Khrestovsky

видео-версия: https://www.youtube.com/watch?v=o62jlt9ONVc&feature=yout...

Укороченная текстовая версия:

Когда слышишь о преследованиях, политических репрессиях, невольно в голову приходит мысль о 37 годе. Но что бы ответил Американец, услышав о непрекращающихся политических делах? Он бы с горечью ответил – это Маккартизм.

А началось все в 1917 году, когда в Европе происходили революции. США в стороне не осталась. Была такая группа особо агрессивных итальянских анархистов под управлением Луиджи Галлеани. Первое нападение произошло в 1919 году. По почте было разослано 36 бомб чиновникам и бизнесменам. 1 получил даже Дж. Д. Рокфеллер. Но акция террора провалилась, потому что бобы не взорвались. Тем не менее полиция схватила Луиджи Галлеани и депортировала. Высылка лидера не остановила галлеанистов, а наоборот, подтолкнула к новому теракту. План схема с почтой и бомбой осталась в силе, только географию распространения расширилась и к чиновникам с бизнесменами прибавились силовики. В итоге в 8 крупнейших городов: Вашингтон, Нью-Йорк, Бостон, Кливленд, Питтсбург, Филадельфия, Ньютон и Патерсон разослали бомбы. В этот раз они взорвались и пострадало несколько человек, например, родня генерального прокурора Палмера.

Так вот в 1919 году, решили расправиться с анархистами и выслать их из страны. Палмер порывом мести провел рейды, которые поймали подозрительных иммигрантов и предполагаемых анархистов. Уже к декабрю набрали 249 радикалов и отправили в советский союз одним рейсом. Пресса дала этому кораблю прозвище «Советский ковчег».

В 1933 году все разрушила великая депрессия. В стране возникают мафии, растет процент бандитизма. Выход нашел Франклин Рузвельт развернувший программу «Нового курса», которая раздавит идеалы либертарианства, но вытянет страну из задницы. Эта программа дала работягам:

1. минимальную зарплату в 12–15 долларов в неделю;

2. 8-часовой рабочий день.

Плюс запретила детский труд и дала право создавать и вступать в профсоюзы;

И все бы ничего, но благодаря этим законам в госдепартамент потянулись люди, симпатизирующие коммунистическим идеям, скрытые коммунисты и социалисты, которые и проведут Новый курс в жизнь.

Когда началась вторая мировая, СССР со стороны Американцев выглядел как союзник фашистов, что конечно не так, но тем не менее они решают предохраниться, поэтому вводят рекомендацию лояльности на государственной службе. Если вдруг вскрывалось, что сотрудник состоял в коммунистической или националистической партии, то он увольнялся. В 1941 году на коммунистов и попутчиков стали смотреть сквозь пальцы. 41 год вообще ставит с ног на голову представления о коммунистах. УВИ (управление военной информации) – главный агрегатор военных новостей в Штатах и пропагандистская машина по антифашизму в других странах, вдруг левеет. УВИ показывает восточный фронт и советских солдат, как героев не своей страны, а всего мира. А некоторые корреспонденты открыто восхищаются боевой славой красной армии. Странные наклонности замечает Нью-Йорк Тайм. В 1943 году газета подмечала, что высказываниям УВИ ближе к Москве, чем к Вашингтону. И в этом была часть правды, ведь где антифашизм, там левые активисты всех сортов. И кто знает, во что превратится организация, которая концертирует в себе левых.

Привычный стиль жизни американцев вернулся в 1945 году, когда отношение к коммунистам поставили обратно с головы на ноги и вчерашние герои мира стали гнусными захватчиками.

- Я считал, что русские наши друзья, что они отважные люди, которые разгромили огромные силы немцев. Мы слушали по радио много русских песен, и некоторые из них я до сих пор помню. У меня существовал героический образ русских, которые разгромили больше немцев, чем мы. Я помню, как постепенно ухудшались наши отношения. Первым этапом стал переворот в Чехословакии, когда коммунисты свергли демократическое правительство в 1948 г. После этого началась холодная война. Потребовалось несколько лет, чтобы я убедился, что русские наши враги. Это был беспокойный период истории, поскольку люди боялись, что начнется Третья мировая война. Угроза была нереальной, но мы реально боялись. В это время я был убежден, что русские опасные враги и Сталин — это монстр, который убил больше русских, чем это сделал Гитлер. - Рональд Франклин Инглхарт — американский социолог и политолог. Девять лет в 1945 году.

Неожиданно в 1945 вскрылось, что во многих государственных структурах сидят шпионы, информаторы или просто сочувствующие коммунизму люди, о которых знает ФБР. Неожиданно оказалось, что некоторые сотрудники, пришедшие благодаря «Новому курсу», оказались кротами. Неожиданно повсплывали агентурные сети СССР. Неожиданно УВИ оказалась прокоммунистической организацией со шпионами под боком. Неожиданно на полочках оказались запыленные дела многих шпионов. Неожиданно уже 2 года работала специальная секретная контрразведывательная программа по расшифровке донесений под названием «Венона», которая уже скопила некоторые списки агентов страны советов.

Дело Чемберса

Чемберс Уиткерс, бывший коммунист и разведчик НКВД, литератор и гражданин США, а по отзыву биографа Дэниэля Опенгеймера, человек, превративший для себя коммунизм в очередную религию. В 1939 году Чемберс узнает о пакте Молотова-Риббентропа и расценивает это как предательство идей коммунизма, поэтому решает сдать сеть в госдепартаменте, которую он курировал. Но во время политики нового курса Рузвельта часто можно было услышать, что президент левак, а новый курс – предательство идеалов Америки, поэтому представитель администрации государственного департамента очень скептически отнёсся к идее того, что целая ячейка шпионов может быть в белом доме. Поэтому списки агентов, кротов и прочие показания аккуратно кладутся на полочку до 1945 года.

Дело Элизабет Бентли.

Бывшая коммунистка с сомнительным прошлым. Недолго состояла в студенческой группе Universitario Fascista, но ее возлюбленный антифашист быстро разубедил. После чего Элизабет вступила в антифашистскую организацию. Когда она узнала, что большинство из антифа были членами Коммунистической партии Соединенных Штатов, то присоединилась к ним в 35 году. Хотя позже сама скажет, что коммунистическая литература нечитаемая и вообще «сухая как пыль». Ее привлекало чувство общности, она находила среди них друзей. В 1935 году Бентли получила работу в Итальянской информационной библиотеке в Нью-Йорке; это было пропагандистское бюро фашистской Италии в Соединенных Штатах. Элизабет рассказала об этой работе американским коммунистам, добавив, что готова шпионить за фашистами. И в 1938 году офицер НКВД Яков Голос, куратор компартии США, стал ее контактным лицом и контролером. Вскоре Бентли и Голос стали любовниками. Она думала, что шпионит ради Америки, но оказалось, что в пользу СССР. Но любовь ведь сильнее государств, поэтому дядя Сэм пока пусть потерпит это безобразие. Любовную идиллию прервала смерть Яков Голос в 1943 от инфаркта. У Бентли был выбор – прекратить ненавистную работу или возглавить ячейку разведчиков. И что вы думаете? Бентли стала куратором и связным КПСША.

В 1945 году Бентли завела роман с подозрительным человеком, он был либо сотрудником ФБР, либо советским контр-агентом, посланным шпионить за ней. Другой советский контакт посоветовал эмигрировать в СССР, но Бентли опасалась, что ее расстреляют. И любовь сильнее государств, ой, то есть и шкура своя дороже чем другая, поэтому Элизабет приходит в ФБР и сливает своих друзей-антифашистов. Она назовет приблизительно 150 агентов, кротов и информаторов, многие из которых работали в федеральном правительстве.

Комиссия ФБР не спешит, но и не откладывает дело, а решает проверить информацию Элизабет, параллельно предлагая пока стать двойным агентом. Чтобы в нужный момент уничтожить шпионов.

Дело «Амеразии»

«Амеразия» – небольшой журнал с менее чем двумя тысячами подписчиков, проникший и в армию, и в ВМФ, и в Управление стратегической разведки (УСР), и в Госдепартамент, и в Бюро военной информации, и в администрацию международных экономических связей.

«Амеразия» всплыла из-за наглости и тупости. В 1945 года Кеннет Уэллс, аналитик из Дальневосточного отдела Управления Стратегической Разведки, читая очередной номер «Амеразии», поразился совпадениями в статье о британо-американских отношениях на Сиаме с секретным докладом УСР, который он сам же и готовил. Сравнив два текста, Кэннет понял, что целые куски из «Амеразии» дословно повторяли абзацы из его доклада. Было очевидно, что автор статьи не только видел секретный документ, но и имел его на руках.

Немедленно началось расследование. Возле офиса «Амеразии» поставили агента для слежки, а ночью незаконно ворвались в редакцию, обнаружив заваленные кабинеты документами с подписью «не предназначено для прессы».

Чуть позже развернули операцию по слежке и сбору информации, в которой задействовали 75 агентов ФБР. В итоге выяснилось, что из-за «Амеразии» произошла утечка 1700 секретных документов разной степени. От сведений, касающихся «интимных» отношений Чан Кайши (Главная марионетка антикоммунистических США сил в Китае) и мадам Чан, до информации по атомной бомбе (самый большой секрет США на тот момент). И на каждом документе стоял почтовый штамп получателя в Госдепартаменте, что указывало на крота под боком администрации. В 1946 году было проведено закрытое дело и арестованы 6 сотрудников «Амеразии». Но закрыть журнал и посадить шпионов не получилось из-за того, что не было легальных доказательства передачи документов иностранному государству. Шпионская деятельность прекратилась, но преступники остались ненаказанными.

Офис разведки ФБР докладывает. Показания Бентли и Чемберса сходятся, а их показания частично подтверждаются Веноной, похоже, у не только госдепартамент пронизан шпионами, но и прочие государственные структуры. Необходимо организовать слежку за самыми крупными игроками.

В 1947 принимается «закон лояльности» Трумена, действовавший во всех государственных сферах. По факту указ принят, чтобы выкорчевать коммунистов и сочувствующих.

Предвестником Маккартизма считают Дело голливудской десятки, которое возникло из-за закона лояльности. Хоть сфера кино частная, киноассоциация все-таки запретила работникам иметь хоть какие-нибудь контакты с красными и решила проверить трудяг. Президент Киноассоциации выпустил пресс-релиз от имени глав крупнейших студий. В этом заявление говорилось: «Мы не будем сознательно нанимать коммуниста или члена какой-либо другой партии или группы, которая выступает за свержение правительства Соединенных Штатов [...]».

В октябре 1947 года Комитет по антиамериканской деятельности под названием HUAC начало публичное расследование. Киношников заставляли дать показания об коммунистах среди них. Спрашивалось: «Сейчас или когда-либо являлись ли Вы членом Коммунистической партии США?». Среди этих допрашиваемых появились первые, кто решил не сотрудничать, а сослаться на 5 и1 статью конституции.

Эти люди стали известны как «голливудская десятка». Они говорили о свободе слова, собраний и праве не свидетельствовать против себя. Но тут HUAC и голливудскую десятку посадили в тюрьму за неуважение к Конгрессу и оштрафовали на 1000 долларов. Двух из десяти приговорили к шести месяцам, остальных до года.

В будущем обвиняемые будут массово ссылаться на 5 поправку конституции, отказываясь сотрудничать. Хотя сама ссылка на эту статью уже считалась основанием для увольнения частникам и государственникам.

В 1948 году происходят постоянные публичные суды из-за закона лояльности. Но в большинстве случаев обвиняемые разваливают дела, из-за недостатка доказательств. Что-то похожее происходит и в Англии, но там был показательный случай. Кимм Флиби, которого обвинили в шпионаже, подал встречный иски о клевете и оправдал себя, но по итогу вскрылись неопровержимые доказательства его работы на НКВД. Масла в огнь подлил Чемберс, который выступил по национальному радио и рассказал похожий случай в Америке – про работу Элджера Хиса - чиновника среднего звена в государственном департаменте.

