За стеной (9)⁠⁠

Продолжаем знакомиться с книгой Кати Хойер.
Все части выложены в серии.

В восьмидесятых Леонид Ильич уже почти превратился из огурчика в овощ. Его друг Эрих приехал в августе 1981 года к нему в Крым, но общение в этот раз не задалось. Брежнев в беседе с ним всё читал по бумажке. В этой бумажке было написано, что Советскому Союзу следует заняться своей экономикой, и потому в ближайшем будущем ГДР не стоит полагаться на советские кредиты. Более того – стабильность поставок нефти тоже не может быть гарантирована. Это было тяжёлым ударом для экономики ГДР, ведь, получая недорогую нефть по «Дружбе», восточные немцы перерабатывали её и везли нефтепродукты на экспорт. 28% экспорта в несоциалистический мир – не шутка.

Брежнев (а вернее его более вменяемые коллеги) также не позволял Хонеккеру провести саммит с Бонном, который как раз разместил у себя на территории американские першинги. Поставки нефти были снижены с 19 до 17 миллионов тонн в год. Все эти недружественные меры имели объяснение: война в Афганистане требовала всё больше ресурсов, а тут ещё череда неурожаев. Хонеккер был в отчаянии. Восточный благодетель оставил его, а потенциальные рынки на Западе оставались под запретом. Грозил экономический коллапс, который мог перерасти в социальные беспорядки. Это уже случилось в то время в Польше.

Пришлось крутиться, искать новые рынки и партнёрства. Одним из таких новых партнёров оказалась Япония. В обмен на восточногерманское оборудование японцы обязались построить машиностроительные и металлургические предприятия. Политическое давление было серьёзным. Чем больше желаний населения удовлетворялось, тем больше эти желания вырастали. Наступала эра кассетных магнитофонов, и после того, как выяснилось, что производство своими руками наладить вряд ли получится, было принято решение  купить радиозавод у Тошибы. Его построили в Берлине, и вот уже на рынке появилась пара-тройка отечественных моделей кассетников. Но на прилавках в ФРГ моделей было два десятка…

Лишившись подпитки со стороны Советского Союза, ГДР столкнулась с проблемой дефицита, который неизбежен при сокращении предложения и неизменном уровне цен. Чиновники убаюкивали народ с телеэкрана, но расхождение слов с делом утаить было нельзя. Нужно, чтобы кто-то помог. Этот «кто-то» был недалеко. Практически на той стороне «железного занавеса». Тот самый Шальк, который наладил торговлю политзаключёнными, съездил на этот раз в гости к премьеру Баварии Штаусу, который помог организовать кредит в миллиард дойчмарок для инвестиционных потребностей экономики. В то время собственных валютных доходов демократической республики хватало лишь на уплату процентов по кредитам. В 1984 году западные немцы дали ещё один миллиард. Банкротство страны было предотвращено. Финансовое сотрудничество начало растапливать лёд в политических отношениях между странами. Пошли обмены выставками, пошла экономическая кооперация. ГДР с помпой отпраздновала 500-летний юбилей Мартина Лютера, куда приехало много западных гостей. А ведь при Ульбрихте обращение к подобному историческому наследию было немыслимо. Вспомнили даже, что Берлин когда-то был столицей Пруссии. Что сказать… Трудно жить без корней!

Одним словом, похоже было, что обе страны нашли способ сосуществования. Между тем на Востоке стали умирать друг за другом престарелые вожди, и если Устинов с Черненко были так же непримиримо настроены насчёт сближения с ФРГ, то Горбачёв на фоне собственных проблем стал понемногу смягчать свою позицию. Однако к тому времени, как он начал намекать на это, восточные и западные немецкие политики уже наладили каналы связи, не спрашивая его согласия. Когда в 1987 году ХДС победила на выборах, Хонеккер решил работать с Колем, несмотря на политические разногласия. У них был хороший контакт, и вот уже ФРГ решает не модернизировать старые «першинги» на своей территории. 7 сентября 1987 года состоялся визит лидера ГДР в ФРГ. Хоть визит этот был назван рабочим, размах вполне тянул на визит государственный. Президент Вайцзекер назвал его «немцем среди немцев». Хонеккер наконец-то съездил к своей сестре в Саар. Находясь под впечатлением, он выразил надежду, что придет тот день:

… когда граница больше не будет разъединять, а объединять нас, как объединяет нас граница между ГДР и Польшей.

Жизнь простого гражданина в ГДР начала восьмидесятых была вполне даже ничего. Автор рассказывает о жизни сварщика Ули Штруве, который уехал на стройку нефтепровода в Гремячинск. Там пришлось хорошенько поработать, но по возвращении домой в 1989 году он купил себе бежевый Вартбург. Простые же смертные должны были стоять долгие годы в очереди. Несмотря на перебои в снабжении и отставание, у них была стабильность и сравнительно высокий уровень жизни. А ещё полная занятость и господдержка пенсий и прочей социалки. В то же время в ФРГ безработица составляла 8%. Беззаботное существование побуждало людей на социализацию и приятный досуг: клубы, дачи, рестораны… Стали больше выпивать. Одного только пива средний житель ГДР выпивал 142 литра в год – вдвое больше западных соседей. Американский социолог Томас Кочан назвал эту ситуацию «экзистенциальной беззаботностью». В этой обстановке приятного застоя будущая канцлер Ангела получала солидную кандидатскую надбавку и использовала свободной время для того, чтобы гонять по заграницам, будь то Польша, Болгария или Советский Союз. Но рутина повседневной жизни доставала своей бесцельностью.

Другие граждане всё чаще подавали заявления на выезд в ФРГ, так что между 1984 и 1988 годами выпустили 113 тысяч человек. Но большинство нашло способ сосуществования с властью, хоть это не всегда было легко. Жизнь в ГДР была хоть и бесцельной, но комфортабельной.

Итак, перейдя на самоокупаемость, гэдээровцы стали буксовать и просить кредиты у ФРГ. Что ж, это кое-что говорит нам о конкурентоспособности социализма. Да, система работает, но буржуины эффективнее.

Знакомая история: простому работяге было всё ОК, но творческой интеллигенции захотелось драйва в жизни. Драйв свой та же Меркель получила сполна, но ценой его была потеря рабочих мест, социальных гарантий и своей маленькой страны для миллионов её соотечественников.

Что же касается кредитов, взятых у ФРГ, то Горбачёв взял у Коля во много раз больше, чем Хонеккер. Но это не спасло Советский Союз от банкротства. Так что ГДР ещё неплохо справлялась.