Ell113

– Записываем, – худощавый, похожий на воблу преподаватель отвернулся к доске. – «Жи» и «ши» пишутся с буквой «и». – Мел противно скрипел, оставляя на зеленой поверхности белый след.
Вадьке стало интересно, отчего, когда пишет Анна Ивановна, мел не скрипит, а когда Борис Петрович – так непременно?
– Эй, – ткнул он локтем соседку по парте, – ты когда пишешь, у тебя мел скрипит?
Светочка удивленно взглянула на него и молча покрутила пальцем у виска.
– Вот и у меня не скрипит, – поделился с ней наблюдением Вадька, – а у Воблы – всегда!

– Петров, к доске, – противный голос Бориса Петровича выдернул Вадьку из размышлений.
Он нехотя встал и побрел вперед, словно на эшафот.
– Пиши: «Шило-шило и прошило».
– Чего? – переспросил удивленный Вадька, крутя в пальцах белый огрызок и наблюдая, как пачкаются пальцы.
– «Шило-шило да прошило», – медленно повторил учитель, цедя каждое слово сквозь зубы, будто это не белиберда какая, а заклинание.
– Я с первого раза слышал, – смутился Вадька, – я не понял, «пиши» – писать?
– Не пиши, – прошипел Борис Петрович, и Вадька задумался: отчего у Анны Ивановны голос звонкий, а у Воблы нет? Вот чего он шипит?
– Петров, – рявкнул учитель, – ты будешь писать или нет?
– Буду, – кивнул Вадька, за его спиной послышались смешки, класс начинал то гудение, которое обязательно перерастет в шум, а виноват будет снова он, Вадька.

Прицелившись в середину доски, Вадька, от усердия прикусив кончик языка, начал выписывать кренделя мелом. Тот бесшумно скользил, выводя неровные буквы. Вадька написал уже два слова, когда его осенила идея:
– Борис Петрович, а вы, когда мелом пишете, язык высовываете?
– Что? – опешил учитель.
– Язык, – Вадька показал пальцем в открытый рот.
В классе уже открыто хихикали.

– Петров, садись, два, – не выдержал педагог.
– За что? – обиделся Вадька. – Я вам помочь хотел, я вот, когда пишу, всегда язык высовываю и прикусываю, может, поэтому у меня мел не скрипит, а у вас...
– Два! И чтоб ваш отец пришел в школу! – зло зашипел педагог. – А ну ш-ш-ш-ш! – это относилось к вышедшему из-под контроля классу.
Дети вовсю веселились над Вадькой, передразнивая его и показывая языки.
– Штудируйте текст, – шикнул Борис Петрович и, гулко топая по паркету, вышел из класса.

Вадьке стало стыдно. Он не успел еще дойти до парты, как принял очень важное решение – извиниться перед педагогом. Поэтому, невзирая на крики друзей и гневные взгляды Светочки, открыл дверь и выскользнул в коридор.

Во время уроков здесь становилось пусто. Бориса Петровича Вадька не увидел. В учительскую он идти не рискнул и, задумавшись, выбрал единственное место, куда бы побежал сам, если его кто обидит.

Дверь в уборную всегда была нараспашку. Маленькое помещение, наполненное запахом хлорки с дымом сигарет старшеклассников, не годилось для настоящего убежища, однако Борис Петрович оказался именно здесь. Он стоял спиной к двери и поэтому не заметил Вадьку.

Вадька открыл рот, чтобы начать извиняться, но понял, что учитель с кем-то говорит.
– Пункт первый – изучить язык аборигенов. Пункт второй – внедриться в среду носителей языка. Пункт третий – отточить навык языкознания, а также изучить поведение мелких особей в их естественной среде, не привлекая внимания.
– Вы же реализовали эти положения? – прозвучал неожиданно жужжащий металлический голос, шедший словно со всех сторон.
– Да-да! Все до единого! – закивал учитель. – Но дети… они все время в чем-то меня подозревают, сегодня пытались уловкой заставить показать язык.
– Это было бы поражение, – вновь прожужжал невидимый собеседник.
– Именно, – согласился учитель, – раздвоенный язык сразу вызвал бы массу вопросов, меня бы обнаружили.

