5 постов
Когда решила немного задрать нос, но получила ответку…
🌷Поздравляю всех прекрасных девушек, женщин и бабушек с прекрасным весенним праздником! Пусть всегда рядом будет тот, с кем можно почувствовать себя вновь маленькой девочкой♥️ С 8 Марта!
Вчера была пятница, 13-е, а сегодня — День всех влюблённых. Самые настоящие жизненные горки: от «бу» до «♥️» 😁
Жизнь вообще такая — многоликая, многослойная, и в этом её кайф.
Делюсь своим новым комиксом о любви.
Всех с Днём Святого Валентина!
Да прибудет с вами любовь ♥️♥️♥️
Как и обещала публикую окончание своей сказки про Невидимую Принцессу.
Буду рада вашим комментариям и отзывам 🙏
Невидимая Принцесса (финал)
Каждое лето в замке устраивали пышный бал в честь дня рождения принцессы. Она начинала ждать этого праздника почти сразу после предыдущего — так сильно любила свой день рождения. В этот день всё внимание было обращено лишь к ней одной, а прекрасные подарки сыпались, словно из рога изобилия.
И год её совершеннолетия поначалу не стал исключением: король с королевой торжественно объявили о грандиозном бале в замке. Вот только истинная причина празднества оказалась иной — бал устраивали в честь захвата новых земель, а не в честь принцессы.
Обеспокоенная этим, невидимая принцесса подошла к матери, чтобы спросить о празднике:
— Мама… разве бал будет не в честь моего дня рождения?
Но королева ничего не ответила, даже не повернула головы своей в сторону дочери.
Принцесса повторила вопрос — и вновь он утонул в тишине. Тогда подняла она свой взор на великолепную картину висевшую тут в главном зале и замерла. На ней все так же были изображены ее родители, но в руках они держали прекрасные цветы, а не ее.
И тут невидимая принцесса с ужасом осознала: невидимость отняла у неё не только облик, голос но и само существование в этом мире. Теперь её никто не мог ни увидеть, ни услышать, ни почувствовать.
Горько, безутешно заплакала принцесса над своей судьбой. Неужели ей и вправду суждено жить призраком в собственном доме — среди родных стен, но в полном одиночестве?
И тогда она вспомнила ведьму — ту самую, что наложила на неё заклятие. Если колдунья смогла заколдовать, значит, сумеет и расколдовать. Собрав всю свою решимость, принцесса отправилась в путь — в тёмный лес, к ветхой избушке колдуньи.
Ведьма всё так же сидела на своём крыльце, когда невидимая принцесса приблизилась к ее дому, словно старуха и не сходила с этого места долгие годы.
— Знаю, знаю, зачем ты пожаловала ко мне, принцесса, — скрипуче проговорила ведьма, глядя на девушку своими раскаленными угольками глаз.
И странное чувство тепла на миг коснулось сердца принцессы: ведь в родительском замке в последние годы к ней почти не обращались.
— Да… я хочу, чтобы ты меня расколдовала! — выпалила она, чувствуя, как сердце гулко стучит в груди.
— Не всё так просто, милая, — ведьма хищно улыбнулась, обнажив чёрные, гнилые зубы. — Заколдовать тебя просили родители, им же и снимать заклятие.
— Но… но они меня уже не слышат! — голос принцессы дрогнул, а глаза наполнились слезами. — Как же мне им сказать?
— Об этом королю и королеве следовало думать раньше, — сурово ответила ведьма, сверкнув глазами.
Принцесса печально опустилась на ведьмино крыльцо и горько разрыдалась. Неужели и вправду ничего нельзя сделать?
— Есть ещё один способ снять заклятие, — спустя паузу сказала ведьма, внимательно вглядываясь в девушку. — И ты сама в силах его осуществить. Только хватит ли у тебя смелости?
Невидимая принцесса подняла заплаканное лицо и твёрдо ответила:
— Хватит. Я смогу.
Ведьма усмехнулась.
— Тогда тебе предстоит убить дракона. Да-да… того самого.
Долго не решалась принцесса отправиться к Чёртовой Скале, чтобы сразить дракона. Ведь она была такой маленькой, а дракон — таким огромным. Да и что уж скрывать: на уроках фехтования в последние годы она изрядно халтурила, пользуясь своей невидимостью. Страх сковывал её шаги, делая их неуверенными, убедительно нашёптывал о слабости и обречённости задуманного.
Но желание вернуться в отчий замок видимой — и наконец услышать, как мать и отец зовут её по имени глядя ей в глаза, — было сильнее всего.
Путь к дракону был долог и труден. Маленькая и никем невидимая, она шла вперёд упрямо и храбро, держась за одну-единственную мысль, согревавшую сердце: мама и папа снова увидят её.
Когда же принцесса наконец добралась до пещеры дракона на Чёртовой Скале, разочарованию её не было предела. Пещера оказалась пустой. Ни следов когтей, ни обугленных камней, ни запаха дыма — ничего, что говорило бы о присутствии огромного огнедышащего зверя. Каменные стены холодно молчали, словно здесь никогда никто не жил.
Принцесса стояла в тишине пещеры, прислушиваясь к собственному дыханию и завыванию ветра, до боли сжимая клинок в своих руках.
А был ли дракон? Или может его победила другая чья-то такая же невидимая дочка и видимо уже давно.
Много времени прошло с тех пор. Вернулась ли невидимая принцесса в отчий дом или так и не переступила больше его порог — этого уже никто не знает. Возможно, она до сих пор бродит по свету тихим, невидимым призраком, разыскивая своё место в жизни.
Так же есть и те кто говорят, что принцесса вышла замуж за такого же невидимого принца, вместе они народили таких же невидимых детишек и счастливо живут свою невидимую жизнь в одном из замков, что утопает среди изумрудных лесов и прохладных журчащих рек на той далёкой земле.
