plahtiy73

У всех нас особое отношение к старинным вещам. Для кого-то это бизнес, для другого - предмет коллекционирования, вопрос престижа и т.д. Но, думаю, никто не станет отрицать то, что все эти вещи хранят в себе энергетику, переданную нам предками. Мне доводилось держать в руках самурайский меч периода Муромати. С закрытыми глазами можно определить, что предмет, который ты держишь, напитан кровью и наполнен если не душой, то благородством и честью своего хозяина. Взяв в руки икону Рублева, можно не глядя понять, что держишь что-то по настоящему ценное. Есть термин "намоленная вещь" – так обычно говорят о религиозных атрибутах или культурных реликвиях… Но как охарактеризовать предмет, с помощью которого на протяжении многих поколений создавались эти уникальные вещи.

Лет 15 назад у нас были гастроли по Поволжью и крайним городом в туре стояла Кострома. Тамошний организатор гастролей позвал нас в баню, недавно им купленную в какой-то глуши.

«Вы в такой точно не были, – уверял он. – Настоящая, топится по-черному и стоит прямо над озером. Я себе там дом недавно купил, ну и баню в придачу... Там даже электричества нет.

Согласились, и через каких-то пару часов внедорожник, переваливаясь по еле заметной тропе, уже въезжал в деревню. Возникло ощущение, что все мы попали в иллюстрацию былин и сказаний художника Билибина: избы стояли основательные, с невероятно красивыми, похожими на многослойные кружева наличниками на окнах. Михаил (так звали организатора), перехватив мой взгляд, сказал: «Здесь избы из дуба и лиственницы рубили. На века. За обедом хозяин рассказывал, что когда-то деревня эта процветала, благодаря своим умельцам. Люди со всей губернии сюда ехали, чтобы купить наличники, ставни, оклады… Настоящая династия мастеров была - все, что мы видели, их руками сделано. А сейчас над пятью-шестью домами дымок видно, да и в них старики доживают…

- А умельцы Ваши хваленые куда делись? - спросил я.

- Егорыч? Он здесь… Старый совсем... Дети в городе живут, навещают, зовут, но он ни в какую – упрямый черт… Если не против, пока топится баня, дойдём, проведаем старика.

Собрав сумку продуктов, мы двинулись по заросшей улице, проходящей через сказочные декорации вековых срубов. Дверь нам отворил белобородый старик – сам как будто былинный персонаж: я даже невольно глянул на ноги, ожидая увидеть там лапти… Пока дед возился с самоваром, мы накрыли на стол. Недолго посидев и вспомнив про баню, засобирались обратно… Напоследок я спросил старика, не хочет ли он продать что-нибудь ненужное: у меня в то время друг открывал трактир и как ужаленный скупал всякое «барахло» на блошиных рынках. Старик развёл руками:

- Да у меня и нет ничего, разве что инструмент… На кой он мне теперь? Хотите – забирайте… Хоть какую-то пользу приносить будет, а не в мастерской пылиться…

Уезжали мы с большой корзиной и неловким чувством, будто бы навсегда увозим из деревни часть ее души.

Через какое-то время интерьер в заведении моего друга поменялся, и в одно из посещений официант отволок мне в багажник снова ставший ненужным инструмент.

К моменту нашего возвращения в гостиницу все декорации и багаж были уже погружены на борт, а пассажиры зарегистрированы…

Я судорожно раздавал трофейные излишки… Почему-то никто не хотел привезти домой лосиные рога)):

- Ну, не выбрасывать же их, в конце-то концов, – сокрушался я, - Посмотрите, какие красивые… На них шапки и варежки в прихожей можно вешать… - с горем пополам я впихнул увесистые сувениры двум монтировщикам и выставил их за дверь…

Взглянув на свое отражение перед выходом из номера и попытавшись принять увиденное, я спрятал глаза за солнцезащитными стеклами, надеясь стать с их помощью менее заметным, и спустился в осенние сумерки.