Вадька стоял, открыв рот, чувствуя, как от восторга по шее бегут мурашки. Он чувствовал, что присутствует при чем-то очень важном, и от этого ему становилось весело и страшно одновременно.

– Чего же вы желаете? – уточнил жужальчик, как окрестил его про себя Вадька.
– Совет, – признался Борис Петрович, – как сделать так, чтобы мел не скрипел, когда я пишу на доске?
Повисла пауза, и Вадька уже почти решился обнаружить себя, но снова зажужжало и даже запикало:
– Прикусывайте язык, ведя записи, – посоветовал голос. – На этом наш межгалактический контакт закончен.

Вадька, тихо ступая, вышел из уборной. Извинения подождут, сейчас же его переполняла гордость от того, что даже там, в далекой галактике, понимают, как важно вовремя прикусить язык.
Автор Гладкая Юлия
Группа https://vk.com/bardellstih

Просторная горница полнилась пришедшими. Девушки в цветных сарафанах, в кокошниках, с яркими лентами в волосах, словно ожидали праздника.

Со стороны они напоминали рассыпанные пуговки или заморские леденцы, любо-дорого посмотреть!

Девушки тихо перешептывались меж собой, и черный кот, сидящий на подоконнике, выуживал отдельные слова «волшебство», «молодильные яблочки», «бессмертие».

Кот повернул к яркому солнышку правый бок, погрелся еще чуток под ласковыми лучами, а затем, соскользнув на пол, вальяжно прошёл через горницу и скрылся за неприметной дверкой.

- Ну, что там? - Елена обернулась на скрип половиц, и кот раздосадовано фыркнул: он не любил, когда его замечали раньше, чем он того хотел.

- Собрались кумушки, - ответил мохнатый и повалился на нагретый солнцем бок. – Тревожатся.

- Ой, самой страшно, - Елена нервно схватила гребень и несколько раз провела по и без того безупречно расчесанным волосам, которые золотой волной касались плеч, струясь до самого пола.

- Не дрейфь, - посоветовал кот, лениво царапая воздух лапкой, - наряд уже выбрала?

- Вот! – Елена радостно продемонстрировала ярко-алый сарафан и кокошник размером со спинку царского кресла.

Кот подпрыгнул, словно под хвост забежала мышь, и вытаращил зеленые глазища:

- Ты в ЭТОМ пойдешь?

- Ну да, - Елена нахмурилась, - а что не так?

- О! - взвыл кот, уставившись в потолок и обращаясь к неизвестным хвостатым богам, - За что мне эта глупая дева?

Елена подозрительно шмыгнула носом, и кот поспешил сменить гнев на милость:

- Слушай меня, и все будет как надо.

Через четверть часа дверца скрипнула, и перед замершими красавицами появилась Елена. Обведя девушек пристальным взглядом, она медленно двинулась вперед.

Девицы рты раскрыли, рассматривая приехавшую из заморских земель царевну. Все было чудно, и намотанная на ней тряпка, не то простынь, не то скатерть, которая едва прикрывала колени, и облегающие ноги штанцы, оставляющие ступню голой. Даже прическа: похожая на клубок, утыканный бабушкиными спицами, и та вызывала интерес.

Елена вышла к середине комнаты, улыбнулась самой теплой своей улыбкой:

- Дорогие гостьи нашего сегодняшнего семинара о красоте, я предлагаю вам устраиваться поудобнее и можно начинать.

Одна из девушек, кареглазая, с соболиными бровями, нахмурилась:

- Так лавок-то нет, или надо было с собой нести? – в ее голосе звучал вызов.