Друзья, привет 👋
Сегодня публикую первую часть своей сказки «Невидимая принцесса».
Это небольшая история о девушке, которую родители любили так сильно и так боялись потерять, что решили защитить обратившись к самой настоящей ведьме.
Действие происходит в средние века — в мире, где живут мудрые короли, настоящие драконы, ну и конечно же принцессы.
Буду очень рада вашим комментариям и откликам 🙏
Вторую, заключительную часть выложу в воскресенье (11.01.26)
Давным-давно, на далёкой земле, среди изумрудных лесов и прохладных журчащих рек, стоял когда-то прекрасный замок из белого камня. Его стены ослепительно сияли на солнце, а башни украшались флагами и словно острые копья, пронзали небо. Жили в этом замке король со своей королевой — мудрые, но много лет хранившие в сердце хмурую печаль.
Долгие годы они слёзно молили небеса о даре, который не купишь ни золотом, ни властью. И однажды их мольбы были услышаны. В одну летнюю ночь родилась у них девочка — маленькая принцесса, столь хрупкая, словно лепесток розы, и столь светлая, будто яркая звездочка с ночного неба обрела свою плоть.
Дитя было так мило и прекрасно, что даже небесные светила не отводили от неё взгляда. По ночам холодная луна задумчиво заглядывала в её окно и, скрываясь за тонкими облаками, напевала колыбельную. А днём ласковое солнце играло в золотых кудрях принцессы, наполняя их мягким сиянием.
Время шло, и когда принцесса подросла, открылось, что красота её была лишь малой частью дара. Учёба давалась ей без особых усилий, музыка покорно лилась какой бы инструмент она не брала в руки, фехтовальный клинок слушался каждого движения, а в танце она скользила, будто и не касалась земли. В чём бы ни пробовала себя принцесса, всюду была первой. Счастливые родители не скрывали своей гордости и с любовью называли её своим величайшим чудом. Они даже заказали портрет у лучшего художника, на котором в своих любящих руках держали яркую звёздочку — свою принцессу. Это великолепие поместили в главном зале замка, на всеобщее любование.
Но однажды до короля и королевы дошли тревожные слухи. Говорили, будто по ночам над городом кружит хищный дракон. Не золото искал он и не скот — охотился зверь на детей. И не на всех подряд, а лишь на тех, кто был наделён особым талантом. Говорили, что многих он уже утащил в своё логово на Чёртовой Скале, откуда ещё никто не возвращался.
С тех пор покой покинул обитателей замка. Король приказал на ночь наглухо запирать ставни, чтобы дракон не учуял принцессу, а у её покоев каждую ночь дежурили лучшие королевские солдаты. Сталь звенела в тишине каменных коридоров, факелы не гасли до рассвета, и страх — невидимый, но живой — поселился в стенах белого замка.
Однажды один из самых близких и доверенных людей короля, понизив голос до едва слышного шёпота, поведал ему тайну:
- Говорят, что в далёком тёмном лесу, где деревья образовывают непроходимые заросли, в ветхой, перекошенной избушке живёт старая ведьма. И будто бы именно она способна защитить юную принцессу от хищного дракона. Многие родители, доведённые страхом до отчаяния, уже обращались к ней. С тех пор их дети спали спокойно в своих колыбельках, даже когда по ночам над городом небо горело свирепым пламенем, а тень чудовища скользила по черепичным крышам.
Предложение показалось королю и королеве спасительным, почти посланным свыше. Не теряя времени, они собрались в путь и вместе с юной принцессой отправились в далекий тёмный лес — просить защиты у колдуньи.
Долго ехала их карета по узкой, извилистой дороге. Лес сгущался, словно живое чёрное существо, смыкая ветви над головами путников. Из тёмных расщелин тянулись к карете бесформенные тени, а из чащи за ними следили десятки хищных глаз, вспыхивающих в темноте словно угольки в золе. В воздухе витали зловещие завывания и шорохи, от которых стыла кровь, и даже королевские стражи крепче сжимали копья оглядываясь по сторонам.
Наконец впереди показалась старая избушка, осевшая в землю, будто устала держаться за этот мир. На скрипучем деревянном крыльце сидела ведьма — сухая, сгорбленная, с глазами, блестевшими, как угли в потухшей печке. Она давно почуяла, кто едет к ней на поклон, и вышла встречать именитых гостей ещё до того, как их карета остановилась у ее крыльца.
— Я могу помочь вашему горю, — прохрипела старая колдунья, растягивая слова. — Есть средство, что убережёт принцессу от злого дракона.
Король и королева затаили дыхание.
— Я дам ей выпить зелье, — продолжала ведьма, — и станет она невидимой. Ни дракон, ни иная напасть, ни сама тьма не отыщут ваше сокровище.
— Но как же она будет жить… невидимой? — дрожащим голосом спросила королева, прижимая к себе своё прекрасное дитя.
Ведьма равнодушно пожала костлявыми плечами.
— Так же, как и раньше, — ответила она. — Будет дышать, ходить, расти. А главное — дракон её больше не найдёт. Ведь за этим вы сюда явились. Только у зелья моего цена есть …
О! об этом можешь не волноваться…- быстро заговорил король.
Но ведьма резким жестом костлявой руки остановила его.
- Нет, золото ваше мне не нужно. Запомнить крепко вы должны - с каждым годом заклятие моё будет действовать сильней и если не отмените его, то не заметите тот день, когда принцессу слышать перестанете, а дальше забудете и вовсе о ее существовании.
С этими словами старуха растянула рот в улыбке, обнажив гнилые, чёрные зубы, пристально посмотрев на королевскую чету, будто смакуя их страх.
