У меня практически не было стычек с бабками из-за мест в очереди или в автобусе. Ну, или психика моя защищается от зла и забывает все. Но вот вспомнила случай из детства.
Жила я в селе около 30 км от областного центра. Туда-обратно с большим крюком по ближним ПГТ ездил 3 раза в день один-единственный рейсовый автобус. Каждый раз набивался битком. Особенно тяжко приходилось по утрам. Поездки в поликлинику всегда были сущим адом.
И большинство пассажиров были бабками, которые ездили торговать на рынок.
У нас в городе до сих пор есть кондукторы, а уж в далекие времена, когда платить приходилось наличкой, без них было не обойтись. И, конечно, у кондуктора было свое место.
Королева автобуса занимала диванчик справа, лицом к салону. Весь, конечно. Ведь там надо было поставить столик с баночками для монеток и рулоном билетов. А еще на диванчик любовно укладывались подушки, шаль и сборник кроссвордов.
Но так как в наших краях была крепка (да и до сих пор живет) традиция платить на выходе, она предпочитала сама вставать и обилечивать пассажиров. А чтобы удобнее было выходить из уголка, в этом автобусе демонтировали кресло посередине, оставив голый каркас.
Итак, утро буднего дня. В автобусе уже достаточно народа, чтобы негде было сесть, но еще недостаточно, чтобы начать задыхаться. Я еду с младшей сестрой и мамой. Они сели на диван слева. Мелкая разместилась на коленках, а я уже взрослая, лет 10-12, стою.
Ехать час, темно и сонно. В какой-то момент я плюнула на все и плюхнулась прямо на каркас от сиденья. Примерилась, вроде удобно. Положила голову маме на плечо и уснула.
Спустя минут 30 просыпаюсь от какого-то гула. Открываю глаз и вижу, что объем пассажиров удвоился. На сидушках напротив сидят бабульки с большими сумками, едут торговать. Рядом с ними стоят еще такие же сумчатые. И все они дружно, тихо, но настойчиво чихвостят молодежь, которая не уступает места. Пересказывают друг другу истории, как школьники притворяются спящими, лишь бы не вставать, и косятся на нас с мамой.
Мама человек неконфликтный, внимания не обращает. Но мое пробуждение не прошло незамеченным. Ругать молодежь продолжили, глядя прямо мне в глаза. Какое-то время я сидела и тупила: к чему бы это? Ведь у меня не настолько большая задница, чтобы не было видно торчащий каркас сиденья.
Гундеж не прекращался и я психанула, решив уступить место.
За прямое предложение бабулькам сесть на гостевой стул я бы получила от мамы подзатыльник. Нечего дерзить, что люди скажут, все дела. Поэтому я просто встала размяться, сказав маме, что спина затекла.
Гул ненадолго стих. А потом сидящая напротив бабка начала нервно хихикать и толкать соседок локтем. Через пару минут с задних сидений начали вставать, чтобы посмотреть, что случилось. Кто-то спросил:
- Удобно ль тебе, девица?
В автобусе посветлело. И до окончания маршрута сумчатое сестринство мне улыбалось и, умиляясь, рассказывало друг другу истории, как уставшие после школы внуки засыпают в неожиданных местах. А я села обратно и снова легла маме на плечо.