-Никаких лавок, только коврики, - Елена указала на разноцветные прямоугольники, брошенные прямо на очищенные до блеска половицы.

- Как псы что ли? – кареглазая не унималась.

-Если вас что-то не устраивает, вы всегда можете покинуть наш семинар, - Елена еле сдерживалась, чтоб не придушить хамку.

Та, словно чуя скрытую угрозу, дернула плечами и, развернувшись, покинула горницу, несколько девушек-подружек двинулись следом, хотя на их лицах читалась досада.

- Вы можете остаться – напомнила Елена.

Подружки так и замерли на пороге не в силах отказаться, поглядеть на чудо.

Наконец, все расселись на пол и устроились как можно удобнее, и Елена предложила для начала задать вопросы.

- А правда, что вам более трехсот лет?! – тут же ляпнула курносая, с любопытством глядя на наставницу.

- Вопрос о женском возрасте излишен, запомните, нам, девушкам, всегда восемнадцать!

- Старые-то какие. –пригорюнилась курносая.

-Но вам может быть всегда пятнадцать или столько, сколько требуется, чтобы жить счастливо. – исправилась Елена, - Еще вопросы?

Девушки спрашивали о поездке, о странной одежде и о спицах в прическе, но все чувствовали, что главный вопрос еще не озвучен.

- Вы продаете молодильные яблоки? – почти прошептала рыжуля в зеленом сарафане.

- Увы, - Елена вздохнула, - придется вас разочаровать, молодильных яблок не существует.

- Но как же вам удается триста лет…

- Восемнадцать, - привычно поправила Елена

- Да, - согласилась рыжая, - столько восемнадцать лет выглядеть на восемнадцать?

-Все дело в молодильнике! – Елена воздела палец, и, пока девушки замерли, переваривая новое слово, скомандовала – Мурлыкий, запускай.

В комнате вдруг сделалось темно. Кто-то взвизгнул, но тут стена за спиной Елены осветилась и по ней поплыли лубочные картинки.

- Перед вами разные принцессы, которые сумели сохранить свою молодость. Спящая красавица проспала сто лет, ни состарившись ни на день, что говорит о благостном влиянии сна. Эльфийская принцесса Арвен, всю жизнь прожила на природе, что говорит о пользе прогулок. Белоснежка…

- Её кажется отравила колдунья? –послышалось из-зала

- Она страдала аллергией на яблоки, вот и вся магия. – отмахнулась Елена, - главное, что для ожидания своего принца и поддержания молодости, принцесса использовала молодильник!

- Это ж гроб, - ахнула курносая.

- Молодильник, - поправила ее Елена, - или молодильный шкаф. Хорошо держит низкую температуру, сохраняя не только вашу молодость, но и продукты в летний период.

Использовать молодильники не гнушаются даже карпатские графы.

Но самое важное, что правильные процедуры охлаждения вашей кожи, замедлят процессы старения и вы останетесь прекраснейшими на долгие годы!

Девушки восторженно загалдели, обсуждая новинку.

***

- Как все прошло? - поинтересовался кот, щурясь с кушетки.

- Просто чудесно, - заверила его Елена, распуская волосы, - мы продали двадцать штук молодильников и сорок абонементов на курсы йоги и правильного питания.

- Как ты вообще, заставляешь их верить в эту чушь о том, что молодильных яблок нет? – в голосе кота звучало нескрываемое удивление.

- Все просто, дорогой, правильный маркетинг и наглядная реклама, лучший способ убедить людей в отсутствии чуда.

В дверь постучали, и к в комнату заглянула кореглазая, сбежавшая с семинара:

- У вас что ли молодильники продают? – хмурясь спросила она.

- У нас милая, завтра с утра приходи.

Девушка кивнула и исчезла за порогом.

- Вот как надо! - Елена подмигнула Мурлыкию и впилась зубами в наливное, волшебное яблочко из резной шкатулки с гравировкой «Прекраснейшей».