Король удивленно переглянулся с королевой, затем с вызовом ответил старухе:
— Как же можно забыть родное и любимое дитя? Колдуй, ведьма. Мы согласны.
С тех пор солнце снова весело засияло над белым замком. Могучая тень дракона больше не летала ночами над его башнями, не пугала и не тревожила сон маленькой принцессы. Король с королевой наконец позволили себе спать спокойно даже в самые тёмные часы, зная, что их единственная дочурка укрыта ведьминым зельем.
А что может убаюкать родительское сердце слаще, чем уверенность в том, что твоё дитя в безопасности — и, как кажется, навсегда.
Невидимая принцесса продолжила обучение в королевской школе. Она всё так же была умна, талантлива, ловка и находчива — вот только больше никто этого не видел. Учителя могли лишь догадываться, что та верно выполняет приёмы фехтования или безошибочно повторяет сложные танцевальные па. Они ставили ей высокие отметки, полагаясь на память о той девочке, что когда-то была их самой блестящей ученицей. Со временем принцесса стала замечать, что заклятие старухи так же делало невидимым и все, что создавала она. Например вышивала ли прекрасное полотно или рисовала натюрморт все так же становилось невидимым.
Очень скоро принцесса заметила, что у невидимости есть свои удобства. Можно было не стараться — или вовсе не выполнять заданное. Кто упрекнёт, если никто не видит? Оценки всё равно оставались высокими, по старой привычке, да и кто решится ставить двойки королевской дочке? Порой принцесса и вовсе не приходила на уроки — и этого не замечал никто. Казалось, мир легко стал обходится без её присутствия.
Так принцесса росла, скрытая от чужих глаз, от похвалы и от упрёка. Годы шли, и невидимая девочка стала прекрасной девушкой… наверное. Ведь с того дня, когда было выпито ведьмино зелье, её так никто и не видел.
Невидимая Принцесса
С наступающим Новым 2026 годом!
Сегодня я публикую финал своего первого рассказа — про Чёрного кота.
Пусть в эту ночь каждый встретится со своим чудом —
даже если оно окажется не таким, каким мы его ждали.
Тепла вам, света и смелости быть собой.
5
Яра взяла свечу с прикроватной тумбочки и направилась дальше по комнате — туда, откуда доносился еле уловимый шёпот. Всё вокруг утопало в кромешной мгле, и лишь огонёк свечи в её руке тускло выхватывал из темноты куски пространства.
Даже за окном была густая тьма: ни огонька из соседних окон, ни уличных фонарей — ни-че-го.
Может, опять авария? — мелькнуло у неё в голове. Иначе как ещё можно было объяснить всё это?
В коридоре шёпот стал слышен разборчивее, но Яра по-прежнему не могла понять ни одного слова. Язык был ей незнаком — то ли заклинание, то ли молитва.
Она остановилась на кухне и, медленно поворачиваясь, обвела свечой пространство вокруг себя. Знакомые предметы отбрасывающие прыгающие тени, вдруг приобрели зловещие очертания. Источник шёпота явно был рядом.
Но Яра никого не видела.
Тогда она подняла дрожащей рукой свечу вверх.
На кухонном шкафу, глядя прямо на неё, сидел кот. Его глаза, несмотря на тусклый свет, горели ядовито-зелёным огнём. Как только их взгляды встретились, шёпот оборвался.
Грациозно и ловко кот спрыгнул со шкафа — сначала на стол, затем на пол. Оказавшись внизу, он зашипел и ощетинился.
Тень, которую отбрасывало животное, вдруг вздрогнула, задрожала, а потом начала резко увеличиваться в размерах. И вот уже кот и тень, слившись в одну чёрную массу, прямо на глазах ошеломлённой от ужаса девушки превратились в жуткое высокое существо.
Непропорционально длинные руки с когтями на пальцах. Рога, больше походили на козлиные. Хлыстообразный хвост. Тело, покрытое короткой чёрной шерстью. Пасть с острыми зубами.
И глаза. Ядовито-зелёные.
Она их вспомнила. Вчера ночью. Она уже видела их… вроде во сне.
Чудовище тихо зарычало. Звук был таким, словно металлический шарик перекатывали туда-сюда по ребристой поверхности.
Яра во все глаза смотрела на существо. Сердце билось где-то в горле, не давая нормально вдохнуть. Тело знобило — то ли от холода, то ли от ужаса. Лишь бы свеча не потухла и не оставила ее один на один в темноте с этим демоном.
В этот момент существо потянуло к ней свою огромную когтистую руку. Открытая ладонь медленно тянулась через всю кухню. Ещё немного — и оно было совсем близко. Яра почувствовала запах шерсти в перемешку с гнилью и холод как будто рядом открыли холодильник.
Нервы не выдержали.
Она закричала, истерично замахала руками, пытаясь отогнать от себя монстра.
И тут… Яра резко открыла глаза. Белый ослепительный свет из окна больно кольнул глаза.
С облегчением она поняла, что это был сон. Кошмарный, жуткий — но всё же сон.
Сев на кровати, она попыталась выровнять дыхание и успокоиться, прижав руки к груди.
Потянулась за телефоном, который всегда ночевал на прикроватной тумбочке — и отпрянула. Кот сидел на тумбе у её изголовья, как чёрная, неподвижная статуэтка.
По позвоночнику пробежал холодок, и в голове снова зазвучал ночной шёпот.
— Брысь! — махнула она на него рукой.
Кот зашипел и в три прыжка исчез из комнаты. Глядя в след коту, Яра выдохнула и собиралась было уже встать с кровати, как заметила на предплечье руки длинную и тонкую царапину.
