"Эликсир"⁠⁠

В дверь постучали.

Я с когиранцем сидел за столом, на котором стояла дюжина маленьких бутылочек с «эликсиром». Половина уже была опустошена, оставшиеся привлекательно мерцали. Когиранец сверлил меня зрением в ультра широком диапазоне волн. Я выглядел как горячее белое пятнышко, перезаряжённое электромагнитными вихрями. Для меня обычного человека когиранец, которого я и звал по-обычному Ваней, был просто сгустком фиолетовых частиц, неумело изображавших собутыльника.

Ваня смотрел на меня. И хоть видел он совершенно невероятно, звуковые волны ему были не доступны. Он ещё и не понял, что кто-то собирается наведать нас в этой комнате.

- Вань, там стучат, - сказал я, а этот инопланетянин, и не думая слушать, прочитал мои мысли.

Мои мысли были такими: «Нам пизда, Вань!».

Он попытался собраться, но от выпитого пойла фиолетовые сгустки только рассыпались по кровати, на которой он сидел. Маленькие, едва различимые шарики материи, или из чего там состоят эти когиранцы, начали просачиваться сквозь тонкие ткани постельного белья.

- Вань, какого чёрта?!

Я думал тогда: «Охуенно попил галактического пивка».

В дверь постучали повторно. Из-за тонкой, просвечивающей во всех мыслимых диапазонах волн двери, донеслись в первую очередь звуковые:

- Открывайте, у ваз есть одна минута! Это Обчажная полидзия!

Надсмотрщиками обычно брали накачанных идиотов с крохотной планетки Гебон. Гебоняне были столь тупы, что даже с автоматическим переводчиком умудрялись перевирать слова.

- Одгрывайте! – истошно проорал надсмотрщик, нервничая, а потому играя за стенкой мышцами и забывая про мышцы языка, которого у него впрочем и не было. Они говорили, простите, тем, что у нас называют анальным отверстием.

Ваня уже сосем слился, протёкши под простынку. На столе всё так же стояли пять полнёхоньких бутылочек когиранского «эликсира», черт бы побрал эту сверхразвитую расу. Каждая бутылочка была буквально на зубок, миллилитров по двадцать. Но, скажем так, давала, как бутылка хорошего первака у нас на Земле. Да и к тому же со своими особыми эффектами. Могло, например, появится какое-нибудь новое чувство.

Чувство вселенской гармонии, например, это если совсем переберёшь. Я собирался перебрать.

- Одгрыфаге! Огдырфгре! – уже не в силах терпеть кричал гебонянин.

- Секундочку, я не одет!

Я и правда был в одних боксерах, которые здесь почему-то считались отвратительно асексуальными, а по мне ничего.

- Убетя мигнлута! – нечленораздельно пробурлило из-за двери.

Да, эти идиоты ко всему прочему ещё были и не в ладах с часами. Потерял секундную стрелочку бедолага. Ну мне это на руку.

Первым делом я надел шорты и футболку, после пяти порций «эликсира» в одну глотку, я буду точно не в состоянии это сделать. Осталось ещё секунд сорок.

- Дрицать пядь! – проорало тело.

По семь секунд на бутылочку. Замечательно, на этикетке написано, употреблять размеренно…

Я открыл все пять сразу, крышечки убрал в горку рядом. Первая пошла хорошо. Даже ничего не почувствовал. Вторая сразу прошла гладенько, хоть в конце и подошла к горлу, вместе с остальным пойлом. Оставалось ещё три. Одну я выпил легонечко, чтобы наверняка не смутить рефлексы. Две оставшиеся одновременно и залпом. Зря, конечно. Но пережил. Только помутнело и потемнело в глазах. Я видел только в узком спектре света, а его как раз выключили. Но тогда я этого не понял, услышал только отдалённо звук вышибаемой двери и топот маленьких ножек гебонянина.

В предвкушении он подошёл ко мне, на удивление твёрдо стоящему на ногах. Достал фонарик и посветил на лицо. Оно вероятно было не идеальным образчиком человеческой внешности. Но вы не представляете какие уроды гебоняне. Его сфинктер захлюпал стараясь произнести слова:

- Подчему не отгыфайге?

- Одевался, - очень странным представительным голосом ответил я и сам удивился.

- Жосты? Будболка?

- Шорты. Футболка, - подтвердил я мягким мужским, дико сексуальным голосом.

- Понему так волго? – сфинктер смешно хлюпал.

- Так вышло, господин полицейский, - обворожительно улыбнувшись ответил я.

Если бы у этих идиотов были глаза, он наверняка бы их округлил в удивлении, но к сожалению удивление выдал только замолчавший анус.

- Как ви сгофорте? – от шока расслабив мышцы на интересном месте спросил надсмотрщик.

- Так получилось, господин полицейский, я спал, когда вы постучались, - мой голос был уже мелодичным. Меня это, впрочем, почему-то не смутило.

- Хомошо, можно мне озмодреть комнату? – уже много спокойнее спросил инопланетянин, пытаясь не свихнутся от такого уважения к нему.

- Конечно.

Теперь я был уверен, ни одной капли эликсира в комнате не было. Все были во мне и в Ване, которые уже очень удачно просочился на пол.

- Так, а это что? – совсем уже спокойно спросил полицейский указывая на бутылки.

- Бутылки собираем, - невозмутимо ответил я, чувствуя, как краешки губ лезут к ушам.

Луч фонаря переплыл к сложенным в горочку крышкам от «эликсира» …

- И крышечки, - пояснил я.

Где-то в темноте гебонянин понимающе кивнул:

- Полездное дело.

Он пошёл дальше по комнате, а я остался на месте, чувствуя, как лишний «эликсир» рвётся наружу, вместе с отвратительным ужином в «Старплаксе». Впрочем я не был в состоянии осознавать хоть что-то и просто по-идиотский улыбался.

Полицейский прошёлся по кругу, я заметил, что забавно, когда ходячий анус пускают по кругу, но решил не делится с ним этим занимательным наблюдением.

- Что же, вроде всё в порядке! – радостно ответил он, любовно смотря на первого человека, назвавшего его как-то иначе тупорылого идиота.

Я кивнул и понял, что вот он «эликсир».

На несколько долгих и мучительных секунд комната озарилась невероятным, ослепительным белым блеском смешанного спектра всех цветов. Я прокашлялся не открывая выжженных глаз. Второй приступ рвоты был ещё мощнее и ослепительнее. Солнечным ветром гебонянина отнесло на метр от меня.

- Извините, господин полицейский, - я попытался загладить ситуацию.

Но новый прилив рвоты, последний и самый сильный свалил моего собеседника с ног, ответить он уже ничего не мог.

Я открыл глаза, вся комната была залита тонким радужным слоем слизи.

«Вот такой я единорог» - подумал я, садясь на корточки. Из под кровати медленно поползли фиолетовые шарики Вани, он единорогов никогда не видел. Любопытные когиранцы.

Мне стало почему-то чрезвычайно хорошо. Я опёрся на боковую стенку кровати спиной. Напротив меня то же сделал и полицейский.

- Дмитрий, - протянул я ему руку.

Он скинул радужную жижу с лица и протянул свою культяпку:

- Пугпукбран, - представился он.

- Будешь Пашей, - предложил я.

Гебоняне не умели спорить.