Серия «Полковник»

32. На абордаж!

Пушки громыхнули раз, другой, но никакого ощутимого вреда кораблю противника ядра не нанесли. Только надымили. Корабельная артиллерия в этом мире была ещё примитивна и слаба. А вот картечь сумела потрепать команду неприятеля так как с его палубы раздавались крики боли и проклятия. Кошками судно подтянули к «Хвастуну» и близнецы с хрустом вонзили противоположный конец абордажного трапа в борт и палубу «Оборотня», так назывался менгальский бриг. Пираты Брукиса издали боевой клич и бросились вперед.

И тут я понял, что это засада. Как? Наверное, опыт, интуиция, но не то сверхъестественное чувство, на которое любят ссылаться всякие наивные дураки, а то которое складывается из великолепной работы нашего головного мозга подмечающего самые мелкие, вроде бы незначительные на первый взгляд (а иногда и на второй) детали, а затем сигнализирующего нам в нужный момент. Тут ведь, что главное? Правильно - прислушаться.

- Пригнитесь! – во всю мощь лёгких заорал я, падая на доски палубы.

Брукис что-то рыкнул и большая часть его команды залегла. Однако пятеро бежавших впереди по абордажному мосту были нафаршированы металлическими пулями аркебуз. Досталось даже одному из близнецов, которому попали в щёку и лапу.

Откуда не возьмись на палубе «Оборотня» возникло две дюжины людей в металлических доспехах похожих на броню Железного клана. Позади них околачивалось ещё дюжина орков и матросов одетых попроще.

Гадство, да их больше чем нас! А убитых я вообще не вижу. Или они уже оттащили их в трюм?

- «Менгальская стража»! - заорал кто-то позади меня. «Упёртые»!

Ой, сколько новых терминов-то сразу, запомнить бы.

Люди Брукиса дали залп по выстроившимся в две шеренги Упёртым. Безрезультатно. Я сам видел, как пули просто отскочили от их брони. Да из чего же она выкована?

Делать уже было нечего, корабли сцеплены, отступать некуда, и наш капитан снова поднял команду в атаку. Он первым перескочил абордажный мостик и врубился в ряды закованных в латы менгальцев.

Это конечно были не гномы. Держать так строй они не умели, мощными щитами снаряжены не были (да и не поднять бы им гномий щит никогда) и вскоре сражающиеся распались на отдельные пары, хотя подобие какой-то линии всё же сохранилось.

Наличие тяжёлой брони своё дело делало. Если чужих орков и матросов пираты изрубили в несколько минут, то с Упёртыми всё было плохо. Броня спасало даже от выстрела в упор и вот уже несколько наших падало под ноги и клинки в очередной раз обагрялись кровью.

Бабах! - один из близнецов пронзённый новым залпом аркебуз упал на колено и наскочившая на него пятёрка Упёртых, буквально изрубила здоровяка на части. Второй, раненный в щёку, своим моргенштерном буквально снёс голову орку в красном платке (так что ошмётки во все сторону полетели), а затем опрокинул одного из стражников на палубу. Добить не успел, так как сам получил удар меча в колено.

Как там говорил Брукис? Я не правильно фехтую? Да тут и фехтовать-то негде было. Места мало, со всех сторон в тебя направлены клинки, а ещё почему-то загорелись паруса над головой и куски парусины, отваливаясь, падали нам на головы. На палубе «Оборотня» разверзся настоящий ад.

Мои навыки тут пригодились лучше всего. Нанося удары направо и налево, ища клинками уязвимые места в обороне противника, я понемногу двигался вперёд. Видя это, за мной пристроились остальные пираты Брукиса. Словно на острие копья ваш покорный слуга возглавил атаку.

Удар! Выпад! Взмах гоблинского кинжала рассекающий мышцы! Укол! Пинок ногой в грудь возникшего на пути противника! Всё закончилось также быстро, как началось.

Брукис с окровавленным боком тяжело дыша, возник рядом и благодарно сжал мне плечо. У моей особы же были другие дела. Даже не кивнув в ответ, я бросился к открытым ставням трюма.

Буквально за несколько секунд я оказался внизу. Найти место где содержали пленников было не сложно. По правой стороне трапа располагались две узкие двери. В первой коморке никого не было. Только бадья с грязной, зацветшей водой и расстёгнутые шейные кандалы.

Выбив следующую дверь, я схватил лампу у стены и осветил закованного в кандалы пленника. Это был пожилой, крайне измождённый мужчина в лохмотьях, кожа которого было покрыто многочисленными струпьями. Даже не посвящённому в тонкости, было ясно, что его долго пытали.

- Забери деда и вынеси на палубу! – приказал я нырнувшему за мной Докису, направляясь к трапу.

Орк и не подумал возмущаться, сморщившись от отвратительного запаха внутри, он рывков вырвал цепь из стены, подхватил на руки невесомое тело и отправился следом.

Ярость клокотала внутри меня. Выскочив на палубу, я пристально взглянул на сидевших на коленях пленников. Пятеро: двое Упёртых, парочка орков-матросов и растрёпанный мужчина в дорогом камзоле и усыпанных золотыми шариками длинноносых пуленах.

Метнувшись к патлатому, я нанёс ему удар эфесом шпаги в грудь:

- Вы что держали мою дочь в этом трюме?! Поили её протухшей водой и приковывали цепью за шею?!

Стиснув плотно губы тот молчал. Ещё один удар заставил обладателя непослушной шевелюры закашляться. Рвота изо рта струёй хлынула ему под ноги.

- Держали совсем недолго. Только два дня! – вытирая рот, захныкал пленник.

- Где она? Где вы её спрятали?!

- Её здесь нет, - плача произнёс мужчина. – Сразу на выходе из Моря Рифов нас встретил «Янтарный». Это почтовик королевского двора Горланда. Очень быстрый, самый быстрый. Иоганн Гулд и этот смурной тип… Максим, кажется, перешли к ним. Я больше ничего не знаю, правда, пощадите.

- На сколько мы разминулись с ними?

- На полчаса максимум.

- Почему конвой остался?

- На почтовике места мало, поэтому охрану Искренней они оставили на нашем бриге. Всегда так делается. Стража своё дело сделала. У них там своя есть, - в истерике заверещал Патлатый, воздев руки со скрюченными пальцами вверх.

Ну уж нет! Терпеть не могу работорговцев! Коротким движением я рассёк Патлатому горло и тот, обливаясь собственной кровью, рухнул на грязные доски. Несколько секунд и смертельная судорога окончательно скрутила его.

Обтерев гоблинский клинок о сгиб руки, я спрятал его в ножны и подошёл к борту корабля. Волны стремительно накатывали друг на друга играя в пятнашки барашками пены. О боже какая идиллическая картина, а стоит обернуться назад и увидишь залитый кровью деревянный настил корабля, дымящиеся паруса, целую кучу трупов, забрызганные кровью морды и вздымающиеся от частого дыхания грудные клетки только что вышедших из смертельной схватки пиратов.

Позади меня стояла абсолютная тишина. Орки смотрели на меня будто ожидая приказа и даже прижимавший ладонь к кровоточащему боку Брукис словно на что-то надеялся. Пылающая ярость сменилась морозной решимостью. Я был снова я.