Последний день в году выдался очень снежным. Зима словно спешила израсходовать весь лимит снега, выданный ей на уходящий год. На улице люди куда-то торопились, дети и взрослые весело лепили снеговиков во дворах, где-то звучала музыка.
Яре вдруг тоже страстно захотелось окунуться в праздник, стать частью этой новогодней суеты.
— К чёрту все плохие события. Да будет праздник! — громко произнесла она, тряхнув головой отгоняя от себя мрачные мысли последних дней.
Покормив кота, нарезав салаты и замариновав куриные ножки к вечеру, Яра вышла погулять — а заодно заглянуть и в гости к маме.
Несмотря на бесконечный снег и коллапс на дорогах, в городе царило ощущение праздника. Люди улыбались друг другу, поздравляли с наступающим, кто-то в костюме Деда Мороза раздавал конфеты, кто-то покупал цветы, кто-то растерянно стоял в алкомаркете.
Запах ёлок и мандаринов витал повсюду.
Домой Яра вернулась уже вечером. Быстро отправив куриные ножки в духовку и параллельно приготовив картофельное пюре, стала накрывать стол.
Угощение было не слишком пышным — всё-таки на одного человека. Зато всё было самым любимым.
Внезапно раздался звонок в дверь.
Соседи? — мелькнуло у Яры в голове.
Нет.
На пороге стояла Наташа — широко улыбающаяся, раскрасневшаяся, — а по бокам от неё возвышались двое мужчин.
6
— Привееет! — протянула она растягивая рот в белозубой улыбке. — Мы тут решили встретить Новый год с тобой. Ты же не против?
Наташа по-детски сморщила нос и скорчила умильную гримасу.
Яра всегда была рада подруге — искренне. Но вот мужчинам, шедшим с ней «в комплекте», радости не испытала. Однако вслух сказала другое:
— Конечно, заходите…
Она неловко отступила в сторону, приглашая гостей в квартиру.
Спутники Наташи были как двое из ларца — одинаковые с лица: оба крепкие, коренастые, наголо выбритые, с тяжёлыми, мясистыми чертами. От них веяло грубой силой и спиртным.
— Это мой Вован, — Наташа ткнула пальцем в одного. — А это Толик. А это, мальчики, Яська. Прошу любить и жаловать! — добавила она, прыснув со смеху.
Яра обратила внимание - подруга была уже изрядно навеселе. Мужчины, ухмыляясь, закивали в знак приветствия и, бренча пакетами с бутылками, уверенно направились прямиком на кухню.
Плюхаясь на кухонный диванчик, Толик по хозяйски громко потер руками смотря голодными глазами на новогодний стол Яры.
— Ну-ка, хозяюшка, рюмки доставай нам! — подхватил Вован улыбаясь, ставя бутылки водки на стол.
— У меня нет рюмок. Я не пью, — ответила Яра, слыша как за спиной снова прыснула со смеху Наташа.
— Как это нет рюмок? — искренне изумился Вован. — И что значит «не пью»? Сегодня все пьют!
Вечер обещал быть долгим. Яра впервые пожалела, что открыла дверь подруге.
Спустя полчаса всё, что она готовила себе к новогоднему столу, было подчистую съедено. Мужчины неуклюже хвалили кушанье, были вежливы, внимательны, грубовато шутили, пили за «Новый год» и за «прекрасных дам».
Водка у них лилась рекой. Девушкам же мешали коктейли с соком. Яра тайком разбавляла свой стакан водой. Она не любила пьяные компании, а уж в обществе незнакомых мужчин тем более хотела сохранить ясную голову. Совсем отказаться от алкоголя не удалось —ведь «выпить за Новый год - святое дело».
Наташа наоборот была уже окончательно пьяна. Она сидела на коленях своего ухажера, громко хохотала над шутками и подмигивала Яре, словно подталкивала её к Толику.
- Ну что ты все одна, да одна, - говорила ей Наташа, когда мужчины выходили по курить на балкон, - смотри какой Толян! Просто попробуй, замуж тебя пока ни кто не выдает.
Толик, к слову, был уже явно тоже не против «попробовать». Яра стала замечать его долгие взгляды на себе. В какой-то момент осушив очередную стопку, Толик хищно облизнулся, глядя на нее, и как бы случайно, положил свою руку на ее бедра под столом.
Яра от неожиданности взвизгнула и вскочила со стула. В ответ вся пьяная компания разразилась громким гоготом.
— Ой, мальчики, ну перестаньте, — протянула Наташа. — Она же моя подруга, — на последнем слове она нарочито поставила ударение.
— Та, которая денег не дала? — Как бы про себя хмыкнул Вован. — Я вот корешам всегда даю, если есть лавэ, - добавил он глядя на Наташу.
— Да-а-а, — протянул Толик, глядя пьяными глазами на Яру. А потом добавил тихо, так, чтобы слышала только она: — Подруга должна давать.
В этот момент на кухню вошёл кот.
— Яська, у тебя что, реально есть кот?! — Наташа так захохотала, что её гогот, казалось, было слышно даже на улице. — Ну ты и дура!
Кот тем временем сел в дверном проёме - внимательно и осмысленно осмотрел всех присутствующих.
— Эй, чучело блохастое! — Вован чуть присвистнул, схватил со стола кусок сушенной рыбы, принесенную им же и кинул коту.
Кот понюхал угощение, затем лапкой как бы закопал вкусняшку невидимым песком. Наташа снова громко прыснула со смеху. Толя грубо усмехнулся. Вован молчал. Опрокинув очередную рюмку в желудок он поднял с пола пустую бутылку из-под водки и прежде чем Яра успела крикнуть «нет!» с силой запустил в кота.
Бутылка, не долетев до кота каких-то тридцать сантиметров, внезапно зависла в воздухе. Затем медленно, опустилась на пол и откатилась к стене.
