Жан-Пьеру было всего 8 лет, когда он отправился в свое первое большое путешествие. Корабль, отчаливший весной 1956 года из его родного Дакара во Францию, напоминал дырявую консервную банку, которую давно была пора сдать в утиль, но у сенегальского мальчика и сопровождавшей его бабушки не было другого выбора. Так решили родители Жан-Пьера, посчитавшие, что только во Франции у сына сможет быть достойное будущее. По пути дряхлая посудина несколько раз ломалась, чудом не затонула, и все же доставила успевшего подхватить воспаление легких мальчика в один из марсельских портов. Здесь Жан-Пьера вылечили и отправили в приют, где еще через год его усыновила бездетная супружеская пара из предместья Парижа.
В католической школе, в которую его определили, Адамс выделялся не только габаритами, но и прилежанием – науки давались ему очень легко, а хорошая игра за школьную футбольную команду позволила обзавестись статусом ее капитана и уважительным прозвищем Белый волк.
Окончив школу, Адамс устроился на каучуковую фабрику, после работы на которой поигрывал на позиции нападающего за местный любительский клуб. С тренировок домой его обычно подвозил товарищ по команде, но однажды их очередное путешествие закончилось трагически. Их машина вылетела в кювет, приятель погиб на месте, а Жан-Пьера спас ремень безопасности.
Адамс очень болезненно переживал эту трагедию, и психолог в реабилитационном центре посоветовал парню сходит на танцы. Получилось очень удачно – плохие мысли улетучились после встречи с очаровательной блондинкой Бернадетт. Все вообще было бы замечательно, если бы не два обстоятельства: Жан-Пьер получил повестку в армию, а родители девушки и слышать не хотели о том, чтобы отдать дочь замуж за темнокожего африканца с сомнительными перспективами. Но, как это часто бывает в жизни, помогло Адамсу то, что изначально казалось ему помехой. В армии парнишка регулярно играл за свою часть и однажды попался на глаза знаменитому тренеру «Нима» Кадеру Фиру (второй после Ги Ру тренер с наибольшим количеством матчей во французском чемпионате – 783).
Фиру, впечатленный мощью и в то же время пластичностью Адамса, предложил парню попробовать свои силы в обороне. И настолько остался доволен этим экспериментом, что после ряда контрольных матчей Жан-Пьер подписал свой первый профессиональный контракт. А вскоре получил благословение от родителей Бернадетт, и дело не только в контракте – Жан-Пьер покорил их своим умом и добротой. «Я не знаю более щедрого, отзывчивого и доброго человека, – признается спустя годы Бернадетт. – Его обаяние не имело границ».
«Крокодилы» из Нима в начале 70-х были весьма заметной силой – в 1972 году Адамс в составе этой команды выиграл серебро французского чемпионата, и в том же году дебютировал в составе сборной Франции в матче против сборной СССР в квалификации ЧМ-1974. В матче Жан-Пьер блестяще отработал в паре с другим знаменитым темнокожим защитником сборной Франции Мариусом Трезором, а галлы выиграли со счетом 1:0. «Пара Адамс – Трезор была настоящим кошмаром для любого нападающего. Пройти их было практически невозможно. Трезор выделялся техникой и чтением игры, а Адамс фантастической мощью и силой. Все называли этот дуэт Черной гвардией», – делится воспоминаниями Франц Беккенбауэр.
Вот только из-за частых травм Адамса его карьера в сборной оказалась недолгой (22 матча). Особенно Жан-Пьера стало беспокоить колено – еще в 18 лет, играя за любителей, он получил вывих коленной чашечки с разрывом связок. В «Ницце», куда он перешел в 1973 году, Адамс часто играл на уколах, но при этом каждый сезон признавался одним из лучших в команде. Выиграв в 1976 году еще одно серебро чемпионата, вскоре Белый волк отправился в на тот момент очень скромный ПСЖ, и через два года закончил с профессиональным футболом на отметке в 251 матч и 24 гола в L-1. Жан-Пьеру был всего 31 год.