Опоздал, да. Извини моя хорошая. Этого больше не повторится.

31. У цели

Оказалось, что орки почти повально верят в Христа. Проблемка только в том – как он выглядел, к какой расе принадлежал, они себе даже примерно не представляли. Да и история с распятием божьего сына наполнилась местным, непередаваемым колоритом.

Представьте себе Христа несущего свою веру не только словом, но и делом. Вообразите мессию фигачищего своих врагов крестом. Как в голове зеленокожих предмет на котором его распяли превратился в оружие, не понятно. А вот погиб Иисус на Голгофе в окружении врагов и трупов своих соратников проткнутый 666 арбалетными стрелами. Объяснил как смог. Капец, орки христиане. Кажется, теперь я видел всё.

Но ещё более забавным являлось, то, что Искренних, клыкастые считали своего рода пророками, несущими волю божью. Не слово, а именно волю.

Орки по очереди спускались в трюм и долго разглядывали здоровенный кусок пластида (ну не то чтобы пластида), который я для важности даже снабдил светодиодной лампочкой. Трогать не трогали, ибо я предупредил, что может взорваться и тогда нам всем кранты, но показывали пальцем на устройство товарищам, охали и ахали от удивления. Да и вообще после моего заявления о своей богоизбранности, я во взглядах клыкастых никакой агрессии не читал, скорее интерес и почтение.

Почти полдня моя персона потратила на сон. Думал не смогу заснуть в этой качке, постоянном скрипе и постукивании, однако, ничего, дрых как младенец. И во сне мне снилась Лизка сидящая рядом на облучке катящегося по дороге фургона. Она знаете, склонила голову мне на плечо из-за чего отцовское сердце наполнило такое счастье… эх, я даже проснулся и пару минут справлялся с разочарованием.

Пытаясь выкинуть из головы печальные мысли о дочери (всё равно ни к чему хорошему это привести не может, только наоборот) я решил устроить с орками тренировочную схватку по фехтованию. Кажется, в нашем мире это называлось ассо.

Ранее я уже неоднократно делал то же самое во время путешествия с гномами, но не без основания считал, что у пиратов то манера боя совсем иная.

Я сразился с тремя разными противниками. Последним был боцман Докис. Орки оказались серьёзными соперниками. Да и не удивительно. В пиратских схватках, накоротке, выживают только лучшие. Тут тебе и глаза на затылке отрастить приходится и скорость с реакцией прокачать по полной. А иначе фут стали в печень.

Поединок собрал на палубе всю команду, даже круглый как мячик корабельный повар Вагис, вытирая лапищи фартуком, поднялся посмотреть на происходящее одним глазком. И совсем не фигурально выражаясь.

- Отлично! – похлопал мне с мостика Брукис. – Я никогда не видел такой манеры фехтования, думаю мои матросы тоже.

- Что с ней не так? – спросил аз многогрешный сдув вспотевшую чёлку со лба.

- Вообще-то всё, - оскалился капитан. – Это не фехтование даже, которое является именно искусством…

- Ой, да ладно. Твои парни тоже узоров в воздухе не плетут.

- Согласен, но они хотя бы используют стойки, финты, контроль клинка, комбинации. А ты, Полковник?

Орки согласно закивали и только недавно получивший чувствительный удар плашмя по плечу, боцман, скалился.

- Что я?

- Ты просто используешь эту замечательную шпагу… кстати я бы у тебя её купил, - отвлёкся Брукис с вожделением поглядывая на клинок. За хорошую цену!

- Я трофеи не продаю.

- То есть хозяин…?

- Хозяин вылетел из окна и разбил свою дурную голову.

- Понятно. Ты используешь эту замечательную шпагу ни как виртуозный инструмент, а как… как продолжение твоей руки. Понимаешь меня? Смертельное, но продолжение…

В глазах орка полыхнули искорки и он, вырвав свой палаш из перевязи, метнулся ко мне.

Удар! Удар! Ещё Удар! Ложный выпад! Попытка поймать мой клинок с помощью хитрого крючка на крестовине. Искры разлетались в разные стороны, сталь лязгала и даже упитанный буревестник, пролетавший мимо, приземлился на бизань-мачту и удивлённо защёлкал своим клювом пытаясь разглядеть, чем там занимаются двуногие.

Бракис был серьёзным противником и очень умным. Он всё время пытался сократить дистанцию и навязать мне свои условия, ибо сразу понял, что его длинные руки никакого преимущества в схватке не дают.

Выпад! Удар! Удар! Клинки описывают дугу скрежеща и палаш орка врезается в деревянные перила, оставив там глубокую зарубку. Пираты ахнули, видя как я рассёк шёлковую рубашку на мускулистой отливающей зеленью груди.

Бдииинь! - оружие капитана вылетело из руки и с хрустом вонзилось в дверь рядом с беднягой Докисом. Тот даже икнул от неожиданности, скосив взгляд на вибрировавший клинок.

*  *  *

- И ты хочешь, чтобы мы взяли корабль на абордаж?

- Верно. Очень осторожно, - кивнул я, усаживаясь за стол, из красного дерева накрытый алым дастарханом в каюте капитана.

Здесь было чисто, светло, благодаря огромному окну с витражом, изображающим зелёного орка в треуголке обнимающего сирену в потоках морской пены. Внутри всё было скрупулёзно расставлено по своим местам и пахло свежеструганным деревом.

- На борту кто-то важный для тебя? – повесив треуголку на торчащий из стены клык или зуб (представляю себе эту рыбину) Брукис уселся рядом.

- Настолько важный, что для спасения её я, не задумываясь, перебью всех вокруг.

Повеявший от моих слов мороз заставил орка снова подняться на ноги и сделать пару кругов вокруг стола.

- Кто? – коротко бросил капитан.

- Моя дочь. И она тоже Искренняя.

В каюте повисло удушливое молчание. Кивнув огромной головой и подвигав челюстью, орк неожиданно сменил тему. Хотя я этого диалога ожидал и готов был быть откровенным.

- Там на палубе… ты ведь мог закончить схватку раньше?

Пират крепко сжал губы, да так, что умудрился даже клыки спрятать. Сейчас лицо его вполне походило на человеческое.

- Да, но тогда мне бы пришлось просто убить тебя.

*  *  *

Следующий день был одним из самых сложных дней в моей жизни. Я весь извёлся, ведь чёткий пенный след который бриг оставлял за кормой сменился вялой ниточкой. Штиль не давал нам двигаться нормально. Мы буквально плелись. Докис разводил руками утверждая, что обычно в это время года с ветром полный порядок. Только к сумеркам мы зашли в Море рифов. Я держал себя в руках, был спокоен, но чего мне это стоило…

Подымающиеся тут и там из воды камни, скорее всего, были остатками когда-то разрушенного землетрясением большого острова, а может быть даже архипелага. Куда не кинь взгляд, везде из моря поднимались серые и тёмно-синие спины валунов. Удивительно, но даже в темноте пираты не прекратили движение и хорошо ориентировались среди этих смертельно опасных, отшлифованных волнами булыжников. Объяснение могло быть только одно – они часто здесь бывали, а скорее всего короткий путь через этот кошмар становился прямой тропинкой к получению хорошего барыша. Пока купеческие корабли рывками и зигзагами двигались через Море рифов, орки, оказавшись в безопасности, устраивали засады и набивали трюмы ценностями.