На кухне повисла мёртвая тишина.
Вован резко вскочил, грубо спихнув Наташу со своих колен на пол.
— Это что за фокусы?! — заорал он, бешено переводя пьяный взгляд с кота на Яру.
Он схватил ещё одну бутылку и уже с яростью швырнул в кота. Бутылка отскочила от хвостатого, будто резиновый мячик от стены, и донышком ударила Вована прямо в глаз. Мужчина заорал нечеловеческим голосом.
Толик, пытаясь сквозь алкоголь осмыслить происходящее, тоже закричал:
— Надо выкинуть эту тварь в окно! Наташка, открывай!
Наташа сидела на полу, в полном оцепенении, но, услышав командный тон Толика, послушно вскочила и распахнула окно. В теплое помещение влетел снежный вихрь словно белый дракон с раскинутыми крыльями.
Кот ощетинился, издал низкий рык и задёргался, будто невидимый кукловод задёргал неумело нитки. Его тело начало стремительно увеличиваться, ломаясь и вытягиваясь, принимая чуждую форму.
И вот перед гостями Яры стояло существо —высокое, человекообразное, покрытое короткой чёрной шерстью. По бокам тянулись непропорционально длинные руки с огромными когтями. Хвост за спиной хлестал воздух, как бич. На голове возвышались козлиные рога, в огромной пасти блестели острые зубы, с которых капала слюна. Ядовито-зелёные глаза смотрели с яростью.
Яра узнала его. Демон из её снов. Мысли как испуганные птицы летали туда-сюда в ее голове. Она вжалась в стену, моля лишь об одном — чтобы всё это опять оказалось просто кошмарным сном.
Но это была чудовищная явь.
Монстр издал оглушающий рык и одним прыжком оказался возле Вована. Он схватил мужчину, легко поднял над собой и швырнул в свою неестественно распахнутую пасть. Затем так же молниеносно и легко, будто бумажную куклу, отправил туда же Толика.
Очередь дошла до оцепеневшей Наташи.
— Не трогай её! — Вдруг от куда-то из далека услышала Яра свой голос и разрыдалась. — Хватит!
Все происходящее было каким то диким и нереальным. Ещё пару часов назад она предвкушала просмотр доброго фильма с поглощением салата, а сейчас наблюдала как черный демон поедает один за другим людей на ее глазах.
Существо остановилось. Оно опустило Наташу на пол, но рук не разжало. Одной ладонью держа ей горло, другой — медленно провело когтем по лицу, выколов правый глаз.
От прежней красоты не осталось и следа.
Монстр разжал пальцы, несчастная безвольно рухнула на пол.
Затем демон повернулся к Яре. Не сводя с неё своего сверлящего взгляда, он бесшумно приблизился к девушке. В нос ударил уже знакомый, тошнотный запах, исходивший от монстра. Яре тут же захотелось сморщить нос и в отвращении отвернуться, но у неё ничего не вышло.
С ужасом она обнаружила, что тело больше не принадлежит ей. Ни убежать, ни защититься, ни закричать — ничего она не могла сделать. Лишь стоять, застывшей статуей, в ожидании милости или наказания.
Всё её существо внутри неподвижного тела забилось, как пойманный в ловушку зверь, и только слёзы бесконтрольно текли по щекам.
Не отрывая от неё своих ужасных глаз, монстр поднял руку и раскрытой ладонью прижал её к Яриной груди. К удивлению, прикосновение оказалось тёплым — даже чуть обжигающим и странно приятным. В ту же секунду Яра почувствовала, будто тысячи маленьких тёплых змеек стали заползать в неё через ладонь существа. Они расползались по всему телу, заполняя каждую часть, каждый уголок, врастая в неё медленно и неотвратимо.
А может, ей это лишь казалось?
Наконец существо убрало руку и в два прыжка оказалось на подоконнике у распахнутого окна.
«Жизнь за жизнь», — вдруг вспыхнула фраза в голове у Яры.
На прощание чудовище обернулось. Их взгляды встретились в последний раз — и монстр исчез в снежной завывающей мгле.
Неизвестно сколько Яра простояла вот так в оцепенении. Затем наконец подошла и закрыла окно, подумав, что в комнате, должно быть, холодно: оно ведь долгое время стояло настежь открытым. Странно, но холода она совсем не чувствовала.
На полу под окном стонала Наташа, прижимая ладони к изуродованному лицу. Яра безразлично бросила ей телефон.
— Вызови себе скорую.
Ей было всё равно. И это новое чувство пугало — и одновременно нравилось. Словно кто-то наконец распахнул дверь камеры и выпустил её на свободу. Мир вдруг открылся Яре до самого дальнего горизонта. Столько вершин оказалось ей по плечу. Столько всего теперь стало «можно».
«Как будто я по-настоящему стала совершеннолетней», — пронеслось в голове.
В этот момент кухню залил яркий свет — во дворе запустили салюты. Пробила полночь.
Старый год уходил.
Яра улыбнулась.
— С Новым годом, дорогая Яра, — тихо сказала она себе. — С новым счастьем. С новой жизнью.
Как и обещала выкладываю продолжение моего рассказа. Первые две главы вы найдете тут предыдущим постом. Финал будет 31.12.25.
Приятного прочтения☺️
3
Яра вздрогнула и открыла глаза.
Ночь царила в комнате. Дом спал. Тишина стояла мёртвая. Буря завывавшая весь вечер, утихла, и сквозь тонкие капроновые занавески в комнату лился холодный лунный свет. На противоположной стене было лунное, кривое отражение окна — серебристая пасть, застывшая в полумраке.
