Вспышка! (фант.рассказ)⁠⁠

ВСПЫШКА!

В какой-то миг мне показалось, что всё окружающее полыхнуло белым светом. Всего на мгновение, на долю секунды, на один взмах ресниц окружающее вспыхнуло и мгновенно вернуло себе прежний вид: одетые в желто-красную униформу поздней осени деревья, низкие облака, залитые красным светом вечернего солнца, и серая асфальтовая полоса убегающей под колеса загородной дороги. Пошарив взглядом в поисках подтверждения увиденного и убедившись, что окружающее ничуть не изменилось, я взглянул на отражение сидящей на заднем сиденье жены. Словно почувствовав мой взгляд она подняла глаза и тихо произнесла:

- Спит. Укачало, видимо.

Чуть приподнявшись я заглянул поглубже в зеркало стремясь увидеть то, что супруга держит в руках бережно прижимая к себе и пытаясь сгладить неровности дороги. Взгляд жены на миг скользнул вниз - на полуметровый сверток из одеяла, с одной стороны которого виднелось бледное личико нашей двухмесячной дочери - и тут же вернулся обратно. Она нахмурилась:

- Может сбавим скорость?

Я вопросительно посмотрел на неё:

- Уверена?

Женщина пожала плечами:

- Не знаю, - она пожала плечами, - я уже ни в чем не уверена.

Нахмурившись, я утвердительно качнул головой:
- Ладно, - и приподнял стопу правой ноги, заставляя стрелку спидометра послушно переползти левее отметки ста двадцати километров в час, а затем и вовсе спуститься до восьмидесяти:

- Надеюсь, не пожалеем.

Мелькнув последними деревьями лес резко сменился полями, отделенными от дороги высоким кустарником. Стало значительно светлее и я придавил педаль газа, рывком уводя стрелку за сто тридцать и заставляя воздух  свистеть в выступающих деталях машины.

- Не гони ты так! - недовольный взгляд впился в мой отражение. Я ободряюще улыбнулся в ответ:

- Не бойся, здесь дорога лучше.

- Всё равно! Это не шоссе!

Ответить я не успел - громкий плач дочери резанул слух, и я, вздрогнув от неожиданности, дёрнул руль. Машину мгновенно кинуло в сторону, но электроника, заставив визжащую резину оставить жирные черные следы, двумя сильными рывками восстановила утерянный курс. Не успев ничего толком сообразить я вцепился в руль, но резкий окрик:

- САША! - заставил снова бросить взгляд в зеркало и застыть в недоуменной попытке осознать увиденное: всё больше и больше расширяющиеся глаза супруги смотрели мимо меня. Я, наконец, перевёл взгляд на дорогу и, почти одновременно с тем, как в мозг впечатался выползающий из проезда между кустами тёмный силуэт трактора, а правая нога рефлекторным ударом вбила в пол педаль тормоза, в моей голове вспыхнула всего одна мысль:

- ПОЗДНО!

ВСПЫШКА!

Мне показалось, что где-то рядом вспыхнул и тут же погас мощный прожектор - всё вокруг осветилось ярким белым светом, но моментально стало таким же как и должно быть: деревья усыпаны красной листвой, небо голубое, а облака розовые от заходящего солнца.Я взглянул в зеркало и встретился с полными слёз глазами жены.

- Как она?

- Дышит, но глаза совсем перестала открывать. Не знаю - просто уснула или ей стало ещё хуже!

Я сжал челюсти и  перевёл взгляд на дорогу, стараясь вести быстро, но плавно.

Лес кончился, как всегда, внезапно: только что дорогу с головой накрывали деревья, а уже через миг мы летим среди широких полей, прячущихся за высоким кустарником. Видимость улучшилась, и я, не спуская глаз с испещренного мелкими ямками асфальта, аккуратно увеличил скорость. Жена снова что-то произнесла, но я её не услышал - сильнейшее чувство опасности ударило внезапно, и тело отреагировало словно само по себе: руки мёртвой хваткой вцепились в руль, а правая нога вжала педаль тормоза до упора. Под оглушительный визг стираемой об асфальт резины я смотрел, как всё больше и больше заполняя собой  пространство лобового стекла  приближается большое заднее колесо деревенского трактора, неожиданно выехавшего между придорожными кустами.