Мое появление в аэропорту Магадана вызвало оцепенение у видавших виды старожилов… В скромное здание аэропорта в окружении известных актеров, на мохнатых унтах, в пушистой рысьей шапке и с огромной волчьей шкурой на плечах неторопливо заходил белый нигер - «Мистер Праздник». В плечо впивалась сумка, доверху набитая трофейными ножами, поверх которых, как курица на яйцах, расположилась шкатулка с клыками каких-то злых зверей…

Мой настороженный взгляд отметил, что вошедшие со мной «звезды» почему-то на этот раз остались не замеченными. Никто не спешил к ним за автографами и не просил сфотографироваться. А это был единственный бонус для «зеленого коридора», на который я так рассчитывал. Ну, значит, ва-банк - решил я и, зачерпнув побольше воздуха, почему-то произнес:

- Под гуденье лютой вьюги

Дед Мороз застрял в Устюге,

зря его детишки ждут,

Санта Клаус тут как тут…

Пот заструился по моему лицу, а в зале повисла звенящая тишина, в которой я неожиданно для себя снова услышал свой вмиг осипший голос, обращенный к монтам, стоящими с разлапистыми лосиными рогами в руках:

- Отвечайте тот же час, что с оленями у нас?..

Коллеги, подобно злым эльфам, пожравшим всю упряжку оленей, а теперь виновато отводившим глаза, мечтали лишь об одном: вонзить в меня эти лосиные останки и убежать в ночной город, растворившись в нем навсегда…

… Не знаю, чем бы закончился мой первый сольный концерт с участием звезд театра и кино, но тут отворилась дверь, и в зал вошел осветитель, куривший на улице и пропустивший мой флэшмоб…

- Я не понял, где мы ходим и почему не снимаем? – набросился я на него.

Тот, часто заморгав глазами, попытался улыбнуться.

- Почему опять все через жопу с вами?

Я с деловым видом стал протискиваться через толпу к стойке регистрации, выкрикивая на ходу:

- Вот, девушка, они подъехали, сейчас доснимаем и можем сдавать реквизит в багаж. Как поздно? Я же предупредил, что еще со съемочной площадки привезут? Кого предупредил? А разве не Вас? Ну, девушка…

- А я Вас узнала, -сказала она. – Вы артисты! Много реквизита?

- Вот! – показал я на мехового себя. – Ну и сумка. И этих двух оленей еще, - кивнул я в сторону не отошедших от стресса монтировщиков. - Вернее, то что от них осталось. Короче, две пары почти оленьих рогов.

- А в салон взять не хотите? – поинтересовалась дамочка.

- Очень хочу, - честно признался я. - И олени тоже хотят, очень. Если разрешат?

- Разрешат. – заверила девушка. И мы улетели.

Футляр дуэльного пистолета Дантеса, или Еду в Магадан!

Лет пять назад, подзанесло меня на гастроли в «солнечный» Магадан.

«На гастроли» - в нормальном смысле, со спектаклем)). Летел туда впервые и с удовольствием. То есть хотелось побывать, но не по этапу за недоразумение, а самому. Шикарное место, а люди … Как говорил один поэт: «Гвозди бы делать из этих людей - …..».

Отыграв на аншлаге, мы имели в запасе свободный день - организаторы гастролей любезно согласились сделать нам приятно, свозив на экскурсию. Поехали мы за сто с лишним километров в один из заброшенных ГУЛАГовских лагерей, но из-за непогоды так и не смогли до него добраться, заехали к какому-то местному знакомому леснику или егерю, не важно… Когда собрались возвращаться в гостиницу, кто-то связался с «большой землей» и сообщил, что аэропорт в Магадане закрыт как минимум до завтрашнего вечера…

ТУТ, КАК В СКАЗКЕ, СКРИПНУЛА ДВЕРЬ… Баня, водка рекой, пострелушки из «Сайги» по пустым банкам. Часам к двум ночи за неряшливым столом нас осталось трое: я, хозяин дома (не вспомню, как звали) и трехлитровая банка самогона. Становилось тускло: на кураж силы закончились, а спать не хотелось. Гостеприимный хозяин, заметив тень уныния на моем лице, предложил:

- А не сыграть ли нам в карты?