- Даже я понимаю, что бы опаздываем, - сжав кулаки, сказал я Брукису.

- Да, ты прав. Но не всё потеряно, мы нагоним корабль. Мой «Хвастун» зовётся так не зря. В Бустере стояло всего четыре корабля обладавшие пайцзой. Парочка толстых купцов, они нам не ровня, берийский галеон получивший повреждение во время прошлого шторма, там работы на парочку недель, и мингальский бриг. Быстрый, но нам не чета.

Я взглянул благодарно на нашего капитана подумав, что судя по тону и интонации голоса, ни капли лжи в его словах нет. И на этом спасибо.

- Но ты должен знать, что схватка будет не простой.

- Почему?

- Мингальцы нанимают оркских капитанов. Да и команда может состоять из наших.

Это проблема?

- Нет. Они северяне из бывших горных кланов. Нам не родственники. К тому же выходя в море, они становятся, чем-то вроде изгнанников.

- А у вас по-другому?

- Орки Юга прирождённые мореходы. Это мы раздаём верительные бирки и контролируем порядок на морских просторах.

- У мингальцев нет пайцзы? – тихо спросил я его оглянувшись. - Но ты же сам сказал четыре…

- Скажем так – море опасно и здесь каждый сам себе хозяин.

Из диалога я понял только то что кланы монстров всё ещё продолжаю враждовать друг с другом. Вроде бы с последней войны прошло почти сто лет, однако ж. И, нанимая северян, заказчики с одной стороны обеспечивают себе защиту против людей пиратов и других криминальных элементов (да и моряки орки что надо), с другой же гарантровано провоцируют южан. Что тут лучше, что хуже, работодатель решает самостоятельно.

- Я вижу его! Догоняем!

Моя особа буквально готова была расцеловать орка в вороньем гнезде. Наконец-то!

Начались приготовления к бою. Беготня и перепалки, застучали крышки орудийных бортов (да пушки тут были, но тоже весьма примитивные, на уровне русских тюфяков), защёлкали замки пистолетов и аркебуз, палуба наполнилась солнечными зайчиками, отражающимися от оркских ятаганов и угрожающим рычанием монстров, впившихся взглядом в нагоняемый нами корабль.

Гррр! - тяжело ступая на палубу поднялись зеленокожие близнецы, с угрожающего вида моргенштернами на поясах, которые тащили специальный абордажный трап. Вот уж кто были гиганты так гиганты, даже над своими они возвышались на голову. Чисто выбритые черепа, покатый лоб, мощные челюсти. Уж не согрешила ли их мамка с троллем? А вот интеллектом морды обременены явно не были. «Двое из ларца» были одеты в куртки из плотной кожи, на которую аккуратно были нашиты бронзовые пластины.

Чувствую будет весело. Такого поди Джон Рональдович… или Руэлович? В общем, такого британец точно не видал. То ли в моря его не заносило, то ли предпочёл с настоящими орками вообще дел не иметь.

- ПРИГОТОВИТЬСЯ!!! – заголосили офицеры.

Команда пронеслась по цепочке. Орки ещё сильнее заворчали, превратившись в сжатые пружины, а близнецы сподручнее перехватили абордажный трап с огромными крюками на концах.

Уже скоро, милая моя. Потерпи. Расставив пошире ноги над качающейся палубой, я вынул из ножен шпагу и отбросил их в сторону, в левую руку привычно взял гоблинский кинжал. Перехватив его поудобнее, ваш покорный слуга кивнул Бракису:

- Поехали!

30. В море

Знаете, какой герб был у барона Латардиха Мюллентопа? Нет? На красно-зелёном поле изображён легавый пёс с железной рыцарской перчаткой в зубах. Как я это узнал? Так после казни барона подвыпивший Рофур заявил, что подонка нужно наказать и в качестве трофея забрать все его денежки.

Гномы, распугав баронскую стражу и служанок, пробежались по его колченогому замку - кривому и разваливавшемуся на части, и знаете, что нашли? Правильно - ничего. В сокровищнице аристократа не было ни одной монетки, даже медной. Мышь повесилась. Мюллентоп был банкрот и жил не по средствам. Всё выплачиваемое ему городом за месяц, он просаживал на шлюх и развлечения, изредка тратил на содержание людей. Возмущению Неистового не было придела, а Лоник ухмыляясь, притащил откуда-то щит с гербом и бумажки, подтверждающие аристократическое происхождение мерзавца.

Вот именно на этот щит я сейчас и смотрел. Он полёживал в повозке рядом с двумя остальными. Ваш покорный слуга вообще не понимал зачем мне эти железки. Ну ладно, пару раз они мне пригодились, но теперь-то на кой?

Лошадки с аппетитом трескали овёс, а я проверил в фургоне тайник с деньгами. Всё было на месте. Так же как и мой рюкзак. Хотя "Таурус" и гранату на всякий случай таскал с собой.

Вы всё правильно поняли, я заставил орков взять с собой на борт «Хвастуна» мой фургон и лошадок. А на чём мы с дочерью потом домой поедем? Пешкодралом-то далеко топать.

До "Моря рифов" добираться надо было почти два дня, следовательно, я должен был обеспечить себе на корабле комфортные условия. Что это значит? Элементарно. Не хотел чтобы меня зарезал во сне какой-нибудь зеленокожий головорез. Кстати о том, что корабль с моей дочерью придётся взять на абордаж, я капитану тоже ещё не сообщил. Ну, а вдруг он бы заартачился? А так у него выхода не будет. У меня же был план.

- Ну и зачем нам этот мусор? – спросил Брукис, смотря на меня сверху вниз стоя на мостике.

- Это не мусор, а будущий плот. Сейчас твои ребята его соберут и я покажу вам одну классную штуку, от которой у вас челюсти отвиснут.

- Да?

- Да, - кивнул я.

- Сомневаюсь.

- Поспорим?

- На что?

- На желание.

- Ха, - оскалился орк, - может ты пожелаешь…

- В пределах ваших возможностей и разумного. Даю слово.

- А ну ка ребята, соберите ему плотик! А лучше кораблик!

Когда орки сколотили конструкцию похожую на маленькое судно, даже с мачтой и парусом, моя персона проделала с поделкой ряд нехитрых манипуляций, предварительно дав подержать капитану малюсенький кусочек пластичного вещества кремового цвета. Брукис помял его в пальцах, понюхал, размазал по ногтю и вопросительно посмотрел на меня. Когда я прилепил этот комочек к кораблику, орки вокруг заулыбались, а некоторые даже за спиной покручивали пальцем у виска.

Попросив пиратов спустить игрушку на воду, я дождался когда она останется за бортом идущего полным ходом брига, а затем громко, чтобы все услышали, произнёс:

- А теперь внимание!

На качающийся кораблик уставились даже драившие палубу матросы.

БАМ!