Хиссу такой расклад не понравился, и он подал иск о клевете. На публичное дело помимо Чемберса приглашали еще и Элизабет Бентли. Оба экскоммуниста, помимо данных о Хиссе, по ходу дела рассказывали и о попутных шпионах и информаторах: Георгий Сильвермастер, Миллер, Уайт, Дункана Ли и другие. Эти показания о глубоком проникновении шпионов для Джона Смита казались еще более немыслимыми и виделись просто авантюрой Чемберса. И Хисс, скорее всего выиграл бы дело, если бы не одна досада. Чиновник госдепа отрицал свой и распространение секретных документов. Но суд решил проверить его и отправил следователей на осмотр дома. Там ничего не нашли, зато нашли в огороде, а именно в тыкве! Да-да он прорезал тыкву и засунул туда секретные фотографии и копии документов. После такого уже никуда не деться и Хисс проиграл процесс и угодил за решетку по лжесвидетельствованию.

К началу 50-х в каждом леваке стали коммуниста, а значит, предателя родины, работающего на страну врага. Проведены публичные и закрытые суды над разведчиками. Вскрыты целые ячейки информаторов. Почти уничтожена осведомительная система в госдепартаменте. Можно сказать, США смогла побороть своего внутреннего врага. Но только сейчас появляется Сенатор Джозеф Маккарти. И как это обычно бывает, диктатура начала жрать сама себя, раскручивая маховик репрессий. Так, стоп, кто мне подложил этот текст, это же явно из другого фильма.

Ладно, будем объективны, когда появился Маккарти, угроза шпионажа СССР в государственных структурах была низкая, но все-таки была. В огромных количествах остались ненаказанным шпионы, которые ушли с гос. Постов по собственной воле, к тому же тяжелым грузом висело дело практически не наказанной «Амеразии».

- Деятельность Маккарти несколько лет имела успех, потому что многие американцы и я в том числе были напуганы быстрым распространением коммунизма. Я поначалу воспринял его всерьез, - Рональд Франклин Инглхарт — американский социолог и политолог, 14 лет во время появления Маккарти.

Путь Маккарти от обвинений до действий.

Причиной возникновения Маккартизма историки считают – реакцию на проигрыш в гражданской войне в Китае. Еще в начале 30-х США присутствовали в там, но в качестве наблюдателя. В 1945 году же Америка получила эксклюзивное право вливать туда капиталы, поэтому она пытается задушить коммунизм, вводя туда армию в размере 113 000 человек. Были там и агенты разведки на высоких постах, которые с переменным успехом узнавали точки перемещения армии Чан Кайши. Через год проамериканское правительство Китая с буржуазной партией и Мао Цзэдуна с коммунистической партией решили объединиться, а потом начать гражданскую войну заново, но в любом случае в 1949 году военное США почти исчезли. А в 1950 красные завоюют власть окончательно.

9 февраля 50 года, Маккарти выступает в Западной Вирджинии. Это было типичное слушание, и граждане ждали очередных «повысим урожаи»; «постараемся помочь фермерам»; «Скоро построим вам дома», но вместо этого Маккарти неожиданно заявил, что отечество в опасности и в госдепартаменте сидят коммунисты. Записи того выступления не осталось, поэтому до сих пор историки спорят в числе названных предателей толи 205 толи 57. Но дело не в числах, а в характере выступления:

“Обсуждая коммунистов в нашем правительстве, мы имеем дело не со шпионами, которые получают 30 сребреников за кражу чертежей нового оружия. Мы имеем дело с гораздо более зловещим видом деятельности, поскольку она позволяет врагу направлять и формировать нашу политику”. В другом выступлении эту борьбу он охарактеризует как религиозную войну —конфронтация атеистического коммунизма с христианской цивилизацией Запада. То есть это уже не война против шпионов и утечки информации, потому что немногочисленные агенты, работающие в госаппарате, сидят тихо и стараются не светиться. Это нападение на основные принципы свободомыслия, уничтожение первой поправки конституции США, которая некогда гарантировала свободу мнений. Теперь Америка не имела права на инакомыслие, превращая реальность в антиутопию.

В общем, проигрыш в Китае, преждевременное появление атомной бомбы в СССР, удачное закрепление советского влияния в восточной Европе, создавали подозрения, что что-то идет не плану у США. Первым реагирует законодательство, которое заставляет КПСША регистрироваться как "агентов иностранной державы" и сообщать о должностных лицах, членах, финансовой и организационной деятельности. Этот закон был сильным ударом, поэтому коммунисты частично уходят в подполье. Второй отреагировала пресса, заметив выступление Маккарти.

«Очень небольшое количество журналистов верило ему. Большинство ненавидело и боялось его как циничного лжеца, который был готов на любые опустошения для удовлетворения стремления к власти. Отнюдь не страх побуждал прессу служить средством его восхождения к власти. Скорее, это была внутренняя уязвимость – застывшая структура прессы – которую он [Маккарти] открыл и на которой играл. «Новости как они есть» – абсолютная заповедь большей части журналистики, которая стала смирительной рубашкой для уничтожения инициативы и независимости репортера», - Дуглас Кейтер «Четвертая ветвь власти»

Маккарти регулярно появлялся на CBS и других телеканалах. Он был популярен, потому что журналисты велись на шокирующие и громкие выступления. Давали, в основном, прямую речь Маккарти, как официальную позицию властей. Некоторые СМИ задавали вопросы, но они были пусты. Например, Сенатора постоянно спрашивали о меняющихся цифрах предателей. Якобы он называл то 205, то 57 коммунистов. На выступлении в Солт-Лейк-Сити назвал цифру 57, а на слушаньях в Сенате - 81. Гораздо умнее было бы спрашивать – действительно ли это шпионы или просто люди с коммунистическими взглядами, частично стать защитниками коммунизма «Пресса довольно робко и редко высказывалась против антикоммунистической чистки, устроенной Маккарти, и сотрудничала с правительством для сохранения многих материалов в тайне», - Дж. Бойлан «Декларации Независимости».

Сам Сенат, услышав заявления Маккарти, тоже немного охуел. Вот вроде только что увольняли, судили и вот тут вот те на те. Демократы вообще были в бешенстве, ведь обвинения лились от республиканца. Принимается решение провести публичное заседание под комиссией Тайдингса и выяснить, состоятельны ли обвинения Маккарти. Только беда в том, что комиссия, как и виновник торжества, была необъктивна. Если Маккарти видел коммунистов даже у себя под кроватью, то Комиссия Тайдингса наоборот закрывала глаза на некоторые случаи. При этом председатель комиссии даже заявлял, что разоблачит Маккарти, сделает так что за 3 дня слушаний он просто опозорится и вылетит из сената. Причины закрывать глаза были, потому что главный источник Маккарти - это «список Ли» - отчет, который составили еще в 1947 году при участии ФБР. И ладно бы данные были устаревшие, но наш охотник на ведьм преувеличивал факты из списка сам, заменяя фразы «симпатизирует коммунизму» на «коммунист».

Первый этап слушаний шел в так сказать, анонимной обстановке. Обвиняемые Маккарти были указаны в номерах. Такое комиссию не устраивало, и они попросили подготовить доклад по конкретным персонам. Так всплыли первые 9 имен: Дороти Кэньон, Эстер Брунауэр, Хельдор Хэнсон, Густаво Дюран, Оуэн Латтимор, Харлоу Шепли, Фредерик Шуман и Филипп Джессап. Только вот большинство из них уже не работали в Государственном департаменте, или никогда не работали, но действительно когда-то состояли в компартии или были замечены за похищением документов. То есть с точки зрения правосудия подлежали наказанию. Но комиссия Тайдингса-то не правосудия искала, а проверяла заявления Маккарти о глубоком проникновении в госдеп и ждала конкретных шпионов, работающих прямо сейчас, а не когда-то давно.

В этой предвзятой борьбе победил Тайдингс, отметив в заключительном отчете, что обвинения Маккарти беспочвенны, а система безопасности госдепартамента вполне эффективна.

В 52-м Маккарти не устанет обвинять Госдепартамент в укрывательстве «известных коммунистов». В этот раз предателем оказался самый антикоммунистический деятель - Министр обороны Джордж Кэтлетт Маршалл. Маршалл был начальником штаба армии во время Второй мировой войны и был весьма уважаемым среди народа. Именно ему принадлежит одноименный план Маршала, который позволили в короткий срок отчистить западную Европу от коммунистов. Обвинения Маккарти не то что сенат не мог принять, такое было не мыслимо в обществе вообще, что архитектор победы – предатель родины. Собственно, так и получилось, навет был пустой, а Маршлл чист.

В 1953 накал обвинений не спадает. Маккарти все так же видит предателей по всюду, даже президент Эйзенхауэр не соглашается с некоторыми выступлениями сенатора.

Но в любом случае В 53 комитет безопасности внутренних дел включился в Постоянный подкомитет Сената по расследованиям, что позволяло дополнять дела показаниями из ФБР. Плюс Теперь Маккарти мог инициировать расследования и быть главным в поиске коммунистов. Одно из его решений, когда он стал начальником – это назначение Джозефа Брауна Мэтью в качестве управляющего персоналом подкомитета. И, наверное, все было нормально, если бы не публикация Мэтью под названием «Красные и наши Церкви». И я уже не знаю может это постмодерн, шутка или троллинг, но статья начиналась так: «Самая крупная группа поддержки в коммунистов в аппарате управления США состоит из протестантских священнослужителей». От такого прикола припух не только ты, зритель, но и коллегия сенаторов. Они в уважительной форме попросили Маккарти убрать мнительного джентльмена с поста. Маккарти сначала отказался, но давление сената оказалось сильнее, и наш Республиканец пошел на поводу у ничего не понявших прикола группы.

В общем именно этот подкомитет сломал тысячи жизней в пересмешку со шпионами и агентами СССР. И ладно, если бы это была всего лишь государственная сфера, но ведь многие частные агентства малых и крупных компаний, смотря новости, тоже боялись проникновения коммунистов в свои ряды, поэтому запускали расследования лояльности.

Я все рассказываю о бюрократии, политических силах, но ведь люди это главное. Так вот, напомню, в 53-м году Маккарти стал управляющим подкомитета расследований с задействованной ФБР. И именно этот год считается пиком Маккартизма в это же время появились и частные «доски лояльности» и частные антикоммунистические следователи во многих компаниях, университетах, школах, в юриспруденции и во многих других областях. В киноиндустрии, например, из-за этого более 300 актеров и режиссеров лишились работы . Или вот: частная программа безопасности морских портов после начала войны в Корее требовала обзор каждого, работавшего на борту американского корабля, независимо от груза или назначения. Почти 3000 моряков и грузчиков уволили, а те даже не знали характер обвинения. На частных слушаниях не было адвоката, а допрашиваемый мог только сам себя защитить. Комиссии оглашали списки левых организаций, публикаций, митингов, благотворительных организаций и т.п., а также лиц, которые были известны или подозреваются как коммунисты. Составлялся черный список лояльности.

И благодаря этим черным спискам, самым простым способ потерять работу навсегда становится получение членства в книжном магазине Association. Просто магазин был левым и читал лекции по литературе. А кто знает, что тебе на этих лекциях в голову вобьют…

Но это инициативы, к которым формально Маккарти не имеет никакого отношения. Первой же жертвой подкомитета расследований, который он возглавлял, стал «Голос Америки», который сложно заподозрить в симпатиях коммунизму. Многих сотрудников публично допросил лично Маккарти. Несколько журналистов якобы находились под коммунистическим влиянием, но ни одно обвинение не было обосновано. Давление следствия видимо было настолько сильным, что один из его сотрудников покончил жизнь самоубийством.

А самым известным следствием эпохи Маккартизма стало дело Розенбергов. В 1949 году в СССР появилась атомная бомба. США это повергло в бешенство, так как они были уверены, что союз сделает свою бомбу только к году 55. Нужно было публично наказать предателей. Козлами отпущения стали супруги Юлиус и Этель Розенберги. В 1950 году их обвинили в атомном шпионаже, хотя тремя месяцами раньше более полную и компетентную информацию передал Советскому Союзу британский физик-атомщик Клаус Фукс.

