Great158

В весёлую эпоху юности довелось мне работать в ночь на одном из вокзалов города SanktP-ска. Много воды с тех пор утекло, но вот пара историй, запомнившихся на всю жизнь.

История 1. Такие тысячи.
Ночь, вокзал, частная лавка, в салоне полно посетителей, я только заступил на смену. Заходит женщина, старше средних лет, невысокая, непритязательно одета. Подходит ко мне и сходу рассказывает: сама из Ust-L-ска, приехала сюда в город к подруге, документы и деньги украли, уехать она домой не может, помочь ей некому, кушать нечего, что делать не знает, дома дочь беременная. Посреди рассказа её голос задрожал (как и горло внутри меня), мельком протекла стыдливо вытертая слеза. Закончила речь женщина на фразе: "Мне бы только до дома уехать, просто уехать, не возвращаться!".
Я её не выручил тогда на билет по двум причинам: во-первых, сам пришёл на смену без кошелька и в ту ночь питался в долг у напарника.
Вторая причина заключалась в том, что когда она, вздохнув, отвернулась от меня (увидев, что я привычно и растерянно хлопал себя по пустому карману), я отчётливо ощутил запах алкоголя. Дама была с бодуна и не особо того скрывала. Чувство жалости сменилось чувством отвращения.
Потеряв её из виду, я через некоторое время обратил внимание на этот эпизод местного вокзального тогда ещё милицая. Тот возмутился: "И не вздумай "им" подавать! Мы их когда "шерстим", у "них" там такие тысячи!.." Милицай закатил глаза и повторил: " Такиииие тысячи!".

История 2. Давай подвезу.
В какую-то долгую зиму повадился в платёжный терминал, что в нашем салоне, ходить парень и долго забрасывать в него купюры. Много купюр. Каждый божий день. Всю зиму. Каждый день. Как-то получилось с ним разговориться и Артём (изменено) начал подходить ко мне менять в кассе мелочь по 50 и 100 рублей на тысячные. Каждый день (!) он клал на мегафон по 6-7 тысяч рублей (у мегафона при закрытии счёта можно было обналичить баланс). В карман к нему я не лез, происхождение средств не спрашивал.
Но через несколько недель я познал его "стартап". Худой, высокий парень с полупустой сумкой через плечо подходил к посетителям вокзала и представлялся опоздавшим на поезд, что не хватает на билет чуть-чуть, соточку, полтинничек. От Артёма хорошо пахло, взгляд трезвый и печальный, высокий рост помогал делать сгорбленно-просящий вид. Отказывали ему редко, насколько я однажды увидел через стекло шавермной, где я перекусывал.
Напарники мои его не любили и прогоняли, я же относился к нему и его "заработку" абсолютно нейтрально.
Как-то провожал я на этом вокзале свою будущую жену в М-ск к родственникам. На ночной поезд. Проводив, понуро брёл я по центральному залу, не желая кого-либо видеть, например, напарников в салоне неподалёку.
- "Не выручите доехать до дому, не хочу здесь ночевать?" -- вывел меня из ступора Артём. Я поднял глаза, мы узнали друг друга и поручкались. Артём спросил, почему я такой понурый, случилось чего. "Ты чуть ли не единственный на вокзале, кто ко мне хорошо относится -- предлагал участие он -- Может, накормить тебя? -- парень кивнул на ресторан, где цены чуть ниже, чем в гостиницах на Невском. -- Я добро помню".
Я объяснил, что остался без любимой на пару недель и пойду сейчас ночью домой один.
"Так может тебя подвезти?" -- спросил попрошайка, целясь кристально чистым взглядом в моё самомнение -- "Машина тут, за углом". Я отказался, поблагодарил, достал наушники, включил транс-подкаст и пошёл по ночному городу домой пешком, ибо машины у меня, работающего по Трудовой, не было.

Однажды ко мне в Питер прилетел мой друг, которого я годами не видел. И, как его отпуск закончился, поехал я его провожать в Пулково. Ещё по дороге выпили-закусили. В аэропорту пива выпили. Всё в меру, на ногах стоим, взгляд как у орла. Я за последние закуски рассчитался последним налом, так как была карта с собой.
И вот, пожав ему руку, проводил я друга за паспортный контроль в зал с дьюти фри. А сам поплёлся к банкомату снять денег на обратную дорогу, благо их в аэропорту дофига.
О шок! Банкомат не выдал денег, сославшись, что, дескать, выдать по техническим причинам деньги не может. Жа-аль. Побежал в другую сторону аэропорта к другому банкомату своего банка. Там тоже от ворот поворот.
Хмель стал уходить. Странно. Денег у меня там прилично, гуляли не на последние. Ну-ка мобильный банк, посмотрел: средства есть. Уже хорошо. Побежал я к другим банкоматам. Фиг с ней, с комиссией, уже поздний вечер, скоро автобусы прекратят ездить и в город только на такси. Но нет: техническая причина, деньги не дадим. Позвонил другу, описал ситуацию. Тот с мелочью попытался пройти обратно, но не пустили. Я смотрю на свою банковскую карточку и вдруг понимаю: карта до 09 месяца сего года, а уже 15 или 16 сентября. Кадровичка предупреждала меня, но я так весело проводил время с другом, что забыл об этом напрочь.
И тут я не просто протрезвел, но и вспотел: я в аэропорту за городом, без денег, оплатить картой даже такси до дома не смогу. А от меня пахнет пивом, нос красный, на лице следы загула, попросить у добрых людей не вариант, такому я бы и сам не дал "на проезд". Остальные варианты проглотила наползавшая паника.
Я рухнул прямо на пол аэропорта рядом с банкоматом своего банка. Вернее, сел на ступеньку, облокотился на стену. Позвонил жене и срывающимся, немного громким голосом рассказал ей всё, что вы прочитали выше. И что "ситуация безысходная".
В тот самый момент, когда моя благоверная начала мне отвечать, один мужчина, пользовавшийся банкоматом по своим делам, отошёл со своей спутницей от него и, разговаривая по телефону, молча протянул мне 100 рублей. Прямо к носу, ибо смотрел я в пол. Я ошалел, принял купюру и хотел уже было встать и объяснить, что "я не такой", "давайте на телефон переведу, могу и потом", да и просто поблагодарить, но не успел. Мужчина уже слился с толпой.
Доехал я до дома на предпоследнем автобусе.
Зарубил себе на носу, что если встречу я сам где бы то ни было нуждающегося (всамделишного) отставшего от поезда/автобуса, ещё как -- обязательно помогу.