- Если не на раздевание и есть на что играть, то можно, – согласился я.

Глаза его сверкнули дьявольским пламенем азарта, а в руках зашелестела «битая» колода. Демонстрируя мне знание и умение различных техник тасовки, он, дабы усилить впечатление, озвучивал свой виртуоз фразами типа: «Хочешь вкусно пить и есть – прошу напротив меня сесть»...

…Ну и накаркал сам себе… К пяти утра над ним уже улыбалась хорошо отпитая банка самогона, и, закончив играть деньги, он с маниакальным упорством принялся проигрывать все… Лосиные рога, волчьи шкуры, челюсти касатки, и черт знает что еще…

- Сдавай крайний раз и расход, - обозначил я красноглазому другу, - Меня и так со всем этим барахлом в самолет не пустят, а если пустят – не взлетим.

- Ну, крайний, так крайний, – нехотя согласился «Мистер Ласвегас», обводя комнату прищуренным внимательным взглядом.

- Или без крайнего? –предложил я. – Твои фиксы я по-любому играть не буду.

Нехорошо улыбнувшись ими, «фартовый» убежал в другую комнату, а вернувшись, с торжественным видом развернул передо мной кусок рогожи, скрывающей шкатулку.

- Вот! - не менее торжественно произнес он.

Открыв коробку и охренев от увиденного, я с удивлением спросил:

- Что вот??? Ты что, б..дь, пират???

В шкатулке лежал сувенирный кремниевый пистолет, какими обычно торгуют с ларьков в переходах метро.

- Вот! – тем же голосом повторил он. – Дуэльный пистолет Дантеса. Из него. Пушкина. Убили. 30 тысяч.

Я уперся в пушкиниста усталым взглядом. Безумно хотелось встать, послать его в жопу и отправится спать, закрыв этот балаган. В моем безупречном плане смущало одно слово, и я силился подобрать не менее емкий синоним пункту назначения.

- Слыхал, что Дантес Пушкина прострелил? - прервал он ход моих мыслей.

- Конечно, слышал, и слышал то, что стрелял он из маузера, а не лагерного ширпотреба.

- Да ладно…. – произнес он внезапно посеревшим лицом.

- Точно говорю. Даже картина есть известная «Последний выстрел» - заверил я, крутя в руках кустарную самоделку, сделанную под однозарядную «мелкашку»,

- На ней специально Дантес с маузером нарисован, чтобы донести до потомков весь смысл трагедии: оружие не убивает людей - люди убивают людей…

Подняв на него глаза, я осекся… Вдруг внезапно стало стыдно… Передо мной сидел огромный, пьяный, растерянный и не очень умный мужик, но при этом бесхитростный и простой, как кастет.

- Могу ошибаться, но этот ствол сильно похож на тот, с которого Каплан дырявила вождя революции.

- Ленина? – почти крикнул он, и глаза вновь наполнились искрами, – Стоит денег?

- Его, суку... Денег стоит, но дешевле дантесовского… Потому что не насмерть… Короче, не больше пяти.

Застрекотала колода, начиная финишную схватку… Никогда еще так сильно я не старался слить партию…

…Через двадцать минут я засыпал «счастливым» обладателем «личного стреляющего устройства госпожи Фани Каплан

Минут через 10 я уже колошматился во все, что было под светящимися буквами «Мойка. Сервис. Шиномонтаж. 24ч.». ...И чтец, и жнец, и на дуде игрец, - продолжил я вывеску, усаживаясь за руль с намерением делать им «сквозняк», раз по доброму не рады)). Но тут ворота, дрогнув, поползли вверх, неторопливо показывая испуганного Али-Бабу.