Кстати, сам факт того, как ФБР вышли на Розенбергов уже должен был вызвать у суда США подозрения, потому что тот самый Клаус Фукс, физик-атомщик, работал с агентом разведки Гарри Голдом. Но Гарри Голда раскрыли, и он выдал Дэвида Грингласса, который первое время отважно молчал. Но тогда правосудие решило отправить в тюрьму его жену, оставив их детей сиротами. Тут Дэвид не смог молчать и сдал свою сестру Этель Розенберг.

Розенберги были убежденными показательными коммунистами и не шли ни на какое сотрудничество с следствием. Тогда в 50-м им пришили дело в атомном шпионаже и уже в 1951 году приговорили к смертной казне на электрическом стуле.

«Я не удивлен вынесенным вердиктом — правительству так нужен был кто-то, кто ответит за все его просчеты: и за гибель наших солдат в Корее, и за всеобщую нищету, вызванную избыточными оборонными расходами. Опять же, всем недовольным нужно было объяснить, что правительство теперь вправе их прикончить. Похоже, нам суждено стать первыми жертвами американского фашизма», — так говорил в своем последнем слове Юлиус Розенберг.

Розенбегри действительно были разведчиками. Только вот доказательств их причастности к атомному проекту – нет и не было.

Им предлагали выдать имена шпионов из Компартии США, в обмен на жизнь. Но толи Розенберги состояли в параллельной сети и ничего не знали о шпионах из КПСША, толи были людьми чести и принципа, в общем они отказались сотрудничать с ФБР.

В 1953 Розенбергов казнили на электрическом стуле.

Но это вписывалось в рамки того времени, хоть и шокировало общественность. Следующий же факт был скорее похож на действия нацистов или на события антиутопии.

Подкомитет обратился к зарубежной библиотечной программе Международного информационного агентства и решил убрать с полок неблагонадежные прокоммунистические материалы. Некоторые библиотеки дошли до того, что стали сжигать недавно запрещенные книги. (451 градус по фаренгейту)

Сотни людей было заключено в тюрьму, а около десяти или двенадцати тысяч потеряли работу. Во многих случаях достаточно было быть вызванным в суд Комиссией по расследованию коммунистической деятельности или одним из других комитетов, чтобы быть уволенным. Но для подавляющего большинства эти обвинения были ложными.

В 58 году, когда история маккартизма улеглась, а о красной угрозе подзабыли. Социологи решили подчитать, сколько же человек придерживается коммунистических взглядов, при этом не являясь коммунистами. Оказалось, один пяти сотрудников в США держался прокоммунистических взглядов. Фактически, Маккарти в 1950 году инициировал войну против собственного народа, ведь как только человек терял работу из-за следствия Лояльности, ему уже было трудно было найти другую работу.

«Закат» карьеры

-Маккарти сам себя дискредитировал, и ко времени, когда Сенат отклонил его резолюцию в 1955 г., я рассматривал этого политика как смехотворного фанатика. Он, очевидно, был психически нездоровым человеком, но поначалу большинство американцев, напуганных быстрым распространением коммунизма в 1945–1949 гг., были восприимчивы к демагогическим заявлениям Маккарти.

В марте 1954 газета Sauk-Prairie Star призвала читателей подписать петицию против Маккарти. Его сторонники в сенате отвернулись от него, критикуя за подрыв авторитета президента.

Появляется движение «Джо должен уйти», поддержаное разнообразными коалициями и другими республиканскими лидерами, демократами, бизнесменами, фермерами и студентами. В этом же году Фландэрс сравнил Маккарти с Гитлером, а чуть позже внес резолюцию, чтобы удалить Маккарти с поста председателя его подкомитета, чтобы остановить маховик репрессий.

Ему выдвинули аж 46 обвинений, но по факту доказали только 2: 1. «не смог сотрудничать с Подкомитетом по регламенту и управлению» и 2. «неоднократно оскорблял членов, которые пытались осуществить возложенные на них обязанности».

После осуждения, Маккарти работал сенатором еще 2 года, но его карьера была полностью разрушена. Коллеги в сенате избегали его; его речи были обращены к пустому залу. В прессе когда-то писали о каждом его публичном заявлении - сейчас же игнорировали. Его перестали приглашать на выступления и программы.

Но несмотря на то, что в 54 году Маккарти стремительно терял популярность, все же принимается закон Браунелла-Батлера, так же известный как закон о контроле над коммунистической деятельностью. Он лишал компартию США всех прав и привилегий, которыми пользовались другие партии и организации, поставив ее вне закона.

Краткая текстовая версия:

Я не буду рассказывать о 1 и 2 интернационале, а перейду сразу к коминтерну (3 интернационалу)

В январе 1918 года в Петрограде состоялось первое международное совещание. В нем участвовали большевики, «левые» эсеры, «левые» социал-демократы Англии, Норвегии, Швеции, США, интернационалисты Польши, Румынии, Чехословакии и Балканских стран.

В 1918 году в ряде стран Европы, Азии и Америки возникли коммунистические партии. А благодаря этим мировым партиям уже к началу 1919 года оформилось новое международное движение, разделявшее и поддерживавшее концепцию большевиков - коминтерн.

Главной целью Коминтерна становится установление диктатуры пролетариата в форме власти советов депутатов трудящихся.

Новость о создании 3 интернационала теперь взбударажила не только коммунистов, но социалистические и социал-демократические партии. Они начинают дробиться и присоединяться к национальным компартиям, а некоторые сразу прямой дорогой идут в Коминтерн самостоятельно.

Высшим органом Коминтерна стал конгресс. Он избирал руководящий орган Коминтерна — его Исполнительный Комитет, то есть ИККИ, в который входили представители значительных стран. Но ведущей остается русская партия.

Русские создали Коминтерн, они же его и финансировали. Опыта было не очень много, поэтому на первых порах возникали казусы

Примечательна история спонсирования Немецких коммунистов на первых порах через агента Якова Рейхе. В один вечер его срочно вызвал к себе Владимир Ильич Ленин и попросил, как опытного подпольщика и журналиста, поскорее отправиться в Германию составляя там работу Коминтерна. Инструкции Ленина были кратки. Вождь пролетариата отправил его в секретную кассу партии, в которой Рейхе должен был взять побольше денег. Заведующий этой секретной кассой, выдал 1 миллион рублей в валюте, а затем повел в специальное хранилище: «драгоценные камни, вынутые из оправы, лежали кучками на полках, кто-то явно пытался сортировать, и бросил. В ящике около входа полно колец. В других золотая оправа, из которой уже вынуты камни. Ганецкий обвел фонарем вокруг и, улыбаясь, говорит: «выбирайте!». Потом он объяснил, что это все драгоценности, отобранные ЧК у частных лиц, — по указанию Ленина, Дзержинский их сдал сюда на секретные нужды партии… Мне было очень неловко отбирать: как производить оценку? Ведь я в камнях ничего не понимаю. «А я, думается, понимаю больше? — ответил Ганецкий. — Сюда попадают только те, кому Ильич доверяет. Отбирайте на глаз, — сколько считаете нужным. Ильич написал, чтобы Вы взяли побольше» ...Я стал накладывать, — и Ганецкий все приговаривал: берите побольше, — и советовал в Германии продавать не сразу, а по мере потребности. И действительно, я продавал их потом в течение ряда лет... Никакой расписки на камни у меня не спрашивали, — на валюту, конечно, расписку я выдал ...».

Его деньги шли на подкуп чиновников, аренду транспорта, самолетов, приобретение конспиративных квартир, закупку и переправку в Москву новинок литературы, секретарш, владеющих немецким языком, и даже на «всякие вкусные вещи», как писал сам Рейх.

Хотя его основная цель в Германии была пропаганда с помощью печатной прессы. Пропагандистские материалы, издававшиеся Рейхом стоили недорого, но дотации на них обходились бюджетной комиссии Коминтерна в копеечку. В 1921 году на них было потрачено 10 млн. марок. Кроме издательской работы, деньги использовались для создания оперативной связи между Германией и Москвой.

А как можно транспортировать деньги, если молодая республика находится в официальной блокаде? Деньги перевозились или «чемоданным способом», что крайне небезопасно или валюта переводились типа дипломатам, которыми были агенты. Но это было очень опасно для конспирации. После окончания гражданской войны в России от такого метода отказались.

Хоть в получении финансов был четкий порядок: компартия предоставляла смету с аргументацией и доказательствами, для чего точно нужны деньги и сколько. Затем данные проверялись экспертами и отправлялись в Коминтерн. Там и определялись размеры нужных дотаций, составлялась общая смета, которая передавалась в русский ЦК. Но финансы тратились все равно хаотично.

Одна из подопечных Якова Рейхе в Германии рассказывала: «Деньги хранились, как правило, на квартире товарища Томаса (это кодовое имя Рейхе). Они лежали в чемоданах, сумках, шкафах, иногда в Толстых папках на книжных полках или за книгами. Передача денег производилась на наших квартирках поздно вечером, в нескольких картонных коробках весом по 10— 15 кг каждая, мне нередко приходилось убирать с дороги пакеты денег, мешавшие проходу».

По итогу  в Германию была послана резолюция, чтобы представители немецкой компартии провели комиссию по утечке крупных сумм.

Результатом стал следующий доклад: «Получение 8 млн. марок первоначально отрицалось Томасом. Когда же оно было доказано документально, то через некоторое время Томас заявил, что нашел их заделанными в стуле или столе. Комиссия не допускает возможности, чтобы факт наличия столь крупной суммы — около 200000 золотых рублей — совершенно исчез из памяти Томаса и не был восстановлен им даже в момент острой нужды…комиссия затрудняется найти для этого инцидента правдоподобное и заслуживающее доверия объяснение».

Но история с Рейхом после этого не закончилась, он все так же занимался «Издательским делом» в Германии. Но в целом после 1922 года финансовая обстановка с приходом на пост секретаря ИККИ Осипа Пятницкого, становится более упорядоченной. К тому же помимо Франкфуртского фонда появляются банковский счет под названием «Восьмая база физкультурников из Спортинтерна» и валютный фонд «Международной организации помощи революционерам». Еще для передачи денег начали использовать липовые фирмы, которыми пользовались сверхсекретные ОМС, о которых я расскажу чуть позже.

На первом конгрессе Зиновьев, представитель русской делегации из ИККИ, открыто говорил, «что, пожалуй, мы увлеклись, что не год, а два или три года потребуется, чтобы вся Европа стала советской». «Годом раньше или годом позже мы будем иметь международную Советскую республику».

Во многих странах Европы начались спонтанные выступления рабочего класса. Так, в 1918 г. по многим городам Австро-Венгрии и Германии прокатилась волна митингов, демонстраций и забастовок в поддержку позиции советской делегации на переговорах в Бресте. Но Европа смогла удержать ситуацию под контролем.

Революционная ситуация, особенно в Германии и Австро-Венгрии, была налицо, но стачки, уличные беспорядки, эксцессы в солдатской массе не превращались в восстание.

В конце 1918 — начале 1919 года у коммунистов обостряется ощущение, что мировая революция вот-вот свершится из-за антивоенных выступлений. Ленин писал «всемирная революция неизбежна», «наступает последний и решительный бой».

Неизбежность всемирного советского государства подкреплялась событиями тех лет: Владайское восстание солдат в Болгарии и провозглашения там крестьянской республики в сентябре 1918 г.; ноябрьская революция 1918 г. в Германии; провозглашение Советской республики в Венгрии в марте 1919 г.

Все это породило у коммунистов России надежду на быстрый и решительный прорыв в Европу, прежде всего через Польшу.

В начале 1919 года Минск стал центром концентрации польских коммунистов.

В Польшу нелегально отправляется группа командного состава дивизии.

