше стараться, чтобы в доме всё было хорошо, чтобы конфликтов не было. Да только жить с таким мужем — всё равно что сидеть голой попой на пробуждающемся вулкане: вроде пока спокоен, но никогда не знаешь, в какой момент рванёт.
В седьмом классе, неожиданно для себя, Аня стала свидетельницей разговора двух одноклассниц. Они сидели за партой впереди и, как всегда, не обращали на неё внимания.
— Папка с мамкой развелись, он её ударил, — рассказывала одна подруга другой.
— А ты чего? — удивлённо спрашивала собеседница.
— Ну, а мне‑то чего, — пожала она плечами. — Я с мамой живу. Папа приходит в гости, но будто не ко мне, а маму позлить. Ругается с ней, деньги делит. Если гулять со мной идёт, то отделаться пытается быстро. Мама сказала, что позволять мужчине себя бить — нельзя. Ударил один раз, ударит и во второй.
— Ох, — выдохнула та девочка, которая с открытым ртом слушала историю.
А Аня в этот момент поняла, что существует развод и не все мужчины бьют своих женщин.
Дома она спросила у мамы:
— Ма, а почему ты не разведёшься с отцом?
От этого вопроса мать всплеснула руками и, прижав их к губам, испуганно глянула на дочь.
— Доченька, ты что? Как можно‑то? — удивлённо воскликнула мать. — Как ты такое вообще подумала?
— У нас в классе у одноклассницы мать развелась с мужем, так как он на неё руку один раз поднял, — пояснила Аня.
— Разводиться плохо, семья — это и в радости, и в горе! Это поддерживать друг друга надо. Мужу перечить нельзя, а я не всегда могу ему дать то, что просит, поэтому и достаётся. Мужчина всегда женщину учит, как правильно. Мой отец тоже мать в страхе держал, говорил, что если женщину не воспитывать, она плохой станет, — пыталась донести до девочки мать.
А у Анечки в голове было только непонимание:
«Как так‑то, и в радости, и в горе, да только где она, эта радость?»
«Почему надо в страхе жить? Это же ужасно!»
Продолжение следует...