Когда игрушка с громким хлопком разлетелась на мелкие части, которые тут же потонули, орки даже присели от неожиданности.

- Дьявол, это что ещё такое было?

- Это пластид. Взрывчатка такая.

Все пираты напряжённо уставились на меня, подтянув верхнюю губу вверх, тем самым оголив клыки. Кто-то даже ругнулся.

- Чувствую мне точно не понравится то, что ты сейчас скажешь, Полковник.

- Ты прав. Просто желаю быть в безопасности здесь, а слову пирата, пока, не слишком доверяю. Каждый из вас должен знать, что я заложил полкило такой взрывчатки в трюме и могу подорвать её на расстоянии.

Лёгкое рычание пробежало по столпившейся команде уже явственно. У зеленокожих даже брови встали дыбом.

- Так вот. Если кто-то ночью сунется ко мне или ещё сделает какую-нибудь глупость, я заряд подорву. Сразу. Мы даже не утонем, сгорим во вспышке.

- Гы-гы-гы! Взорвёшь корабль вместе с собой? – оскалился одноглазый орк в зелёной бандане. Я уже знал, что это Докис – местный боцман. Самый свирепый и здоровый из команды «Хвастуна».

- Ну, если надо, да. Я же пошёл один против Каннибала и его людей.

- Один ли? – указательным пальцем говоривший орк коснулся кончика острого клыка. - С гномами-то Железного клана всякий может…

Договорить Докис не успел, я сделал плавный шаг в его сторону и одним отработанным за годы службы ударом в шею, отправил его в нокаут. Боцман закатил глаза и грузно рухнул на доски палубы.

Шиих! - дождавшись, когда трое орков вокруг меня с лёгким шелестом вытащат из ножен сабли, больше похожие на ятаганы, я одного за другим вырубил их. Мощи в них было много, да и скорость присутствовала (в пиратском деле без этого никуда), но что такое боевое самбо они не знали. Последний противник улетел в угол корабля, врезавшись мордой в бочку с водой.

Вокруг меня уже угрожающе зарычали, но всё закончилось так как я и предполагал.

- А ну все успокоились, пока я душу вам не вытряс!

Брукис так рявкнул на свою команду, что даже очнувшийся Докис поёжился. Молодец, авторитет имеет. Смотрят на него не со страхом, не с ненавистью, уважительно. Уж мне-то такой взгляд хорошо знаком.

Моя особа, доброжелательно улыбаясь во все тридцать два зуба, помогла подняться потиравшим ушибы матросам, а затем пристально взглянула на капитана. Ну так как я умел, с холодком.

- Чтобы не было сплетен, говорю сразу - команду Каннибала я перебил в одиночку. Гномы чутка опоздали и покрошили только парочку, остававшуюся охранять корабль. Ну и ещё вы должны знать, что я Искренний и магия на меня не действует, совсем. А то вдруг что учудите. Расстроитесь потом.

Моё последнее заявление произвело на орков серьёзное впечатление. Я даже не ожидал. Монстры уставились на меня как на единорога испачкавшего радугой их палубу. Многие здоровяки почёсывали затылки, другие разводили руками.

А ещё я увидел на шее боцмана Докиса пацанскую золотую цепочку, знаете такую в палец толщиной, на которой висело хорошо узнаваемое мной распятие.

29. Две четверти

Солнце светило, но не грело. Шумно игравший серо-зелёными волнами ветер и крики чаек были единственными звуками опустевшей гавани. Капитаны-счастливчики, обладавшие оркской пайцзой, испуганные вестями о гоблинском набеге и Длинноносой вернувшейся из небытия, не рисковали ещё выходить в море и обычно многоголосый, грязный, вонючий, но яркий и озорной порт безмолвствовал.

На волнах позади меня важно покачивался «Хвастун» - двухмачтовое судно средних размеров больше похожее на наши бриги, разве что чуть более массивное.

- Кыш отсюда, мелкий. Дай взрослым попрощаться, как следует, - прикрикнул на Лоника Рофур, останавливаясь рядом. Доски пристани под ним угрожающе скрипнули.

Гномик подмигнул мне и шустро испарился. Впрочем, как всегда.

- Ну чего ты опять на него кричишь? – с улыбкой взглянул на хмурого командира ваш покорный слуга.

- Слушай, не перебивай меня, - махнул лапищей Неистовый. – А то собьюсь.

- Молчу, молчу, продолжай.

- Ты вот, что… не думал, что скажу это человеку, но ты…, - косноязычие означало, что гном был серьёзно взволнован, что с ним случалось ой как нечасто.

- Не волнуйся.

- Вот ещё, не волнуюсь я, - Рофур зарычал и топнул ногой. – Полковник, мы с тобой похожи. Хорошими нас не назовешь, конечно, но и негодяями не стали. За время совместного путешествия мы вроде как сделались братьями по оружию. Знаю, что торопишься ты, хирд с собой не возьмёшь, да и дела у нас. Но тебя, меня… уже столько связывает, что просто так расстаться не могу.

Щёлкнув застёжкой маленькой кожаной сумочки на широком гномьем поясе, Рофур достал круглый серебряный жетон. С обеих сторон на нём был сделан оттиск ворона стоявшего на первой ступеньке лестницы терявшейся в облаках.

- Что это? – спросил я, любуясь мелким, но чётким изображением.

- Милга. Возьми её. Если стрясётся беда, передашь в любой «Гномий дом» и мы придём на помощь. Только никому её не показывай, это очень редкая штука и я рискую из-за неё головой.

- Так может не стоит…

Гном сверкнул глазами и сложил руки на груди. Даже ногу вперёд выставил для пущего эффекта.

- Нет, хирд решил.

Хмыкнув, я спрятал милгу во внутренний карман куртки.

- И как скоро прибудет помощь? – решил я командира. - Через месяц, два?

- В течение нескольких часов. Если не заберешься, конечно, на другой континент.

Вот это сюрприз. Моя персона сразу насторожилась и заинтересовалась. Как это командир Железных собирается прийти мне на помощь через несколько часов? У них тут есть такие средства доставки? Самолёты, поезда, аэростаты, дирижабли? Да нет. Я же вижу, что уровень их развития тянет максимум на позднее Средневековье. Что тогда?

- Даже так?

- Да. Не спрашивай подробности. Не скажу… не могу. Я и так…

Неистовый явно чувствовал себя не в своей тарелке и прятал глаза.

- Хорошо. Я понял тебя друг.

Вырвавшиеся слова заставили гнома вздрогнуть, а меня самого понять, что они действительно правдивы. Чуть наклонившись, я обнял Рофура, а тот, расчувствовавшись так, что из глаз брызнули слёзы, сжал меня таким образом, что спина затрещала.

С брига свистнули, и здоровенный орк в треуголке замахал мне рукой.

- Тебе пора, Полковник, - командир Железных, быстро смахнул со щёк влагу и снова надулся от важности.

- Я Лонику предложил сделать штаб-квартирой твоего клана Галард. Место там много, если что построите чего-нибудь  вы же не только воины, но и строители классные.

- Да и компания у тебя там для нас подходящая. Всех туда зазываешь, - ухмыльнулся Рофур. – Я подумаю. Разгребу дела и подумаю. Обещаю.