Той же весной 1919 года нарастает революционная волна в Германии. Еще в начале 1919 года в Берлине происходили баррикадные бои между коммунистами «спартаковцами» и правительственными войсками.

Через несколько месяцев снова вспыхивают кровопролитные бои между правительственными войсками и «спартаковцами», в ходе которых использовались артиллерия, танки и авиация.

24 марта 1919 года провозглашается Советская республика в Венгрии, а спустя две недели то же самое происходит в Баварии.

Практически одновременно с этими событиями Красная армия выходит на рубеж реки Збруч. По согласованию с Лениным, главком РККА направил директиву командованию Украинского фронта о прорыве в Европу.

Тем же временем в Венгрии началось ускоренное формирование интернациональных частей, в которые вступили свыше 10 тысяч иностранцев. Уже в июне 1919 года венгерская Красная армия cумела захватить часть территории Чехословакии, где была провозглашена Словацкая Советская республика и начато формирование словацкой Красной армии.

«Теперь III Интернационал имеет своей главной базой три советских республики: Россию, Венгрию и Баварию. Старая Европа бешеными темпами мчится навстречу пролетарской революции... Ибо через год вся Европа будет коммунистической. Борьба за коммунизм перенесется уже в Америку, а может быть, и в Азию, и в другие части света», - заявлял Зиновьев.

Кстати спойлер, коммунисты проиграли. Правительство Польши при помощи Франции и Великобритании быстро подавило наступление. Оно перебросило в Восточную Галицию дополнительные силы, которые быстро разгромили 20-тысячную армию созданной здесь Западно-Украинской республики и преградили путь 1-й Украинской советской армии.

Не дождавшись помощи, были задушены одна за другой Баварская, Словацкая и Венгерская советские республики. А в апреле 1919 года польская армия заняла почти всю территорию Белоруссию и часть Украины.

В 1920 году весь мир трясет и даже самая могущественная страна тех лет, Великобритания, устами Премьер министра Ллойд-Джорджа заявляет: «Наибольшую опасность современного положения, я усматриваю в возможности союза Германии с Россией. ...Если в Германии власть будет захвачена «спартаковцами», она наверняка соединит свою судьбу с большевистской Россией. Если это произойдет, то вся Восточная Европа будет вовлечена в большевистскую революцию и через год перед нами будет под командой немецких генералов и инструкторов многомиллионная Красная армия, оснащенная немецкими пушками и пулеметами, готовая к нападению на Западную Европу».

Тем временем в России Красные уверенно вытесняют белых, а интервенты постепенно уходят с наших территорий. Коминтерн в деле мировой революции делает ставку на классовую борьбу в Польше.

Но Ляхи заключают договор о совместных действиях против Советской России с Украинской директорией.

25 апреля польские войска вместе с армией Петлюры вторглись на территорию Советской Украины, но проиграли. В ответ красные полностью освободили Белоруссию и Украину.

Через 3 месяца красная армия вышла к Варшаве. Одному Кавалерийский корпусу даже получилось прорвался в Германию. Коминтерн начал отправлять в Варшаву и Львов Польских коммунистов из России. Создавались советы, ревкомы, отряды народной милиции. Сразу же после захвата Белостока, в нем был образован Временный Ревком Польши. Спустя две недели началось формирование 1-й польской Красной армии. При штабе армии были созданы курсы польских краскомов, а в Минске — курсы польских советских и партийных работников. - Казалось, что соединение пролетариата России, Польши и Германии вот-вот свершится.

Спойлер: из Франции были переброшены 70 тысяч польских легионеров, поставлена парочка тысяч тонн старого оружия и прикомандированы военные инструкторы.

К тому же сами Поляки очень холодно отнеслись к идее Польской республики в составе РСФСР.

Все попытки подтолкнуть революцию и удержаться - провалились. Вырабатывается новая стратегия на ближайшие 2 года: укрепления национальных компартий всего мира и ослабление социал-демократического движения.

В 1923 году в Германии появляется самая крупная и мощная компартия в Европе – КПГ, а правительство испытывает политический кризис. В августе 1923 года в Москву приезжает делегация КПГ для ведения переговоров с ИККИ. В последствии Коминтерн создает комиссию по помощи Немецким коммунистам по совершению революции.

Советы выделили из бюджета 300 миллионов золотых рублей, на нелегальную работу в Германию выехали авторитетные политические руководители и выпускники спецфакультета Военной академии РККА. Закладываются базы с оружием, и инструктируются боевые отряды КПГ.

По приказу Троцкого Красная Армия выдвинулась к западным границам СССР, для того чтобы вскоре прийти на помощь германскому пролетариату, а при успешном наступлении далее в Италию.

21 сентября 1923 года Коминтерн, РКП(б) и КПГ приняли план подготовки вооруженного восстания. Оно должно было начаться в Саксонии силами вооруженных рабочих, которые, опираясь на власть рабочего правительства этой провинции, поднимут волну вооруженного восстания в Германии.

21 сентября на экстренном заседании Коминтерна компартий Германии, Франции и Чехословакии руководитель КПГ Бландлер заверил, «что захват власти, мы, все ответственные руководители партии, считаем нетрудной и вполне выполнимой задачей».

План предусматривал проведение праздничной демонстрации, посвященной очередной годовщине Октябрьской революции в России. А попытки правительства помешать этому должны были вызвать общее восстание рабочего класса Германии.

20 октября 1923 года КПГ объявляет всеобщую политическую стачку. В Саксонии она началась в намеченный срок. Однако воинские части армии немедленно разогнали рабочее правительство. Восставшие, лишившись руководства, были вскоре разгромлены. Социал-демократы, участвовавшие в рабочем правительстве, это выступление трудящихся не поддержали.

Революционные выступления намечались на утро 23 октября 1923 года. Но утром рейсхканцлер ввел в стране осадное положение. Власть перешла в руки военного министра, который немедленно заявил об отмене основных гражданских прав и свобод, о запрете любых политических манифестаций.

Руководство Коминтерна просидело всю ночь, ожидая сообщений о начале революции в Германии. И лишь в самый последний момент, убедившись в недостаточной поддержке со стороны рабочего класса, дало указание остановить революционные выступления. Но в Гамбурге, несмотря на запрет, восстание началось. Оно продержалось 60 часов и было потоплено в крови.

Позже выяснилось, что большинство рабочих Германии ориентировалась на социал-демократическую партию, которая не поддержала коммунистов, что и стало одним из факторов провала.

Из-за вооруженного восстания Германия запретила КПГ и загнало их в глубокое подполье.

Болгария, 1923 год

Одновременно с событиями в Германии была попытка вооруженного восстания против фашистской диктатуры в Болгарии.

Восстание охватило ряд областей Болгарии. С особой силой и наибольшим успехом оно происходило в северо-западной области. Но революция снова не удалась, из-за слабой поддержки крестьянства. Болгарские коммунисты как-то забыли о необходимости создания единого фронта с крестьянской партией.

Эстония, 1924 год

В конце лета 1924 года компартия Эстонии, Латвии и Литвы опубликовали совместное воззвание «К трудящимся Эстонии, Латвии и Литвы». В нем они предупреждали рабочих и крестьян Прибалтики, что буржуазия собирается установить кровавый фашистский режим, и с этой целью организует свои ударные отряды.

Восстание началось в 5.15 утра. Выступили около 300 бойцов боевых дружин.

В соответствии с планом были взорваны железнодорожные мосты.

Часть бойцов, собравшейся на улице Рахвакохту, напала на часовых, которые охраняли замок на Вышгороде, и обезоружила их. После захвата караульного помещения весь замок перешел в руки восставших. Остальные бойцы атаковали резиденцию Государственного старейшины. Сняв часовых, они ворвались в здание. Старейшина Ф. Акель бежал из комнаты в комнату, запирая за собой двери, а его адъютант выпрыгнул из окна, предоставив главу государства собственной судьбе.

Другая боевая дружина заняла 2-й полицейский участок, захватив там 11 винтовок. Отсюда она предприняла атаку на аэродром. Проникнув в казармы, дружинники сняли охрану и захватили оружие. В руки повстанцев попали 3 самолета, 4 автомашины, несколько мотоциклов и пулеметов, 100 винтовок. Затем был поднят гарнизон, которому сообщили, что в городе рабочие подняли восстание. Солдаты почти полностью присоединились к восставшим. Им выдали оружие. Избранный солдатами комитет принял командование дивизионом, тут же была организована охрана аэродрома.

Успешно справилась со своей задачей и боевая группа, действовавшая в районе вокзальной площади. Она заняла полицейский участок и Балтийский вокзал. В полицейском участке восставшие захватили оружие и боеприпасы. Движение поездов было остановлено.

В автотанковом дивизионе, где имелась своя партийная группа, удалось захватить 12 боевых машин. Лидер отряда на танке отправился к находившимся по соседству казармам батальона связи, чтобы помочь захватить их.

Однако среди повстанцев оказались предатели, которые сумели предупредить врага за несколько минут до прибытия боевой группы. В результате противник перехватил инициативу и вытеснил повстанцев из автотанкового дивизиона.

Опасаясь присоединения солдат к восставшим, власти не осмелились вывести ни одной регулярной воинской части. Для подавления коммунистов были спешно сформированы специальные отряды из офицеров, кадетов военного училища, учебного батальона и полицейского резерва.

Уже через шесть часов после начала восстания повстанцы оставили свои последние позиции и отступили.

После подавления восстания в Эстонии начался белый террор, из-за которого коммунистов погибло больше, чем в ходе самого восстания.

И в этот раз рабочие коммунистов не поддержали, из-за чего оно продлилось только один день.

Еще Осенью 1924 года руководителем СССР становится Сталин. Идея мировой революции немного остывает из-за стабилизации капиталистических стран и поражения ряда революций в Европе и Китае. Делается ставка на построение социализма в отдельной стране, а мировая революция теперь не ограничивается рамками в несколько лет, а растягивается на долгий срок.

После череды неудач Коминтерн заметил закономерность: социал-демократические партии начинают применять фашистские методы или просто фашизируются. Эта теория в полной мере смогла подтвердиться только после начала 2 мировой войны. Например, французские социалисты в городе Више согласилась на коллаборационизм и фашизацию, лишь бы остаться у руля правительства. В Дании после оккупации местные социал-демократы некоторое время возглавляли марионеточное правительство. Значительное количество норвежских, финских и прочих социал-демократов целыми группами, перешло во второй половине 30-х годов на позиции фашизма. Можно даже вспомнить из кого состояли первичные организации фашистской партии в Италии – сплошь социалисты и синдикалисты. А Бенито Муссолини был не просто социал-демократом, а возглавлял левое крыло Социалистической партии. Социал-демократические партии, идущие на соглашательство с капиталом, привлекали больше рабочих. Такой расклад красных не устраивал, поэтому после пятого конгресса Коминтерна 1924 года ИККИ был поручен контроль за деятельностью национальных компартий, с правом корректировки и даже отмены решений их руководящих органов.

На этом же конгрессе был выдвинут лозунг «О большевизации компартий». Конгресс установил, что компартии должны стать массовыми и поддерживать самую тесную связь с рабочими, своевременно менять тактику, приспосабливаясь к обстановке и местным условиям. Они должны быть централизованными, монолитными, не допускать фракционной борьбы, настойчиво вести организационную и пропагандистскую работу. Проводится работа по подготовке профессиональных подпольщиков и специальных военных инструкторов.

«Большевизация» компартий предусматривала перестройку компартий на основе производственных ячеек. Все это требовало коренной реорганизации.

Для большинства партий этот принцип был новым. Ведь все зарубежные компартии вышли из социал-демократической среды и переняли их структуру, при которой низовые организации создавались по месту жительства ее членов.

«Большевизация» была необходима, так как во многих из них социал-демократические традиции были очень сильны. Разумеется, далеко не все одобряли или принимали такое решение. При проведении в жизнь постановления конгресса о «большевизации» компартий и их «укреплению», пришлось заменить руководителей более чем в 50 национальных компартиях, то есть, почти во всех.

