YnAeddGinvael

Полосатая кошка, черно-белый кот, 3 фото их мать, которая неплохо провела время в сентябре. Утопить рука не поднялась. Авито результатов не дает. Группы вк - чисто по бездомным. Желающие взять были, пока у котят не встали уши. Нормальных фоток нет, потому что они постоянно бесятся. Последняя надежда - пикабу.

Я закончила 9 класс. Отец начал пить все чаще. Я мечтала о юридическом техникуме, но мне было сказано, что денег не дадут даже на дорогу. Тогда я уже начала понимать, что мы не особо нужны и реальная цель это большая часть квартиры. В общем, он решил. что предел моих мечтаний местное ПТУ, аргументом было " У твоей матери 2 Парижских института, и где она сейчас? Пролетела, как фанера над Парижем". Выбора не было. прав тоже.

Летом. на день рожденья брата отец пошел за бухлом, а вернулся с матерью. Я была в шоке. но возникать было нельзя. Я просто спросила. зачем он ее привел, и получила в ответ сколько-то денег и фразу :"Иди, погуляй".

Да, мечтать о том, что все станет как у людей не приходилось. Ее попользовали и выкинули.

Потом она встретилась с черными риэлторами. оформили сделку. типа она меняет свою комнату на дом за 200 км, для подписи в нужных бумагах держали где-то, потом избили и отобрали документы. Так она стала БОМЖом.

Сначала жила в кладовке в бараке, собирала картон, бутылки, металл. Потом ее попросили оттуда, и она стала жить в брошенных сарайках, прибившись к другим БОМЖам.

Она приходила ко мне, когда он был на сменах. Я кидалась на соседей и обещала их убить, если они расскажут отцу. Либо они молчали, либо у него была капля совести, но за это мне ни разу не влетело.

Даже бабушка не знала об этом, ибо помогать она все-равно бы не стала. Она мылась и ела. и уходила. Потом сараи сгорели и они перебрались в заброшенный дом. Я была там. Жутко.

Близилась зима, и она каким-то чудом пробралась к одному делу-инвалиду, у которого была квартира.

Тогда я рассказала о ней бабушке, она передала теплые вещи. Все в тайне от отца.

Потом у нее стали отказывать ноги. Вырос живот. Документов не было, к врачам не обращалась. Говорила, что скоро умрет. А я не верила. Не могла верить. Наверное. я ее любила. Мне она была нужна хоть какая. Но даже себе я в этом не признавалась.

Ночью мне приснился сон, что она идет, в светлой дубленке, в пуховых белых варежках, красивая. Я пытаюсь ее догнать, но не могу.

Я понимала, что значит этот сон, но решила, что чем дольше я ничего не узнаю. тем лучше.

Я долго готовилась. А потом пошла к тому деду. Первое, что бросилось в глаза - отсутствие матраца на ее кровати.

-Где моя мама?

-Дык уж 9 дней, как померла.

Я побежала к бабушке, выяснилось,что она до сих пор в морге. Я выпила бутылку водки.

На опознание пошла бабушка. Мы собрали вещи и отнесли их морг. А потом ее закопали как собаку под табличкой, ибо забирать ее не стали, (мне было 17, недочеловек без прав).

Я была старшим ребенком, но с полом не повезло, поэтому родитель решили сделать себе сына. В общем, он родился, когда мне было 5 лет. В тот момент детство было закончено.

За 10 дней до его рождения умерла бабушка. Видимо. это стало стартовой точкой алкоголизма матери.

Когда я закончила детский сад мы переехали из областного центра в районный. Из трехкомнатной квартиры в двушку-хрущевку.

Был сделан ремонт, куплена видео-двойка и денди. И кассета "Незнайка на Луне".

Остальные деньги пропивались. Хотя, родители еще работали. Отец водителем в больнице, мать на заводе.

Я пошла в школу, брат в садик.

Отец нашел себе любовницу. И ушел к ней, бросив нас.

Тогда и началась жесть. С завода ее уволили и она пошла мыть полы в школу.
В той же школе училась я. Одежды у меня не было (бабушка покупала раз в год джинсы и кофту), друзей тоже, ибо с дочкой алко-уборщицы дружить не круто. Мне было очень стыдно.

Потом кто-то настучал, и к нам домой пришли добрые тети из опеки. Нас сдали в приют.

Бабушка забрала брата к себе, а на меня забили.

Приют - дело не вечное. через какое-то время оттуда возвращают домой.

А дома все по прежнему -вареные куриные лапы с тараканами на кухне, запах бомжатника.

И мужики, которые тянут ко мне лапы, а я убегаю в подъезд.

Ибо защищать меня - это лишнее.

Помните, шапки норковые? Так вот, стою в подъезде, на пролет выше, выбегает ее мужик, а за ним она:

-Шапку спиздил, суука.

Потом, на крещение (она всегда была полной) я проснулась от криков ребенка. Слышала голос соседки. Утром подумала, что все это мне приснилось, если б не кровавые полотенца в ванне.

Потом вернулся отец. И начался сбор документов на лишение родительских прав. Он работал 1/3. Я оставалась с ней одна. До одного случая.

Был день рождения бабушки. Отец отпросился, чтобы поздравить ее, и вот вроде пора мне домой. но не могу. предчувствие. Выпросила отца проводить. Стучим в дверь. А оттуда мужской голос:

-Кто там?

Отец:

-Ахуеть, а там кто? Слышь, у тебя есть 5 минут, потом тут будут менты.

Вызвали ментов через таксистов. Стоим у соседнего подъезда. Выходят трое. Молодых, лет по 20. Приезжает наряд. Заходим в квартиру, а там мамочка и ее подружка, у которой, кстати, муж участковым работал. Сидят в говно и полуголые.

Мамочка  надевает штаны на голову, милиционеры увозят обоих красавиц в вытрезвитель.

С тех пор мне позволили ночевать у бабушки, когда отец на смене.

Затем начались пропажи, то телевизор уйдет, то еще что. Работать она перестала, когда я была классе в 7. Все, что можно было обменивалось на самогон. Я падала в голодные обмороки в школе. Хранить еду в доме было невозможно, поэтому. когда зарплату все же давали. мы покупали батон хлеба. палку копченой колбасы и 2 литра колы.  Ночами нам с отцом снилась еда.

Когда мы пришли из суда обнаружилось отсутствие перегородки между комнатой и кухней и холодильника. В тот день она официально стала мне никем. На суд она не ходила. Когда мы зашли - выползла и кинулась на меня. За что получила двушкой колы в лоб от отца.

Потом меня отправили в санаторий, разменяли квартиру.

Так я стала жить с отцом, а брат по прежнему с бабушкой. Жить мы стали в бараке, а ребенку там жить нельзя. Я ребенком не была никогда. Мне все и всегда было можно.

Я поменяла школу, только в новой меня ненавидели еще больше. Теперь уже больше за то, что живу в бараке.