Когда бриг, хлопая парусами отчалил от пристани, хирд выстроившись в шеренгу отсалютовал мне, громыхнув правой рукой по левой стороне груди. Мощный раскатистый «ХАГ!» поднявший в небо стаю чаек, долго ещё качался по волнам следуя за нами.

- Дружен с Железным кланом? – произнёс Брукис опёршись о фальшборт и отхлебнув белое вино из кубка, изукрашенного крупными рубинами. – Я впечатлён. Они бирюки, буки. А командир их особенно.

- Мы из одной обоймы.

- Что? – подавившись капитан вытащил из рукава белый батистовый платок с инициалами и промокнул им губы. Двухметровый зеленокожий монстр с клыками, выглядывающими из пасти, с аристократическими манерами. Милота-то какая, кажется, так говорит наша молодёжь.

- Ничего, - сказал я  и повернулся к пирату.

Некоторое время мы разглядывали друг друга, а затем орк шевельнув ушами и чуть наморщив лоб сказал.

- А ты знаешь, как его прозвали?

- Да, Неистовый.

- Нет. Это гномье прозвище, хотя, наверное, вполне заслуженное. Все остальные называют его Две четверти.

- Почему?

- Да он как-то вёл дела с графом Доминусом Вевром, жутким мерзавцем надо сказать, его даже его подданные терпеть не могли и…

- Покороче, - прервал я словоизлияния Брукиса.

- В общем, Доминус был не осторожен, и я бы сказал глуп, впрочем, это у них семейное, папочка его тоже…

- Кхм, кхм.

- Извини, он посмеялся над племянником-бастардом Рофура, - осушив одним глотком кубок, орк щёлкнул пальцами с острыми когтями и тут же один из матросов снова наполнил посуду. - Прошёлся по его маленькому росту, хилому телосложению и забавным лопоухим ушам.

- И что?

- И всё. Командир Железных разрубил его надвое одним ударом. Одну половину закопал на дороге, а вторую за ногу повесил в графском саду. С тех пор с ним никто не шутит.

- По горизонтали или по вертикали?

- Не понял.

- Разрубил графа по горизонтали или по вертикали?

Зябко поведя плечами, Брукис, некоторое время пытался решить щучу я или нет, но изучив бесстрастное выражение моего лица, произнес, чётко выговаривая каждое слово:

- Я смотрю, вы и правда, стоите друг друга.

Когда орк удалился, ворча себе под нос и смешно жестикулируя руками, я проводил взглядом исчезающий Брустер и вспомнил шеренгу Железных на пристани. Сердце моё снова наполнилось ощущение уюта и семьи.

28. Аптека, улица, фонарь

Орки по секрету нашептали мне, что Латардиха Мюллентопа искать в фамильном замке бесполезно, ибо вместе со своими прихлебателями тот вступил на тропу блудодейства и безнравственности.

Еженедельно, с пятницу по воскресение, барон посещал все самые злачные и дорогие бордели города. По очереди. Очень падок Капризулькин был до женского пола.

Публичный дом «Усталая куртизанка» ничем не напоминал гнездо разврата, скорее это был средней руки постоялый двор. Чистенько, миленько, но ни чем особо не привлекает к себе внимание. Разве что над калиткой горел красный фонарь.

Тук! Тук! Тук!

В ответ на стук открылось маленькое окошечко в которое я без раздумий просунул руку и схватил охранника за шею. Когда тот устав бороться с моей хваткой захрипел, аз многогрешный вежливо попросил открыть его задвижку с обратной стороны.

Ухоженный сад, маленький мраморный фонтанчик (куда же без него) с двумя обнажёнными нимфами с острыми грудками сидевшими в чаше, беседка в который кто-то кого-то тискал.

Дверь в бордель распахнута, но закрывает её своей массивной фигурой дебелый тип с выбритой головой в обтягивающих лосинах, белоснежной рубашке и чёрной шёлковой жилетке не по размеру.

- Приглашение, - произнёс он голосом гальки перемалываемой жерновами.

- Меня ждут.

- У нас так не положено! – лапища с длинными цепкими пальцами метнулась ко мне, но нашла лишь воздух.

Я шлёпнул по руке привратника ладонью, но так что тот не смог разогнуть пальцы.

- Ах так! Поль! Клаус!

Сверху топая ботинками сбежала ещё парочка громил в лосинах и жилетках. Однако протискивающаяся в дверь гномья братия подействовала на тех отрезвляюще. Ударив привратника кулаком в пах, я начал подъём по лестнице покрытой ярко-красным ковром с изображениями павлинов.

- Где барон? – спросил я, проходя мимо замерших на ступеньках вышибал.

- Его Милость на втором этаже, в третьей комнате слева, господин, - ответил тип с огромной родинкой на щеке, поклонившись.

На встречу мне выскакивали полуобнажённые женщины запахивая на ходу пеньюары, кимоно и накидки (призванные скорее не скрывать их прелести, а наоборот - разжигать воображение), но как только они видели нас, сразу опускали глаза и мгновенно растворялись за дверьми в полумраке коридора. Глаз у представительниц их профессии должен быть намётан, иначе можно и голову потерять.

Необходимая мне дверь раскрылась и навстречу изящно ступая, вышла мамочка - главная сутенёрша и владелица салона интим-услуг. Яркая косметика на лице подчёркивающая привлекательные стороны и скрывающая морщинки, туфли на шпильках, чулки в сеточку, бардовый корсет, придерживающий тяжёлую грудь и такого же цвета халат с широкими рукавами. Она вообще ничего спрашивать не стала. Взглянув в мои глаза, женщина сжала плотно губы и приоткрыла мне дверь, пропуская внутрь.

Огромная комната со столом, уставленным яствами и бутылками, кровать под балдахином и словно испуганные птицы полуобнажённые девушки, прошмыгнувшие мимо нас в коридор – всё это я увидел внутри.

Наше появление произвело эффект. Толстяк с тонкими усиками решительно распахнул окно и попытался сигануть со второго этажа. Рука Рофура решительно воспрепятствовала этому, швырнув труса на пол. Любитель шишек и обладатель массивной золотой цепи вообще из-за стола вставать не стали только положили руки ладонями вниз на столешницу, показывая мне, что покорны и не вооружены.

А вот фехтовальщик в синем дублете хоть и без восторга, но потянул из ножен клинок. Ваш покорный слуга был готов к этому, удар в солнечное сплетение усадил шатена на колени.

- Сиди не вставай, - посоветовал ему Неистовый, отбирая шпагу. – И слушай.

Сам Латардих Мюллентоп всё понял правильно. Мерзкая душонка его предвидела расправу. В одних трусах и таком же как у мамочки халате, он попытался броситься к уже распахнутому окну.

Это в мои планы не входило и поэтому, коротко кивнув головой, я нанёс ему удар лбом в переносицу.

- Аааа! Больно! Как больно! – завизжал аристократ, разглядывая окровавленные руки и пуская красные пузыри толстыми губами из-за крови попадающей ему в рот.

Оторвав кусок рукава от его халата, я швырнул материю ему.

- Вытрись! Сядь и рассказывай.

И тут платину прорвало.