С марта 1931 года кремлевское руководство стало умерять революционный пыл зарубежных коммунистов, дабы не срывать только что появившиеся дипломатические отношения. Начала полномасштабно претворяться в жизнь теория «социализма в одной стране», ставящая превыше всего государственные интересы СССР. При этом концепция революции во всем мире сохраняется.

Мир менялся. СССР стал теперь стал часть этого мира. Но есть одно малое противоречие – это коминтерн, который открыто говорил о революции во всем мире. Поэтому 12-м пленуме ИККИ 1932 года. Осип Пятницкий, секретарь ИККИ, подготовил доклад о необходимости компартий к переходу на нелегальное положение.

Он предупредил, что уходить в подполье преждевременно не следует. Наоборот, всем компартиям надо всеми силами и средствами бороться за легальное существование и организовать массовый отпор попыткам разгрома революционных организаций.

Однако готовить компартии к переходу в подполье необходимо заблаговременно. Это позволит значительно снизить потери кадров.

Пятницкий настаивал на том, чтобы опыт нелегальной работы компартий Германии, Италии, Болгарии, Польши, Японии и Китая собирался, анализировался и использовался во всех национальных компартиях. Коммунисты должны знать, как им избежать ареста, и как им держаться на допросах, если их все же арестуют.

Так вот, подполье. Эта мысль оказалась правильной и своевременной, так как через год в Германии к власти придут нацисты.

В ночь на 28 февраля 1933 года по всей Германии были арестованы более десяти тысяч коммунистов. А 3 марта Гитлер запретил КПГ. Ее лидер Эрнст Тельман был арестован и позже погиб в концлагере.

Несмотря на это, на выборах в Рейхстаг компартия получила почти 5 млн. голосов. Но уже 9 марта фашисты арестовали 81 депутата-коммуниста, объявив их мандаты недействительными. Через 3 месяца будут запрещены все политические партии Германии, кроме национал-социалистической.

В феврале 1933 года после поджога здания рейхстага, в Берлине был арестован секретарь Среднеевропейского Бюро ИККИ Димитров с болгарскими коммунистами. Им предъявили обвинение в этом поджоге. Нацистское руководство Германии, пытаясь опорочить компартию в глазах мировой общественности, решило устроить над ними публичный процесс в Лейпциге.

Сталина такой расклад не устраивал, поэтому он поручил подготовить для Димитрова текст его выступления на публичном суде в Лейпциге. ИККИ по нелегальным каналам организовало передачу этого текста Димитрову прямо в тюремную камеру.

Но мы убежали немного вперед. На публичном суде Димитров произнес типа «свою» речь. Она привлекла всеобщее внимание и нацисты проиграли процесс. Димитрова и болгарских товарищей суд оправдал, а нацисты срочно выдворили из Германии. Самолетом их отправили в Москву.

В 1939 году подписывается пакт Молотова-Риббентропа из-за отказа создания союзнических сил Франции и Англии с СССР. Казалось бы, Коминтерн должен был отойти от линии антифашизма, но нет. 3 интернационал все так же продолжает придерживается основной линии – борьба с капитализмом, провозглашение советских республик, борьба с фашизмом. К примеру, во Франции до июня 1941 года местные коммунисты намерены захватить власть в Виши. В Китае в этот же период Коминтерн борется с милитаристской Японией.

В странах, находившихся вне оккупации коммунисты получают указания поддерживать существующие правительства. В тех странах, где сохранялась политика нейтралитета, коммунисты должны были вдохновлять правительства и народ на проведение антифашистской борьбы. В странах, находящихся под оккупацией держав оси, коммунисты боролись за создание правительств, основанных на широком национальном сопротивлении и антифашистской борьбе по всем фронтам.

И прежде чем закончить, следует рассказать о Отделе международных связей (ОМС)

ОМС – это отдел конспирации, кровеносная система в организме революционного движения. Она связывала агентов и компартии с Москвой. ОМС имел разветвленную систему прямых связей с руководством национальных компартий всего мира. Ну и по своей функции это считай отдел разведки, поэтому ГПУ, а чуть позже с ОГПУ, через ОМС предупреждало гостей Коминтерна о тех опасностях, которые ожидали их на родине, об обысках и арестах на границе, о готовящихся преследованиях полиции.

В 1920 годы через этот отдел отправлял в Москву и обратно делегатов конгрессов и пленумов ИККИ, деньги, пропагандистскую литературу и различные грузы, в том числе и оружие. Этим занималась специальная курьерская служба.

Такая служба была опасна и трудна и на первый взгляд, как будто не видна. Да и делегатом было непросто добраться до конгресса, пленума или совещания. Поэтому чуть позже появились пункты связи, которые образовывали местные компартии. Ну а через эти пункты уже отправляли коммунистов, агентов, грузы, иногда деньги.

Пункт связи занимался так же внедрением своей агентуры — нелегальных представителей ИККИ и инструкторов для работы в национальных компартиях под «крышей» торговых представителей различных фирм.

Агент ОМС имел право судить о целесообразности новых расходов компартий. Если, например, компартия желает открыть новую газету, то требуется консультация с агентом ОМС. После агент уже решает, предлагать этот проект Москве или нет. Мелкие вопросы агенты решали сами.

По началу один из популярных способов пересылки денег и инструкций из Москвы за рубеж — дипломатическая почта, не подлежащая досмотру, которую, как я говорил ранее, позже запретили. Из Москвы получали пакеты с правительственной печатью, пачки денег, а также секретные инструкции по их распределению. Агент лично передает эти деньги представителям компартий, с которыми имеет контакт, ну я надеюсь история Якова Рейхе у вас еще не выветрилась из головы.

Так же некоторые агенты занимались производственным шпионажем, так как СССР находился в информационной изоляции. Например, во Франции агентам Стучевского удалось выкрасть чертежи нового самолета, которые они затем вернули на место, сняв с них копию. После обнаружения кражи был арестован всего один член организации.

Для сбора информации Стучевский размещал своих агентов в некоторых портовых городах. В Нант он направил рабочего из Парижа, снабдив его необходимой суммой для открытия рыбного магазина. Над входом в новую лавку красовалась вывеска «Прямые поставки». Для закупки рыбы работяга разъезжал по портовым городам Северного моря. Возвращался он оттуда с новыми сведениями.

В конце 20-х годов во Франции и Германии, началось движение «рабкоров». Советским разведчикам пришло в голову использовать сеть «рабочих корреспондентов». Официально рабкоры писали в газеты о социальных битвах во Франции и оказывали помощь в разоблачении подготовки войны против СССР. Но главной задачей стало выявление информации, имевшей научно-техническое и военное значение для СССР. Такой же орган появился в конце 30-х в США и Великобритании при поддержке местных компартии.

В Англии агенты вербовались аж в университетах Оксфорда и Кембриджа. Английский агент Робинсон добывал исключительно ценную информацию, в том числе по авиационной технике и электронному оборудованию западных стран. Его материалы отвечали острейшим потребностям оборонной промышленности СССР и экономили миллионы рублей для СССР.

При ОМС было и паспортное бюро, ну как бюро, отдел по фальшивкам, чтобы отправлять коммунистов, делегатов и агентов. Оно добывало подлинные документы где только возможно, и слегка подгоняло их меняя фотографии и некоторые данные. Условия жизни в дореволюционной России дали исключительную практику в этом искусстве. Всего было 3 метода подделки:

Первый метод. Паспорт приобретался легальным путем в зарубежной стране, но давались фальшивые данные. Например, швейцарец делает заявку на получение паспорта. Когда его просят прийти за паспортом и принести свою фотокарточку, приходит другое лицо, которое приносит фотографию человека, на которого выписывается паспорт. Такой паспорт передавался Коминтерну, который выдавала его нужному работнику. Если же швейцарец уже имеет паспорт, он заявляет, что потерял его и делает документ о выдаче ему нового документа. Однако систематические потери документов насторожили Швейцарию, которая дала указание местным организациям паспорта не продлевать.

Второй метод. Иностранный коммунист, проживающий в СССР, передает свой паспорт в ОМС Коминтерна, где он подправляется под определенное лицо таким образом, чтобы он полностью соответствовал человеку, которому он предназначается. Но такой документ часто причинял массу неприятностей.

Третий метод был самым распространенным. Компартия Швейцарии с 1926 года имела прямой контакт с паспортной службой в городе Вале через подкупленного чиновника, который предоставлял ИККИ паспорта и другие официальные документы. Этот чиновник работал на Коминтерн вплоть до роспуска самого Коминтерна.

Закрытие Коминтерна

В 1943 году президиум ИККИ предложил распустить Коминтерн. Его тезисы были следующие: 1) рост и политическая зрелость коммунистических партий и их руководящих кадров в отдельных странах; 2) противоречие между положением Коминтерна как единого руководящего центра и разнообразием ситуаций в различных странах; 3) каждая коммунистическая партия могла лучше осуществлять борьбу с Гитлером изнутри, учитывая специфику каждой страны.

Казалось бы, коминтерн исчез, но финансирование компартий и разведслужба никуда не делись. Спонсирование коммунистов мира продлилось аж до 1991 года. А подавляющее большинство людей, пришедших к власти в восточном блоке после второй мировой войны, стали бывшие руководители, работники и воспитанники Коминтерна.

Укороченная текстовая версия:

Представьте, на улице полная разруха. Вашу страну только что постиг дефолт, закон государства больше не закон. На полках магазинов исчезают товары, а вас уволили с работы и тут в голову приходит гениальная мысль – поскрести по сусекам, образовав небольшой капитальчик, и ринуться в ближайшую республику или регион для закупки всякого барахла, чтоб потом продать его у себя на малой родине ради навара.

Знакомая картина челнока из девяностых? Наверное, да! Но описывал я не барыг конца 20 века, а их предшественников 1917 года, мешочников.

Сначала проясним,из-за чего появляется мешочничество. Оно рождается из-за конфликта покупателя и продавца. Государство требует крестьянина продавать зерно по закрепленной, заниженной цене, а вокруг полно простых людей, которые готовы купить зерно по оптимальной цене рынка. Я думаю, не стоит объяснять, кому продавец сплавит товар в таких условиях. Действия государства называются «Хлебной монополией», крестьяне – продавцы, а вольные скупщики – мешочники. А откуда появилась такая идея тотальной закупки государством хлеба? Во франции.

Зарубежный опыт

На Стыке 18-19 веков французы объявили крестьян «простыми держателями хлеба». Все «излишки» продавались по низким «максимальным» ценам городам. Один из декретов тех лет провозглашал: «Скупка есть тягчайшее преступление... скупщики будут наказаны смертью. Товары их конфискованы».

Наряду с историческими образцами большую роль в принятии программы хлебной монополии в Советской России сыграл и образец Германии тех лет.

На территории оккупированной Украины в 1918 году немцы проводили реквизицию (скупку товара по твердой цене государства). К каким только средствам они ни прибегали: например, специально обученные собаки отыскивали спрятанный хлеб. Но немцев постигла неудача: вместо 49 млн пудов хлеба в Германию было отправлено лишь 3 млн.

Февральская революция

Корнем русской спекуляции можно назвать период временного правительства. В Российской Империи тоже были мешочники, но всероссийский масштаб начинается с указанного периода.

Начало Весны 1917

Временному правительству в наследство остался закон о «Хлебной монополии» и разоренная первой мировой войной страна. В начале весны 1917 твердые цены быстро распространились на обувь, ткани и прочие фабричные изделия. И даже несмотря на то, что с принятием закона некоторые губернии сразу же отказались его исполнять - это было только начало катастрофы.

Конец весны 1917 года

Впервые о мешочниках как о опасной тенденции заговорили в мае, когда запретили выпечку и продажу белого хлеба, булок и печенья в целях экономии масла и сахара. Тогда из Поволжья в крупные города потянулись эти товары. Председатель нижегородской комиссии по передвижению войск Матрони сообщал: «…пассажиры, у которых обнаруживали до 200 килограмм белого хлеба и баранок, в свое оправдание заявляли, что «они везут ... для себя».