- Слышь, - поздоровался я. - Здесь слово какое-то волшебное нужно знать, чтобы сразу открывали? Или звонок где-то замаскированный притаился?

Скорее всего, он ничего не понял, но, обрадовавшись тому, что с ним говорю я, а не пара станковых пулемётов, торчащих под фарами, с надеждой спросил:

- Мыца будеш?

- Ага! И стричься… И бриться… Давай, банщик, отворяй калитку, распрягай коней - устал я с дороги, да и подмерз чутка.

Спустя 15 минут, провалившись в кресло, больше похожее на гнездо дьявольской птицы, где несколько пружинных рядов были впихнуты в рваную, и напитанную машинным маслом обивку, я, как хомяк, копошился под ворохом шмотьев из той же коллекции… Передо мной клубились паром - или дымом - уткнутые в самодельный тэн ботинки. В пластиковом ведре, в которое тысячелетиями сливалось отработанное масло, теперь в холодной воде ждали пробуждения мои ноги. Их ещё не выкручивало ломотной болью, и я, пользуясь коротким затишьем, засыпал в себя микс из обезболивающих пилюль, сплевывая нифелями грузинской завари. Начало «уволакивать», как при наркозе, и после второй попытки поставить на пол 700-граммовую банку с грузинской пародией на чай, разжав пальцы, я уже не услышал звона стекла...

Отключка была не больше пяти минут, а вот возвращение дорогого стоило… Не знаю, с какого дна я силился всплыть, но просвета наверху не было видно, а воздух закончился ещё вчера. Я судорожно пытался пробиться сквозь сплошную чернильную мглу, понимая, что даже короткий вздох оставит меня в ней навсегда. Вынырнув в сознание, еще пару минут не мог отдышаться…

За стенкой с кем-то по телефону бубнил Али-Бабай:

- Москвич сломался… Сказал, чтобы чинить ехал… Та нэ «москвич», машина его сломался. Нэ знаю, как зовут. Какой марка тоже нэ знаю - тут нэту таких, с пулэмётами. Я нэ курил ничего! И нацвай свой поганый нэ жрал, клянусь. Да, я ему сказал, что утром… Что отвэтил? Что нэхер было 24 че. на крыше лэпить… с лампочками. Сказал, что нэхер... Потом вэлэл общий сбор трубить, а сам спать пошёл. Я нэ пьяный!.. Нэ знаю, он мне в нос нэ дышал. Всэ вэщи собрал, и зарылся в них в моем топчане. Чай ему сладкий сдэлать сказал, а сахар нэ мешал. Пил много таблэток, а остальное разбил…. Нэт, об пол… и спит в топчане моем. А мне что делать? А ещё вэлел вэдро холодной воды набрать, и ноги туда впихал… Нэт, свои. Вэлэл сапоги с него снять, и прямо в штанах так и впихал. Барин… А тэпэрь в топчане моем ...... Ээ, нэ надо мэнтов звонить, и ничего нэ понятно тэбэ. И мнэ нэ понятно, а ещё гдэ мнэ тэпэрь, когда он все занял моё? Приедь, а ...

- Слышь, ябеда, - крикнул я сквозь стену. - Дай, я с начальством пообщаюсь. Неси телефон!

За стенкой послышалось движение, что-то упало, и виноватым голосом Али Бабаев сообщил:

- Нэ выходит, провод короткий…

- Ах, ну да, как же я сам не додумал. Тогда будешь передавать, что я скажу… Как секретарша…

- Я нэ сэкрэтарша, - обиженным голосом отозвалось из-за стены. - Ну, тогда передавай как автоответчик - слово в слово…Jeep WJ, 2003, 4l, после замены…

…Минут через сорок пожаловало начальство. Некий «мистер Всезнайка» на нервном треморе, с одутловатым, хлопающим жабьими глазами лицом. Поняв, что на деле все выглядит не так ужасно, его заметно расслабило. Задрав нос, он принялся хороводить вокруг машины, и, тыча пальцем то в одну, то в другую бронезаплатку, обрушился на меня каскадом вопросов:

- А из чего это сделано? А эта? А вон та? А как крепится? Ведет себя как зимой? А летом? А что менты, не даё…тся? А ты что говоришь? А они? Чем покрыто?