Яра медленно огляделась. Вытянутые, перекошенные тени ложились на стены так, что привычные предметы казались чужими. От этого становилось неуютно — казалось будто из теней кто-то смотрит на неё.
Скорей бы утро…
Она натянула одеяло до подбородка и уже собиралась повернуться на бок, когда заметила движение.
По стене прошёл дрожащий всполох — словно тьма зашевелилась.
Вдруг тень отделилась от угла и, дёргаясь, пустилась в странный, ломаный танец.
Яра в ужасе затаила дыхание.
К пляшущей тени начали присоединяться другие. Они выползали из тёмных участков комнаты одна за другой, и вскоре по стенам уже кружился жуткий хоровод — дёрганый, нелепый, будто под музыку, слышную только им.
Фигуры метались, сталкивались, растягивались, словно пытались вырваться наружу из самой тьмы. Казалось, вся комната двигалась вместе с ними.
Когда тени проходили по лунному отражению окна на стене, Яра различала рога на их головах и длинные, кнутоподобные хвосты.
«Ряженые» - пронеслось у нее в голове.
Бабуля, ещё когда жива была, рассказывала, что в их городе есть язычники — те, кто чтят древние обычаи. По праздникам они выходят на улицы, надевают шкуры, прячут лица за рогатыми масками и водят хороводы под бой бубнов.
Вспомнив это, Яра ощутила, как страх понемногу отступил. На его место пришло любопытство.
«Ну и чудные же люди… Все спят, а они по ночам хороводы водят. Может, предновогодний обряд какой-то исполняют?»
Она осторожно откинула одеяло, бесшумно соскользнула с кровати и подошла к окну. Двумя пальцами отодвинула занавеску и выглянула наружу.
На улице никого не было. Ни людей. Ни силуэтов. Ни следов.
Вчерашняя метель замела всё начисто. Снег лежал ровным, нетронутым ковром — словно по нему никто и никогда не ходил.
Если бы здесь танцевали ряженые… следы бы остались.
Липкий холодок страха медленно вполз в душу, как ядовитая змея. Яра судорожно сглотнула и резко обернулась.
Стены были неподвижны. Чисты от любых теней. Хоровод исчез. Будто его никогда и не было.
Что происходит?..
И тут в темноте коридора вспыхнули два ядовито-зелёных огонька.
Глаза.
Они принадлежали существу, которое было гораздо выше человека. Оно смотрело на неё сверху вниз — как хищник смотрит на застывшую добычу.
Густая темнота скрывала его целиком, но присутствие чего-то чудовищного Яра почувствовала сразу. До неё донёсся тошнотно-сладкий запах гнили и холод — не освежающий, а тот, что окутывает могилу, когда на неё падает последний ком земли.
Оцепенев Яра не могла отвести взгляда от этих ужасных глаз.
Сердце ударило — раз, второй — и словно забыло, как биться дальше.
Мир замедлился, утонул в звенящей тишине.
Существовали только эти нечеловеческие глаза, впивающиеся в неё, как зубы хищника в плоть.
И вдруг — они исчезли. Мгновенно и беззвучно.
Зажги свет!
Чужой, яростный голос взорвался у неё в голове.
Яра сорвалась с места и бросилась к прикроватной лампе. Пальцы соскользнули по выключателю.
Щёлк.
Комната залилась мягким светом. Коридор был пуст. Ничего. Никого.
Яра долго сидела на кровати, обхватив колени, дыша рывками, словно пыталась наглотаться воздуха. Свет горел везде — в комнате, в коридоре, на кухне, в ванной. Она не решалась выключить ни одну лампочку.
Лишь под утро, когда усталость наконец одолела страх, Яра провалилась в глубокий сон — на самой границе рассвета.
4
— Ты знаешь, сколько стоит этот паштет? — Яра расстроенно всплеснула руками, вспоминая, как ветеринар настойчиво нахваливал это чудо, и с укором посмотрела на кота.
Животное, которое, к слову, выглядело уже куда более здоровым — будто и не было никакой операции по его спасению, — всем своим видом демонстрировало, что есть этот кошачий корм не собирается.
Что же делать?
В эту минуту Яра услышала за спиной мягкий скрип. Она обернулась и увидела, что дверца холодильника открылась настежь. Девушка в замешательстве постояла пару секунд, перебирая в голове причины, по которым холодильник мог открыться сам.
Скорее всего, из-за количества продуктов, — объяснила она себе и подошла, чтобы закрыть дверцу.
Кот, который всё это время с недовольным видом «закапывал» паштет невидимым песком, вдруг оживился, издал громкое «мр-р-р» и затопал мягкими лапками по полу.
На полке холодильника, прямо перед самым носом Яры, лежала размороженная говядина в лужице крови, отложенная на суп.
— Ах вот оно что!
Яра достала мясо.
— Может, это тебе понравится? — сказала она и отрезала небольшой кусочек.
— Ваше Величество, жрать подано, — театрально присев в реверансе, Яра поставила перед носом кота блюдце с мясом.
Кушанье явно пришлось хвостатому по душе: с довольным урчанием он проглотил кусок в одну секунду и тут же потребовал ещё.
— Однако… — пробормотала Яра, удивлённо приподняв брови, отрезая второй кусочек, а потом и вовсе отдавая все остатки. — И куда всё только влезло?
Плотно позавтракав и довольно урча, кот запрыгнул на верхний кухонный шкаф.
— Может, вам дать тряпку? — пошутила Яра, глядя на кота снизу вверх. — Заодно там пыль протрёте, а то я до туда не достаю.
Животное в ответ лишь нервно дёрнуло длинным, хлыстообразным хвостом, свесившимся со шкафа.
— Хорошо, хорошо… Я поняла. Не царское это дело — уборками всякими заниматься.