- Да, да! Это всё мой дед! Мой дед! – заверещал барон, закрываясь от меня руками.

- При чём тут твой дед?

- Это он нашёл Длинноносую. Группа Серых стражей отбила её у гоблинов. Последний страж истекал кровью. Отец рассказывал, что дед добил его.

- Семейка у вас фирменная.

- Что?

- Ничего, продолжай.

Размазывая сопли, слюни, кровь по лицу Капризулькин кивнул, и затараторил ещё быстрее, будто боясь, что его могут прервать:

- Дед забрал Длинноносую. На всякий случай… и спрятал в нашем фамильном склепе за городом. А спустя годы он узнал о заклинании вызова. Папенька мой так и не решился использовать её. А я… мне нужны деньги!

- Видать у папеньки-то мозгов было побольше, - мрачно прогрохотал Рофур переливая в жестяную флягу янтарный напиток из початого бутыля, стоявшего на баронском столе.

- Что за заклинание вызова?

- Я точно не знаю, но всё дело в том, что Длинноносая не может проснуться просто так. Ей нужны жертвы. Жертвы собранные специальными ритуальными ножами.

Сглотнув и ещё больше побледнев, аристократ уставился на рукоять гоблинского кинжала.

- Такого? – кончиками пальцев я прикоснулся к оружию.

- Да, именно такого, видел один у уродца, с которым вёл переговоры.

Все дворянчики со страхом уставились на меня.

- Продолжай!

- Это всё! Я просто решил немного сбить спесь с купцов Кноста. Они постоянно перебивают цены на товары, доставляемые по морю, скупают их, а потом продают втридорога.

В комнате повисло молчание. Только Лоник ойкнул и зажал себе рот ладошкой.

- Ты решил устранить конкурентов собрав гоблинскую орду во главе с Длинноносой? – уточнил я.

- Да.

- Идиот. А люди, люди которые погибли?! – Рофур рвался к Мюллентопу надеясь размозжить тому голову ударом латной перчатки.

Хоть я и заступил ему дорогу, не позволив свернуть шею барону, но воспоминание о крови пролитой в Хорше неприятно кольнули сердце.

- Это же просто крестьяне! Гоблины дошли бы до Кноста разграбили бы его, сожгли и всё. Всё! Всегда так было!

Воистину нет придела человеческой жадности и глупости. Устал слушать эту болтовню. Мне было всё ясно. Сдёрнув орущего в голос аристократа с кровати, я протащил его через всю комнату, затем по коридору провожаемый взглядами куртизанок сквозь приоткрытые двери. Голова барона весело стукалась о ступеньки, когда мы спускались по лестнице покрытой ярко-красным ковром. Он что-то кричал, но я не слышал. Да и не хотел слышать.

- Здесь есть конюшня? – бросил я лысому привратнику всё ещё сидевшему на полу.

- Да, господин.

- Принеси мне верёвку. Быстро!

Рофур и Лоник последовали за мной остальные Железные стояли на улице, мило улыбаясь десятку стражников прибежавших на крики. Никто не хотел устраивать резню с Железным кланом.

- Спасите! Чего вы смотрите? Я же ваш господин!

Отведённые в сторону взгляды и сгорбленные спины служивых были ответом на мольбы о помощи аристократа.

На улице похолодало и пар вырывался изо рта. Распахивающиеся ставни сопровождали наше шествие.

- Отпусти меня! Отпусти! Забирай всё! – верещал Капризулькин когда я тащил его вниз по улице в сторону канала где под мостом журчала вода. – Отдам всё деньги! Пожалуйста!

- Не всё измеряется деньгами.

Сразу за мостом возле аптеки располагался крепкий фонарь именно к нему я и направился. Все должны его видеть.

И тут крепкая рука гнома легла мне на плечо.

- Полковник, позволь это сделаем мы. Восемь Железных погибло в битве за мост. Души требуют отмщения. Я прошу тебя. Они наши товарищи.

- И мне они тоже там были товарищами и мэтр с женой, и много ещё…

- И всё же, позволь…

Нехотя я разжал руку, удерживающую аристократа впавшего в полуобморочное состояние.

Гномы справились быстро. Так быстро, что барон даже и испугаться не успел. Налетевший ветерок раскачал тело казнённого разбрасывая в стороны капли мочи стекавшей по голым ногам.

- Туда тебе и дорога, собака! – закричал кто-то, после чего ставня захлопнулась. А за ней застучали и другие.

Взглянув на болтающегося, на фонаре рядом с аптекой барона, я сплюнул в канал от омерзения. Заслужил, конечно, но умер мерзко.

Надо же как всё сложилось. Ещё раз окинув улицу, вспомнил строки из далёкой юности, которые сорвались с губ в холодную ночь:

Ночь, улица, фонарь, аптека,

Бессмысленный и тусклый свет.

Живи еще хоть четверть века

Все будет так. Исхода нет.

Умрешь — начнешь опять сначала

И повторится все, как встарь:

Ночь, ледяная рябь канала,

Аптека, улица, фонарь.

- Это чего? - спросил Рофур, хлебнув коньяка из фляжки.

- Стихи.

- Пишешь?

- Это не мои.

- Ааа... но мне понравилось. Черкнёшь на листочке?

27. Эстет

- Раскидай меня на части! Полковник, ну и бойня! Ты снова пугаешь меня! – расхохотался Рофур, расстёгивая ремешок под подбородком и снимая с головы шлем. Остальные гномы тоже с удивлением поглядывали на здесь и там замершие трупы орков.Рофурснимая с головы шлемРо

- Не выдержал значит? Припёрся! – ткнув кончиком ботинка тело Григуса укоризненно покачал головой я, направляясь к спуску с галереи. За мной семенил Лоник закинувший арбалет за спину.

- Да нет, просто нам любопытно с ребятами стало. Вот и решили заглянуть, на огонёк, - сказал Неистовый, сбросив мёртвое тело орка в шитом серебром камзоле на пол и освободив тем самым себе кресло.

Поудобнее усевшись, гном забросил ноги на стол, отхлебнул из бутылки вина и комично напялив на голову треуголку, внимательно на меня взглянул.

- Что?

-  Это теперь всё твоё. Правило трофея, помнишь?

- Помню. Но меня интересует только его судно. Хочу отдать его Брукису как плату за то чтобы догнать корабль со своей дочерью. Как думаешь ему этого хватит?

- Более чем кивнул Рофур, - ещё раз приложившись к бутылке вина. – Но сначала собери трофеи.

- Некогда мне этим заниматься, - отмахнулся ваш покорный слуга, размышляя о том, буквально ли Брукис жаждет увидеть голову своего врага или мёртвое тело тоже сойдёт.

- Мы поможем тебе. Пара часов ничего не решит, а тебя сделает богатым, - гном скривившись отбросил в сторону бутылку с вином и не дождавшись моего решения, начал раздавать приказы Железным.

Уфф, ну ладно. Спорить с ним выйдет дольше.

За неполных пару часов гномы буквально перетрясли «Ржавый маяк» обнаружив не только кучу монет, тайников и схронов, но и видно понимая слово «трофей» дословно, сняли всё драгоценное с мёртвых тел пиратов. В результате, в центре зала, на четырёх сдвинутых столах появилась целая куча сокровищ.

