IronGeologist

Я рассказывал офигительные истории пока делал чай

Вы когда-нибудь задумывались о том, что можете быть психически не здоровы? Предполагали у себя наличие какого-либо расстройства или нарушения? Вдруг вы делите рассудок с кем-то еще, может быть, даже не с одним? А возможно ли, что наше существование разбавлено некой сверхъестественностью? Позволит ли она иначе взглянуть на человеческое мышление и изменения в нем?

Лучше об этом не думать, ведь такое действительно может случиться. И это будет страшно.

Быстрым шагом я шел в другую часть моего небольшого городка, там открылся новый книжный, который мне и хотелось посетить. Четко отбивая по асфальту шаги, я вспоминал свой сон. Мне часто снятся странные вещи, но сегодня это было необыкновенно живо и красочно.

Помню темную комнату с узенькой бойницей в стене напротив меня. Тела я не чувствовал, но видел, что сидя прикован к чему-то металлическому. Всё, что я мог - двигать глазами, осмотреться, насколько позволяло положение головы. Из невидимого потолка к «креслу» спускались две трубы, по обе стороны от меня. Эти самые трубы имели множество небольших отверстий, какие делают во флейтах.

Раздался треск. Режущие ухо помехи шли из невидимого мне динамика. Кто-то мне что-то говорил, в чем-то меня обвинял, приводил доказательства. И я был виновен, я знал это, меня приговаривали к казни. Динамик трещал, но разобрать невозможно было ни слова, а на меня, тем временем накатывала боль. С этой болью пришло ощущение своего тела. Попытка податься вперед обернулась адом. Будто этим движением я вгонял в грудь и спину множество спиц. Едва шевельнул пальцами рук и ощутил, что кто-то словно ломает их клещами. Динамик трещал, а я думал, что в колени мне забивают гвозди – такой была боль. В немом крике я открыл рот, сухие губы потрескались, и из них засочилась кровь. Тут ко мне пришла какая-то мысль, будто вспомнилось что-то. Боль сразу исчезла, я в полной мере ощутил свое тело, я мог бы двигаться, не будь прикован.

Треск динамика изменился, если это была речь, то она ускорилась, а говорящий явно занервничал. Щелчок, из труб у моего «кресла» послышалось шипение, какой-то гул, и они становились всё громче и отчетливее. Проклятый динамик замолк. Секунду я слушал шипение и гул, затем мой палач протрещал еще одну короткую фразу. Щелчок…

Всё будто замерло, наступила абсолютная тишина. Как-то я понимал, что это длится один момент после щелчка, тот единственный момент. Я что-то потерял у себя в голове, вспоминал. Я ощущал свои мысли, словно они материальны, я листал их как страницы, искал то, что мне было нужно. Не совсем понимал, что именно, но искал это, оно было близко. Меня осенила гениальная идея, это было то, что я искал… Щелчок. Тот же щелчок, будто прозвучал снова. Из труб вырвался горячий газ и тут же воспламенился. Меня подожгли.

Это было похоже на остывание на морозе. Ты выходишь из помещения и тебе пока не холодно, но проходит время, накопленное тепло тратится, и начинаешь дрожать. Так же ко мне приходила ужасная боль, страшная, ведь я горел.

Но то, что я нашел, что вспомнил, оно спасает. Протянув одну руку вперед, я ухватился за трубу, из которой бил воспламеняющийся газ. И снова все замерло… Я видел, что рука моя по-прежнему лежит на металлическом «подлокотнике», прикованная к нему. Более того, я видел, что она горит, видел, как пузырится и лопается кожа, видел образующуюся на ней корочку, чувствовал это, чувствовал запах паленых волос и мяса. Однако, я готов поклясться, что держался за трубу. Я не видел своей руки, протянутой к той трубе, но я ощущал её там, как с закрытыми глазами мы не видим рук, ног, но чувствуем, знаем, где они. Вы ведь видели себя со стороны во снах? Вот и я видел то, что от меня оставляло пламя

Динамик снова что-то затрещал, подавшись вперед, поднимаясь, я уловил в шуме слово «побег»…

Очнулся я, как мне показалось, рывком, но нет, просто открыл глаза, дыхание казалось мне бешеным, но оно было спокойно, однако я буквально ощущал те страшные муки сожжения, во рту застыл привкус дыма, мне было больно. Уходило это так же медленно, как согревается в тепле человек, который ужасно замерз. Я понял, наконец, что только проснулся, что это был сон, пусть необычно яркий, но сон.

Стоит ли пробовать продолжить это?