Оставшуюся часть субботнего дня Яра посвятила наведению порядка в квартире. Завтра — Новый год.
В свои тридцать с небольшим она до сих пор верила в новогоднее чудо, как в детстве. Верила, что если загадать желание под бой курантов, оно обязательно сбудется. Верила, что в новогоднюю ночь магия и волшебство пропитывают всё вокруг, и если открыть своё сердце — чудо будет с тобой весь следующий год.
Конечно, она ни с кем не делилась тем, во что верила и насколько дорог и любим был для неё этот праздник. Яра прекрасно понимала: окружающие лишь поднимут её на смех. От этого она всегда чувствовала себя чужой среди людей, какой-то неправильной. Даже с подругой Наташей она не могла говорить об этом.
В этих раздумьях Яру и застал телефонный звонок.
Звонила как раз Наташа.
Наташа — роскошная шатенка с безупречной кожей и белозубой улыбкой, всегда одетая с иголочки, по последней моде. Полная противоположность Яре - бойкая, звонкая, знающая чего хочет и как это получить. Яра не понимала, зачем такая девушка дружит с ней.
В те редкие встречи, которые они проводили вместе, Яра почти всегда молчала и заворожённо слушала рассказы о насыщенной жизни подруги.
У ней самой не было и сотой доли того, что переживала Наташа: страстные, ревнивые мужчины, дорогие подарки, заграничные путешествия.
— Приве-е-ет, зая! С наступающим тебя! — пропела Наташа в трубку.
— Привет, Наташа, — чуть смущённо, как всегда, ответила Яра.
Дальше на Яру обрушился нескончаемый словесный поток, в который невозможно было вставить ни слова. И лишь в самом конце подруга наконец добавила:
— Ясунь, я чё звоню-то… одолжи снова денег до зарплаты. После праздников всё верну, честно! Я почти всё отдала косметологу, а нам ещё доплатить за столик нужно. Мы с Вованом в ресторан на Новый год идём! Зая, выручай! Мне не кому больше обратиться, — последние слова Наташа сладко промурлыкала.
Деньги. Но Яра уже половину зарплаты потратила на кота.
— Наташ, я бы помогла… но всё отдала за кота. И мне самой теперь не хватает… — в горле пересохло. Она впервые отказывала подруге.
— Что? Какого кота? Яра, у тебя нет кота! — голос Наташи вдруг стал резким.
— Я вчера спасла его… собаки чуть не загрызли… В круглосуточной клинике сделали операцию… — торопливо начала оправдываться Яра.
В трубке повисла тяжёлая пауза.
—Ладно, понятно… А я думала мы подруги…
— Прости… — прошептала Яра.
В ответ раздались короткие гудки.
За окном синева медленно наполнялась темнотой. В домах зажигались огни, вдоль дорог вспыхивали гирлянды. Где-то вдалеке запускали первые салюты.
Город начинал праздновать.
Яра стояла посреди кухни, сжимая телефон в руке. Ей было стыдно — и больно одновременно. Наташа даже не попыталась понять её поступок.
Кот молча наблюдал за ней с высоты шкафа.
Всем привет. С наступающими вас праздниками.
Давно я не выкладывала здесь свои работы. У этой паузы есть причина: в какой-то момент мне стало тесно в формате стрипов, и я решила попробовать себя в тексте.
Мне всегда были близки хоррор-истории и тёмные сказки — от братьев Гримм до рассказов и фильмов о призраках и демонах. Поэтому я решилась на собственную историю в этом жанре.
«Чёрный кот» — моя первая текстовая история на эту тему.
Это новогодний рассказ в жанре тёмной сказки для взрослых — про одиночество, взросление и свободу.
Выкладываю первые две главы (всего их шесть и они небольшие). Продолжение будет 29.12, финал — 31 декабря.
1
Наконец-то выпал снег. Календарь уже показывал двадцать девятое декабря, но настоящая зима пришла только сейчас. Серое небо мягко сыпало на город пушистые белые хлопья. Яра заворожённо смотрела в окно — на предновогоднее чудо, на волшебное расцветание зимней сказки.
Её рабочий стол стоял у окна, и никто не мешал любоваться спокойным, медленным снегопадом. Послеобеденная пятница принесла в офис ленивую, сонную тишину: задач почти не осталось, люди просто ждали конца рабочего дня.
— Ну наконец-то снег пошёл, — нарушила тишину одна из менеджеров, пожилая дама, плотнее кутая плечи в шерстяной платок.
Все дружно посмотрели в окно и вяло закивали. В коридоре послышались быстрые шаги, и в офис вошла бухгалтер с тяжёлыми папками в руках.
— Анфиса Петровна, милая моя, — пропела она, подскочив к даме в платке, — у нас тут не сходятся данные по вашим поставкам. Оленька уезжает в налоговую, а мне сейчас зарплату нужно начислять. Так что посмотрите, пожалуйста, где у вас ошибка.
Анфиса Петровна округлила глаза, переводя взгляд с папок на бухгалтера. Задерживаться сегодня она явно не собиралась — тем более из-за такого скучного дела, как поиск ошибок в накладных. Она уже было открыла рот, чтобы ловко отговориться, но бухгалтер опередила её:
— Ясенька вам поможет! — пропела она ещё слаще и многозначительно посмотрела на Яру.
— Я?.. — Яра растерялась от неожиданного внимания.
— А что, мне одной это разбирать? — вспыхнула Анфиса Петровна. — Тут наверняка и твои отгрузки есть.
— Хорошо, — покорно согласилась Яра.
Сердце заколотилось частыми, короткими ударами — как испуганная птица, бьющаяся в тесной клетке от чужого, приказного тона. Конечно ей тоже не хотелось задерживаться, но и отстоять своё у Яры никогда духу не хватало. Она с презрением поджала губы и отвернулась к окну, но теперь снежная сказка больше уже не радовала.