Он еще немного играл за любительские «Мюльхауз» и «Шалон», но главным для Адамса стало получение тренерской лицензии. Весной 1982 году Жан-Пьер отправился на специализированные курсы в Дижон, во время которых у него стало сильно ныть больное колено. Футболист за долгие годы привык к боли, но в этот раз было совсем невыносимо, поэтому он отправился в соседний Лион на обследование. Выяснилось, что причина боли в воспаленном сухожилии, и без операции не обойтись. Срочности в ее проведении не было, поэтому Жан-Пьер решил какое-то время пить болеутоляющее, а в межсезонье провести операцию в Париже.
Адамс уже выходил из клиники, как в дверях встретил знакомого доктора – тот уже много лет помогал игрокам «Лиона». Узнав, в чем дело, врач рекомендовал Жан-Пьеру прооперировать колено в этой же клинике – чтобы сэкономить время и деньги. Посоветовавшись с женой, защитник решил так и сделать, и 17 марта лег на операцию. «Дорогая, не беспокойся. Лучше приготовь к возвращению мое любимое блюдо», – как всегда с иронией сказал Адамс жене перед операцией. Это были последние слова, которые она от него слышала.
Никто не сказал Жан-Пьеру, что в то время в Лионе в самом разгаре на протяжении нескольких недель проходила забастовка врачей. Людей не хватало, и в тот день один анестезиолог курировал сразу 8 операций. В результате Адамс получил в два раза превышавшую норму дозу, кроме того, помогавший при операции стажер неправильно вставил в ротовую полость трубку, в следствие чего была нарушена вентиляция легких. У Адамса произошла остановка сердца, а долгое кислородное голодание привело к необратимым последствиям для его мозга. Футболист впал в кому.
«Я пять дней была у его больничной кровати, надеясь, что Жан-Пьер вот-вот очнется, – рассказывает Бернадетт. – Но он никак не реагировал». Через месяц женщина, у которой на руках осталось двое малолетних сыновей, забрала мужа домой, начав судебный процесс против клиники. Разбирательство затянулось на целых 12 лет, и не принесло семье Адамс даже морального удовлетворения: анестезиолог был признан виновным, но получил всего лишь месяц тюрьмы. А единоразовая компенсация от больницы в размере 950 евро (по нынешнему курсу) и близко не покрыла необходимые расходы.
«34 года назад время для меня остановилось, – рассказывает Бернадетт, которая по-прежнему ухаживает за Жан-Пьером. – Каждый день я купаю его, меняю одежду, кормлю. К счастью, он может дышать самостоятельно и кушает определенную еду. Иногда мне кажется, что он реагирует на мой голос, лай собаки во дворе, скрип двери… Наши дети давно выросли – оба занимались футболом, а cейчас тренируют. У нас есть славные внуки. Самое большое мое желание, чтобы хотя бы на пять минут Жан-Пьер пришел в себя. С мыслью об этом я живу все эти годы. Эвтаназия? Нет, это было бы нечестно».
Сыновья Адамса перед одним из матчей «Ниццы»
Все эти годы Бернадетт помогают французская Федерация футбола и его бывшие клубы, «Ним» и «Ницца», каждый год проводящие благотворительные матчи для сбора средств Жан-Пьеру. В 1997 году руководство «Шалона», последнего клуба в карьере Адамса, назвало свой стадион в его честь.
Вздрагивая много лет назад от каждого скрипа ветхого корабля, на котором плыл во Францию навстречу лучшей жизни, маленький Жан-Пьер чуть не умер от страха и болезни. Почти сорок лет назад с ним, одним из самых бесстрашных защитников в истории сборной Франции, произошло то же самое. С той лишь разницей, что путешествие, в которое его отправили на этот раз, было в бесконечность.
Автор
Александр Харламов
http://www.sports.ru/tribuna/blogs/lateral/917011.html