Лето 1917 года.

Инфляция набирает обороты! Самой устойчивой валютой стал хлеб, значит, требовалось срочно ехать в хлебные губернии или посылать туда ходоков. Так появляются спекулянты - основные мешочники, перевозившие хлеб для перепродажи. Ситуация настолько катастрофична, что даже журнал «Продовольствие» писал: «Надеяться нечего, пусть каждый сам себя спасает и делает, что хочет».

Впоследствии появилилось 2 группы мешочников: потребители и спекулянты. Потребители покупали для себя, боясь слухов о голоде и лишь малую часть сбывали. Спекулянты же целенаправленно занимались перекупом.

Начало Осени 1917

Осенью правительство не может рассчитаться со сдатчиками зерна, так как нет денег. В отдельных местностях в ожидании расплаты за сданные государству продукты, крестьяне по нескольку дней проводят рядом со ссыпными пунктами, устраивая там лагеря. Не дождавшись денег, уезжали с хлебом обратно и гнали из него самогон.

Обостряются транспортные проблемы. Треть паровозов неисправна. Возникает анархия на железных дорогах. Нет координация разных ведомств.

В итоге в городах появляются первые «хвосты», т. е. очереди за хлебом, сахаром, чаем, табаком Люди ежедневно стоят по 3 часа в очереди. Среди стоявших расходятся слухи об огромных количествах припрятанных товаров, дружном объединении всех торговцев с целью обобрать народ.

Из-за массовых очередей возникает «хвостовая контрреволюция». Характеризуя ее, современник писал: «На порядочном расстоянии от „хвоста” был слышен шум и крик, издали можно было подумать, что происходит перебранка с потасовкой. На самом же деле шел политический разговор». Сообщали, что завсегдатаи «хвостов» были «возбуждены агитацией неизвестных лиц» и для усмирения приходилось привлекать отряды милиции.

Слух о голоде растет из-за новой полукилограммовой дневной норме хлеба. В Итоге «Хвосты» приходят к идеи самоличной закупки, то есть мешочничеству.

Середина осени 1917

К середине осени появляется уже несколько видов мешочников: спекулянты и потребители, о которых говорилось выше, вагонники, плакальщицы, представителе кооперативов и солдатские ходоки.

Вагонники – ушлые предприниматели, закупающие 1-2 вагона провизии незаконно. Предприниматели рассылали по базарам хлебных районов своих людей, которые, не смущаясь высоких цен, скупали оптом продовольствие и грузили его в вагоны.

Плакальщицы. Женщины спекулянтки. В то время, когда обычные мешочники старались обходить различные проверочные органы правительства, они просто шли напрямую, выдавая себя за солдатских вдов, вымаливали — «выплакивали» хлеб. Им даже не требовались поддельные разрешительные документы.

Представители кооперативов –мешочники, но действующие на благо маленького коллектива. Народ посылал в хлебные деревни самых ответственных людей. В периодической печати приводился такой факт: мешочница попала под поезд, едва очнувшись, она потребовала принести ей отрезанную ногу — там в чулке лежали общественные деньги — 1000 р. Известны случаи, когда ходоки после изъятия у них милиционерами незаконно перевозимого хлеба шли на самоубийство. К концу осени их деятельность будет узаконена.

Солдатские ходоки – поначалу просто помогали мешочникам перевозить продукты в военных вагонах, взамен на часть товара. Чуть позже переквалифицировались в профессиональных спекулянтов. Осенью дело дошло до активной торговли солдат на линии фронта. Из доклада интендантства Северного фронта, направленному в Ставку главного командования: «Днем и ночью велась оживленная торговля. Немцы покупали продукты питания, а расплачивались спиртными напитками, российскими деньгами и кредитными билетами. Из тыловых интендантских складов солдаты переправляли к передовым позициям обозы с продовольствием». Под видом поездок в краткосрочные отпуска солдаты ехали за хлебом. Министр продовольствия: «С отпускными солдатскими билетами люди в серых шинелях, совершенно беззастенчиво врываясь в поезда, делают систематически один рейс за другим, закупают хлеб и привозят его».

Москва к этому времени стала крупнейшей точкой сбыта для мешочников из-за хаотично образовывающихся рынков.

Но не Москвой единой. Это движение захлестнуло всю Россию. Спекуляция шла даже на дальних рубежах. Туркменистанцы привозили хлеб на верблюдах за тысячу верст из Семипалатинской, Тургайской и Акмолинской областей, Орского уезда Оренбургской губернии, илецких станиц Тургайской области. Из одной Акмолинской губернии провизию нелегально вывозили на 30 тыс. верблюдов, навьюченных мешками. Торговля шла без всяких рублей. Например, киргизы из Семипалатинска, использовали «сек» (годовалый баран), равный 2 пудам муки, 5 аршинам ситца. В последующие периоды натурализация торговых операций станет общим явлением.

На Дальнем Востоке мешочники контробадничали по линии Харбин (Китай)—Иркутск. Попасть на маньчжурский рынок мечтал каждый мешочник-профессионал. Цены на предметы первой необходимости там были гораздо ниже, чем в России. В Маньчжурию прибывали за товаром отпущенные солдаты, женщины, дезертиры. Все они были опытными мешочниками-спекулянтами: имели связи среди таможенных чиновников и с помощью взяток провозили по железной дороге через границу дефицитные вещи и продукты. Самые отчаянные мешочники отправлялись с китайскими товарами из Сибири в Европейскую Россию. Продав хабар с очень большим барышом, мешочники возвращались в Харбин. Это была самая протяженная мешочническая «тропа» Харбин—Иркутск—Москва.

Масштаб нелегальщины ясен. Временное Правительство начало его ликвидировать, создавая продотряды, устраивать заставы рекзивиторов, патрули, которые располагались возле Ж/Д станций. К работе в караульных отрядах привлекали даже студентов. Появились новые законы для мешочников: арест до 6 месяцев или штраф в 300 рублей. Однако задерживать их в большинстве случаев чиновники боялись.

Ж/Д – главный способ передвижения мешочников, поэтому делается попытка прекращения переводов грузов. Правда, в это законе была огромная дыра, по которой можно было пропускать «лиц, уполномоченных управами». Дело доходило до абсурда: военный врач по фамилии Ланский, который не имел никаких полномочий, никак с Ж/Д не был связан и действовал в целях наживы, не только выдавал разрешения, но и самовольно останавливал поезда для погрузки в них мешочников с товарами. Писари волостных продовольственных комитетов оформляли односельчанам за небольшую мзду справки.

Временное правительство вообще действовало как тряпка и боялось применять хоть какие-нибудь репрессии: насильно открывать мешки, обыскивать, заставлять платить штраф, отправлять в тюрьму. А нерешительность их заключалась в государственной либеральной идеологии: «неприкосновенности личности». Министр продовольствия С. Н. Прокопович рассказывал следующий эпизод во время его работы во Временном правительстве: во время одной из поездок по стране в его вагон вошел бледный и напуганный начальник станции Графская и стал говорить о невозможности остановить поток мешочников, об их нежелании подчиняться требованиям администрации. «Что я ему должен был сказать? — продолжал Прокопович. — Мне пришлось только опустить глаза и сказать: „Товарищ, я ничего не могу сделать, я предлагаю только вот что. Я вас освобождаю от исполнения моего приказа. Попробуйте паллиативную меру, принимайте багажа не более пяти пудов на один пассажирский билет, но не допускайте погрузки в вагоны”».

Конец осени 1917

В Калуге мешочники обеспечивают рынок на 99.9%, а государство на 0,04%; Ж/Д станции всех уездов скапливают до 15 тыс. мешочников; смысла не нарушать закон не было, поэтому мешочники пытались решить проблему цивилизованными методами. В октябре делегация ходоков на заседании Нижегородского губернского продовольственного комитета заявила: «Необходимо давать разрешение на покупку хлеба, если не отдельным лицам, то представителям волостей. Если не можете дать хлеба, то дайте возможность его купить...». В тот раз губпродком пошел навстречу нелегальным снабженцам и дело кончилось миром. В Уфимской же губернии отказали. По итогу в декабре там было зафиксировано появление групп вооруженных мешочников.

Власть Временного правительства рухнула: опустение товарных обменных фондов, невозможность закупки хлеба, полный отказ крестьянства отдавать хлеб по фиксированной цене. Стремительная инфляция и как следствие переход общества на натуральный обмен, вместо использования денег.

В общественном сознании происходит коренной перелом по отношению к хлебной монополии и государству вообще. Простые люди повсеместно переставали стесняться нарушать закон, в том числе закон о хлебной монополии. Мешочники стали осознавать - моральное право на их стороне. По свидетельству современницы революционных событий: «Мы хоть за 25 руб. могли покупать раньше фунт сахару, а когда запрещают свободу торговли, нигде ничего нельзя достать».

Крестьяне хлебных районов и ходоки сообща изгоняли с сельских рынков чиновников продовольственных управ.

В последние недели существования Временного Правительства мешочники и крестьяне «водили... к реке топить», «неоднократно пытались выбросить из окна на мостовую» продовольственных чиновников. Ходоки-солдаты то и дело «грозили убийством»; они блокировали помещения управ и угрожали: «Возьмем на штыки». Продовольственных чиновников открыто избивают, а иногда даже убивают.

И в этой безвыходной ситуации оказались большевики.

ОКТЯБРЬСКАЯ РЕВОЛЮЦИЯ

Хоть в наследство от Временного правительства остался закон о монополии, большевики первое время действовали как их предшественники в последний месяц – пустили это дело на откуп регионам и надеялись на сознательность народа.

Начало зимы 1917 года

Ленинцы не утверждали политику твердых цен, потому что ее не было в изначальном плане большевиков. Зато были следующие задачи:

1) установление контроля над финансовой системой страны, а именно подчинение Госбанка и национализация сторонних банков;

2) проведение монополии государства на банковское дело;

3) централизация кредита в руках государства;

4) введение высокого прогрессивного налога и принудительные займы как способ уничтожения частной собственности.

Особенно они боялись не взять контроль над банками, так знали, по примеру парижской коммуны, что происходит с государством при враждебной финансовой системе. Госбанк просто так не сдавался и устраивал саботаж на местах: высший рабочий состав не выходил работу, при этом выписывая себе зарплату на несколько месяцев вперед, не выдавал кредитов, а кассу на первых порах приходилось брать военным отрядом. Подчинить себе Госбанк смогли только к ноябрю под угрозой ареста служащих. А обеспечить стабильную работу во всех национализированных банках удалось только к марту 1918 года.

Хоть хлебная монополия носила местный характер, некоторые области, например, Уфа, выполняли свой долг. Еще в октябре там развернулась реквизиция зерна и хлеба. Встретив мешочника, его просто заставляли продать хлеб по твердой цене. Скупленное отправлялось в государственные приемные пункты. В Уфе даже местные жители создавали артели по реквизиции хлеба у простых ходоков. Отличительно было, что до открытых столкновений дело не доходило, удавалось мирно реквизировать зерно. Уфимские продотряды особенно сильно помогли ленинцам, так как успели спасти Петроград от голода. Но победить это явление даже в Уфе не удалось.

Середина зимы 1918 года.

Ситуация меняется к январю 1918 г.

Советская власть начинает мероприятия по искоренению нелегального рынка как главное направление продовольственной диктатуры. Делается ставка на сознательность граждан и всенародное движение «антиспекуляции». Правительства Нижегородской, Казанской, Самарской, Тамбовской, Воронежской, Вятской, Симбирской, Саратовской губерний не принимают эту политику и открывают свободу торговлю, отменяя твердые цены.

Конец зимы 1918 года

Гражданская война вносит свои коррективы. 19 февраля вводится официальный декрет о хлебной монополии. Постепенно закон распространился на все товары первой необходимости. Борьбу с мешочниками начинают вести продовольственные ведомства, приказ в Сибири не исполняется из-за партийной борьбы большевиков и меньшевиков на местах, позже от хлебной монополии отойдут Саратов и Пенза.