Поначалу, я, как, мать его, школьник у доски, отвечал развернуто и подробно. Потом менее подробно и, наконец, не выдержав, спросил, как этот опрос способствует диагностированию неисправной печки.

- А-а-а, печки? Это у Вас термостат полетел… Заклинил. Надо менять, - равнодушно озвучил он свой приговор.

- Да неужели? - удивился я. - Даже под капот не заглянули… Прям Ванга...

- А что я под капотом не видел? Вы знаете, какой у меня стаж работы? - многозначительно произнес ясновидец.

- Мне даже представить страшно, - сознался я. - Ну а термостат - придумаешь как подшаманить?

- Замена! - отрезал мне «человек-рентген». И, подняв вверх сардельку указательного пальца, очень важным голосом добавил прописную, только мне не известную истину:

- Вышедшие из строя термостаты ремонту не подлежат.

– Хорош мне намазывать, - сопротивлялся я. - Если термостат не пускает ко мне тепло – значит, мы враги. Давай снесем его на хер Мне машина еще вчера была нужна, а тут ТЕРМОСТАТ. Надо же, какая Фифа, так еще и не чинится… Покажи, где он спрятался, и я его сам угондошу.

Но «пучеглазый Гуру» был непробиваем. А имея в своем лексиконе несколько технических терминов, нагородил мне такого, что захотелось его обнять и плакать, благодаря судьбу за то, что направила в трудную минуту мне на «поддержняк» этого ангела-хранителя с гаечным ключом и золотыми мозгами… И что термостат - наиглавнейшая деталь, вокруг которой и создается двигатель… И что мне следует стыдиться своего невежества… И что, если в автомобиле была бы душа, то она находилась бы в этом датчике… ))

Часов семь спустя, возвращаясь к многостаночному сервису, о термостатах и системе охлаждения я знал если не все, то почти все… И, понимая бесполезность купленной мною детали, меня прямо подкидывало от предвкушения предстоящей беседы…

...На крыльце перед сервисом курила пара пацанов, своим видом напомнив мне о том, что за весь день я даже и не думал (как и они)),…….. о сигаретах.

– Да бросить бы уже… - подумалось мне в которой раз, и, прикурив, встал неподалеку.

- А что, Михалыч в натуре решил …. этим… броне-тюнингом заняться? - спросил бритоголовый «быдло-гопник» своего приятеля.

- Не, бля, без натуры... От делать не х..й, машину отмыл, Карасевской сеструхе полтора косаря забашлял, чтоб потом ее в купальнике на капоте фоткать. Та себе еще жопу окорябала и скандалила в три глотки.

Чувак тот Михалычу весь расклад дал: как, из чего... Михалыч сказал, что там делать не х..й. Мне предложил главным на тему.

- Слышь. - перебил его «быдло-гоп». - А мне… как ее, профуру, ну …… с Карасевской сеструхой за полторашку добазаришь? Я бы ее тоже на капоте пофотал…

И, заржав, он принялся показывать, как бы он это делал.

Зайдя вовнутрь, я увидел, что машина собрала вокруг себя шабаш из специалистов, жарко о чем-то спорящих, а подойдя ближе, услышал, что толпа выкрикивает наперегонки разные узлы охладительной системы двигателя...

«Жабий Плавник» безучастно наблюдал за происходящим, стоя ко мне спиной. В моей голове уже кружились акулы, и, подойдя к нему вплотную, я произнес над ухом:

- А вот и мы. Скучали?

Шарахнув от неожиданности в сторону и попытавшись смастрячить подобие улыбки на тревожно-асимметричном лице, он как-то по-хамелеоньи просканировал окружающее меня пространство…

- Я думал, Вы уже не приедете сегодня. - треснутым голосом сказал «Пучеглаз».

