Служба по защите прав ребёнка обвинила детского психиатра Линаса Слушниса в том, что он якобы отказался оказать помощь русскоязычному ребёнку, находившемуся в кризисной ситуации. На произошедшее отреагировала и министр Инга Ругинене, заявив, что ситуацией должны заинтересоваться правоохранительные органы. Сам Слушнис в комментарии LRT.lt назвал обвинения ложью. По его словам, медицинскую помощь ребёнку он оказал на литовском языке, поскольку принципиально больше не говорит по-русски.
Слушнис: «Ругинене так бурно отреагировала, потому что сама русскоязычная»
Линас Слушнис рассказал LRT.lt, что обсуждаемая сейчас ситуация произошла ещё в июле. По его словам, в отделение неотложной помощи клиник Сантарос доставили подростка примерно 16 лет в сопровождении сотрудниц Службы по защите прав ребёнка.
«Они сказали мне, что подросток не понимает по-литовски, и спросили: „Можете проконсультировать его на русском языке?“» — рассказал Слушнис.
«Я спросил у сотрудниц службы, говорят ли они по-русски и могут ли переводить, пока я буду задавать вопросы на литовском. Так и сделали. Они переводили, я оценил состояние подростка и выписал направление в специализированное лечебное учреждение. На этом всё», — объяснил Слушнис.
Он утверждает, что и глава Службы по защите прав ребёнка и усыновлению Илма Скуодене, и министр Инга Ругинене публично говорят неправду, заявляя, что ребёнку не была оказана помощь.
«У меня возникает вопрос, не следует ли мне обратиться в суд из-за их лжи. Эти две дамы там не были и ничего не слышали. Возможно, они даже самой жалобы не видели», — заявил психиатр.
Линас Слушнис | Фото из личного архива
По словам Слушниса, министр Инга Ругинене так бурно отреагировала на ситуацию, поскольку сама русскоязычная и окончила русскую школу.
«Она и сама, когда пишет по-литовски, допускает грубые ошибки. Я видел её тексты», — говорит Слушнис.
Психиатр и бывший депутат Сейма рассказал LRT.lt, что владеет тремя иностранными языками — английским, французским и русским.
«Я принципиально больше не говорю по-русски. Почему, работая в Литве, я должен говорить на этом языке? Может, пора уже раз и навсегда закончить с этой историей, что все должны говорить по-русски», — заявил Слушнис.
«Самое интересное, что ко мне обращаются и франкоязычные пациенты, и те, кто говорит по-немецки или по-арабски. Но никто из них не спрашивает: „Можете говорить по-арабски?“ Они приходят с человеком, который может переводить, и никаких проблем не возникает», — говорит Слушнис.
По его мнению, Служба по защите прав ребёнка ведёт против него своего рода кампанию, поскольку разногласия с ведомством возникали у него и раньше по другим вопросам.
«По поводу этой жалобы я дал объяснения руководству клиник Сантарос. Никаких претензий ко мне не было, никакого взыскания я не получил.
А то, что Ругинене и Скуодене, которых даже не было на месте, предъявляют мне претензии, лишь показывает, какие „светлые умы“ занимают эти должности», — заявил Слушнис в комментарии LRT.lt.
Ругинене: этой историей должны заинтересоваться правоохранительные органы
«На мой взгляд, эту ситуацию могли бы оценить и компетентные органы, в том числе Генеральная прокуратура, если есть основания ставить вопрос о применении статьи 144 Уголовного кодекса», — написала Ругинене в Facebook.
Упомянутая министром статья предусматривает ответственность за неоказание помощи человеку, жизни которого угрожает опасность, если человек был обязан о нём заботиться и имел возможность оказать помощь. Наказание может составлять вплоть до двух лет лишения свободы.
Инга Ругинене | Фото В. Раупялиса / LRT
«Врач отказался оказать ребёнку жизненно необходимую помощь, потому что тот не говорил по-литовски. Такие „врачи“ недостойны звания врача и дискредитируют всю систему здравоохранения. Не знаю, давал ли Линас Слушнис клятву Гиппократа или всё-таки клятву лицемера. Потому что клятва Гиппократа, в моём понимании, — не стопка бумаги, которую можно пустить на растопку, когда она становится неудобной», — заявила Ругинене.
По её словам, специалисты по защите прав ребёнка, сопровождавшие ребёнка в медицинское учреждение, предлагали обеспечить перевод. Никто не требовал, чтобы врач говорил по-русски.
«Было предложено всё необходимое, чтобы ребёнка поняли и он мог получить нужную помощь. Однако Линас Слушнис отказался выполнять свои обязанности. И это главное, чего я не вижу в его публикации. Ребёнок в тот момент находился в критическом состоянии, на грани самоубийства. В такой ситуации обязанность врача — помочь ребёнку, выслушать его и спасти», — написала министр.
«Ещё больше удивляет попытка представить эту ситуацию как историю о якобы требовании к врачу говорить по-русски. Это элементарное искажение фактов», — добавила она.
По словам Ругинене, после того как Слушнис отказался оказать ребёнку помощь, подростка отвезли в другое медицинское учреждение, где ему оказали необходимую помощь.
Илма Скуодене | Фото Ю. Стацявичюса / LRT
Глава Государственной службы по защите прав ребёнка и усыновлению Илма Скуодене рассказала порталу 15min, что инцидент произошёл этим летом. По её словам, ребёнок находится в особенно уязвимом положении: у него расстройство аутистического спектра, он потерял близких и находится под опекой.
По словам Скуодене, Слушнис предложил ребёнку общаться на немецком или французском языке, а когда специалисты службы предложили переводить разговор, он якобы отказался.
После произошедшего специалисты по защите прав ребёнка подали жалобу в клиники Сантарос.