- Ну и что ты будешь с этим делать? – спросил Рофур, останавливаясь рядом со мной. - Кстати парни осмотрели корабль у берега, на нём почти ничего нет. Я думаю ты не сильно расстроился что мы лишили тебя удовольствия лично укокошить парочку орков. Они трап спускать не хотели, ругались чего-то…

- Не расстроился, - помотал головой я. – А что касается остального, так я возьму только три мешочка с золотом, два с серебром и несколько браслетов и перстней. Остальное забирайте.

- Что значит забирайте? – удивился командир Железных поднимая с пола медную монету и разглядывая её. – Деньги счёт любят.

- То и значит. Мне столько не утащить. Не хочешь брать, пусть лежит. Кто-нибудь прикарманит. Мне всё равно, - закончил разговор я, закидывая тело Григуса на плечо и направляясь к выходу.

Вслед мне неслось недовольное ворчание командира.

*  *  *

Ещё через пару часов тяжелогружёная трофеями повозка, на которой добрались к «Маяку» гномы, въехала в город.

Не тратя время напрасно, моя персона, в ближайшем постоялом дворе приобрела у хозяина крепкий фургон и двух лошадок. Успокаивающего меня мышастого цвета животинок не было и пришлось взять двух гнедых. Забросив внутрь тело Григуса, я отправился в «Кубок аристократа» - место, где отдыхал с командой необходимый мне конкурент убитого.

- А ты куда? – спросил я запрыгнувшего в фургон Лоника уже заранее зная ответ.

- Полковник, я только за лошадьми пригляжу, и всё, - улыбнулся своей самой обезоруживающей улыбкой гном. – Вмешиваться никуда не буду, честно.

- А Рофур?

- Они за нами подтянутся, - сказал гномик забирая из моих рук вожжи.

- Тоже вмешиваться не будут?

- За воротами подождут.

Для виду я конечно ворчал, ругался, но зная, что спину мне прикрывает хирд Железных чувствовал себя как никогда спокойно. Опасное чувство, кстати. Не думайте, что полковник расслабился, ничуть.

Брукис, по слова Рофура и Лоника, был орком вполне надёжным. Конечно, насколько может быть надёжным любой пират. По крайней мере, гном говорил, что сделки он всегда доводил до конца и слово держал.

«Кубок аристократа» был серьёзным постоялым двором, окружённым высоким забором, хорошо освещённым и охраняемым. Орками конечно. И здоровенными зубастыми псами, которых они удерживали за поводки. Эдакие зелёные рождественские ёлки увешанные пистолетами, бомбами, и кинжалами.

На этот раз никаких сюрпризов меня не ожидало. Я-то уж было ожидал каких-нибудь урук-хаев, не иначе. Люди Брукиса были похожи на убитую мною недавно команду Григуса, разве что гонора поменьше.

Мёртвое тело хозяина «Ржавого маяка» послужило мне универсальным пропуском. Меня и в ворота пропустили и внутрь провели без задержек.

Комната располагалась на втором этаже, была шикарно обставлена, здесь был даже камин, в котором весело потрескивали дрова. Два витражных окна, которые жалко будет бить, выходили внутрь двора. В каждом углу помещения стояло по молчаливому гиганту. Лапы телохранители предусмотрительно удерживали на рукоятях абордажных сабель.

Развалившись в мягком кожаном кресле, в окружении пышногрудых красоток, Брукис сначала взглянул на меня эдак свысока, немного чванливо, но встретив мой взгляд, хмыкнул и резко сменил стиль поведения.

Что он из себя представлял? Двухметровый здоровяк, но не такой как Григус. Тут скорее ловкость и скорость, чем тупая мощь и гора мышц. А вот глаза его мне понравились. Живой, сообразительный, внимательный. Может и не наделает глупостей.

- С кем имею честь общаться? – нарушил тишину орк, чуть подтянув верхнюю губу вверх обнажая клыки.

Бросив на пол завёрнутый в расшитую позолотой портьеру труп, я кончиком ботинку откинул в сторону материю. Остекленевшие глаза мертвеца уставились на хозяина комнаты.

- Ба! Каннибал, собственной персоной! – всплеснул руками Брукис, изобразив удивление. Артист, наверняка ему уже охрана доложила о цели моего визита.

- Я просто скромный торговец Рихард Зорге. Приехал издалека и жажду наладить здесь свои дела, - затянул старую песню, аз многогрешный, не столько надеясь кого-то обмануть сколько наблюдая за реакцией капитана.

- Ага, ага. Я вижу, - рассмеялся орк, вставая из кресла и направляясь ко мне, – гоблинский ритуальный кинжал, перевязь с клефтскими метательными ножами, шпажонка стоимостью с мой корабль, взгляд человека привыкшего отдавать приказы. Что ещё?

- Больше ничего. Думаю этого достаточно.

- Что вы хотите любезный? – ногти Брукиса явно недавно были обработаны мастером педикюра.

- Арендовать ваш корабль и команду, чтобы догнать в Море рифов другой корабль.

- Всего-то?

- Да. Но тут всё зависит от вас. Тело вашего смертельного врага и достойная плата возможно сподвигнут нас к сотрудничеству.

- Хорошая плата? – орк допил вино из изящного бокала и поставил его на камин.

- Да, корабль Григуса.

- «Рвущий паруса»? Ммм… а команда?

- Они все мертвы. Корабль на якоре возле маяка.

Орк удивился, но не показал виду. Он немного походил вокруг трупа, а затем присев на корточки плюнул на него, что-то произнеся на своём монстрячем языке.

А вражда то видно была долгой.

Пару мгновений и рожа Брукиса сменила выражение, превратившись из серьёзной в прежнюю, любезную. Смешно похлопав себя лапищами по коленям чёрных кожаных штанов, он сказал:

- Думаю, мы договорились. С удовольствием выйду в море. Мы тут уже четверо суток сидим. Скучно. Хозяин «Кубка» уже и рад и не рад нам одновременно. Рад потому что щедро платим, не рад, потому что мы единственные постояльцы.

- Почему четверо? Гоблины же два дня назад в набег пошли? – удивился я, вспомнив мэтра с супругой не расставшихся даже перед лицом смерти.

- Так нас заранее местный барон предупредил. Может узнал откуда-то. Не знаю. Так и сказал: «Убирайте корабли подальше от берега, а сами под защиту стен». Клялся, что в город гоблины не войдут.

«Мерзавец. Так вот значит почему он тогда смутился и испугался», - подумал я, молниеносно приняв решение.

Коротко обговорив всё с пиратом и договорившись о месте встречи следующим утром, я покинул здание. Снаружи меня ожидал Лоник в фургоне, а за воротами гномий хирд в полном боевом облачении. Орки нервно поглядывали на Железных зябко подёргивая плечами, даже их шавки жались к ногам.

Кивнув Рофуру и его парням, я быстрым шагом прошёл мимо. Благо идти было не далеко.

- Полковник ты куда? – бросил мне вслед Неистовый. – Нет, ну куда ты опять?

- Хочу быстренько в гости забежать.

