В 929 г. карматы (приверженцы секты, не соблюдавшей общепринятых предписаний мусульманского культа В начале X в. создали государство на аравийском побережье Персидского залива (Бахрейн)) сумели разграбить Мекку и похитить «черный камень», вернув его только через 20 лет. За право проезда паломников Багдадский халифат выплачивал им крупные суммы золотом.

В 1012 г. бедуины спустили воду из придорожных водоемов, а в колодцы набросали горьких колючек. Так погибли от жажды или попали в плен 15 тыс. паломников. Когда через несколько лет освободили часть пленников, пасших овец у бедуинов, «они вернулись домой, но имущество их было уже поделено, а жены их повыходили замуж» (Ибн ал Джаузи). Едва ли половина из тех, кто отправлялся в путь, благополучно возвращалась; безвестные могилы остальных засыпали желтые пески пустыни. Умерших во время хаджа причисляли к мученикам за веру, а успешное возвращение паломников выливалось в радостное торжество

Из-за трудностей хаджа халифы Багдада отправляли паломников караванами в десятки тысяч человек. Выступали заблаговременно, чтобы поспеть на ежегодные мекканские празднества в двенадцатом месяце лунного календаря – зуль-хиджже

Из Медины шли на юг к главной цели странствия. Вдоль широкого пустынного тракта попадались небольшие озера до 3 м глубиной. Стражники, жившие в фортах по соседству, зорко следили за тем, чтобы бедуины не засоряли драгоценную воду.

Во главе каравана ехал представитель халифа – «эмир хаджа» с конной свитой. Высокородные люди, богатые купцы, знатные дамы путешествовали в роскошных паланкинах на спинах верблюдов; их сопровождали невольники и вьючные животные с багажом. Эти состоятельные паломники любили комфорт: в паланкинах, устроенных очень изобретательно, можно было спать, есть, читать или забавляться игрой в шахматы. Когда караван прибывал на место привала, один раб останавливал верблюда, другой приставлял к паланкину скамейку, третий раскрывал зонт над головой господина или госпожи, защищая их от беспощадного солнца. Тотчас вокруг палатки хозяина расстилали ковры. За знатью двигались менее «достойные» путешественники – горожане с прислугой и верблюдами. Процессию замыкали толпы бедняков: на трех человек и более они имели одного верблюда и поочередно на него садились.

Чтобы быстрее достичь заветной цели, ехали и холодными звездными ночами. Направление указывал Млечный путь, белевший с севера на юг. Неторопливо идущий караван являл собой незабываемое зрелище. Оно приводило в восхищение Ибн-Джубайра: кажется, что глядишь на океан, покрытый лодками, но вместо парусов они оснащены зонтами и завесами паланкинов. Ночью неисчислимые факелы, которые несли рабы, превращали пустыню в звездное небо.

Привал, приказ разбить или свернуть палатки и каждый маневр каравана сопровождали удары в большой барабан. Под его подобные грому звуки огромный полотняный город развертывали и свертывали с такой быстротой, словно то был обычный ковер. В лагере царила военная дисциплина: в дорогу выходили все как один, не теряя ни минуты, – иначе паломники могли не достичь Мекки в назначенный срок.

Привалы устраивали у воды, где всегда была толчея, а если колодцы оказывались иссякшими

дело доходило до драки. На остановках разворачивали небольшой торг: бедуины пригоняли сюда овец, доставляли финики, масло, сыр, мед и фрукты из дальних оазисов. Цены на привозные продукты были непомерно высоки: в январе продавали виноград, дыни, огурцы, чему особенно дивились персы – в их стране в эту пору года выпадал снег.

Можно вообразить великое ликование путников, когда после всех перипетий долгого странствия через пустыню, «где слышатся только голоса джиннов», караван оказывался в виду Мекки, лежащей в глубокой жаркой долине среди высоких гор. Вступая в пределы заповедной территории, они обнажали головы и облекались в ихрам – два куска белой несшитой ткани, в которую закутывались с головы до ног, как в смертный саван Один кусок набрасывали на шею и плечи, другим опоясывались. В преддверии «святого города» паломники совершали очистительное омовение и умащали себя благовониями.

Множество людей не находило приюта в городе и останавливалось в огромном лагере под Меккой. Сразу же по прибытии снимали поклажу с верблюдов, которых помещали в специальные загоны, разбивали тысячи палаток, и, как по мановению волшебной палочки, вырастал удивительный постоянно меняющийся город из разноцветного полотна

Перед пятью ежедневными молитвами глашатаи эмира подавали сигналы, трубя в трубы и ударяя в барабаны. И тогда огромная толпа правоверных заполняла двор Большой мечети Мекки, чтобы принять участие в богослужении. Чувство мусульманской духовной общности объединяло представителей самых разных народов С достоинством выступали флегматичные и солидные жители городов Ирана и Средней Азии. Эмоциональные турки-сельджуки, прибывшие из Сирии в период недолгого затишья между очередными походами против крестоносцев, не могли сдержать слез умиления при виде древних святынь. Всеобщее любопытство вызывали непривычные обычаи длинноволосых, с заплетенными бородами пришельцев из Йемена: не зная ни обрядов, ни науки ислама, они молились по-своему и нигде не расставались с огромными луками.

Великое паломничество начиналось в первый день месяца зуль-хиджж и длилось 10 дней. В Мекке и ее округе религиозные церемонии происходили непрерывно. Первая обязанность хаджи – семь ритуальных обходов вокруг «дома Божьего» – Каабы, где благоговейно прикладывались к «черному камню» – «деснице Аллаха на земле» (поклонение этому овальному метеориту глубокого черного цвета с мелкими вкраплениями слюды восходит к домусульманским культам). Затем паломники пили солоноватую «чудодейственную» воду из колодца Земзем, которая спасла от жажды легендарного родоначальника арабов Измаила и его мать Агарь В праздничный цикл входил и визит в долину Арафа. С плачем и стонами шествие всходило на гору ар-Рахма с мечетями в честь праотцов Адама и Авраама. В дни Арафа в Мекке устраивали ярмарку, куда приезжали торговцы из самых отдаленных земель. В последний день торжеств правоверные направлялись в долину Мина. Следуя этой узкой лощиной, они творили обряд побивания камнями дьявола и совершали жертвоприношения – заключительный акт сложного ритуала паломничества.

Отовсюду притекали в Мекку благочестивые дары Во время паломничества в Каабе выставляли напоказ произведения высокого искусства, присланные «царями ислама» Входящие в «дом Аллаха» любовались ведрами и кубками из камней, «которым не было цены», дивным яхонтом – подарком халифа ал-Мамуна, инкрустированными фигурками газелят и сосудами «фараонова стекла», зеленой хризолитовой плиткой стоимостью 4 тыс. динаров Как будто парили в воздухе солнечные диски и полумесяцы из золота