К восьми часам вечера работа наконец была закончила. Последняя накладная проверена, ошибки найдены, отчёт готов. Она устало посмотрела на высокую стопку бумаг, затем — на пустой, будто вымерший офис с грустно висящими новогодними украшениями.
Анфиса Петровна, конечно, давно ушла: у неё семья, и она «не может так поздно задерживаться». А Яра живёт одна — и спешить ей некуда.
Она достала телефон, прочитала сообщение о зачислении зарплаты. Хоть что-то хорошее в этом затянувшемся пятничном вечере. Яра представила, как зайдёт в магазин, выберет что-нибудь вкусное, дома примет горячую ванну и включит фильм — простой, но тёплый ритуал. Настроение чуть потеплело.
Но едва она вышла из здания, как зазвонил телефон.
— Яся, милая, мне посылка пришла на пункт выдачи, — пропела мама. — Я не могу разобраться, как её забрать. Сходи, пожалуйста, принеси.
— Можно завтра? — устало спросила Яра. — Я только с работы вышла.
— Нуу милая! — капризно протянула в ответ мать. — Там мазь для суставов, она мне очень нужна!.. И почему ты снова так долго задержалась? Опять, небось, отказать не могла? Ах, Яська… так и будешь всю жизнь под другими ходить! Принеси посылку сегодня. Возьми такси, у меня колени болят — мазь нужна, - мягко добавила мама.
Яра вздохнула. Это же мама. Как ей отказать!
Обратный путь оказался куда труднее. Погода внезапно переменилась: метель встала стеной, сокращая видимость почти до метра. Яра буквально продиралась сквозь белый вихрь, прижимая к себе пакет с едой. Впереди темнело здание её пятиэтажки — редкие окна тускло светились в снежной мгле.
Дом стоял в стороне от микрорайона, ближе к лесу; дорога к нему пролегала через небольшой пустырь.
Шагая по нему, Яра то и дело ловила краем глаза тёмные силуэты — то ли тени, то ли высокие фигуры с длинными руками. Возможно, это были всего лишь деревья, уродливо изогнутые под тяжестью снега… буря заставляла всё вокруг казаться хищным.
До дома оставалось несколько метров, когда где-то справа раздалась резкая собачья возня и жалобный, пронзительный крик — наверняка кошки. Похоже, стая собак загнала несчастное животное. Яра остановилась, пытаясь понять направление, но метель глушила всё, оставляя лишь отрывистые рычания, срывающиеся на вой.
Впереди, среди вихревого снега, проступили силуэты собак. Яра выхватила из сумки свисток — дешёвую игрушку, купленную когда-то ради шутки, — и изо всех сил свистнула. Заливистая трель прорезала бурю; часть собак шарахнулась в сторону.
Яра тут же бросилась вперёд. На утоптанном снегу лежал кот.
Она присела рядом, осторожно коснулась его шерсти — и почувствовала слабое дрожание. Кот едва слышно мяукнул. Живой.
Яра быстро сняла большой шерстяной шарф и аккуратно завернула его в тёплую ткань.
Что же дальше?
В городе была всего одна круглосуточная ветеринарная клиника. Она могла помочь — но цены там были заоблачные. Одна операция могла стоить половины зарплаты.
— Великолепно, — пробормотала Яра. — Привет, зарплата. Прощай, зарплата.
Достав телефон она вызвала такси.
2
— Жить будет, — бодро прогремел ветеринар прямо над ухом Яры. — Хотя потрепали его знатно.
Девушка вздрогнула. В тёплой приёмной круглосуточной клиники она почти задремала, ожидая окончания операции, и громкий голос врача буквально подбросил её в кресле.
Мужчина — высокий, широкоплечий, с седыми висками — опустился за стол ресепшена и улыбнулся.
— Можно… можно на него посмотреть? — тихо попросила Яра.
— Можно. Проходи.
Она осторожно вошла в кабинет. Кот лежал на металлическом столе, на животе белел плотный бинт. На секунду Яре показалось, что тень на стене дрогнула — будто среагировала на её появление — и тут же замерла.
Кот был неестественно крупным: длинные лапы, вытянутая морда, высокие уши, гибкий, хлыстообразный хвост. Короткая чёрная шерсть ни излучала ни блеска, как безлунная ночь. Он тяжело дышал.
— Привет, здоровяк… — прошептала Яра и осторожно коснулась пальцем его морды.
В ответ кот низко, глухо зарычал.
— Платить как будете? — в кабинет вошла медсестра, держа в руках бумаги.
— Картой, — отозвалась Яра.
Она вышла за медсестрой и уже на пороге, обернулась. Кот лежал с открытыми глазами и смотрел на неё.
Этот день выжал её до остатка.
Дома Ярослава устало опустилась на кухонный диванчик и откинула голову назад. Есть хотелось, но сил готовить не было. Взгляд упал на переноску — в клинике буквально настояли на ее покупке.
Кот лежал на боку и не мигая следил за ней жёлто-зелёными глазами.
— Странный ты, — пробормотала Яра. —Но поговорим об этом завтра… ладно?
Она поднялась, чтобы поставить чайник. И в этот момент за окном раздался протяжный вой. Холодный, тянущийся, пробирающий до костей.
Яра подошла к окну и чуть отодвинула штору. Во дворе, прямо напротив её окна, сидела крупная собака. Она смотрела вверх — точно на Яру.
Чуть поодаль, почти сливаясь со снегом, сидели другие. По одной, по две — разбросанные по двору.
Все смотрели в её окно.
Яра моргнула.
Когда она посмотрела снова, двор был пуст.
Лишь метель продолжала свою вакханалию.