- А мы решили взять, да и приехать. Не помешали? - с ухмылкой осведомился я, а кивнув в сторону машины и подтерев ухмылку, спросил:

А что это вон там за маевка такая? И какому долбоебу пришла в мозг идея с мытьем машины?

- А…, это бесплатно, бонус клиенту, как говорится, от нашего столика – вашему, - затараторило, все ещё пытаясь удержать улыбку, лицо.

- Ты че, б..ть, несешь? Какой столик? Я тебе че, лярва голодная, чтобы меня подкармливать? - зашипел я, через зубы выдавливая апперкоты слов. - А че не покрасили или бисером не захерачили, чтобы еще красивше стала, а? Или мы не вовремя, и Вы тут как раз цвета обсуждали? И приблизившись к растерянно шлепавшему глазами лицу, подобревшим голосом спросил почти шёпотом :

- А Вы тут часом не потрахивали ее в выхлопную трубу, пока я в Москву гонял?

Пучеглаз, разбалтывая щеки, судорожно замотал головой.

- Может, кто из них? - вкрадчиво продолжал я, кивнув в сторону толпы.

Реакция та же.

- А не п…ишь? - разглядывая в упор отрицательно мотаемое лицо, спросил я.

- Ну, или, может быть, шлюх каких бесстыжих принуждал тереться об нее, местами своими заразными, а?

Лицо, вдруг ставшее похожим на Удо Диркшнайдера, замерло и уперлось в пустоту немигающим взглядом.

Захотелось крикнуть: «Стоп! Снято!» - и потрепать его за щеку, но я решил не снижать градус, а, подождав секунд 20, вернуть его в эту реальность с помощью физики. Лицо ожило за полудара сердца до того, как по нему пробил бы колокол. Улыбаясь тому, что вспомнило, либо от того, что успело само вернуться, оно, перебивая себя самого, заверещало:

- А-а, Танька? Племянница… Хочет моделью стать… Сегодня заходила меня проведать, а машину увидела и прицепилась: дядь Миш да дядь Миш... Мне, говорит, для портфолио надо очень… Сфотографируйте, говорит… Ребёнок - как отказать? Вы уж извините, что без спроса.

- Ну, я надеюсь, ты меня с ней познакомишь, когда с остальным закончим? И, услышав согласие, я повернулся к приутихшей толпе:

- Здорово, мужики! Мир - дому. Я тут краем уха подслушал… Какие ещё есть мнения по неисправности? За правильный ответ - литр.

Последняя фраза сработала как команда«вольно»:

- Система завоздушена, - раздался молодой голос.

- Тебе пять - это самая первая и очевидная причина. Есть ещё?

- Крыльчатка могла, - предположил дед.

- Нет. давление хорошее - помпа вне подозрений.

- Радиатор печки забит! - крикнул все тот же молодой.

- И снова браво, - оценил я ответ. - Но через несколько минут каждый из Вас, в том числе и я, охереем от увиденного и поразберем обратно свои никому не нужные мнения, когда «человек-рентген» Михалыч, вопреки логике и здравому смыслу, устранит неисправность, заменив термостат, тем самым явив нам чудо… А подтверждающее видео повзрывает тысячи мозгов на авто-форумах, где, несомненно, он будет признан авто-гуру №1 мирового масштаба…

И вручив «Пучеглазу» коробку, захлопал в повисшей тишине в ладоши. Толпа развалилась перед подходящим к машине «без пяти минут гуру»…

- А где прокладка? Где прокладка? - заверещал «ясновидец», тараща глаза в переданную ему коробку.

- Прекратите истерику, Сэнсэй., - попросил я. - Там должна была быть прокладка, которую мне, по-видимому, забыли положить, и теперь чудо отменяется? Так я понимаю?

- Да нет же, нет! Ее отдельно нужно было купить. - проигнорив мою просьбу, истерично верещал «эксперт».

