user12355532

— Я этот козырек варил трое суток без перекуров! — Гриша со злости пнул пустую катушку от проволоки. Она с грохотом покатилась по бетонному полу. — У меня, Антон, в заначке ровно двести рублей. На них даже «Доширак» нормальный не купишь, не то что оливье.

В дальнем углу ангара что-то щелкнуло, и свет единственной рабочей лампы моргнул. Зима выдалась лютой, трубы в «Свар-Строе» промерзли, и электричество давали по часам.

— Успеем хоть елку на площади посмотреть? — безнадежно спросил Антон. — Куранты послушать? У меня от этого склада уже сварочная гарь в легких вместо новогоднего волшебства.

Гриша тяжело вздохнул, отчего его пышные седые усы опустились еще ниже. Он посмотрел на свой старенький сварочный аппарат «Искра-3000», сиротливо стоявший в луже талой воды.

— Слушай меня внимательно, рыжий, — вдруг тихо сказал старший сварщик, и в его желтых глазах впервые за неделю зажглась искра. — Базилио срезал нам премию, потому что мы работали официально. По чертежам. По ГОСТу. А в этом городе, Антон, перед Новым годом на официальную работу всем плевать. Людям нужно чудо. А чудо в нашем районе варится не по смете.

— Ты о чем, шеф? — Антон приподнялся на локтях.

— Я о том, что у нас в багажнике «Газели» лежат три метра хромированной трубы, старый глушитель от «Камаза» и полбака карбидного генератора. А через дорогу — особняк депутата Мышкина. И я точно знаю, что у него на участке нет флюгера.

Антон медленно сел. Идея, зародившаяся в голове Гриши, была абсолютно авантюрной, нарушала все правила техники безопасности и тянула на статью за незаконную предпринимательскую деятельность.

— Шеф, а если поймают? — прошептал рыжий, но кончик его хвоста уже начал нервно подрагивать от азарта. — Мышкин — он же злой. У него охрана.

— Охрана пьет «Боярышник» за углом, — отрезал Гриша, натягивая поверх изоленты на хвосте толстую сварочную крагу. — А мы, Антон, не воруем. Мы несем в массы промышленный дизайн. Собирай аппарат. У нас есть три часа до отключения света и ровно одна попытка, чтобы купить в круглосуточном ларьке банку горошка. С Новым годом, стажер.

Гриша щелкнул тумблером генератора. В темноте холодного ангара с шипением зажглась дуга, пахнуло озоном, и на старом верстаке вспыхнула первая в их жизни незапланированная, абсолютно нерентабельная, но очень красивая искра.

Как можно развить сюжет дальше:

Ночная смена. Гриша и Антон тайком пробираются к особняку. Охранник, старый бульдог, действительно спит. Котам приходится варить флюгер в виде золотого карпа прямо на морозе, используя капающий с крыши лед как защиту от ветра.

Неожиданный заказчик. В процессе работы на участок заезжает сам депутат Мышкин, чтобы лично проверить, почему воет сигнализация. Вместо скандала он, будучи в прошлом инженером, восхищается качеством шва и заказывает котам сварить во дворе металлическую карету для кошки его дочери.

Бюджетный праздник. За срочную ночную работу Мышкин платит им наличными — ровно пять тысяч рублей и огромный кусок вырезки. Гриша и Антон покупают в ларьке заветную банку горошка, палку колбасы, а на остаток денег — маленькую пластмассовую елочку.

Финал. Под утро 1 января они возвращаются в свой промерзший ангар. Гриша варит из обрезков труб крошечную, но невероятно изящную елку, Антон открывает горошек. Куранты они слушают по старому транзистору. Впервые за долгое время они чувствуют себя не просто котами-сварщиками в долгах, а настоящими мастерами, у которых есть свое место в мире. И это окГлава 1. Искры не в ту сторону

На складе металлоконструкций «Свар-Строй-Прогресс» пахло озоном, остывшим металлом и безнадежностью. За три дня до Нового года это был самый тоскливый запах на свете.

Кот Гриша, старший сварщик шестого разряда, сидел на перевернутом металлическом ведре и угрюмо смотрел на свой хвост. Хвост был обмотан синей изолентой — Гриша неудачно увернулся от снопа искр еще в ноябре, когда они пытались сдать заказ для торгового центра.