Весна-начало лета 1918 год.

В период гражданской войны мелкое нелегальное снабжение приобретает не просто массовый характер, оно распространяется почти на все социальные группы, на все территории страны; его значение многократно возрастает, поскольку оно обеспечивает выживание общества.

Если осенью 1917 г. горожане ужасались фунтовой норме выдачи хлеба в день, то уже в начале следующего года властям далеко не всегда удавалось обеспечивать жителей четвертьфунтовым пайком.

Крестьяне со все большей неохотой продавали свою продукцию государству по твердым ценам. В отдельных местах сельские жители уже не утруждали себя пересчетом бумажных денег, они взвешивали их и говорили: «полфунта желтеньких» или «четверть фунта зелененьких». Теперь почти всегда крестьяне продавали хлеб мешочникам, только при условии получения ими взамен ткани и прочее сырье мануфактур и заводов.

Страна терпела экономические удары. Нужны были новые решения. Поэтому Сталин придумывает над ведомственную систему продовольственных диктатур, которая требовала непровоза зерна на станциях. Но несмотря на все усилия, должного успеха они не приносят. Продовольственные диктаторы обладали большими желанием и полномочиями, но не располагали необходимой силой для борьбы с армиями мешочников.

Из-за провала плана Сталина и всех остальных инициатив, страну начало трясло в агонии, несмотря на крупный избыток хлеба в деревне. Хлеба по подсчётам хватало, но не было возможности его перевезти в город, не хватало элеваторов. Попытки отправить хлеб в город превращались в разборки на диком-диком западе: поезда просто грабили в пути. Казаки постоянно делали набеги, обстреливали поезда, взрывали пути. Местные села и деревни совершали облавы на паровозы. Локомотивы и вагоны нередко сходили с рельсов и Россия начала дробиться на множество удельных княжеств с хлебными и нехлебными районами, отказываясь сотрудничать с государством. Одни области воевали с другими, параллельно красным и белым и только мешочники могли найти общий язык с любым обществом. А подконтрольные большевикам местные советы, обзаводясь неопытными кадрами (старые просто боялись, что их убьют), начали анархично проводить реквизицию на Ж/Д станциях, изымая хлеб у самого государства и повторно его отправляя в города.

В этих условиях большевики широко применяли безвозмездную конфискация скрытых от государства хлебных запасов и смертную казнь за спекуляцию товарами первой необходимости.

Твердые цены действовали не везде даже на подконтрольных большевикам участках. Где-то наблюдалось изобилие продуктов, а где-то приближающийся голод. Где-то крестьяне сдавали зерно, а где-то устраивали открытые стычки с продотрядами, отстреливаясь из окопов и закидывая красных самодельными бомбами. Особенно упорно оборонялись курские земледельцы. В октябре 1918 г. возвратившиеся из Курска хлебозаготовители докладывали: «Деревни обведены окопами и окружены пулеметами». Именно из Курской губернии мешочники вывезли наибольшее количество хлеба. «Известия» от 5 июля 1918 г.: «Реквизиционный отряд в 150 чел. Явился в одну из деревень недалеко от станции Покровское Курской железной дороги. Отряд был радушно встречен крестьянами и расположился на ночлег по избам. Ночью по сигналу факелами крестьяне набросились на спящих красноармейцев, обезоружили их и вывели за деревню. Здесь наскоро организованный суд постановил весь отряд расстрелять. Крестьяне вырыли братскую могилу, расстреляли всех красноармейцев и похоронили».

Из-за воинственного настроя крестьян, продотряды в основном не совались в деревни и села. Реквизиционные и заградительные отряды без особого риска и без людских потерь выкупали хлеб у ходоков на Ж/Д станциях. Но даже то что реквизировали продотряды – это лишь малая часть того, что нелегально провозили мешочники. В Малмыжском уезде Вятской губернии весной и летом 1918 г. действовал заград, которым восхищались советы. Его хвалили за то, что им было собрано 5 тыс. пудов. Между тем это всего лишь 1.7 % от тех 300 тыс. пудов, которые вывезли мешочники из уезда. Метод продотрядов был не эффективен по нескольким причинам:

1.Считается, что некоторые реквизеры приватизировали себе до 50% хлеба. «...реквизиция продуктов производится без регистрации и выдачи установленных квитанций», а неучтенные продукты расходуются командирами и бойцами «для собственного потребления».

2.Нередко бойцы пропивали реквизированные товары.

3. Реквизиторы работали медленнее, чем многомиллионная армия мешочников.

4. Не всегда реквизированный хлеб доходил до потребителя. Реквизиторы не могли и не умели хранить и транспортировать его.

ОФОРМИВШИЙСЯ ОБРАЗ МЕШОЧНИКА

Из-за возрастания трудностей передвижения по стране, а также постоянного усиления борьбы с нелегальным снабжением мешочничество эволюционирует в профессиональное спекулянство.  Профессионалы всегда знали, как обойти заграды, умели найти общий язык (посредством взяток, связей, рекомендаций, соответствующих документов) с их командирами и бойцами. Профессионалы носили добротную военную одежду, держали себя уверенно. Кстати на счет военной одежды – серые военные шинели – это отличительный знак мешочника профессионала. По этой причине заграды и продотряды принимали ходоков за военнослужащих и предпочитали с ними не связываться, ибо знали: обидишь солдата — на помощь ему примчится взвод, а то и рота. Запас шинелей и гимнастерок мешочники пополняли за счет покупок у самих же солдат.  Самые же успешные мешочники были бывшие военные с фронтовым опытом или бывшие работники торговли.

Но такая опись не дает полного представления, нужно смотреть на их действия. Современники рассказывают, как профессионалы ловко избегали встреч с проверяющими на Ж/Д остановках: во время стоянки поезда, проверяющие сгоняли мешочников с тормозных площадок, буферов, крыш; стоило охранникам отвернуться, как согнанные моментально занимали свои места. Эта игра длилась до 30 минут.

Постепенно некоторые мешочники-профессионалы стали сбиваться в коллективы. Сбор мешочников, состоявший из 80—100 ходоков, делился на четверки, а эти четверки покупали по 20-30 билетов. В итоге весь эшелон оказывался занят одной большой группой профессионалов.

Но на этом дело не закончилось. Они стали нанимать охрану. В ряде случаев профессиональные ходоки обращались к помощи шаек дезертиров. Некоторые отряды охраны представляли серьезную военную силу, располагали даже пулеметами.

С такой мощной поддержкой можно было делать бизнес. Так группа профессионалов захватила в Воронеже целый эшелон, погрузила в него 30 тыс. пудов хлеба и двинулась в Москву. А коллективы ходоков из Полтавы весной 1918 года, угрожая ручными гранатами, оттесняли пассажиров, имевших право на места в поездах, захватывали вагоны и набивали их своими мешками. Затем прицепляли вагоны к первому отходившему поезду и отправлялись в путь.

Такая опасная сила могла дать отпор даже местным властям. В Омске образовалась делегация мешочников. Ее члены направились на заседание Краевого совета и потребовали разрешить им закупать хлеб по вольной цене. Большевики отказали. Ответом стало открытое вооруженное столкновение, в котором красные проиграли.

Июнь 1918 год.

Летом появляется особое направлением мешочников - юг Украины. Путь не привлекал особого внимания большевиков. В советском продовольственном ведомстве были уверены, что немцы, под контролем которых находилась Украина, не допустят перехода границы людьми без соответствующих разрешений. На деле немцам было глубоко по барабану из-за разочарования в мировой войне. За взятки мешочники спокойна пересекали границу.

Через немецкую границу проходили и на Белорусском направлении. На обмен везли хлеб и ткани. При этом мужчины надевали на себя по несколько рубашек и костюмов, женщины обматывались кусками тканей и поверх надевали платья и пальто. Все выглядели толстушками и толстяками. Зато отобрать товар у «контрабандистов» никаким русским и немецким контролерам не удавалось.

Все эти чудеса происходили из-за коррупции в Германии , но в России дела еще хуже. Обычным делом для мешочника стало купить справку на проезд. Закупали в разных местах: в наркомате продовольствия «справка о посевных», на Ж/Д станции «провизионный билет железнодорожника», у начальников воинских частей «удостоверение военных заготовителей».

Ну и в связи с провалов хлебной монополии большевиков не забываем о инфляции.В деревне постепенно падает авторитет советских денег, «совзнаков». Их напечатали великое множество, и они расходовались мешочниками без счету. «Швыряют деньги, как щепки, словно они их сами делают», — рассказывали крестьяне о щедрости нелегальных снабженцев. На Украине и в прибалтике крестьяне с радостью принимали иностранную валюту, в первую очередь доллары. Еще деревня признавала «керенки» и «николавеские» рубли. Иностранные и российские купюры конвертировались на подпольной валютной бирже, расположенной в Москве. Там мешочники запасались пачками валюты и могли с пустыми мешками отправляться в хлебные места.

Поздним летом мешочники воровали товары фондов Наркомпрода. Изначально большевики задумывали эти фонды как альтернативу мешочничеству. Это был прямой товарообмен между городом и деревней. Сотни эшелонов с промышленными изделиями на сумму 1.2 млрд р., были двинуты в хлебородные губернии. Нередко вагоны простаивали в тупиках без охраны месяцами. Товары расхищались и в конце концов попадали на рынок, где мешочники скупали их по дешевой цене и затем использовали для обмена на хлеб.

Другим резервуаром пополнения «товарообменных» запасов мешочников стали товарные склады. Контроль над ними со стороны государства был почти полностью утрачен. Время от времени в городах проводились обыски на складах, и все. Например, всего двое служащих занимались инвентаризацией имущества 600 помещений для хранения товаров. В Петрограде местные Советы зарегистрировали 1301 склад‚ в то время как на самом деле их насчитывалось 40 тыс. Фактически складские помещения стали бесхозными. Мешочники же содействовали выведению их содержимого на рынок.

1919-1920

Нелегальное снабжение по-прежнему представляет «массовый анархический товарообмен». Взятки невообразимых масштабов.

Центром коррупции становится Наркомат внешней торговли. Прямо в его стенах и с ведома руководителей наладили дело. Они отбирал кандидатов в привилегированные мешочники и снабжали их особыми командировочными удостоверениями, запрещавшими реквизировать багаж, деньги и товар, обязывавшими органы власти оказывать содействие предъявителям. Документы были очень серьезными, поскольку на них стояла подпись наркома иностранных дел. Подобные удостоверения позволяли спекулянтам без особого труда приезжать в изобильные прифронтовые зоны и доставлять продукты оттуда в Москву. Некоторые начали доставлять не просто мешки, а обозы и вагоны. Основная часть добытчиков провизии могла только позавидовать слугам элиты.

Авторитет советского рубля падает еще сильнее, обостряется натурализация обмена. Есть проблемы с деньгами, но нет проблем с товарами. Фабрики охотно обменивают товар На наличку мешочников, так как государству не хватает денежных знаков, а повторный выпуск новой партии купюр сулит полному уничтожению денег.

Мешочники постепенно начинают делать ставку на производство. На мелких предприятиях производилась продукция для мешочников. Кроме того, многочисленные кооперативные фабрички, возникавшие в 1919— 1920 гг., обеспечивали нелегальных снабженцев товарами для поездок в деревни. Некоторые из них превратятся в успешных НЭПманов.

Все указы, относящиеся к хлебу, провалились, кроме программы комитетов бедноты. Созданные еще начале 1918 года, они работали как местный совет, но с прицелом на хлеб. Они выкупали хлеб у кулаков и делили его среди бедняков. К началу 1919 года стали видных их действенные результаты. Но вместе с плюсами были и побочные эффекты. В тех районах, где комбеды установили железный порядок, пресекли мешочничество и лишили крестьян возможности торговать, селяне резко сокращали посевы и в основном проживали запасы прошлых лет.