Я не сразу понял, что бело-красная пелена перед глазами - раскрывшаяся подушка с размазанными по ней каплями моей крови. Помотав головой, прогоняя пелену и шум в ушах, я поднял взгляд и несколько секунд непонимающе смотрел на отражение в зеркале: белое, словно фарфоровая маска, лицо жены, глядящей куда-то вниз. Обернувшись, я замер: на её коленях в развернутом одеяле лежало маленькое тельце, неестественно согнутое в двух местах. Ошеломленным взглядом проводив каплю, прочертившую алую дорожку из уголка тонких серых губ, я почувствовал, как в грудь вонзилась раскалённая игла, а сердце, сделав пару нерешительных ударов, замерло, не осилив сделать третий.

ВСПЫШКА!

От поиска того, что ярким белым светом вдруг озарило всю округу, меня отвлек требовательный оклик жены:

- Сбавь скорость!

Я кивнул и приподнял ногу с педали газа: шум воздуха за бортом машины утих, а стрелка спидометра, съехав вниз, остановилась чуть ниже отметки в восемьдесят километров в час.

- Извини, увлёкся. Так лучше? - я бросил быстрый взгляд в зеркало и тут же вернул его обратно - от загородной дороги можно ожидать чего угодно - от ямы и кочки до поваленного дерева.

- Да.

- Ты пристегнулась? - снова быстрый взгляд и пойманный в отражении ответный кивок:

- Да.

- Хорошо. Скоро лес кончится и дорога станет лучше. - Я приподнялся, ловя в зеркале нужный угол, - Как она?

Секундная задержка ответа заставила бросить в зеркало новый взгляд и встретиться взглядом с женой:

- Спит. Укачало, наверное. Дышит также - с трудом.

Я нахмурился, но сказать ничего не успел - на плечо легла тёплая рука и легонько сжала его:

- Всё будет хорошо! Мы обязательно успеем. Ты только не отвлекайся, ладно?!

- Ладно, - я сжал челюсти и полностью сосредоточился на дороге.

Как и ожидалось - лес кончился спустя пару километров. Дорога, вынырнув из-под низкой листвы, пошла меж полей, переливающихся яркими жёлтыми пятнами подсолнухов. Низкое вечернее солнце, пробиваясь в прогалы меж придорожных кустов, раскрасило асфальт полосами света и теней.

Мой взгляд, постоянно рыскающий по дороге и обочине, вдруг остановился на одной из теней метрах в ста впереди. Секунда и острое чувство угрозы заставило тело отреагировать: правая нога мягко, но сильно придавила педаль тормоза. Машина послушно погасила скорость и остановилась.

- Ты чего?! - Недовольный голос супруги осёкся - из проезда между кустами, перегораживая нам путь,  вдруг вынырнул трактор, разбрасывая вокруг себя ошмётки грязи.

- Ох-ё! - Мы с женой выдохнули почти синхронно, и я со всех сил ударил по кнопке сигнала на руле. Из-под капота взревел клаксон, и фигура за мутным боковым стеклом кабины трактора явно дёрнулась от испуга.

- Вот урод! Вообще не глядя выехал! - Раздражение в голосе жены забавно сплелось с нотками нежности, которыми она разговаривала последние два месяца - с момента рождения дочки. Я поймал её гневный взгляд в зеркале:

- И не говори!

Выждав, пока трактор сдвинется ближе к обочине, уступая дорогу, я отпустил педаль тормоза. Машина мягко покатилась вперёд, наращивая скорость. Глянув в зеркало, я ободряюще улыбнулся и процитировал:

- Всё будет хорошо! Мы обязательно успеем!

***

(Много лет спустя)

Из последних сил сжав руку дочери, я поднял взгляд на её лицо. И хотя мои глаза видели уже совсем немного, я и так знал, что по её щекам текут слёзы.

- Не плачь, моя хорошая, всё хорошо. Мы с мамой очень тебя любили, но сейчас мне пора к ней.

Глубоко вздохнув, я улыбнулся шире, глядя как вместе с выдохом яркий белый свет растворяет в себе склонившиеся вокруг моей кровати фигуры людей: дочь, её взрослые дети, держащие на руках своих  детей...

В этот раз мне не было страшно и не было больно. В этот раз мне было очень хорошо - я прожил хорошую жизнь, и теперь, оглянувшись назад, я улыбался - в этот раз всё было сделано правильно, всё так, как надо.

И нет для меня другого счастья, чем знать это. Знать, что после сотен, тысяч, десятков тысяч попыток я, наконец-то, прожил именно так, как надо.

Прожил и понял, что именно эта жизнь и есть награда за боль и слёзы жизней, прожитых до неё.

И можно начать всё сначала. С самого нуля.