- Учитель, - тем же восторженным тоном продолжал я. - Вы велели купить лишь то, что я передал Вам…

Финал затягивался. Видимо сомнения были не у меня одного, и «Пучеглаз» предпринял последнюю попытку соскочить с позорного разоблачения:

- У нас тут не шарашкина контора, чтобы без прокладок работать! - взвизгнул он и, желая усилить сказанное, начал было:

- Это каким надо быть…

…Но осекся, так как инстинкт самосохранения очень рекомендовал перефразировать мысль.

- Да кто же покупает термостат без прокладки? - обратился он за поддержкой к толпе с возмущенным презрением в голосе… Толпа безмолвствовала…

Если предыдущая фраза меня почти улыбнула, то вторая сработала переключателем «Хороший - Плохой»:

- Ну я, к примеру… И че?

Двигаясь в его сторону, я почти физически ощущал хруст костей черепной коробки из-за растущих сквозь неё бычьих рогов. Потяжелевшие от крови глаза, уже держали его в прицеле. Адреналин моментально разогнал сердце и жаркой волной прокатился по тепу. В ушах появился характерный гул, а во внезапно пересохшем рту – сладковато-соленый вкус крови… Все эти симптомы означали только одно - сейчас рванет. Аминь!

«Жабий плавник» решил прибегнуть к хитроумной боевой тактике: "закружи врага до смерти, превратив его в юлу"… Хоровод он затеял вокруг машины, и при этом, не затыкаясь, тараторил о чем-то…

- Тут у него без вариантов. Прокомментировал "плохой я", взявший ситуацию под личный контроль…«…Три круга в одном направлении. Два ровных, третий - на ускорение. После третьего меняешь направление на полкруга. На этой точке – стоп… Обманка - и в касание через капот. Дядя будет на подносе. На него двойка-тройка, без добива… Из всей расступающейся овечьим стадом толпы прыгнуть может разве что лишенный интеллекта и мечтающий стать фотографом гоблин. Уложив Пучеглаза, по оценке работаешь «быдло-гопа» в полный контакт - он как раз будет в двух метрах. Жестко, с добивом… На него 4-7 секунд. Завязнешь больше 10-ти - могут включится от одного до трёх… Со спины чисто… Нож на левом кармане - работает колющими по рукам и ногам. Контроль над входной дверью…» - бежал в голове инструктаж по технике безопасности так же стремительно, как и секундная стрелка «Пучеглаза», вертящая обратный отсчёт.

- Б..ть, о чем он столько болтает? - пронеслось с недоумением в голове.

- Начинаю третий с ускорением… Стоп… В обратку. Стоп… Разворот…

Дядя все делал как по нотам, и до потери сознания и сломанного носа его отделяли секунды полторы-две. Стадо, качнувшись, скатилось вбок, обнажив дверной проем с Али Бабой, держащим в руках здоровый огнетушитель. Он смотрел на меня тревожным, но не испуганным взглядом…

Прощелкав момент прыжка, я, выпрямился:

- Горим?

- А вдруг загарим? – выдал новоявленный пожарник, и, подумав, и поправил себя: - А вдруг пожар…

- Тебя как звать? - поинтересовался я.

- Альдар.

- Ладно, Альдар, - улыбнулся я. - Тащи инвентарь обратно - не будет сегодня пожара. И, обращаясь уже ко всем, добавил:

- Меня не теряйте, я на улице подостыну.

Морозный воздух хлестанул в лицо и засыпал битым стеклом легкие. Двор был застелен свежей снежной периной, а в черном небе болталась все та же луна.

- Ну, здравствуй, девочка. Скучала без меня.?..

Она с фригидным равнодушием промолчала в ответ.

– И где ты только меня не видела…

Начинался адреналиновый отходос. Жутко хотелось пить, а появившиеся во рту слюни походили на резиновый клей. Зачерпнув ладонями мерцающий белый пух, я окунулся в него лицом - вчера от одной только мысли впал бы в кому, а сейчас даже кайфушно. Вчера в голове кружилось себя подрезать, а сегодня... не себя….

