Напомнило. Ветер в ивах. Кеннет Грэм

– Собственно говоря, – бодро заметил председатель административной комиссии по делам о незначительных правонарушениях, – в этом предельно ясном случае я вижу только одну проблему: изыскать сидящему перед нами закоренелому преступнику и неисправимому негодяю достаточно суровое наказание. Итак, на основании неоспоримых свидетельских показаний он признан виновным, во-первых, в похищении дорогостоящего автомобиля, во-вторых, в нарушении всех мыслимых правил дорожного движения и, в-третьих, в неслыханном оскорблении дорожной полиции. Господин секретарь, проинформируйте нас, пожалуйста, о самых суровых наказаниях за перечисленные преступления. Смягчающие обстоятельства можно не упоминать, ибо таковых не имеется.
Секретарь почесал нос кончиком пера.
– Многие могут решить, – начал он, – что наиболее злостным преступлением является кража, и это так. Но оскорбление полиции карается гораздо строже, и это правильно. Допустим, за воровство будет начислено двенадцать месяцев, это не очень много; за нарушение правил дорожного движения добавим ещё три года, это не слишком строго; и пятнадцать лет за оскорбления, нанесённые полицейским при исполнении ими своих обязанностей, – чудовищные оскорбления, даже если поверить одной десятой того, что мы слышали от свидетелей. А так как я лично никогда не верю более чем одной десятой услышанного, то, просуммировав должным образом, мы получаем девятнадцать лет…
– Замечательно! – перебил председатель.
– …которые легко округляются до двадцати, в результате чего и получается как раз то, что надо.
– Великолепно! – воскликнул председатель. – Подсудимый, встаньте! На этот раз вы получите двадцать лет, но имейте в виду, что в следующий раз, в чём бы вы ни провинились перед законом, ни на какое снисхождение не надейтесь.