— Тридцать первое число, Антон, — хрипло мяукнул Гриша, поправляя треснувшую защитную маску. — У нас на столе в общаге даже мандариновой кожуры нет.

Антон, молодой рыжий кот-подмастерье, лежал на стопке бракованных швеллеров, закинув лапы за голову. Его усы уныло обвисли. — Шеф, он же Кот Базилио, звонил. Сказал, что премия за декабрь аннулируется. У него, видите ли, кассовый разрыв. А смету на детский сад срезали, потому что заказчик решил, что козырек из нержавейки — это излишество.

— Я этот козырек варил трое суток без перекуров! — Гриша со злости пнул пустую катушку от проволоки. Она с грохотом покатилась по бетонному полу. — У меня, Антон, в заначке ровно двести рублей. На них даже «Доширак» нормальный не купишь, не то что оливье.

В дальнем углу ангара что-то щелкнуло, и свет единственной рабочей лампы моргнул. Зима выдалась лютой, трубы в «Свар-Строе» промерзли, и электричество давали по часам.

— Успеем хоть елку на площади посмотреть? — безнадежно спросил Антон. — Куранты послушать? У меня от этого склада уже сварочная гарь в легких вместо новогоднего волшебства.

Гриша тяжело вздохнул, отчего его пышные седые усы опустились еще ниже. Он посмотрел на свой старенький сварочный аппарат «Искра-3000», сиротливо стоявший в луже талой воды.

— Слушай меня внимательно, рыжий, — вдруг тихо сказал старший сварщик, и в его желтых глазах впервые за неделю зажглась искра. — Базилио срезал нам премию, потому что мы работали официально. По чертежам. По ГОСТу. А в этом городе, Антон, перед Новым годом на официальную работу всем плевать. Людям нужно чудо. А чудо в нашем районе варится не по смете.

— Ты о чем, шеф? — Антон приподнялся на локтях.

— Я о том, что у нас в багажнике «Газели» лежат три метра хромированной трубы, старый глушитель от «Камаза» и полбака карбидного генератора. А через дорогу — особняк депутата Мышкина. И я точно знаю, что у него на участке нет флюгера.

Антон медленно сел. Идея, зародившаяся в голове Гриши, была абсолютно авантюрной, нарушала все правила техники безопасности и тянула на статью за незаконную предпринимательскую деятельность.

— Шеф, а если поймают? — прошептал рыжий, но кончик его хвоста уже начал нервно подрагивать от азарта. — Мышкин — он же злой. У него охрана.

— Охрана пьет «Боярышник» за углом, — отрезал Гриша, натягивая поверх изоленты на хвосте толстую сварочную крагу. — А мы, Антон, не воруем. Мы несем в массы промышленный дизайн. Собирай аппарат. У нас есть три часа до отключения света и ровно одна попытка, чтобы купить в круглосуточном ларьке банку горошка. С Новым годом, стажер.

Гриша щелкнул тумблером генератора. В темноте холодного ангара с шипением зажглась дуга, пахнуло озоном, и на старом верстаке вспыхнула первая в их жизни незапланированная, абсолютно нерентабельная, но очень красивая искра.

Как можно развить сюжет дальше:

Ночная смена. Гриша и Антон тайком пробираются к особняку. Охранник, старый бульдог, действительно спит. Котам приходится варить флюгер в виде золотого карпа прямо на морозе, используя капающий с крыши лед как защиту от ветра.

Неожиданный заказчик. В процессе работы на участок заезжает сам депутат Мышкин, чтобы лично проверить, почему воет сигнализация. Вместо скандала он, будучи в прошлом инженером, восхищается качеством шва и заказывает котам сварить во дворе металлическую карету для кошки его дочери.

Бюджетный праздник. За срочную ночную работу Мышкин платит им наличными — ровно пять тысяч рублей и огромный кусок вырезки. Гриша и Антон покупают в ларьке заветную банку горошка, палку колбасы, а на остаток денег — маленькую пластмассовую елочку.

Финал. Под утро 1 января они возвращаются в свой промерзший ангар. Гриша варит из обрезков труб крошечную, но невероятно изящную елку, Антон открывает горошек. Куранты они слушают по старому транзистору. Впервые за долгое время они чувствуют себя не просто котами-сварщиками в долгах, а настоящими мастерами, у которых есть свое место в мире. И это оказывается лучшим новогодним подарком.азывается лучшим новогодним подарком.