Пост в Лигу психотерапии.
Вместо предисловия
В мае 2017 года мы читали и обдумывали "Записки блокадного человека" - исповедальный текст Лидии Гинзбург. Цикл постов в хронологическом порядке здесь #comment_90215708
Подвиг ленинградцев навсегда останется эталоном мужества и моральной стойкости. Рассказ о нём в книге писательницы, пережившей блокаду, и фотографии предвоенных, военных и послевоенных лет - это документ огромной силы.
В цикле постов, подготовленном к Дню Победы 9 мая, рассказ шёл об угрозе смерти от бомбёжек и от истощения и голода, ПТСР (пост-травматическом стрессовом расстройстве) и способности психики не поддаваться разрушению травматическим переживанием.
Ни Ленинград, ни Москва - города-столицы России, не сдались и не были оккупированы немцами. Киев пережил оккупацию, и об этом тоже есть исповедальный документ.
Написан он не советской писательницей Лидией Гинзбург, а бывшим членом КПСС и Союза писателей СССР, антисоветчиком Анатолием Кузнецовым.
Писатель Анатолий Кузнецов
Анатолий Васильевич Кузнецов (1929-1979) не дожил до 50 лет и умер в Лондоне от инфаркта.
24 июля 1969 года выехал в творческую командировку в Лондон. Формально поводом для поездки в капиталистическую страну была необходимость сбора материалов для написания книги о II съезде РСДРП к приближавшемуся 100-летию со дня рождения Ленина. Через неделю после прибытия в Лондон, 30 июля 1969 года объявил о своём отказе возвращаться в СССР и обратился к правительству Великобритании с просьбой о предоставлении политического убежища. Просьба была удовлетворена.
Много шума наделало и признание Кузнецова о том, что для того чтобы добиться разрешения на поездку в Англию (и совершить побег), он вынужден был за полгода до этого стать агентом КГБ и доносить на некоторых знакомых писателей — например, на Евгения Евтушенко. Это признание честного человека, а Кузнецов превыше всего ставил именно честность, поэтому и написал роман-документ.
С ноября 1972 года работал в лондонском корреспондентском пункте Радио «Свобода», выступая с беседами в рамках еженедельной программы «Писатели у микрофона». Всего в эфир вышло 233 радиобеседы (в 2011 году частично изданы в книге: А. Кузнецов, На «Свободе»). На протяжении почти десяти лет проживания на Западе поддерживал переписку со своей матерью, жившей в Киеве, отправляя ей едва ли не ежедневно короткие записки на почтовых открытках. Открытки сохранились; тексты некоторых записок приведены в книге сына Кузнецова — Алексея Кузнецова «Между Гринвичем и Куренёвкой. Письма Анатолия Кузнецова матери из эмиграции в Киев» (М.: Захаров, 2002.).
Свидетельство Кузнецова даёт панорамное видение, оно рассказывает о радости от прихода немцев, об антисоветских настроениях, о переоценке ценностей и о выборе - оставаться в СССР или бежать из него. Это тоже правда о советском обществе, и предупреждение нам-сегодняшним.
Оккупированная столица
В детстве Анатолий Кузнецов вместе с матерью-учительницей, дедом и бабушкой на окраине Киева, в районе Куренёвка. Отец, бывший красноармеец и советский инженер, развёлся с матерью и уехал в Нижний Новгород. В течение двух лет немецкой оккупации Киева Анатолий-подросток был свидетелем гитлеровской оккупации Киева. Тайно вёл дневник, его записи легли в основу романа «Бабий Яр».
Это рассказ о тех же самых угрозах - бомбёжках, пулях, голоде, дистрофии, пожарах, но авторская интонация здесь совершенно другая. Если Лидию Гинзбург можно отнести к "судьбе принципиальных" в годы войны, то Анатолия Кузнецова можно отнести к "судьбе предприимчивых".
Его роман-документ пишет только правду, притом - от первого лица. Памятник Анатолию Кузнецову, автору романа-документа «Бабий Яр», на углу улиц Петропавловской и Кирилловской (бывш. Фрунзе), установили в Киеве 29 сентября 2009 года.
Скульптор Владимир Журавель - молодой автор 23 лет, - создал его на деньги «мецената, пожелавшего остаться неизвестным».
Это бронзовая фигура (высотой 165 сантиметров) мальчика персонажа романа «Бабий Яр», который читает приказ киевских оккупационных властей 1941 года. На открытие памятника из Москвы смог приехать сын писателя — Алексей Кузнецов.
Обложка романа-документа о немецкой оккупации Киева "Бабий Яр".
Дистрофия
Посты по книге Анатолия Кузнецова будут идти с тэгом "дистрофия", чтобы подчеркнуть известный клиницистам факт: течение ПТСР не зависит от характера, судьбы или мировоззрения пациента. Грёзы голодных людей одинаковы при любой идеологии.
А вот способы справляться с травмой у принципиальных и предприимчивых людей разные. Анатолий Кузнецов с предельной откровенностью рассказывает о том, как он выживал в растерзанном Киеве.
Приглашаю завсегдатаев Лиги психотерапии к обсуждению этих материалов в комментариях.