Последняя и самая радикальная попытка задушить рынок относится к осени 1920—весне 1921 г. Эти действия связаны с окончанием гражданской войны. Теперь вместо артерий рынка, мешочников, они решили обратить внимание на сам рынок. В августе 1920 г. Петроградский совет запретил всякую торговлю на базарах и в лавках. В письме одного петроградца читаем: «В Петрограде жизнь стала невозможная. Все магазины закрыты, базары тоже, торговцев разгоняют, арестовывают. Если продал кто-нибудь малейший пустяк дают год тюрьмы». Создаются посевные комитеты в целях принуждения крестьян к труду, возникают трудовые армии. Административный нажим затронул в первую очередь нелегальное рыночное снабжение. Эпидемия закрытий местных базаров распространилась по стране и затронула Псков, Калугу, Самару и т. д.

Несмотря на такое ужесточение, еще с начала 1920 года партия обсуждает проект по открытии рынков, Ленин же откладывает этот проект, говоря, что он преждевременный.

В итоге большевики осознали масштабы разрухи и начали реконструкцию и накопление капитала, начав Новую Экономическую Политику.

Выводы делайте сами.

Источники:

Давыдов А. Ю., Нелегальное снабжение российского населения и власть: 1917-1921 гг.: мешочники

Шигалин Г. И., Военная экономика в первую мировую войну. — М.: Воениздат, 1956. — 332 с

Владимир Ильич Ленин. Полное собрание сочинений, том 9

Владимир Ильич Ленин. Полное собрание сочинений. Том 35.

Владимир Ильич Ленин. Полное собрание сочинений. Том 36.

Капустина Я.В., Экономическая политика «красной» и «белой» властей в красноярске в годы гражданской войны. Вестник Томского государственного университета. История. 2014. № 4 (30)

Соколов Е.Н. Финансовая политика Советской власти (октябрь 1917-август 1918 гг.): Монография: Ряз. гос. ун-т имени С.А. Всенина- Рязань, 2008. - 148 с.

Лекция Алексей Сафронова «Военный коммунизм и НЭП»

Все изложенное почувствуется через следующие мемуары:

Александр Николаевич Яковлев: «Омут памяти: от Столыпина до Путина»

Александр Николаевич Яковлев: Большевизм — социальная болезнь XX века

Егор Кузьмич Лигачёв: «Кто предал СССР?»

Леонид Петрович Кравченко: «Как я был телевизионным камикадзе»

Вадим Андреевич Медведев: «В команде Горбачева: взгляд изнутри»

Я открываю глаза и не понимаю, где я? Как будто опухоль раскинула свои метастазы на обломках древней цивилизации: под ногами черный снег засыпал рекламные листовки; Парфенон покосил свои колонны в пьяном экстазе; экраны на дворцах культуры зовут отдать душу за чертей в пиджаках; ямы на дорогах, заполнены агитационными атомными бомбами, а на весь горизонт растянут баннер со словами: «Проходи, не задерживайся», даже неба не видно.

Смотрю направо, а там левые – смотрю налево, а там правые. Гляжу вперед, а там со слезой на щеке Илья Муромец смотрит мне в глаза. На распутье он медленно едет вперед.

Сплошная неразбериха, но люди вокруг просто плывут дальше, не обращая внимания ни на что. Постепенно стоять на месте и смотреть хоть куда-то становится больно: миллионы чужеродных образов, как летучих мышей не дают думать. Голова раскалывается, а я все стою и c[j;e c evf, xnj-nj ghjybrftn d vjq vjpu... Они на деревьях, Джонни, под кожей, В ЧЕРЕПНОЙ КОРОБКЕ! Они вьют панчи из моих извилин, пытаясь унизить, а я корчусь от боли на черном снегу. Мужик с длинными волосами пинает меня кибернетической ногой проговаривая: «Не думай, а иди». Карлица и парень с усатым лбом отплясывают на мне чечетку: удар каблуком в голову, сердце, глаза, уши. Какой-то клоун шепчет мне что-то на ухо, но ничего не понятно. Здесь много кого, но веки опускаются. Кричу надрывая голосовые связки, но никто из пешеходов не хочет мне помочь.

Теряя сознание, вижу сон. Золотое поле и голубое небо, а на нем мы косим пшеницу. Нам не тяжело, мы просто работаем и знаем, что с каждым днем будет все легче. Смеемся, поем и мечтаем поскорее начать новый день, чтобы сотворить оазис из нашей деревни. Только странное ржание и цокот копыт лошадей отвлекает меня от работы, я пытаюсь найти источник звука, но вижу только сотню людей, которые вдруг начали смотреть на меня. Лица вокруг скривило, они шепчут: «Очнись», а их руки тянутся к моей шее. Толпа повалила меня на землю и снова темно.

Темнота. Боль пронизывает все мое тело, но она дает понять, что глаза и голоса больше нет, плюс еще качает из стороны в сторону, хоть я и лежу. В голову приходит единственное: «Или буду шагать или меня добьют. А если даже не добьют, то просто умру на черном снегу».

Встаю и пытаюсь сделать первый шаг постепенно открывая глаз.

Шаг и сразу в бездну. Я точно чувствовал, что кто-то толкнул в спину.

Пять минут - полет нормальный, можно даже сказать, облегчающий. Хоть я все еще куда-то падаю в темноте, но боли больше нет... А может не падаю, а лечу вперед? Здесь трудно что-то понять, потому что не с чем сравнить, даже мой вестибулярный аппарат на этот вопрос отвечает радиомолчанием. Наверное, мысли и дальше бы крутились вокруг идеи превращения меня в кровавое месиво по прилете на дно, или что все бессмысленно и обречено, если бы не услышал голос:

– Вот уже 5 минут наблюдаю за тобой, – сказало Нечто могучим басом из темноты, – а ты все молчишь и молчишь. Обычно люди здесь сразу кричат: «Где я? Здесь есть кто? Как я тут оказался?», а ты все держишь в себе, так и лопнуть недолго.

Тут я спохватился, попытался сказать хотя бы банальное «Здравствуйте», но мог выдавить только хрип вместо слов. Начал жестикулировать, указывать на горло, пытаясь показать, что не могу говорить.

– Ну что ж, раз ты даже после контакта молчишь дальше, значит хочешь лететь в бездну дальше,

– с усмешкой сказало Нечто.

Паника обняла меня своими широкими ручищами: тело начало дергаться в невесомости еще быстрее, пальцы указывать на горло снова и снова, а глотка выдавливала какие-то звуки похожие на пищание мыши. Животный страх накрыл мое естество, а Нечто только говорило:

– Это твой выбор и твоя свобода. Хотя, жаль, казалось, ты еще не закончил свои дела, – с грустью говорило Оно, а я уже был сам не свой и вкладывал все усилие, чтобы прокричать сильное и живое!

– АААААААААААА! – Всем телом кричал я. Каждой косточкой, каждой клеточкой, каждой мыслью.

– Молчать, – властно сказало Нечто, и тут же пришло спокойствие и тишина, – знаю, ты не можешь говорить. Мне было интересно взглянуть на реакцию. Раз ты все еще хочешь жить, значит не все так плохо. Теперь задавай свои вопросы.

Несмотря проблемы с горлом, чувствую, что могу спокойно говорить. Предвосхищая мои вопросы, Нечто начало давать ответы:

– Можешь звать меня Петр, – могущественный бас после этой фразы куда-то улетучился, и голос стал простым, как у меня. – Здесь я просто консьерж, но много чего знаю. А это все представление вначале: пугающий голос, обман про бездну, немота, все чтобы привести тебя в чувства.

– А почему тут так темно?

– Мы выключили свет, чтобы вы случайно не ослепли. Посторонние обычно здесь превращаются в пепел из-за местного электричества. Один такой прилетел к нам на аэроплане из перьев, хотя его предупреждали… но это было давно. С тех пор мы лояльнее относимся к людям и выкручиваем лампочки в тамбуре.

– Я умер!?

– Ты меня слушаешь или как? Говорю же, свет мы выключаем, потому что могут быть посторонние, значит я не уверен – умер ты или нет. Ты бы у консьержа еще спросил прогноз валюты на «Насдаке» или как лучше руки мыть, чтоб не подхватить болезни какой. Твое дело с решением еще не пришли. Дублирующий запрос на всякий случай уже отправил, но нужно подождать, а то там все очень заняты.

– А что это было там наверху, вот этот весь мир на изнанку?

– Начнем с того, что ты был в ноосфере. В нее попадают люди при определенных обстоятельствах: кома, смерть, принудительное погружение человека в бессознательное состояние. Можешь не пытаться вспоминать, как ты попал сюда, все равно не получится. Наш генеральный директор придерживается политики мягкого вхождения: последний месяц воспоминаний блокируется, а то вы любите паниковать из-за своей возможной смерти.

А почему все так странно попытаюсь объяснить, зайдя из далека. Мир очень изменился за последнюю пару сотен лет. Сначала были газеты и журналы, это объединяло людей, но потом появились миллионы идей: материализм, идеализм, коммунизм, фашизм, анархизм, монархизм, я думаю, не стоит перечислять список целую вечность? Человечество расщепилось, стало противоборствовать. Но это ладно, люди примыкали к своему блоку и пытались творить что-то вместе, соревноваться с чужой идеей. Потом у вас появился интернет, и ноосфера, то есть информационное поле земли, трансформировалась.

Казалось бы, такая мощная вещь – великий коммуникатор народов, где люди должны были сплотиться, но получилось, все разбились на миллиарды мелких групп. Ежесекундные потоки в информационном поле притупили ваше восприятие. В таком мареве теперь даже невозможно с кем-то соревноваться, как будто вас всех разъединили и теперь властвуют. Каждый, или почти каждый, человек зациклился на себе. Осознание завтрашнего дня исчезло, а значит будущего. Вы просто шагаете по кругу, думая, что идете вперед.

Из-за переизбытка информации и вашего разбития на миллиарды групп ноосфера видоизменилась. Если раньше это была гора, то есть четкая вертикаль прогресса, то теперь – плоскость, которая наполняется информационным шумом. Этого шума настолько много, что здесь просто уже не могут думать, а шагают по кругу. Ноосфера, конечно, мутировала, но в ней еще остались остатки фундаментальных направляющих мыслей. Один из этих фундаменталов отправил тебя сюда.

– А почему вы не вмешаетесь и не направите нас?

– У нас в контракте с межгалактическим советом есть пункт о невмешательстве. Мы только утилизируем мысли, чтобы послать душу обратно на землю. Если этого не делать, то разумные существа могут сходить с ума, видеть призраков, создавать совсем деструктивные концепции вроде анкапа или нацизма. Как видишь, справляемся со скрипом. Но, – Петр прервался и начал шуршать чем-то, – кажется нам пора попрощаться. Пришел приказ по твоему делу.

*****

– Василий Иванович, – сказал парень, входя в кабинет, – у нас подряд горит! Уже март, нужно отчистить крыши от снега и льда в Ленинском районе. Может мы уже будем нанимать рабочих?

– Женя, ну ты что, маленький? Ты прогноз погоды видел? Скоро начнется оттепель и все само исчезнет! Найми гастарбайтеров, чтобы они ленточки растянули, а то дебилы-прохожие убьются. У нас дела поважнее есть!

– Но в инструкции же написано... Да и в суд подать могут! – Сказал Женя неуверенным голосом.

–Ну ты точно дурак! В кое-то веки нам выделили такой большой район. Дали шанс заработать, а ты тут корчишь святошу? Я уже два года квартиру купить не могу, а тут такой большой куш! Делай, как я сказал, это приказ начальства!

******

Упавшая с крыши сосулька убила студента 3 курса на улице Ленина. Как сообщает ГУ МВД, место было ограждено лентой, но не были соблюдены технические требования при ее растягивании. В данный момент ведется расследование…

Little Big запустили флешмоб к своей песне…

"Джокер" может стать самым прибыльным фильмом в истории…

Несмотря на перенос, Cyberpunk 2077 ждут очень высокие продажи…