А вот Али-Баба за сутки двух человек... Спас, помог, выручил - не знаю… в общем, пригодился… Чудны дела твои, Господи…

За спиной хлопнуло дверью, и с краю от меня замер Михалыч, уставившись внимательным взглядом в ночную тьму.

Злость уже не сочилась ядом с клыков, и я без эмоций спросил у него:

- Ты не помнишь, что в детстве жрать нужно, что бы потом фартило?

Он помотал головой и предположил:

- Может, морковку?

- Может, и морковку, хотя у меня другое слово в голове крутится… А ты пока вокруг тачки кружился, что-то говорил?

Он с удивлением посмотрел на меня.

– Ну, ты просто так ротом делал, что было похоже на то, как говорят…

- А Вы не слышали, я вроде бы громко. - удивился он.

- А мы не слушали, да и не слышали. Зачем? У любого человека существует терпение. Но у терпения есть предел, за которым возможен беспредел или суровое, но справедливое возмездие - кому как повезет… Тебя, по ходу, в детстве одной морковкой и кормили. Но фортуна - та еще шлюха: повернется жопой… и жопа! Правильно веди себя. - выстрелив в темноту окурком, подытожил я, направляясь к двери.

- Я извиниться хотел за недоразумение, - прозвучало из чудом уцелевшего сегодня лица.

- Но передумал! - не поворачиваясь закончил я его фразу.

В спину забарабанило, мол, нет, не передумал и ему очень жаль, что ….

– Вокруг машины ты это транслировал? - обернувшись, прервал я.

В ответ он кивнул.

- Ну значит уже извинился, зачем по второму кругу гонять? Или по протоколу с меня обнимашки причитаются?

Замотав лицом, раскаявшийся не настаивал на соблюдении протокола.

- Тогда закрыли. - подчеркнул я, отворяя дверь. Внутри меня встречали, как родного, а конь-огонь уже бил копытом и дышал жаром из ноздрей печки.

- Ну, чья сыграла става? - обратился я к улыбающейся толпе.

- Пробка! - светясь от восторга, почти выкрикнул похожий на Буратино пацан.

- За призом не побегу, - выковыривая кошелек сообщил я, - Убегался за сегодня, даже с кушем…

Толпа хохотнула, а я, передавая малому синюю бумажку, добавил:

- Талант не хорони свой. Помещение есть - отожмешь на раз-два, и вперед…

- Не, не буду. Дядя Миша - родственник. - со смехом отказался тот.

- Вот и отлично, заявление писать постесняется. Дело говорю… А он пожил уже, пускай уступит.

Михалыч веселился громче остальных…

Все, выключаю Петросяна, и валить, пока телефонами не начали обмениваться.

- Отворяй калитку! - крикнул стоящему поодаль Альдару.

Он пошел к воротам, но на полпути остановившись, спросил:

- А как Вы поедэте? Сутки же нэ спали совсэм. А тут топчан, чай сладкий заварю, а?

- Нет, пора. Ночь - мое время, да и луна проводить обещалась - от калитки до калитки. И, подойдя, сунул ему красную бумажку.

- А мэнэ-то за что? Нэ нада! - стал он прятать от меня руки.

- Не знаю. - сознался я. – Просто… ты человек какой-то …. странный. Не привычный… добрый что ли. Нацвайя возьмешь, раз уж жрешь эту дрянь…

И, погрозив пальцем пока еще начальнику, весело крикнул:

- И только попробуй запретить! Лично приеду и на «малого» весь бизнес твой говняный перепишу. И, кстати, - я кивнул на Альдара, - Сегодняшним бонусом ты не морковке, а ему обязан.

Уже подняв ворота, Альдар, неожиданно спросил:

- А Вас как зовут?

- Мор. Отозвался я.

- Цыганское имя? - полюбопытствовал из толпы любознательный «быдло-гоп».

- Не совсем…

И, хлопнув дверью, машина свалилась в морозную ночь.