Позади меня загремели гномьи доспехи, а орки за воротами облегчённо вздохнули.

- К кому это? Кто этот бедняга?

- К нашему старому знакомому, барону Латардиху Мюллентопу.

26. К оркам, на огонёк

Надо сказать, что внутри трактира ваш покорный слуга увидел совсем не то, что ожидал. Вот совсем-совсем не то. О чём я? Конечно, весело пиликавший клавесин немного подпортил мои предположения, но всё же когнитивный диссонанс заставил замереть на месте. Может быть, я даже раскрыл от удивления рот. Хотя вряд ли.

Хорошо освещённый зал, располагающийся вокруг башни самого маяка выбеленного обыкновенной известью. На уровне второго этажа галерея с искусно вырезанными перилами из красного дерева. Чистый пол, заставленный столами и стульями. Именно стульями со спинками, никаких грубых лавок или табуреток здесь и в помине не было. Мебель покрыта скатертями, многочисленными салфетками и сервирована в лучших традициях дорогих ресторанов. Всё блестит, сияет, буквально вопя о своей чистоте.

В середине всего этого великолепия сидели орки. Да, да орки, которые поглощали пищу с помощью ножей и вилок, запивая её красным и белым вином из бокалов на тонких ножках.

Массивные, мускулистые фигуры, едва-едва зеленоватая кожа, торчащие клыки были чуть ли не единственным признаком по которому я бы причислил их к той расе монстров о которой баял нам британец. Всё остальное выглядело вопиюще карикатурно. Нет-нет, не так! Скорее орки Толкина были карикатурой на этих… этих симпатичных парней.

А как они были одеты! Отлично выделанная кожа плащей, жилеток, атлас, бархат, лихо заломленные треуголки и пёстрые платки, у многих пышные жабо и кружева. Кружева! У орков! Дьявол меня побери!

Про золотые и серебряные перстни, браслеты, кольца и даже запонки думаю можно не упоминать вовсе. Всего этого здесь было более чем в достатке.

От шока я даже ствол «Бизона» вниз опустил, разглядывая рассевшуюся передо мной компанию метросексуалов.

Музыка резко смолкла и все уставились на меня. Даже снующие между столиками официанты и официантки, что интересно всё людского происхождения.

- Чего замер кретин!?

Прямо при мне здоровенный орк оторвался от тарелки, облизал губы, промокнул их белоснежным платком и наподдал мальчику–подростку с подносом такого пинка, что у бедняги слёзы брызнули из глаз.

Одновременно в другом конце зала в молодого человека за клавесином прилетело покусанное яблоко. Вжав голову в плечи тот снова начал давить на клавиши.

Ой, ну слава богу! Нормальные орки, просто парни покрасоваться любят, пустить пыль в глаза, побыть теми кем они не являются. Только сейчас я заметил, что на шеях людей были рабские ошейники.

- Ты кто доходяга? – из-за стола справа поднялся орк в камзоле расшитом серебряными якорьками, русалками и дельфинами.

Окружающие рассмеялись. Нет, скорее загоготали во всю мощь своих глоток.

К этому моменту моя персона окончательно пришла в себя. Пистолет-пулемёт занял привычное место в руках, я пересчитал всех находящихся в зале и на галереи противников, и оценил их вооружение.

Что мы имели? Рофур не обманул. Действительно две дюжины орков с интересом уставились на меня. Абордажные сабли, шпаги и… почему мне никто не сказал, что у них есть пистолеты? Очень примитивные, словно из нашего XV-XVI века – громоздкие конструкции представлявшие из себя насаженные на деревянную колоду короткие стволы с фитильным замком, но всё же пистолеты.

- Мне нужен Григус, - внимательно поглядывая по сторонам, произнёс я.

Официантов и официанток, словно ветром сдуло. Орки стали подтягиваться поближе ко мне, не забывая прихватить с собой оружие.

- Тебе пёс не может быть кто-то нужен! – играя на публику, бросился ко мне любитель серебряных бирюлек. – Люди нам вопросы не задают! Они нам служат!

Хамьё. Удерживая левой рукой пистолет-пулемёт за цевьё, правой, я ловко вытянул из перевязи на груди клефтский нож и коротким движением всадил его точно в глаз выступавшему орку. Тот рухнул на пол и проскользил по блестящему полу прямо мне под ноги коснувшись носка моего ботинка.

Та-да-да-дам! Та-та-та-там!

Дальше Бетховена доиграть мне не пришлось, зеленомордые все разом кинулись на меня. И это была их главная и трагическая ошибка.

Они просто элементарно мешали друг другу и не давали стоящим на галереи стрелкам нормально прицелится в меня. Без толку размахивая клинками, захлёбываясь эмоциями и злобой, они были обречены.

Первый десяток я уничтожил точными одиночными выстрелами. Шаг за шагом отступал к выходу швыряя под ноги атакующим столы, стулья и другую мебель существенно замедлявшую их движение.

Понеся серьёзные потери, орки сменили тактику и начали прятаться. Тогда и я понял, что мне пора наверх. Разбежавшись оттолкнулся от стула, запрыгнул на стоящий у стены посудный шкаф, а с него уже перепрыгнул через перила второго этажа. Дважды по мне выстрелили, выбивая щепки из стены.

Бах! Бах! Бах!

Зачистив второй этаж я, находясь в постоянном движении выцеливал рабовладельцев сверху. Один, два, три, четыре… прилетевшее снизу копьё с экзотическим наконечником воткнулось в стену в десяти сантиметрах от плеча. Пять, шесть… наступила тишина.

- Человек, что тебе нужно? – раздался бархатистый тенор снизу. Вот бы кто мне Бетховена классно напел, может даже Баха.

- Называй меня Полковником Григус! – ответил я, пригнувшись, крадясь по галереи. Помещение было обширным и пока не получалось определить источник голоса.

- Чего тебе надо Полковник? Может, договоримся?

- Зачем? Вас всего двое и мне нужна твоя голова…

Не успел я договорить как снизу на второй этаж дымя, залетела примитивная граната. Закрутившись она оглушительно рванула, начиняя стены и пол неровными чугунными осколками. Впрочем, меня рядом не было.

Взрыв нанёс не столько ущерба, сколько надымил. Одновременно, снизу, по лестнице, топая словно стадо слонов, метнулось два силуэта, один из которых я просто пристрелил, отправив лететь обратно на первый этаж, а во второй всадил сразу два метательных ножа.

Хррр! Ахррр! – кровь, чередуясь с хрипами и стонами, толчками выплёскивалась изо рта пирата. Только сейчас я увидел как выглядел Григус – двухметровый детина в элегантном чёрно-красном камзоле с платком, брошью и чёрными волосами, собранными в конский хвост. Пижон.

- ХАГ!

Не успел я как следует рассмотреть кончавшегося у моих ног противника, как входные двери были к чёртовой матери выбиты и на первом этаже возник ощетинившийся мечами, закованный в броню гномий хирд, а в окно второго, в осколках стекла и отблесках лунного сияния, буквально в трёх шагах от меня, влетел Лоник с арбалетом наперевес.

Ну, прямо Данька, из «Неуловимых мстителей».